Verurteilt - Проклятый

~Хорошо, давай напишем первую главу~ Глава 1: - Проклят - "Он благоволит нашим праведным начинаниям, Он благоволит нашей храбрости, Он наш проводник и защитник. Наш свет. Наша надежда. Наш Хранитель." (С) Святой Аскипий Созидатель Пустота. Представьте что вы спускаетесь в подвал, вы помните как включили свет, вы помните где расположены ступеньки, полная уверенность в КАЖДОМ своем шаге при спуске, свет моргнул. Растерянность, ощущение свободного полета, сердце стучит в ваших ушах и абсолютная, всеобъемлющая паника захватывает все ваше тело и всю душу, которая улетает в пятки быстрее чем стример на твиче сказавший слово начинающееся на "Н". По инерции, пытаешься нащупать что-то руками, сгруппироваться, приготовиться к падению. Проходит уже треться секунда, буквально тянется словно вечность и Следующая эмоция недоумения заставляет ваш мозг прекратить подачу адреналина. Перекрыть этот клапан рефлексов и начать думать... "А где падение?"... Вот рукой пытаешься трогать другую руку, свое лицо, свое тело. Но ощущения "Касания" нет. Затем ты понимаешь что нет ВООБЩЕ никаких ощущений вокруг, полная сенсорная пустота, депривизация. Словно ты был поглощен тьмой. Про себя начинаешь считать секунды, затем минуты. Час. Приходит истерика. Поглощенный страхом, сбиваешься со счета и начинаешь заново. Ты не герой боевиков который моментально одной своей улыбкой останавливает пули, не спаситель принцесс и не великий волшебник. Лишь простой человек. Который пытается плакать от страха и зовет Маму и Папу, Бабушек и Дедушек, Друзей, знакомых... Зовет хоть КОГО-ТО чтобы он помог тебе, ведь страх это естественно. Это нормально. Ведь ~Ты Человек~ Истерика проходит, понимая что дыхания нет ты считаешь "Раз - Два - Три. Раз - Два - Три - Четыре". Стабилизируешь свой разум, ведь ты существо в высшей пищевой цепи не потому что острые зуби и страшные когти, нет, потому человек завоевал планету, что обладает разумом. Полностью успокоившись, ты осознаешь себя в Тишине. Тишина Гнетущая, вязкая, она становится тебе ненавистной, как и Тьма. Ведь сейчас находишься в ней ты словно вечность. Она неосязаема, безгранична. Ей плевать на тебя и твои попытки вернуть привычные ощущения вроде "Света" или "Звука". Очнувшись в незнакомом месте ты проклинаешь её, но спустя время... Она становится успокаивающей. Она не предвещает тебе беду, не пытается убить или уничтожить. Она просто есть, как и ты. То что вызывало страх и абсолютную беспомощность теперь дает лишь ощущение покоя, долгожданный и драгоценный отдых от жизни, от спешки все и везде успеть. Она дает тебе драгоценную возможность вспомнить всю свою жизнь, свои поступки. То чего ты стыдился, то чем гордился. "Жаль я не сказал родителям о том как сильно их люблю" "Моя жена, ей будет грустно..." "Вспомнят ли обо мне друзья?" Вопросы, столь многое было обдумано, взято и разобрано на детали. Словно часовщик, ты пересматриваешь каждое мгновение своей жизни под разными углами, затем собирая её в единое целоев. Но один вопрос заставляет тебя вздрогнуть... "Я мертв?", затем что-то холодное касается твоей пятки на левой ноге, словно щекочет, облизывает? Паника и истерика возвращаются, ТЫ НЕ ОДИН. Мысли запутались, эмоции сменяли друг-друга, зона нового комфорта вновь сломана и ты застрял в этой паутине из ощущений, сначала исчезают ноги, затем руки, туловище, ты более не чувствуешь шеи, ушей, носа. Тьма постепенно заполняется белым шумом как поломанный телевизор, нестерпимый зуд изнутри черепа. "Возможно, это конец?" подумашеь ты, наблюдая ослепительный свет. ~Нет. Это новое начало~ *** Молодой человек сидел за деревянным столом, перед ним лежали рукописи. Старательно, буква за буквой, он переносил строки текста с наполненных писаниями книг в пустые листы. Освещаемый светом свечей, он шептал каждое слово которое видел. "... Великий и Прославленный Губернатор Эодорий IV был величайшим правителем Зета III, его наиболее впечатляющее деяние это дозволение на великую милость, столь добр и сострадателен был его характер, как упоминал ранее в своих трудах Авристен Райн. На день Объединения и Великого восхождения, своей рукой, он дозволил работникам мануфактур отдохнуть целый час! Рабочие еще долгие годы со слезами на глазах рассказывали об этом поступке своим детям. Паломники из Храма Святого Друза говорили что в тот день икона сестры Цестерции мироточила.* *АПЧХИ* - Будь осторожен, Арман - Я буду, отец Эйнрих. *Всхлип* Седой мужчина, с доброй и понимающей улыбкой потрепал голову юноши, и прошел дальше в другой конец Либрариума, за его спиной, медленно летел... череп... Его глазница пульсировала красным светом из окуляра, а на голове горела свеча. "К этому тяжело привыкнуть" Передёрнув плечами, откладываю перо и задеревеневшей рукой провожу по лицу, стараясь размять переносицу и снять часть ментальной усталости, которая слишком быстро копиться в этом месте. Кстати говоря, позвольте представиться. Арман Краус, сын Капитана прославленного Имперского флота Деуса Крауса, который погиб в бою с силами Архиврага. Мать была Лейтенантом на том-же корабле, и погибла вместе с ним. "Все одно я их даже не знал" Ведь стоило только родиться этому телу, как его оставили на пустотной станции -Reudes Astra-, на попечение нянек и прислуги из дома Краус. Все шесть лет, это тело не виделось с ними, все шесть лет, оно было... изгоем. Стоит уточнить что рожденный вне брака в семье аристократов, это не "законный сын", это "Бастард". Впрочем, я такой был не один, Привелегии Капитана дали Деусу возможность иметь несколько наложниц, а о женитьбе он старался не задумываться, предаваясь разгульной жизни. Встряхиваемый только патрулями да редкими стычками с пиратами. Иронично, что многочисленные сестры и братья этого тела погибли в один день Ксеносы. Это слово описывает всех Пришельцев, всех Чужих кто повстречался среди звезд Империуму Человечества. В этом мире мы не одиноки в пустоте космоса, и это открытие не принесло ничего кроме горя. За минувшие тысячелетия человеческой истории с ними произошло бесчисленное число войн, планетарные сражения и длительные компании геноцида. Некоторые из этих событий могли длиться целые эпохи и охватывали несколько сегментумов. Некоторые из них ужасающи, другие красивы и утонченны. -Reudes Astra- не повезло, на неё напали Тёмные Эльдары. "Жаль, что это не мир Эффекта Массы, там пришельцы были вроде миролибы... если не вспоминать про инцидент первого контакта и Батарианцев" Взяв в руки перо, возвращаюсь к переписи текста на Высоком Готике, это пожалуй единственный Отдых, который доступен ученику в Схоле. Ведь даже во сне, нас обучают. Пожалуй тяжело будет забыть тот день, когда пришло Осознание, в момент когда транспортный челнок увозил меня и нескольких уцелевших слуг с разваливающейся на части и погибающей в огне станции. Когда после жесткого приземления на планету тело было с силой отброшено в стену, удар принес легкое сотрясение и Воспоминания. О жизни в другом мире, в мире где Святая Терра называлась Землей, о времени когда Бог Император еще не явил себя миру, о людях, что грезили полететь в космос. "Им не видать мира среди звезд, только вечную войну и бойню, под смех темных богов" Удивительно, что однажды прочитанные книги и увлечения фантастикой дают столько информации, для понимания той задницы в которой я же и оказался. Возможно, сам Император, тогда на земле был среди создателей из Games Workshop? Быть может все это - было его предупреждением? Или очередной эксперимент? Простым людям не понять его помыслы... "Впрочем, при помощи ужасающих действий, агонизирующий Империум все еще Стоит, он держится перед ужасами галактики и бесчисленными легионами тварей что жаждут уничтожить род людской" Натиск ксеносов тогда был стремителен, отпор был жесток, Темные Эльдары забрали свою жатву и ушли столь же стремительно как и пришли. Слуги продали те ценности что у них были и исчезли, а одинокий малец попал в руки паломника из экклезиархии, два долгих года скитаний. И вот он, стоял перед вратами Схолы Прогениум, через миг вступает в ряды Прогенов, учеников, дабы насытить военную машину Империума еще одним живым механизмом. "Могу Авторитетно заявить, что рад этой жизни. Ведь я не Гретчин, не Сквиг, не космическая мерзость аля ХТОНЬ. Был человеком, им и остался... хотя не отказался бы быть Некроном или Эльдар..." Рука замерла над текстом, зажмурившись, выгоняю из себя эти мысли. Стоит хоть кому-то заподозрить мою информированность, как расстрел на месте или любая другая моментальная экзекуция станет милостью, моментальной смертью, более лучшей альтернативой, нежели агония допросов и пыток. - Арман? - Да, отец Эйнрих? Мой наставник, отец Эйнрих является Священнослужителем из Адептус Министорум, он курирует группу из 50 юношей и девушек что обучаются всему под его надзором, всему тому - что дают учителя. За годы обучения я видел лишь нескольких, Сестру из Адептус Сороритас, пылкую в своей вере, благодаря ей, молитвы Императору не вызывают во мне отвращения, Отпрыска из Милитарум Темпестус, сурового и даже жесткого в желании дать нам навыки боя на любом оружии что попадает в руки и Комиссара из Оффицио Префектус, непреклонного, в своем служении Богу Императору. - Завтра День Отбора - Помню, отец Эйнрих Потрескивание свечи и ровное дыхание, мужчина остановился за моей спиной, развернувшись я встал и склонил голову, сложив руки на груди в знак Аквилы, двуглавого орла, символа Империума. - Твое обучение подошло к концу - Наставник положил руку мне на плечо и в его голосе была слышна улыбка - ты взял многое из наших знаний и это радует мое старое сердце - убрав свою руку, он вздохнул и отошел на пару шагов, подняв взгляд я увидел в его глаза сталь-. Но еще большее осталось для тебя закрытым, твой путь будет тяжелым, ты сам решишь его завтра, если останешься в живых. - Голос слегка дрогнул и наполнился добротой - я буду молиться Ему за тебя. - Спасибо... я тоже помолюсь Ему за всех нас. *** - Комиссар Штульц, разрешите войти? Вотчина Оффицио Префектус в стенах схолы не была чем-то, что сильно выделялась, даже этот малый кабинет был больше похож на один из тысяч многих, эффективность превыше удобства, то что делает его важным, это владелец. Цепкий взгляд серых глаз, черная шинель, и аквила на фуражке давали понять многим посвященным, что перед ними находится Комиссар. Тот кто ответственен за многое в этих стенах, но сегодня его роль для меня особенна. Последний элемент отбора. - Войдите, Проген Арман Краус, признаться меня радует ваше рвение приступить к дальнейшему обучению. Но помните что спешка, не всегда лучший выбор, особенно на поле боя. Кривая улыбка появилась на лице ветерана Эрхидской войны, мне оставалось только кивнуть и замереть статуей пред его оценивающим взглядом, не стоит лишний раз испытывать комиссара Этосианского, 207-го полка, могу даже сказать что именно его решение направило мой путь не по стезе Флота. Хотя шансы, у меня, были более чем достаточны. - Как ты видишь свое служение Империуму? После этого вопроса, улыбка пропала с лица Комиссара, я словно вновь оказался на полигоне, в траншее, под миномётным огнем. Шум в ушах нарастал, но готовый ответ слетел с языка быстрее чем я сумел его обдумать - В крови его врагов, в непреклонности его солдат, в ответственности принимать тяжелые решения. Штульц молчал несколько секунд, оценивая что-то ведомое только ему, взвешивая меня, после чего достал из ящика стола документ, положив его лицевой стороной в мою сторону. - Вот твое назначение, проген. Вчитавшись, я замер на долю секунды, взгляд прикован к документу на столе. Листок пергамента, скрепленный суровой печатью Оффицио Префектус, лежал словно приговор... или дарованная милость. Кадет Комиссариата. Слова плясали перед глазами, отливаясь в сознании холодным металлом. Это был билет в самое пекло Империума, но и шанс стать не просто винтиком, а тем, кто направляет машину войны. – Служу Империуму, Комиссар! – Голос прозвучал тверже, чем ожидал, отголоском тренировочных плацев. Щелкнул каблуками, рука вскинулась в безупречном имперском салюте – ладонь к сердцу, пальцы сложены в Аквилу. Комиссар Штульц лишь кивнул, его кривая усмешка вернулась, но теперь в ней читалось одобрение, словно кузнец, бросивший раскаленный металл в воду, ждет, треснет ли он. – Увидим, Краус. Увидим. Отправляйся в Западный Учебный Корпус. Сектор 7-Г, Кабиет 310. Там тебя ждет Инструктор Валтер. Не заставляй его ждать. Время – кровь Императора. – Так точно! - Схватил документ, после чего развернулся на каблуках, направляясь к выходу из кабинета. Пергамент был холодным и шершавым под пальцами, печать – выпуклой, как шрам. До самого конца, ощущая на спине цепкий взгляд серых глаз. Спустя мгновение, дверь кабинета с глухим стуком закрылась, отсекая относительную тишину и запах свечей, чернил и старой кожи. Коридор Схолы встретил знакомым гулким эхом. Каменные своды, почерневшие от копоти бесчисленных свечей и времени, давили своей немой тяжестью. Где-то вдалеке, за толстыми стенами, доносился ритмичный гул молитвенных хоралов и лязг оружия с учебных полигонов – привычная симфония этого места, ставшего домом и тюрьмой на долгие годы. Воздух висел тяжелый, пропитанный запахом каменной пыли, священных масел, пота и сладковатой вони сгоревшего фимиама. "Ну что, один этап пройден, остались другие" Новоиспеченный кадет двинулся вперёд, отточенным шагом, каким ходили все прогены, знающие цену опозданию. Сапоги отчетливо стучали по каменным плитам, эхо разбегалось впереди него по мрачным переходам. Он проходил мимо массивных, окованных железом дверей, за которыми скрывались классы, арсеналы, кельи. Встречные служители в простых робах и юные прогены в различной униформе спешили по своим делам, бросая на его документ в руке быстрые, оценивающие взгляды. Комиссарский кадет. Это выделяло. Это делало мишенью для зависти и, возможно, для будущих испытаний на прочность. "Западный Сектор, маршрут будет через Главный Атриум, затем вниз по Лестнице Покаяния, в Старые Казематы. Место, где обучали не просто солдат, а комиссаров. Где вбивали в головы не только тактику и обращение с оружием, но и догматы веры, психологию страха, умение читать мятеж в глазах еще до того, как он оформится в мысль. Где учили чистить ряды во имя Императора." Рука непроизвольно сжала документ сильнее. Всплыло лицо отца Эйнриха, его напутствие, его молитва. "Твой путь будет тяжелым... если останешься в живых." Вспомнился Штульц с его оценивающим взглядом. Сестра-Битвы с ее неистовой верой. Инструктор из Милитарум Темпестус, ломавший кости во имя совершенства. Каждый момент, все это ковало из него орудие, новый винтик в механизм Империума. "Смогу ли я остаться прежним, или это место окончательно изменит меня?" Все они вели его сюда. К этому коридору. К этой тяжелой, дубовой двери с выжженным на табличке номером "310". Гул Схолы здесь приглушен, сменившись напряженной тишиной ожидания. Он вдохнул полной грудью, пытаясь заглушить внезапный холодок в животе, ведь для прохождения обучения ему придётся преодолеть свой Страх. Страх оказаться недостаточно твердым, недостаточно безжалостным, недостаточно верным для той роли, на пороге которой он стоял. Он поправил воротник своей простой формы, выпрямил спину. Лицо стало каменной маской, отработанной за годы выживания в этих стенах. В глазах вспыхнула та самая сталь, что он видел у Эйнриха в последний вечер. Он поднял руку и трижды, твердо постучал в дверь кабинета. Начало его пути Комиссара-Кадета началось не с поля боя, а с этого стука в дверь учебного класса. Впереди была только суровая учеба и первая, самая важная чистка – чистка души от всего человеческого, что могло помешать служению Императору.