Покровитель

Блок был пуст. Все поспешили скрыться, как только вошли те, кто стоял сейчас над ним. - Ты такой красивый малыш. - Человека на полу передергивает от отвращения. - Красивый кролик, - гогочет другой. Липкие похотливые взгляды скользят по нему. - Не.. не надо. - Загнанный к стене парень старается отодвинуться, сохранить хоть какую-то дистанцию. ----- Он лежал на полу. Глаза слезились, а горло жгло. На шее горели следы от зубов и укусов. Им кажется нравится видеть его таким. - Сдох? - вопрос сопровождался ударом в живот выбивая из Ванцзи новую порцию крови на пол под ним. Больно. Его рвало, но мерзкий привкус спермы никак не проходил. - Строптивая сука! Сдохнет, если продолжит выпендриваться, -- зло смеется другой голос. - Скоро нам надоест ждать, -- в угрозе звучит похотливое предвкушение. Лань Ванцзи проходил через это не в первый раз. С тех пор, как он оказался здесь, с первой же минуты, каждый его шаг казалось сопровождали взгляды... липкие, мерзкие, жестокие. Всего две недели. А ему досталось больше «внимания», чем любому из тех, кто пришел сюда одновременно с ним. Внимание, которое он не хотел иметь никогда! Которое всячески старался избегать. А в этом месте еще и навязчивое, сопровождаемое сексуальным насилием... Безуспешно. Ванцзи бы хотел вернуться в это прошлое, в котором мог избавиться от него всего лишь нахмурив брови или игнорируя кого-то. Сожаления сдавливают сердце. Бессмысленные. В этих стенах негде спрятаться. Они здесь короли. Ничто не помешает им добраться до него. Ни решётки, ни вооружённые надзиратели, ни камеры в каждом дюйме этой тюрьмы. С ним играют, он быстро это осознал. Много раз за эти две недели его загоняли и окружали так. Трогали, били, обещали набить своими членами..., но ни разу так и доводили дело до конца, останавливаясь лишь на изнасиловании его горла. Так сытый кот играет с мышью. Уверенный, что мышке уже не сбежать. Смирись. Всё предрешено, - говорят эти игры. - Давай же, засунь свою голову в зубастую пасть «кота» самостоятельно и возможно.. все кончится быстро. Ложная надежда. С Лань Ванцзи никто не говорит, с ним никто не садится рядом в столовой, никто не присоединяется на прогулке. Некому объяснить ему правила тюрьмы. Но кто такой Гуаньшань и, что из себя представляет лидер группы Цзинь, ему уже объяснили - похотливое, подлое, жестокое зверье. Только его люди и он сам крутятся вокруг Лань Чжаня. Даже ночью в собственной камере за запертой железной дверью, он не может заснуть, ежась от фантомных взглядов Цзинь на себе. Но Ванцзи все еще не смирился, сопротивляется, раздражает «кота» и за девственность его задницы жертву платит все остальное тело: синяки, кровоподтеки, ушибы, постоянный страх. Он не знает, почему Гуаньшань все ещё просто не взял его. Он мог бы. Но, извращенцу, видно, нравилась идея добровольного подчинения ему кого-то. Ласкало его Эго. Но сегодня, вынужденное это ожидание он компенсировал себе использовав горло Ванцзи для своего члена, заставляя его давиться и глотать, пока его свита из 4 человек стояла и наблюдала за этим. Кажется, он терял терпение. Сопротивление было бессмысленно. Ванцзи не хотел слышать хруст собственной сломанной челюсти, а они бы сломали без сожалений, потому открыл рот и даже не кусался. Малая жертва. Его тошнит и кружится голова, после всех полученных по лицу ударов. Ненависть в его глазах привела их в бешенство. Су Ше, собачка Гуаньшаня, наказал его вместо своего хозяина. Скула Лань Чжаня встретила его кулак. Голова пульсировала от боли, а зрение ненадолго затуманилось. - Жалкий, - с ненавистью шепчет он с пола, пытаясь сморгнуть выступившие на глазах слезы. - Заткнись! - Снова сильный удар, уже по другой его скуле. Его лицо припухло и покраснело, скоро на нем нальются два тёмных синяка - Ммм.. - вырывается болезненный стон у Лань Чжаня. Если бы он только мог избавиться от своих мучителей. - Вижу, я ,наконец, научил тебя молчать. - С удовольствием садистским прошипел Су Ше. - Не могу определиться, какой твой вид более привлекателен: с этими синяками по всему лицу или без них. - Злобно ухмыляется Гуаньшань, молча наблюдавший за всем со стороны, сидя на стуле, как на троне, пока все остальные вокруг стоят, а сам Ванцзи на коленях на полу. Ванцзи почувствовал отчаяние, ему как ребенку захотелось заплакать от досады, но он прикусил губу причиняя себе боль. Отрезвляя. Прогоняя панику. Его снова рвёт кровью и спермой, слитой ему в горло недавно Гуаньшанем. Они смотрят на него с отвращением, его рвота видно не кажется им приятным зрелищем. - Время вышло. Я вернусь позже, - обещает ему Гуаньшань, - продолжим наше свидание. Оставшись один, Ванцзи, наконец, позволяет себе расслабиться. Наконец, все кончено. В глазах его темнеет. Хлопает дверь. Громкий, режущий слух звук заставляет Ванцзи дернуться резко распахивая глаза. Он лежит в лазарете. Узнает это место сразу, за две недели в тюрьме, он уже 5 оказывался здесь. Можно было сказать, что неделю из этих двух он провел здесь с перерывом 1-2 дня между каждым попаданием сюда. Воздух здесь пропитан дезинфицирующим средством, а сам он переодет в больничный набор одежды. Ванцзи быстро огляделся по сторонам, на другие койки. Испытывая облегчение от того, что здесь не было никого, кроме него. Покой. Ванцзи хотелось рассмеяться. Он только что посчитал прекрасным, возможность, избитым лежать в мерзко пахнущем маленьком лазарете на старой кровати с грязным матрасом, застеленным старым бельем неизвестно какой степени свежести. Его дядя бы кашлял кровью, если видел его сейчас. Ванцзи снова смаргивает слезы, не желая плакать так открыто. Сейчас он никто. Не имеет никакого права выбора. Он как животное, которое может лишь принимать, то, что дает ему его непредсказуемый хозяин. Пока его хозяином хочет стать Гуаньшань, Ванцзи дрожит от отвращения от воспоминаний о члене старого мужчины у него во рту. Он так хочет выбраться отсюда. Сможет ли он привыкнуть ко всему этому когда-нибудь и не сойти с ума? Остаться в живых? Он прогоняет мысли. Ему нужно поспать, пока может. По крайней мере, эта койка была самым безопасным местом для него во всей огромной тюрьме, единственным местом. Здесь он мог не быть все время настороже. Не дергаться от каждого шороха или звука голоса. Здесь он мог думать спокойно. Искать выход. Он ведь должен быть? У кого искать ответы, когда все его избегают как проклятого? - Ты проснулся. - В кабинет влетает молодой доктор. Улыбчивый как всегда. Ванцзи понимал, что тот не виноват ни в чем, но он начинал ненавидеть эту улыбку. Гнев к другому просто потому, что его ситуация лучше твоей. Жалко. Ванцзи стыдно за свои невольные мимолетные злые эмоции. Мочки его ушей стремительно приобретают розовый оттенок. - Лань Чжаань. Это несправедливо, что я не могу больше увидеть твою красивую белую кожу! Все твое тело красно-фиолетовое. - - Надувается драматично доктор напоминая Ванцзи о его избитом теле, - но переломов нет. Это хорошо. Пока нет.. - Я хочу видеть тебя чаще, но не могли бы мы встречаться без этих ужасных отметин на твоем теле? Что эти ублюдки сделали с твоим прекрасным лицом!- воркует он вокруг Ванцзи. - Тебя нашли на полу свернувшегося калачиком в крови и рвоте. Ужасное зрелище. - Морщится доктор. Боль стала знакомой Ванцзи за эти 14 дней, как вторая одежда. Тело постоянно будто протыкали множество игл. Доктор продолжает улыбаться, много говорит и нелепо шутит.  На фоне всех тех, с кем приходится Ванцзи сейчас иметь дело, он кажется невероятно добрым и привлекательным человеком, даже тогда, когда раздражающе шутит над самим Ванцзи. Но его безразличный взгляд, холодный и оценивающий говорит о том, что Вэй Усянь больше, чем все это показное, поверхностное, что он демонстрирует всем вокруг и Лань Чжаню. Он не так прост, как хочет казаться. В чем причина того, что все эти ублюдки чувствующие свою власть здесь и безнаказанность, держатся подальше от медблока? Здесь только Вэй Ин. Значит он и есть то, чего они опасаются. Иначе они бы давно пришли за Ванцзи и сюда. Единственный простак здесь, кажется, лишь он сам, Лань Ванцзи, бывший наследник Лань Циженя, отличник школы и лучшего университета. Человек, который жил на вершине и имел все самое лучшее. - Эй, не игнорируй меня. Ох, я думал ты собрался помереть, когда тебя привезли ко мне два дня назад. - - Вздыхает Усянь, возвращая Ванцзи из его мыслей в реальность. - Повреждения... не смертельные, но все же неприятные. Он молчит и изучающе смотрит на Ванцзи. - Извини, - Ванцзи возвращает все свое внимание Вэй Усяню. В любом случае, это его единственный нормальный собеседник в этом месте. Его брат не появлялся здесь ни разу с тех пор как Ванцзи посадили. Ванцзи начинает думать, что он вообще не придет и боится оказаться прав в этом предположении. Его невеста, также, не связывалась с ним со дня суда. Реальность для Ванцзи ужасна. Независимо от того насколько он хорошо себя вел, насколько он старался быть правильным и честным, вот он, здесь, считается убийцей родного дяди, который растил его с 6ти лет. Единственный человек которому вообще было до Лань Ванцзи дело. Компания, которую дядя так долго создавал и благополучие которой собирался в будущем возложить на Ванцзи, брошена теперь неизвестно на кого. Он сам, в которого дядя столько вложил: лучшая школа, лучший университет, лучшая одежда, еда, дом... Его будущее, которое он ему предрекал.. Все стало пылью. Ничем. Он не может дать своему дяде, даже возмездия, его убийца все также на свободе. Ему некому помочь. Возможно, он никогда уже не сможет вернуть все, что потерял. Прямо сейчас из него пытаются сделать просто чертову грязную урну для пенисов жалких необразованных ублюдков, которые с рождения и до сегодняшнего дня никогда не представляли из себя ничего большего, чем отбросы общества, убийцы, насильники, воры, мошенники различных мастей. Его смешали с мусором в тот день, когда не провели расследования полноценного и обвинили в том, чего он не делал. Никому здесь нет дела до его добродетели или образования. Его скорее ненавидят за это здесь, ненавидят даже за такое абсурдное как внешность, словно он может нести ответственность за то, что они не имеют всего того, что имел он. Словно он лично у них отобрал это. Его желудок подергивается и болит. Его старые раны еще не успели зажить и стали болеть вместе с новыми. Болит не только тело, но и душа. Он знал, что бессмысленно бороться, но не может ничего поделать с собой, он боится, что вся его личность разрушится, если он прекратит. Они уже ломают его. Ему всегда было сложно приспосабливаться к тому, что он считал неправильным. Слишком принципиален. Слишком глуп для хитрости. Недостаточно гибкий. Он замечает, как Усянь наблюдавший за ним, коснулся своего носа и казалось смутился немного. Словно он имел что-то в голове, но не был уверен говорить или нет. Ванцзи не имевший возможности получить какую-либо полезную информацию хоть от кого-то был заинтересован. - Что это? - Он пристально посмотрел на Усяня, тот сразу его понял. - Ситуация твоя не очень хорошая. Если ты не предпримешь что-то как можно скорее ты погибнешь. Есть способы получить защиту здесь... - он замолчал, ожидая подтверждения от Ванцзи, что тот желает знать дальше. Ванцзи кивнул. - Один из способов, это руководство тюрьмы. Стать «их человеком» внутри. - - Выражение лица Усяня нехорошее при этих словах.- Но это рискованно, фильмы действительно неплохо передают, что случается со стукачами, которых раскрывают. - Дикая улыбка появляется на лице его пугающая Ванцзи. - Второй, выбрать покровителя среди лидеров группировок. Но это может стать не менее опасным, если ты неправильно выберешь покровителя. Он замолкает. - Кого ты предлагаешь? - Ванцзи уверен, что Усянь бы не говорил ничего, если не имел каких-то мыслей на этот счет. - Цзян, молодая группировка, возможность вступления к ним наиболее высока. Их лидер агрессивный, легко выводимый из себя, но его люди попадали сюда после него лишь с переломами и синяками и никогда, с травмами от сексуально насилия. - Он позволяет дальнейшие выводы делать Ванцзи самостоятельно. - Их не привлекает мысль секса между мужчинами. - Делает выводы Ванцзи приятные ему. Он никогда не думал раньше о сексе между мужчинами, имел невесту и собирался на ней жениться. До того, как его обвинили и арестовали. - Нет другого способа? - на всякий случай интересуется Лань Чжань. - Если ты хочешь здесь жить, а не выживать.. другого выхода нет.- Уверенно говорит доктор Вэй прежде чем покинуть лазарет оставляя Ванзи в одиночестве вновь.