68 Голодные игры - переписывается.

Тишина. Ветер еле заметно перебирает мои волосы. Я дышу. Я чувствую. Я знаю, что я здесь. Я жива. Но кто я? Сейчас я могу только чувствовать все эти вопросы, голова моя не понимает абсолютно ничего. Ничего в ней не имеет смысла, ни одно слово, ни одна буква. Кто я? Я не помню. Помню одуванчик. Я открываю глаза и вижу маленький цветок с закрытым бутоном. Моргаю. Вот тот же цветок, но уже раскрытый и чуть больше. Желтенький, красивый. Хотя может мне все это кажется? Снова моргаю. Цветок уже не желтый, а белый: идеальной формы круг из маленьких пушинок… Пушинки… Цветок… Откуда я знаю эти слова? Кто меня им научил? Кто я? Снова моргаю. Цветка уже нет. Есть один стебель. Я медленно двигаю пальцами, потом руками и ногами. Тело мое, хоть и слушается, но ощущается будто не своим, будто меня поместили в чей-то манекен, пока я спала, и теперь я не чувствую себя собой. Помимо вопроса о моей личности возник второй вопрос: где я? Я лежу. Лежу под какой-то стеной. Почему я здесь? Снаружи чирикают птицы, лучи солнца то появляются, то исчезают за облаками, но что это за посторонний звук? Неужели волны? Волны. Какое странное слово. Почему я так подумала? Что такое волны? Слово знаю, а что значит не помню. Не могу описать. Надо пойти посмотреть. Срочно. Я выползаю из-под стены и понимаю, что рядом со мной лежит куча каких-то непонятных вещей. Все это время мне что-то очень больно давило на ребро и только сейчас я поняла, что это были два бумеранга на которых я пролежала все это время. «Почему я их носила у себя в куртке? Зачем они мне? И рюкзак. Видимо это было важно для меня, раз он тут оказался совсем рядом со мной. Надо его взять с собой. Надо взять все вещи, которые были рядом. Может, когда я вспомню кто я, я пойму зачем они мне. Так довольно логично размышляя, я собираю все свои, или не свои, вещи и отправляюсь на звук волн. В противоположной стороне видны кроны деревьев, правда находятся они далеко. Однако я иду не к ним, я иду на звук воды. Уж очень мне хочется вспомнить, что такое волны. Все ближе и ближе. Обойдя пару домов я действительно вышла на длинный пляж. Конец его уходил в сторону деревьев, сзади меня стояли разрушенные дома, а спереди море. Волны, те самые волны, теперь я вспомнила, чуть заметно накатывали на берег, ветра почти не было. Что-то такое я помню, а может я это придумала? В голове будто туман напустили, мысли тянутся, как резина. Я присела на песок и открыла рюкзак. В рюкзаке оказались какие-то непонятные вещи, названия которых я не все помнила. Фонарик, немного еды, веревка, какие-то проволоки и куча непонятного барахла. Я снова взглянула на меч. Зачем он мне? Здесь же никого нет. Тут меня осенило. Почему здесь никого нет? Почему я одна среди этих построек? Где я? Только волны шелестели мне в ответ. Надо подумать. Почему я оказалась под той стеной? Наверное я пряталась от кого-то. Зачем? Тоже не помню. Помню только тревожное чувство, а дальше пустота. Я нервно обернулась по сторонам. Никого. Вздохнув я принялась доедать то, что было съедобного в рюкзаке, так как есть хотелось неимоверно. Медленно пережевывая каждый кусочек я наблюдала за тем, как солнце лениво плыло по уже безоблачному небу. Где мне потом снова взять еду? Этот вопрос не давал мне покоя, так как припасы подходили к концу, а голод будто стал только сильнее. В конечном итоге я доела все, что было в моем распоряжении и выпила половину бутылки воды. Стало немного лучше, но я все ещё чувствовала сильную слабость. Мышцы болели, будто я пролежала без движения несколько дней. Интерес мой возрастал с каждой минутой: что же это за место такое? Где-то вдалеке зачирикали птицы. Не успела я опомниться, как земля подо мной зашаталась. Я вскочила на ноги и попятилась подальше от построек, которые угрожающе закачались вслед за землей. Землетрясение было небольшим и продолжалось всего минуту. Странно. Что же это все значит? Почему-то мне казалось, что у меня здесь какая-то миссия, что я должна что-то сделать, что-то очень важное. Однако туман в голове так сильно окутывал каждую мою мысль, что думать над подобными вопросами было просто невозможно. Даже болезненно. Сидеть на одном месте мне быстро надоело и я решила прогуляться по периметру. Похоже недавно был дождь, потому что на всех поверхностях блестели капли, от чего казалось, что все вокруг усыпано маленькими кристаллами. Пляж выгибался красивым месяцем. Мне очень хотелось зайти в воду и поплавать. Конечно уверенна я не была, умею ли я плавать, да и это слово мне тоже казалось каким-то странным, но ощущение было такое, будто мое подсознание знает что это, а мышцы сами разберутся с тем, что делать. Прогулявшись до очередного удобного места, я снова уселась на песок и уставилась на волны. Посидев так минуту другую я встала, схватила сеть и меч, и двинулась в воду. Понятия не имею откуда у меня все эти навыки, но спустя примерно два часа у меня был приличный улов. Найдя несколько веток, валявшихся рядом с линией берега, я развела огонь благодаря небеса за то, что ветки оказались сухими. Ждать пока рыба приготовиться было почти невозможно, так как мне все ещё хотелось есть так, что живот сводило. Снова не имея ни малейшего понятия о том, откуда у меня знания того, что делать с рыбой, я выпотрошила ее и обжарила со всех сторон. Получилось вполне съедобно. После трёх порций я наконец почувствовала себя сытой. День медленно тянулся. Мысли мои, все ещё спутанные, тянулись вслед за днём. Проще было вообще ни о чем не думать и просто смотреть на все вокруг, чем я вскоре и занялась. Ведь о чем мне думать, если я ничего не знаю. Остаётся только наблюдать. Последнее, кстати говоря, приносило сплошное удовольствие. Синие волны плескались под ярким солнцем, чуть прохладный ветер был идеальным дополнением к тому, чтобы было не жарко. Деревья, которые стали чуть ближе, шелестели листьями и этот шелест чуть слышно разносился по всей округе, хоть его изо всех сил и старался перекрыть шум волн. Во время ловли рыбы я также нашла несколько красивых раковин и теперь рассматривала и их. Одна длинная, закрученная, идеальной формы. Вторая плоская, похожая на карманное зеркальце. Сеть и меч лежали рядом со мной. Может они мне нужны были для добывания еды? Но в таком случае зачем мне другое оружие, бумеранги например. Ответ на этот вопрос если и был в моей голове когда-то, то сейчас его точно не было. Все это начинало действовать на нервы. Проще все же было просто наслаждаться хорошей погодой и сытым желудком. Мне даже стало радостно. Остаток дня я провела гуляя по пляжу. Уходить совсем далеко было страшновато, к ночи я предполагала вернуться обратно к тому месту, где проснулась сегодня утром. Прогулка тоже получилась очень даже приятной. Я обошла кучу домов, стоявших в ряд перед переходом асфальта в песок. Чем дальше я отходила от места, где проснулась, тем проще и реже становились дома. Одноэтажные и двухэтажные, незамысловатые и часто деревянные. Однако когда я вернулась обратно, с другой стороны обнаружила электростанцию. Внушающих размеров здание тянулось вдоль берега, на самом верху стояли столбы с оборванными проводами. Решив подняться повыше и посмотреть окрестности, я нашла ближайший вход и толкнула дверь. Та съехала с петель и грохнулась на пол. Не ожидая подобного исхода я постояла пару секунд на месте, а затем осторожно заглянула вовнутрь. Если двери здесь такие хлюпкие, то в каком состоянии потолок? Передо мной была просторная комната с лестницей ведущей наверх. Стены внутри были выкрашены в светло-голубой и когда-то белый цвета. Окна, в трое больше обычных, были выбиты, а деревянный подоконник изломан в щепки. Каждый мой шаг отдавал хрустом осколков под ногами. Дойдя до лестницы я посмотрела наверх. Она тянулась на этажей пять. Забравшись на самый верх, я открыла очередную дверь и оказалась на плоской крыше. На ней то и стояли столбы. Тут и там валялись длинные шнуры. Подойдя к самому краю, я посмотрела вниз. Подо мной были какие-то ржавые трубы вихляющие и соединяющиеся между собой создавая огромный лабиринт. Нервно вздрогнув я прошла дальше. Тут же почти рядом оказался непонятный рычаг. Такой же ржавый, как и трубы. Я, чувствуя, что сегодня самое время делать открытия, потянула этот самый рычаг на себя. Тот противно заскрипел и еле сдвинуться с места. Что-то защелкало с другой стороны крыши. Я снова подбежала к краю. Там, где начинались трубы в стене появились ступени от того места, где я стояла и до самой земли. Они будто выехали из самой стены. «Вот это технологии», - подумала я. Солнце уже садилось. Небо окрасилось в ярко розовые цвета. Только теперь я обратила внимание на то, что было за трубами. Целый разрушенный город одиноко стоял под последними лучами сегодняшнего дня. Рядом ни Души. Мне захотелось крикнуть, вдруг кто-то отзовётся, но в последний момент передумала: мало ли кто там может жить. Оружие то я все же не просто так я при себе имела. Почему же я ничего не помню? За домами, совсем далеко, виднелась длинная стена, за ней зелёные деревья, а прямо напротив меня, тоже вдалеке, возвышались странного вида строения, хотя какие именно было невозможно разглядеть. Где же все? Что тут происходит? В полном недоумении я снова щелкнула рычагом и лестница въехала обратно в стену. Ветер наверху становился холоднее и я решила спуститься вниз. Голод снова стал одолевать мной и мне снова пришлось рыбачить. Этот процесс занял у меня весь остаток вечера. К моменту, когда солнце окончательно село за горизонт, я сидела на песке, под ясно-синим небом, слушая шум волн и наблюдая за тем, как звёзды мирно поблескивают вдалеке. На меня снизошло такое умиротворение, будто мои нервы были напряжены очень долгое время и сейчас, наконец, смогли расслабиться до конца. Не смотря на то, что я ничего не понимала и происходящее вокруг наводило не на самые приятные мысли, мне было так спокойно сидеть на этом песке и смотреть на небо, что даже слёзы наворачивались. Завтра нужно разузнать об этом месте побольше. Очень нехотя мне пришлось встать с песка и пойти обратно к тому месту, где я очнулась. Сейчас, однако, я заметила то, что не заметила утром: огромная, ржавая труба находилась прямо напротив меня. Из-за ветра казалось, что внутри кто-то приглушенно стонет. Зрелище жуткое до мурашек. Однако даже не смотря на это, мой миролюбивый настрой так и остался при мене. Пожав плечами я забралась под каменную глыбу и зарылась в траву. Разбудило меня чириканье птиц. Мне казалось, что так хорошо я не спала уже много дней. Солнце уже сияло во всю на безоблачном небе. Губы мои сами растянулись в улыбке. Настроение было отличное. Я выползла из под изваяния и огляделась. Вокруг все ещё никого. Только одна из птиц оказалась совсем рядом. Никогда не видела таких: маленьких, серо-сине-чёрной окраски. Она весело защебетала и заскакала по камню. Я засмеялась. Не стоило этого делать, потому что это спугнуло единственное живое существо, помимо моего вчерашнего обеда, которое я встретила за эти пару дней. Все ещё улыбаясь я смотрела вслед улепётывающей птице. Я обернулась на свой рюкзак и месс. Выйдя к морю я снова наловила рыбы и устроила себе очередной маленький пир. Как ни странно, но мне даже начинало нравится такое течение событий. Единственное, что меня все ещё беспокоило - отсутствие людей. Не успела я доесть последнюю порцию и как следует потушить огонь, как снова все затряслось вокруг. Моя улыбка сразу же исчезла, сердце заколотилось о рёбра. Ничего похожего на вчерашнюю тряску. Сегодня земля шаталась так, что где-то вдалеке что-то захрустело, пара ветхих домов рухнули целиком. Трясло довольно долго и сильно, но оказывается я и понятия не имела, что такое настоящая тряска. Второе землетрясение было настолько сильным, что мне пришлось отбежать чуть ли не к самой воде, так как уже и рядом стоящие дома стали обваливаться, создавая огромные облака пыли. Теперь мне было понятно, почему электростанция в таком состоянии. На меня накатила паника. Вспомнив о том, что по рассеянности оставила почти все свои вещи под камнем, я кинулась в сторону ночлега, как только тряска более менее улеглась. Тут и там трескались оставшиеся стоять дома, падали черепицы с крыш, но мне было не до того. Добежав до своего укрытия, я увидела лежащие на месте рюкзак и меч. Все утро при мне были только бумеранги, которые всегда находились у меня за пазухой. Не успела я подойти к каменной стене, как мимо просвистело что-то очень острое. Я обернулась. Чуть ближе к ржавой трубе стоял огромного размера парень. Выглядел он очень потрёпанным, глаза безумные, кожа настолько бледная, что ее можно было назвать зелёной. Самое страшное было то, что он смотрел на меня с такой ненавистью, будто я была источником всех его бед. Следующий нож полетел в моем направлении. Недоумевая я уклонилась в сторону и грохнулась на землю. «Ты что?» - закричала я. Кажется это были первые слова, которые я произнесла за очень большое количество времени, потому что голос мой был сиплым и таким слабым, что парень мог его и не услышать. Прокашлявшись я снова крикнула: «Ты что делаешь?» Парень на секунду остановился, будто не понял моего вопроса. Этой секунды хватило для того, чтобы сверху на него спрыгнуло что-то человеческого вида. Я попятилась. Первый парень повалился на землю, но сразу же вскочил на ноги. Второй парень был поменьше сложением, но такой же мускулистый и двигался намного быстрее, будто танцевал вокруг неповоротливого громилы. Тот все пытался кинуться на второго, но тратя все усилия на то, чтобы замахнуться, попадал мимо. «Дерись нормально, ты трусливый морской конь!» - заорал громила. «А ты будь пошустрее, может тогда мы сможем наконец сразиться на равных», - раздался звонкий голос второго парня. «Сейчас я разберусь с тобой, а потом займусь твоей землячкой, как тебе такой план?» - снова заревел первый. Как он меня назвал? Землячкой второго парня? Что это значит? «Ты сначала со мной разберись, а что касается ее, то будь она в своём уме, мне бы не пришлось тут нянчится с тобой», - сказал второй и ткнул копьем громиле в ребро. Тот казалось выдохнул из легких весь воздух, который в них был и согнулся пополам. Второй парень не стал терять времени и замахнулся кулаком прямо по лицу своему противнику. Я во все глаза смотрела на него. Будь я в своём уме? Почему же я не в своём уме? Мысли снова стали будто резиновыми, будто я пыталась разорвать это тянущуюся вещество, мешающее мне пробиться к памяти о прошлом. Голова моя затрещала. Странное чувство охватило меня, похожее на дежавю. Я подняла глаза на парня, который по всей видимости спас мою жизнь. Его ярко-бирюзовые глаза посмотрели на меня с каким-то неподдельным интересом. Секунда. Прошла всего секунда, я даже не успела и глазом моргнуть как сзади прозвучал крик и что-то неприятно то ли хрустнуло, то ли хлюпнуло. Одна секунда, парень отвлёкся, чтобы посмотреть на меня на одну секунду, но этого было достаточно, чтобы громила пронзил его своим ножом. Копье выпало из рук парня, струя крови потекла по его подбородку. Я среагировала машинально. Вскочив на ноги я выхватила бумеранг из-за пазухи и на автомате швырнула его прямо в громилу, рассчитав траекторию так, чтобы не попасть в парня поменьше. Бумеранг вонзился ему прямо в шею. Мой земляк, казалось используя последние силы, обернулся и пронзил копьем уже прочти добитого парня. Что-то грохнуло, я подпрыгнула и обернулась по сторонам. Ничего. Все на месте. Да и звук исходил откуда-то сверху. Я повернулась снова к моему спасителю. Тот попытался видимо что-то сказать, но рухнул на землю. Я побежала к нему. Теперь его ясные глаза выделялись своим сиянием ещё сильнее, так как лицо его было почти белым. Я приподняла его голову и положила себе на колени. Взгляд его казалось фокусировался и уплывал куда-то каждые пять секунд. «Обещай мне, что это будешь ты», - прохрипел он, хватая меня за руку с такой силой, что я засомневалась, что парень действительно умирает. «Что я буду чем?» - дрожащим голосом спрашиваю я. Парень криво улыбнулся и издал звуки, похожие на смешок. «Неужели ты все ещё ничего не вспомнила? Совсем ничего?» - прошелестел он. «Что вспомнила, о чем ты говоришь?» - затараторила я. Почему то с каждым моментом мне было больнее и больнее смотреть на то, как он мучается. «Ничего, газ скоро должен перестать действовать на тебя, ты все вспомнишь, все поймёшь», - последнее слово он сказал почти шепотом. По непонятной причине слёзы покатились по моим щекам. Почему я плачу? «Селин, обещай мне, что ты победишь, - не переставал просить парень, - и что все обязательно поймёшь». «Да, конечно», - в отчаянии пообещала я сама не зная о чем говорю. Парень удовлетворенно кивнул, хватка его ослабла. Он уставился на что-то, я даже сразу не поняла на что именно. Затем он притянул руку к цепочке, которую я только что заметила на моей шее. На ней висела белая жемчужина. Наши глаза снова встретились. «Удачи», - уже совсем еле слышно произнёс он. Мое состояние было больше похоже на тихую истерику. Сама не понимая почему, я вцепилась в уже ослабевшую руку. Глаза парня ещё какое-то время смотрели на меня, а потом уставились куда-то вдаль, смотря на то, чего мне не увидеть. Снова что-то грохнуло. Тут я вспомнила все. Как в обратной перемотке я увидела свои скитания по арене, своих союзников Профи, Рог Изобилия со стартовой площадкой, Тренировочный Центр, колесницы, президента Сноу, менторов, жатву, родителей, белый дом, ракушки в моей комнате, Дикий пляж и моего единственного друга во всей этой безумной игре. Мне будто кто-то вдарил между рёбер, воздуха катастрофически не хватало. Я на Играх, я все ещё на Играх в смертельной опасности. Уильям только что спас мне жизнь отдав взамен свою. Слёзы хлынули из моих глаз с такой силой, что я перестала различать что-либо вокруг. В немом крике я склонила свою голову над бездыханным телом и зажала ее обеими ладонями. Рыдания подступали одно за другим, стараясь издавать как можно меньше звуков, я пыталась не захлебнуться в собственных слезах. Настолько незащищенной, виноватой и несчастной я себя ещё не чувствовала никогда в жизни. Мне казалось, что это горе: горе того, что меня выбрали на жатве, горе того, что мои родители должны смотреть, как их ребёнок пытается выжить среди убийц и сам превращается в убийцу, горе того, что вопреки самой себе мне приходится делать вещи, которые я в жизни бы не сделала, горе от потери друга с которым я могла дружить всю жизнь, все это буквально рвало меня на части. Вскоре рыдания мои превратились в истерические всхлипы. Я понятия не имела, что мне теперь делать. Казалось, что Распорядители это тоже поняли, потому что земля снова заходила ходуном. Я аккуратно положила голову Уильяма на землю, вскочила на ноги, схватила рюкзак и меч, и, бросив последний взгляд на своего тихо лежащего спасителя, кинулась бежать прочь.