Трудный путь

      Прошло почти полтора года. За это время Ханзо с помощью Рейдена восстановил заброшенный храм и преобразил его, оснастив всем необходимым для жизни клана. Поиск учеников тоже оказалось нелегкой задачей. Каждый раз, разговаривая с теми, кто мог бы согласиться вступить в Ширай-Рю, Ханзо будто смотрелся в зеркало. Их трагические истории в той или иной степени были похожи на его собственную. Наверное, поэтому Ханзо лучше чем кто-либо мог понять их и помочь, дав новую цель, ради которой стоило жить. И каждый раз он мысленно благодарил человека, который вытащил его из пропасти, чтобы теперь он мог сделать то же самое для других.       Кенши вновь посетил Гималаи на закате осени.       Небо было свинцово-серым, ноябрь подходил к концу, и погода стала совсем непредсказуемой. Уже несколько раз шел снег. В начале месяца он тоже выпадал, но таял. Новый снежок остался, все покрыла изморозь, контрастируя с цветом опавшей листвы.       В новом Ширай-Рю было уже десять учеников. Ханзо набрал их за несколько месяцев, после того как завершился ремонт. Самоотдача, которую каждый из них демонстрировал на тренировках, приятно удивила его. Их успехи вдохновляли.       После обеда, когда наступило время отдыха перед вечерней тренировкой, Ханзо решил посвятить его хозяйственным делам, но скоро что-то привлекло его внимание. Комната находилась на верхнем этаже, из окна хорошо просматривалась вся тренировочная площадка и край леса вдалеке. Первые снежинки, появившиеся утром, к обеду переросли в настоящий снегопад, за которым едва просматривалась тренировочная площадка, но что-то все равно потянуло Ханзо к окну. Он вглядывался в белоснежную мглу, пока наконец не разглядел темный силуэт. Выйдя из леса, человек медленно побрел к храму, за его спиной развевались длинные концы алой повязки.       Кенши выглядел уставшим: тяжелый подъем вымотал его, но свежий чай из трав, которые Ханзо собственноручно собирал в горах, быстро согрел его и вернул силы.       — Прям волшебное зелье какое-то, — расслабленно сказал мечник. Следы усталости понемногу исчезали с его лица.       — Ну не все же яды изготавливать, — на губах Ханзо мелькнула улыбка. Появление Кенши мгновенно преобразило для него этот ненастный день. — Надо же, почти полтора года прошло… — задумчиво добавил он.       — Да. Проклятая служба... Я уже начал голову терять, — честно признался Кенши, но тут же решил сменить тему, не желая разговаривать об опостылевшей работе. — А ты, я вижу, использовал это время с куда большей пользой. Я восхищен тем, как преобразилось это место! И десять учеников! Они действительно искренне рады, что оказались здесь.       — Ты уже успел просканировать их? — Ханзо насмешливо вздернул бровь, и Кенши тоже в ответ усмехнулся.       — Ну а как же! Я хоть и доверяю твоему выбору, но проверять никогда не лишне.       Ханзо покачал головой:       — Я рад, что ты вернулся, — тихо, чтобы не выдать всей полноты своей радости, сказал он.       Они разговаривали до начала вечерней тренировки, а затем — до глубокой ночи после нее. Кенши рассказал, как едва не погиб на последней миссии просто из-за того, что скопившаяся за долгие месяцы усталость и недосып привели к тому, что его телепатические способности дали сбой прямо во время сражения. Ужас, испытанный Кенши оттого, что он вновь стал слепым и беспомощным, парализовал его, лишив всякой возможности соображать.       — Только благодаря Сэнто я остался жив. Он будто сам двигал моей рукой, пока я не пришел в себя, — рассказывал он, ежась от воспоминаний. — После этого я потребовал у Сони неделю отпуска перед новой миссией.       — Куда тебя планируют отправить? — пряча тревогу, спросил Ханзо. Дурное предчувствие накатило горячей волной.       — Пока не знаю.       Кенши соврал намеренно. Ему не хотелось сейчас рассказывать Ханзо о том, на какую опасную миссию он вызвался добровольцем.       На следующий день, проспав почти до вечера, Кенши почувствовал себя словно заново рожденным и даже присоединился к тренировке. Самый младший из учеников, которому едва исполнилось семнадцать, особенно заинтересовался его техникой владения мечом. После этого Кенши проводил тренировки наравне с Ханзо, а свободное время они коротали за дружескими беседами и медитацией.       — Помнишь, я говорил, что из тебя выйдет отличный сэнсэй? — напомнил Ханзо, уже не первый день наблюдая за успехами младшего ученика. Но Кенши почти не отреагировал на его слова, только губы его сжались в совсем тонкую линию. — Ты ведь сам говорил, что эта работа вымотала тебя до предела. Так, может, послать SF ко всем демонам ада и, наконец, пожить спокойно, не рискуя каждый день головой? К тому же мне очень пригодилась бы твоя помощь здесь.       Кенши нервно переминался с ноги на ногу, будто-то не знал, куда себя деть. Внезапная перемена в нем удивила Ханзо и напомнила о том, каким мечник пришел в клан пять дней назад. К нему вновь вернулась былая нервозность.       После угрюмой паузы Кенши все-таки решил рассказать правду, кожей чувствуя волнение Ханзо и его испытующий взгляд. Молчать дальше просто не было смысла.       — Я соврал тебе, сказав, что не знаю, какой будет моя следующая миссия. Она хорошо мне известна, — голос Кенши звучал сухо и отрешенно. — Высшее командование решило внедрить меня к Красным драконам, чтобы уничтожить Дэйгона — их главаря.       Мгновение Ханзо смотрел на Кенши посреди жуткого молчания. Сначала неясный звук слетел с его губ, и лишь после он воскликнул:       — Что?!       — В SF я единственный телепат, поэтому никто кроме меня не сможет долго скрывать то, что он шпион.       Ханзо стоял будто оглушенный этими словами. Ему не верилось, что Кенши согласился на эту, без сомнений, самоубийственную миссию. На его лице вмиг появилось выражение враждебной непримиримости.       — Ты сошел с ума! Вы там все сошли с ума, раз решили, что обезглавить Красных драконов сможет один-единственный лазутчик, пусть даже и телепат! Дэйгон не обычный человек...       — Я знаю, — перебил его Кенши, рубанув ладонью воздух. — Именно поэтому только я могу подобраться к нему достаточно близко, не вызвав подозрений.       Ханзо едва не затрясся от поглотившей его ярости. Она комом подступила к горлу, но в слова так и не обратилась. Ему просто нечего было возразить. Ханзо понимал, что Кенши прав, что его способности действительно необходимы для этой миссии, но сама суть этой затеи не укладывалась у него в голове.       — Это безумие… Просто безумие… — ошеломленно бормотал он в попытках уложить в голове мысль, что его друг согласился на это.       — Решение принято, Ханзо. У меня нет пути назад, — с грустью сказал Кенши, ведь он тоже прекрасно понимал, что ждет его впереди. — Красные драконы во главе с Дэйгоном слишком опасны. Они должны быть уничтожены!       Не сдержав эмоций, Ханзо повернулся к нему спиной и, дав волю гневу, громко проклял этот день, Красных драконов, Дэйгона, Соню Блэйд и безрассудство Кенши. Хрупкий покой, воцарившийся в его душе, разбился вдребезги. Теперь любая мысль о Кенши будет наполнена отравляющим страхом за него.       — Сегодня утром я получил приказ от майора Блэйд возвращаться в город. Я хотел рассказать тебе после тренировки… — сказал Кенши, разрываясь между чувством вины и долгом.       Ханзо тяжело выдохнул в ответ, когда его гнев сменился опустошением.       — Что ж, так и получилось.       Весь остаток дня прошел в тяжелом молчании. Даже ученики старались лишний раз не попадаться грандмастеру на глаза, а Кенши почти не выходил из своей комнаты и углубился в медитацию, стараясь восстановить душевное равновесие. Лишь поздним вечером он попытался поговорить с Ханзо, но наткнулся на всю ту же глухую стену непонимания.       Ночью никто из них не сомкнул глаз.       Рано утром, в одиночестве съев показавшийся совершенно безвкусным завтрак, Кенши взял свою сумку с вещами и вышел на площадку перед храмом, чтобы попрощаться с учениками. Пожелав им успехов, он ответил на их поклон и подошел к стоявшему в отдалении Ханзо. Слепая ярость, овладевшая им вчера, сменилась вынужденным принятием. С огромным трудом, но он все-таки принял выбор Кенши, зная, что каким бы сильным ни был страх за его жизнь, он не имеет права вмешиваться в нее. Оставалось только смириться с собственным бессилием что-то изменить или хоть как-то помочь Кенши в его миссии. И это сводило Ханзо с ума. Он смотрел на человека, ставшего ему по-настоящему близким другом, и понимал, что, если Красные драконы раскроют обман, Дэйгон попытается расправиться с Кенши самым жестоким образом. От этого сердце Ханзо лихорадочно трепетало в груди.       — Не волнуйся за меня. Я справлюсь. Водить злодеев за нос мне не впервой, — сказал Кенши с уверенностью, которую на самом деле не чувствовал.       — Не знал об этом, — угрюмо ответил Ханзо.       Мечник добродушно пожал плечами: — Телепатией можно распорядиться по-разному. К тому же духи предков будут начеку и помогут мне в случае необходимости.       Кенши очень надеялся, что этими словами не обманывает сам себя.       — Как бы я хотел помочь тебе, — Ханзо сокрушенно склонил голову.       — Это невозможно, — сказал Кенши, но все-таки постарался ободрить его. — У тебя есть более важные дела здесь. И если ты сейчас бросишь клан, в восстановление которого вложил столько сил… Я тебе этого не прощу, и гнев мой будет страшен!       Ханзо невольно улыбнулся, слушая безапелляционно строгий голос Кенши, и черные тучи его тревоги как будто поредели.       — Спасибо вам за гостеприимство, грандмастер Хасаши, — Кенши со всей официальностью поклонился, но в самый последний момент улыбнулся той самой лукавой улыбкой, которую Ханзо был бесконечно рад видеть. — Это был лучший отпуск в моей жизни.       — Двери Ширай-Рю всегда открыты для вас, Кенши-сан, — подражая ему, с поклоном ответил Ханзо. — Вы уверены, что не хотите воспользоваться услугой телепорт-экспресс?       Застигнутый этим врасплох, мечник едва не отшатнулся.       — Благодарю за предложение, но я вынужден отказаться — меня сильно укачивает. Я лучше пешком, — протараторил он и уже собирался сорваться с места, чтобы уйти до того, как волна тоски вновь захлестнет их обоих, но не успел, оказавшись в чужих объятиях. Сердце Кенши дрогнуло, и он обнял Ханзо в ответ.       Им было плевать, как это выглядело со стороны и что могли подумать ученики. Сейчас Кенши был для Ханзо самым близким человеком, который уходил навстречу смертельной опасности, и он никак не мог это предотвратить. Их объятие продлилось всего несколько секунд, но Кенши постарался вселить в Ханзо уверенность, что все будет хорошо и что они обязательно встретятся вновь.       — Пожелай мне удачи, — быстро, одним выдохом сказал он и заторопился в сторону леса так, будто сама земля жгла ему ноги, стараясь не прислушиваться к мыслям Ханзо, громко прозвучавшим ему вслед.       Кенши чувствовал, что с этого дня его и так полная опасностей жизнь станет еще тяжелее. Он знал, что еще не скоро сможет окунуться в тихую безмятежность укрытого в гималайских горах клана — места, которое он мог бы однажды назвать домом. Кенши следовал по выбранному пути, который через два года приведет его к сыну, в этот день отмечавшему свое шестилетие.