Мирно и без происшествий

Если бы жизнь шла в одном направлении, она бы пошла вот так: Он будет продолжать пить, несмотря на предписания врача, и через пару месяцев умрёт от почечной недостаточности. Конец. Но жизнь не пошла в этом направлении. Вместо этого Вселенная решила, что однажды он проснётся розовощекой девочкой и продолжит жить в качестве той девочки в этом волшебном мире, где любой мог получить силу съев Фрукт с завитушками, и где было культурно приемлемо, чтобы дети воспитывались больными на голову горными жителями. В течение десяти лет он был убеждён, что находился в коме, вызванной барбитуратами, и видел самый нелепый сон. Он не был уверен, был ли это осознанным сновидением или нет; он контролировал и осознавал свои действия, но он не мог изменить ни обстановку сна, ни персонажей. А потом, на одиннадцатом году своего пребывания в этом мире, было ли это результатом комы или нет, ему уже было всё равно. Вначале ему было всё равно, но теперь стало ещё хуже. Он застрял здесь (пока не проснулся), и это был факт. Так почему бы не воспользоваться этим? Жизнь в реальном мире была дерьмовой, и он вырос в озлобленного старика. Здесь он мог бы откинуться назад и расслабиться. Наслаждаться тем, что ты молодая леди и всё такое. Конечно, Регги не мог начать всё с чистого листа. Что бы ни случилось с озлобленным стариком, это относилось к Регги. Его симпатии и антипатии стали её симпатиями и антипатиями, а его привычки — её привычками. У старика определённо была склонность держать людей на расстоянии вытянутой руки, что Регги, естественно, делала с самого начала. Развитие эмоциональных привязанностей чревато эмоциональным потрясением. Судя по предыдущему жизненному опыту Регги, это доставляло ему больше хлопот, чем пользы. Ей было легко замкнуться в себе, в конце концов, у неё было более шестидесяти лет практики. Поэтому, когда Эйс умер — Регги не проронила ни слезинки. Когда выяснилось, что Сабо жив — Регги только пожала плечами. Когда её отец перевернул Правительство с ног на голову, когда её дед свалился с ног от жизненных невзгод и когда мир пришёл в неистовство — Регги было всё равно. Даже когда Луффи стал Королём Пиратов, это мало что значило для Регги. Не было никакой необходимости так увлекаться безумием и проблемами жизни. Эта реальность была её будущим отпуском, поэтому она собиралась сделать свой мир — свой остров, свою деревню, свой дом, свои книги — как можно отдалённее. Никакого стресса, никакого беспорядка. Никаких приключений, никакой суеты. Вот почему ей было всё равно. Вот почему она отвергла предложение Гарпа и приглашение Луффи к приключениям. Вот почему её профессией была бухгалтерия — полная рутины и цифр, и никакого волнения. И это её вполне устраивало. Это было то, чего она — старик — всегда хотела: мирная, безмятежная жизнь.