Look at what you've made - part two

─ ✕ ─ сейчас

Геральд никогда не любил балы: куда больше ему подходили пыльные аудитории, библиотека и тишина. Шум в зале, пестрящем буйством красок и тканей, был сродни пытке, слишком затяжной и жестокой. Если бы не Кроули, он никогда бы не пришёл сюда, по крайней мере, в трезвом виде. Напиться хотелось сильно и вдребезги, но он держался. В конце концов, авторитет преподавателя был слишком хрупким, чтобы позволить себе разрушить его за одну ночь. Геральд отставил бокал с глифтом в сторону, закатил глаза на подмигивания парочки демониц-старшекурсниц и поспешил отвести взгляд в сторону. Последняя неделя, в частности из-за одной Непризнанной, выдалась изматывающей. Беспечной и опасной. Ему трудно было назвать Вики Уокер тихой. Прилежной и трудолюбивой ученицей, слушающей все его нудные уроки, — да, но не тихой. Она могла отвлечься за секунду, издать тихий смешок, думая, что он не услышит, и спустя пять минут, когда он решит ее проучить, пересказать весь упущенный материал. При этом ее улыбка станет намного шире, отражаясь игривостью в аквамариновых глазах, а хитрый взгляд подскажет ему, что именно этого она и ожидала. Уокер заполняла собой пространство вокруг. Хотела она того или нет. И желал ли Геральд этого или нет. Сладкий, до одури приторный, конфетный аромат заполнял нос, не давая дышать ничем другим. Геральд никогда в жизни терпеть не мог персики, но как только глаза выцепляли знакомую макушку цвета спелых фруктов, рот тут же наполнялся слюной. Однозначно здоровая реакция на собственную ученицу. И какой бы яркой Вики не была, Геральд едва различил на фоне белой глади стены не менее белоснежную кожу, замурованную в ониксовое платье. Она напоминала бабочку на стене или стволе дерева: пока не расправит крылья — ты ее и не заметишь. Так получилось и с ней, только вместо маскировки — хмурый, отрешенный взгляд и прямая линия губ без намёка на улыбку. Это не его Вики, это вообще не Вики. Что, Шепфа побери, могло случиться с ней, раз уж полный зал потенциальных ухажеров, столы, ломящиеся от сладких закусок и питья, и музыка, зазывающая в танец, не веселили ее? Ответ пришел почти сразу, но едва ли устроил Геральда. Нет, наверняка существуют еще тысяча причин ее скверного настроения. Геральд не долго думал прежде, чем подойти к Вики. Какие-то жалкие несколько минут перечислял все существующие поводы этого не делать, а затем плюнул почти буквально и не устоял перед единственной значимой причиной, заставившей его сделать к Вики первые шаги. Желание вызвать у неё улыбку туманило разум сильнее глифта. Он остановился напротив, вырывая ее из раздумий носками ботинок и вынуждая поднять голову. Растерянный взгляд Вики, лишенный осмысленности, скользнул снизу вверх по темному костюму к напряженному лицу. — Вы принарядились? — спросила она бесцветным голосом, от которого беспокойство Геральда возросло. Еще вчера это звучало бы как заигрывание, сейчас же — лишь констатация факта. Геральд подавил желание поправить пиджак: тот и так сидел безупречно, насколько это было возможно. Наглухо застегнутая рубашка душила, но даже учителю этикет не давал никаких поблажек. Оставалось только завидовать счастливому Люциферу, отстоявшему перед Кроули расстегнутые верхние пуговицы. — Не могу же я среди вас, в кои-то веки прилично одетых, ходить в старом халате, — заметил Геральд, всего на секунду опустив взгляд на полупрозрачный шифон платья. Легкая, но вымученная улыбка коснулась губ Вики: — Не примите близко к сердцу, вы и сейчас вызываете уйму восторженных взглядов демониц, но ваш халат был восхитительным. Вновь слова, похожие на флирт, и вновь лишь похожие. Геральд изучающе взглянул на ее лицо, но Вики быстро отвернулась. Вряд ли ей действительно был интересен вид из окна, скорее она пыталась ускользнуть от его внимания. — В чем дело? Люцифер в другом углу зала, Мими и Ади не пакостничают, а молча пьют, и ты… сама не своя. У вас договоренность: кто больше продержится без очередных проблем для администрации школы? Вики вновь поджала губы и продолжила делать вид, будто вид из окна ее действительно привлекает. — Вы недовольны даже тогда, когда работы у вас стало меньше? — Зато забот не уменьшилось, — тут же нашелся Геральд. Она все же взглянула на него. Не поворачивая головы, уставилась удивленными и растерянными небесными глазами в зеркальную поверхность стекла и пыталась понять, что за игру он вел. Знал ли Геральд ответ на невысказанный вопрос? Вероятно, да, но тот был нелогичным и неправильным. — Разве? — спросила она тихо. Вики ненавидела то, как легко в этом простом слове чувствовалась надежда. — Вас что-то беспокоит? Геральд должен был сделать шаг назад, внемлить собственным вчерашним словам и дать какому-нибудь Непризнанному шанс пригласить ее на танец. Зачем говорить слова, которых сам не слушаешься? Как требовать соблюдения правил, когда сам в секунде от их нарушения? Он знал «как», столько лет знал, но впервые не мог. — Одна смышленая и одаренная Непризнанная, можно сказать, пугает меня своей отрешенностью. — Вы говорите с такой нежностью. Не познакомите меня с ней? Усмешка появилась на лице Геральда, и Вики неосознанно залюбовалась ей. Пытаясь не спугнуть хрупкий интерес к собственной персоне, он старался не показывать, что заметил ее взгляд. — Тогда мне придется притащить тебя к зеркалу, Уокер, — используя до греховного низкий шепот, произнес Геральд. Вики едва ли смогла сделать вдох, что уж говорить про выдох — шумный и рваный, почти болезненный. Теперь она повернулась к нему и подняла глаза выше. Не сделай она этого, Геральд на виду у всех схватил бы ее за подбородок и обратил к себе лицом. — Прекратите, — с мольбой зашептала она, чувствуя дрожь в голосе. — Я вас не интересую, а при таких обстоятельствах Люцифера добиться и того проще. Геральд качнул головой, раздраженно отбрасывая ненужные образы, и ответил в тон ей: — Люцифер прыгнет к тебе по одному кивку, означающему согласие. А женщине вроде тебя не нужен… — Кто? Сам сын Сатаны? — она усмехнулась. — Знаете кандидатуру лучше? — Вряд ли лучше и уж точно менее подходящую, — Геральд едва ли думал, произнеся столь опрометчивые слова. Но когда они соскользнули с языка, он даже не подумал о том, чтобы вернуть их обратно. Они звучали правильно и правдиво. Их отношения всегда были особенными, слишком непосредственными для ученицы и учителя. Они ходили по краю острейшего лезвия, и Геральд знал, в какой именно момент Вики позвала его в бездну.

─ ✕ ─ пять дней назад

Геральд смахнул невидимую пыль со стола и взглянул на полупустой класс, состоящий из двух провинившихся, склоненных над тестом голов. Напряженное молчание думающих учеников забавляло. Совсем рядом, сидящая в кои-то веки за первой партой, Вики проворчала что-то нечленораздельное. Взглянув на него с недовольством, она хмыкнула, а затем вновь принялась за тест. — Все жалобы можешь отправить мне в письменном виде, — усмехнулся Геральд. — Я бы непременно написала все, что о вас думаю, — прошептала она, — если бы не знала, что вы отправите всё на растопку камина, — Вики подняла на него хитрый взгляд и это изменение ему совсем не понравилось. — Скажите, — тише прежнего произнесла она, — это единственное, что греет вас вечерами? Улыбка растянула девичьи губы в предвкушении последующего смятения, только вот Геральд был куда закаленнее в таких беседах. — Негодование учеников? Что ты, есть еще официальные запросы и отчеты. Глупые любовные письма. И гнев Люцифера, — он на мгновение перевел взгляд на сына Сатаны, но тут же вернулся к Вики. — Помнишь тот случай, когда твой язык был куда длиннее необходимого? Вики покраснела; точно сказать, о чем именно говорил Геральд, она не смогла. То есть, конечно, он имел в виду то, что она рассказала Люциферу о слежке, но в мыслях в первую очередь всплыло воспоминание о случившемся в коридоре, о том, как пьяный сын Сатаны пытался поцеловать ее. Вики вернулась к тесту, и Геральд удовлетворенно кивнул. Ему удалось перелистнуть несколько страниц потрепавшегося учебника прежде, чем вместо Уокер отвлекся от задания Люцифер. — Разве язык может быть слишком длинным? — спросил демон, намеренно растянув последнее слово. Сложив руки на груди, Геральд откинулся в кресле. Не было и надежды, что он дочитает книгу при учениках. Даже мысль о том, чтобы они закончили тест хотя бы сегодня, казалось несбыточной мечтой. — Твой же завел тебя прямиком в кабинет Совета, — приподняв бровь, заметил он. Люцифер недовольно выдохнул, откладывая перо и показывая намерение продолжить разговор. Вики на его слова раздраженно надулась и точно так же забыла про задание. — И меня заодно! — Я уже извинялся, — заметил демон, устав от несвойственного ему поведения. Геральд едва мог поверить в то, что Люцифер способен выдавить из себя извинения. Особенно перед Непризнанными. Особенно за то, чего они (во всяком случае он надеялся на это) не совершали. — А смысл твоего «прости»? — негодующе спросила Вики, разворачиваясь к оппоненту лицом. И вновь еще одно телодвижение, отодвигающее завершение теста все дальше. — Не знаю, — пожал плечами Люцифер. — Говорят, от извинений должно стать легче. — И кто говорит? — Люди, — с хитрым прищуром ответил он. Вики моментально вспыхнула. Ее кулаки сжались, а лицо грозило слиться с персиковыми волосами, на которые Геральд старался лишний раз не смотреть. Если бы она ринулась к Люциферу, он бы еще минуту раздумывал, стоит ли ее останавливать. — К тому же, — демон обратился уже к учителю: — Все мы знаем, что это не больше, чем фарс и показуха. Я не знаю ни одного демона или ангела, кто хотя бы раз не заглядывался на противоположного себе. Начиная с Кроули и заканчивая… нет, это никогда не кончается. — Эх, Люцифер, вера в своего учителя у тебя напрочь отсутствует? — не сдерживаясь, усмехнулся Геральд. Люцифер взглянул на Вики; та, словно приняв вызов, сочащийся из слов учителя, закинула ногу на ногу. Геральд, сидящий за столом, из-за парты не мог оценить короткое платье и оголившиеся стройные ноги, на которые Люцифер повелся под глифтом. — Что вы, — насмешливо протянула Вики. — Вера в вашу невинность умрет последней. Геральд хохотнул. — Моя невинность умерла несколько сотен лет назад, Уокер, а моя вера в вас умрет, если вы так и не закончите тест, — он выразительно взглянул на Люцифера, который все еще пялился на ноги Вики. — Сыну Сатаны нужно особенное приглашение? Люцифер не повел и бровью, продолжая сверлить взглядом Вики и мечтать о бокале глифта, чем начинал раздражать Геральда. — На моем месте открывается прекрасный вид на невинность Вики, вы бы тоже не спешили возвращаться к тесту. Вики взглянула на него с холодной яростью, но юбку не одернула. Наоборот, показушно вытянула ноги в пролет между рядами так, чтобы вид стал еще лучше. Она уже хотела было ответить колкостью, как заметила вторую пару голубых глаз, обративших на нее внимание. Пляшущие в них искры едва ли можно было списать на негодование. Подавив желание прокомментировать это, она поправила край платья и предупреждающе усмехнулась: — Придержи свои желания для Ости, Люцифер, а мечты со мной оставь другим. Демон чертыхнулся и промолчал, хоть взгляда от нее не оторвал, пройдясь по всей девичьей фигуре. Ему действительно нужен был глифт. — Тебе уступить мое место, чтобы ты вернулся к заданию? — прочистив горло и едва сдерживаясь, спросил Геральд. — Запросто. Стул тут же с глухим скрипом отодвинулся от стола. Геральд встал и прошел к месту Люцифера. Демон недовольно щелкнул языком, но без лишних споров повиновался и сел за учительское место, с которого больше не открывалось соблазнительного вида. — Ранишь мои чувства, Уокер. — Какая неприятность, — едко заметила Вики. — Ваши однозначно светлые чувства лишь отнимают время у Совета, — устало произнес Геральд. — А твои выходки, Уокер, как и твоё внимание, Люцифер, играют не в вашу пользу. — Ничего не было, — пробубнила Вики, с неохотой возвращаясь к тесту. — Только поэтому вы здесь, в ином случае ты была бы в небытие, а ты, Люцифер, на земле без крыльев. Как горячо тобой любимые смертные. Оба промолчали и, вернувшись к тесту, даже что-то написали. Геральд переводил взгляд от демона к Непризнанной, мечтая поскорее закончить этот акт наказания. Только пыткой это оказалось для него, а не для них. Время от времени Люцифер бросал редкие взгляды на него — Геральд и на секунду не опустил глаз на ноги Вики — и иногда неприлично долго сверлил глазами светлую макушку. — Люцифер, мы что-то еще не прояснили? — Геральд откинулся на спинку, однако стулья были неудобными, причиняя дискомфорт крыльям. Как ученики выдерживали целые уроки сидя на этом инструменте пыток? Вики не подняла и головы, продолжая писать на бумаге и делать вид, будто речь идет не о назойливом демоне. Люцифер же усмехнулся подобному игнорированию: — Просто мысль, что все Уокер падки на демонов. Вики вмиг оторвалась от задания, а ее прожигающий взгляд лишь развеселил Люцифера. Чувствуя ураган, что непременно разверзнется у него в кабинете, Геральд на секунду прикрыл глаза, уже готовый ответить нерадивому ученику, но его опередили. — Если только на мужчин, Люцифер, — прошипела Вики, пытаясь сохранять спокойствие. — На достойных мужчин-демонов. Знаком этот вид? — Вижу каждый день… — Уж точно не в зеркале. Усмешка Люцифера превратилась в оскал, а кулаки Вики готовы были разбить костяшки о безупречное лицо демона. — Повтори, — прошипел демон. — Люцифер, — медленно протянула она: — ты инфантильный… — Вам так нравится меня доставать?! — сдерживая раздражение, едва не прикрикнул Геральд. Несколько мгновений кабинет наполняли искры неприязни. — А что вам не нравится? — хмыкнул Люцифер. — Вики с большей вероятностью даст вам… — Свои обиды оставь при себе. И вернитесь уже к чертовому тесту. Еще немного и вы побьете рекорд самых худших учеников. Сжав зубы, оба вернулись к заданию, и Геральду оставалось только надеяться на то, что в этот раз молчание затянется надолго. И все же не прошло и минуты, как их тихие препирательства возобновились, но в этот раз все походило на ясельную группу, и от теста они не отвлекались, совмещая полезное с, по-видимому, приятным. Забыв о том, что хотел доказать Люциферу, Геральд скользнул взглядом по Вики. Она продолжала нервничать и менять местами ноги, задирая платье все выше, а затем поправляя. Вновь и вновь. Качнув головой, он отлип от нее через несколько долгих секунд. Никто и не заметил, но собственный прокол ему вряд ли удастся забыть самому. Геральд продолжил ожидать тот момент, когда оба покинут класс, и тщетно надеяться, что навсегда. Первым ушел Люцифер, совершив лишь одну ошибку в задании, затем подошла и Вики, протянув безукоризненно написанный тест. На немой вопрос учителя она опасливо взглянула на дверь, словно Люцифер мог ее услышать, и ответила: — Он все же прав: демоны для меня куда интереснее ангелов, — ее щеки немного покраснели от неоднозначности слов и, смущенно взглянув на Геральда, она пояснила: — В смысле, ваша история. — Я и не рассчитывал Вики, что ты найдешь меня достойным мужчиной-демоном и ринешься в объятия. Вики чуть улыбнулась: — Зря. Смех пробрал Геральда до костей, но он не дал ему волю и указал на дверь. — Иди уже, — произнес он, на что она коротко кивнула и направилась к выходу. — И, Вики. — Да? — она обернулась, уже держась за ручку двери. — Поправь юбку, иначе новый выговор от совета не за горами, а они свихнутся от нахлынувшей волокиты. Вики опустила взгляд на одежду, руки уже хотели сделать как велено, но затем она хитро взглянула на него: — Это имеет отношение к вашей реакции? Геральд не повелся на провокацию и смотрел только на ее лицо. Ее ладони скользнули вниз и торопливо оправили юбку. — Приму это за согласие, — сказала она с улыбкой и вышла из кабинета.

─ ✕ ─ четыре дня назад

Вики отвлеклась на парящих в небе учеников. Некоторые с завистью смотрели на нее в ответ. Геральд, подобно молчаливой стене, подмечал любые неправильные действия подопечных. Фыр недовольно заерзал, и ей пришлось вновь сосредоточится на драконе. Как только началось занятие и они вышли во двор для тренировки, Фыр медленно приземлился на землю, вновь вымазанный кровью. Она и не ожидала, что Геральд спокойно позволит ей отлынуть от крылоборства и заняться драконом. Вода в ведре становилась все более багровой, но ни одной раны на драконе Вики так и не нашла. Либо Фыр был проворнее своих соперников, либо все заживало куда быстрее, чем она могла представить. И скорее всего дракона просто злило быть запачканным. Быстро справившись с Фыром, Вики получила в благодарность легкий тычок носом в щеку. Хихикнув, она погладила его по переливающейся чешуе. — Не спеши, — произнес Геральд, хотя Вики пока и не намеревалась присоединяться к остальным ученикам. Ее перламутровые крылья, оттенком напоминающие чешую дракона, недовольно заныли. Нужно было настойчивее просить Дино о тренировках или начинать самой устраивать уроки полета. — Отчего же? Разве урок и не для меня? — И удобно будет летать в таком платье? — его взгляд лишь на мгновение прошел по ее наряду, а затем вернулся к небу. Полупрозрачная юбка, может, и не соответствовала полету, но боди-то прикрывало все неприличные места. Вики нахмурилась: и не в таком летала, да и объяснение Геральда не сильно ей нравилось. — Ну, извините, вы никогда не предупреждаете о крылоборстве. — И что, тогда бы ты соизволила надеть подходящую одежду? Дракон толкнулся в ее плечо, а затем, довольно фыркнув, улетел с поляны. Вики огладила кожу; толчок был сильным, и нежным назвать его было трудно. Встав рядом с учителем, она посмотрела на его сосредоточенное лицо. Желание выбить Геральда из колеи стало жизненно важной потребностью. — Нет, — она сделала притворно задумчивый вид: — я бы тогда подумала, надевать ли нижнее белье. Геральд перевел на нее взгляд и приподнял бровь. Он все еще оставался спокойным, и только зарождающееся веселье отражалось в глазах. — Надеешься соблазнить меня или застать врасплох соперника? — Я думала, мы уже выяснили, кого я нахожу достойным мужчиной. Геральд усмехнулся: — Я думал, ты уже уяснила, что происходит, когда пара не соответствует друг другу по закону небес. Вики не смогла подавить улыбку, игнорируя предупреждение в его словах: — Вы уже называете нас «парой»? Мне нравится ваша скорость, но хотелось бы посмотреть и на ваши ухаживания. Он едва не застонал от ее беспечности. Если бы рядом оказался Кроули, смутило бы ее это? Что-то подсказывало ему, что и тогда бы Вики умудрилась бы поддразнить его. И самое абсурдное — он хотел бы посмотреть на ее флирт в экстремальных условиях. — Да, — кивнул Геральд. — Парой узников. А мои так называемые ухаживания не наполнены и граммом изысканности, там не на что смотреть. К его удивлению, в глазах Вики появился нескрываемый интерес. Она внимательно осмотрела его, будто перебирала в голове все возможные варианты не изысканных заигрываний. И судя по довольной улыбке, фантазия ей нравилась. — Нет, Уокер, — прерывая поле еет воображения, отчеканил Геральд: — Я не прикоснусь к тебе. Вики цокнула языком и едва удержалась от того, чтобы показать его Геральду. Он вряд ли нашел бы в этом детском жесте хоть толику веселья. Нет, он вывел всех на тренировку только из-за того, что не желал оставаться с ней в замкнутом пространстве, даже если существовала еще пара дюжин учеников поблизости. — Только попробуй высунуть свой очаровательный язык, — он издал смешок, совсем не подкрепляющий угрозу. — С радостью, если вы покажите, как много можно придумать способов его использования. Вики слегка наклонила голову, игриво заглядывая в глаза и явно забывая о том, с кем разговаривает. Мог ли он представить подобную сцену с Фенцио? Да, но смех довел бы его до смерти. — Уокер, тебя вообще ничего ничему не учит? — Вы мой учитель, — пожала она плечами, едва не сбросив лямки платья с плеч. — Вы мне и скажите. Или научите. Он развернулся к Вики, руки в привычном жесте были сложены на груди, а интерес к тренировке был полностью утерян. Ее наглость распаляла кровь и заставляла задуматься о том, чтобы уволочь ее от чужих глаз и оказаться наедине. Что вновь было ужасной идеей. — Твой флирт весьма грубоват и требует доработки, — Геральд не мог сказать, было ли это отказом или предложением попрактиковаться. — Пожалуйста, не говорите, что не станете учить меня искусству соблазнения. И, конечно, Вики почувствовала переход к опасной грани, где Геральд принимал ее заигрывания, а не отшучивался. — Я не вкладываюсь в дела, предназначенные для других. Она не удержалась и провела языком по пересохшим губам; слова звучали так, будто предупреждали держаться от остальных подальше. Геральд не должен был следить за этим с таким упоением. Ему нужно было отвлечься, но ее энергия, в которую вплелась тянущаяся нить возбуждения, забирала все его внимание. — Что ж, уверяю вас, свои навыки я буду применять только на вас, Геральд. Его глаза опасно сверкнули, а улыбка стала многообещающей, она несомненно вывела его из себя обращением по имени. И, к его досаде, не из-за отсутствия вежливости, а присутствия интимности от того, как губы протягивали звуки и как могли бы это сделать наедине. — Еще раз назовешь меня по имени, — он сделал шаг вперед и заговорил тише прежнего: — И я выпорю тебя у столба позора со свидетелями. Непременно, она догадалась о том, зачем им свидетели. Без них наказание было бы для Геральда, а не для Вики. — Здесь есть столб позора или вы имеете в виду столб вашей кровати? Геральд сделал шаг назад, который должен был развеять туман в голове. Но этого не произошло, он все так же продолжал чувствовать сладкий аромат, источаемый светлой кожей и энергией. Он несколько раз провел по волосам, выдавая расшалившиеся нервы, и усмехнулся: — Для тебя не жалко и возвести, Вики. Он пытался вернуться к тренировке, но напрасно считал, что их беседа окончена. Пока Вики была рядом, его мысли и не спешили возвращаться к учительским заботам. — Я не против, — спокойно отмахнулась она. — Если возводить вы будете собственноручно, а из-за тяжелой работы снимете верх. Геральд прикрыл глаза. Раздались громкие хлопки, ознаменовавшие падение учеников. Ади ругнулся в нескольких метрах от них, но в ушах стоял только голос Вики. — Еще слово и твоим наказанием будет заниматься Люцифер. — Не правда, — Вики улыбалась: — Уж кому-кому, а ему вы не отдадите такое удовольствие. Геральд не ответил. Она была права: не отдал бы. Но еще несколько минут и им бы смешно не было: их наказанием занимался бы совет. Вики явно пощадила его, слава Шепфе и Сатане, и до конца занятия они обменивались только замечаниями по улучшению навыков полета.

─ ✕ ─ вчера

Все же она не переставала его изматывать простыми взглядами, полуулыбками и порочными нарядами. Даже когда она пришла в глухом монашеском платье, Геральд по привычке дорисовал то, что под ним скрывается. И довольное лицо Вики подсказывало: она знала его мысли. Весь ее флирт скатывался в огромный ком, нависающий над ним как дамоклов меч. Хуже всего было с энергией. Вкус персика, уже прочно ассоциирующийся с вожделением, то и дело появлялся на языке. Геральд молился на собственную выдержку, но та уже покрылась трещинами и была в объятиях терпеливой Вики, разрушаясь уже от этого. Вики заполнила собой каждую секунду и миллиметр пространства. Даже в закутке сада, куда он забрел ночью в надежде глотнуть свежего воздуха, ее смех эхом звучал в голове. Надежда, что тишину будут нарушать только сверчки, покинула мозг. Геральду потребовалось несколько минут, чтобы понять — это не игры воспаленного разума. Он недолго думал — почти сразу вышел из-за зеленой преграды и наткнулся на Мими и Вики. Они тут же притихли, опасливо ожидая его дальнейших действий. Причина, по которой они могли нарушить комендантский час, была до одури простой: посещение поезда. Простой, но выводящей его из себя так легко, что он не сразу вспомнил, о чем именно должен был беспокоиться в первую очередь. — Мы… — Мими запнулась, выдумывая объяснение. Геральд, сжав губы, терпеливо ожидал, пока шестеренки в ее голове не выдадут что-нибудь приличное. Взгляд скользнул к молчавшей Вики, и Геральд задумался, действительно ли слышал ее смех. Она выглядела слишком удрученной для веселья. — Я ничего не могу придумать, — сокрушенно призналась демоница. Геральд кивнул. Им повезло, что их встретил он, а не Кроули, Фенцио или один из стражников. Они это знали, потому Вики, которая могла возглавить комитет по отмазкам, молчала. Он просто отпустит их с предупреждением. Так они думали. Так думал и он. — Мими, возвращайся в комнату, — серьезно произнес он, не сводя глаз с лица Вики. Демоница расслабленно выдохнула, но потом вспомнила о подруге. Их переплетенные пальцы сжались, будто передавая неизвестное послание. — Все в порядке, — Вики заставила себя улыбнуться. — Я в последнее время слишком часто косячу. Что-то вроде наказания? — она обратилась уже к нему, но ответа не получила. — Я могу разделить его с ней, — произнесла Мими, повернувшись к Геральду. — Иди, дочь Мамона, не буду же я жечь ее на костре. Мими едва заметно кивнула и, вновь сжав пальцы подруги, смиренно покинула двор. — Геральд… За прошедшие дни он должен был привыкнуть к ее обращению, но каждый раз его посещало желание прикрыть глаза и насладиться собственным именем. — Уокер, — произнес он резче, чем хотел. — У тебя мало проблем? Мне закидывать тебя заданиями и погрести под книгами, чтобы ты не выбиралась из класса и спальни? Знакомая искра вспыхнула в аквамариновых глазах, но он сам виноват — последнее слово было явно лишним. — Вашей спальни? Попытка перевести все в беспечный флирт оказалась неудачной. Геральд раздраженно мотнул головой и, взяв ее за предплечье, поволок обратно в свое укрытие. Подол юбки зацепился за кусты, едва не порвав ее. Он продолжал держать запястье Вики, когда она одним движением освободила ткань. И лишь в глубине закутка, возле небольшой скамейки, огороженной зелеными кустами, он отпустил ее, заставив сесть. — Заточение Ребекки, оторванные крылья и неоткрывшийся дар — сколько еще тебе нужно проблем? Не хватает нарушения главного запрета? Вики не сразу ответила. Предплечье обожгло от холода там, где была его рука. Геральд спрашивал так, словно между строк требовал ответов. А у нее их не было. — Думаете, я знаю почему одно ваше присутствие выбивает меня из колеи? Почему воображение играет злую шутку? Или почему, когда я пытаюсь соблюсти запрет и закрыть потребности сама, перед глазами предстает ваш образ? — Закрыть потребности? — он знал, что это означает, прекрасно понимал на своем опыте, но все равно спросил. Разве ему было мало их игры? Неужели его воображению требовались новые картинки? Вики невесело усмехнулась. Ее ладонь, подначиваемая пристальным мужским вниманием, мягко огладила шею, проскользнула вниз между ключиц и ложбинки. Напряженный вздох Геральда еще долго смаковался ею. Колени слегка задели его, когда она расставила ноги пошире. — Не думаю, будто вы не знаете о самоудовлетворении. Геральд протяжно выдохнул и поднял голову к ночному небу, лишь бы не видеть ее руку оглаживающую тело. — Будто я не знаю, что не могу ничего предложить, кроме… — Секса? — хрипло спросил он. — Юности, — усмехнулась она. — Нет ничего, что заставило бы вас подождать или нарушить запрет. Геральд понимал, что совершает ошибку, когда вновь опустил взгляд на нее. — А я, Уокер? Что я могу дать тебе? — она молчала, вызывая легкую улыбку. — Любовь и отношения — это не контракт. Но страсть, наверное, им и является. Вики прикусила губу. Несмотря на то, что он стоял, а она сидела, тела их были слишком близки. Мужская ладонь легла на ее щеку. Она тут же прильнула ближе, питаясь теплом его тела. Большой палец огладил кожу под губами, а затем осмелился высвободить нижнюю губу и мягко очертить ее. — Разве вы не должны противостоять моему влиянию? Она поднялась, между их телами едва насчитывался десяток сантиметров. Чёртов сладкий аромат новой волной заполнил нос. Геральд опомнился слишком поздно: он склонился над ее оголенным плечом, провел губами по бархатной коже к шее, замечая легкую дрожь, и вдохнул глубже. Мысль отстранится заглохла в тот же момент, как зубы Вики мягко обхватили большой палец, а сама она попыталась скрыть тихий стон.  — Не играй с огнем, Уокер. Ты не знаешь, с кем связываешься. Ее ладонь обхватила его запястье, отстраняя. Он все еще сдерживался от того, чтобы скользнуть языком по тонкой шее, когда почувствовал невесомый поцелуй на предплечье. — Просветите меня. Геральд отстранился и заглянул в голубые глаза, подернутые соблазнительной поволокой. Греховной. Подсказывающей, что все действия ей приятны. — Я старой закалки, Уокер, интрижки меня не интересуют. — Геральд… Он прикрыл глаза, ощущая, как ее тело подается вперед, соприкасается через слои одежды. Уже две ладони обхватывают ее лицо, в то время как женские руки осторожно поднимаются к ремням, цепляясь за них. — Я предпочитаю одну женщину до конца времен. Жар расстилается по телу, Вики ерзает от подобных слов и серьезного взгляда в глаза. Подобной фразой оттолкнуть невозможно, пока не скажешь, что Вики — не та женщина. — Это звучит, как обещание, — шепчет она. — Если… — она сглатывает ком неуверенности. Вики поднимается на носочки из-за того, что впервые за долгое время пренебрегла каблуками. Ее дыхание заставляет приоткрыть губы. Оставалось лишь преодолеть мизерное расстояние. — Возьмите все, что хотите. Мое сердце, тело и душу. Я все равно больше не чувствую, будто они мои. Судорожный вдох, и он утыкается лбом в ее. Она слишком манящая, без проблем с контролем он может касаться только ее лица и рук. Как учитель, он мог ограничится только руками. И то это уже казалось переходом за разумные границы. Вики ждала — с трепетом и готовностью, — что еще секунда и ее губы накроют поцелуем. Ее пальцы теребили застежки одежды, плохо скрывая нервозность. А глаза настойчиво выискивали правду в его лице. Надежду. — Нет, — одно слово, легко выскользнувшее из его груди, уничтожило в ней всякую веру. Его руки покинули ее лицо, а сама Вики сделала полшага назад, вспоминая, как дышать. — Вики, послушай… — Не нужно, — спешно перебила она его. Вики опустила взгляд, пряча пылающее лицо, и быстро покинула закуток сада.

─ ✕ ─ сейчас

— Ты не стала ждать объяснений. Вики устало обвела взглядом зал. Как Геральд и говорил, ничего не происходило: Мими хихикала с Ади на софе, Люцифер скучающе пил глифт, и ни один Непризнанный не решался подойти к ней, боясь наткнуться на учителя. Скучный бал, но внутри нее разворачивалась буря эмоций, которые сильно выматывали ее. — Вы знаете почему. Но если вам так важно услышать это вслух, то, может, уйдем на балкон, где вы подарите мне один танец? Ожидаемо, Геральд качнул головой, и на мгновение в его глазах отразилась непонятная ей эмоция, вызванная этим предложением. — Я не танцую. — Знаю, — она улыбнулась. — Поэтому и хочу. Вики не стала ждать ответа, а прошла мимо, слегка задевая Геральда крылом. Она пересекла весь зал, лишь дважды кивнув знакомым лицам в приветствии, и вышла на дальний балкон. Геральд чертыхнулся: танцевать он не намеревался, но едва ли она собиралась насильно втягивать его в ритм мелодии. Нет, она хотела проверить, готов ли он на столь мелкие допущения. Когда он проследовал за ней на воздух, Вики стояла на середине балкона с улыбкой на безупречном лице. Несколько коротких шагов, и Геральд остановился напротив. Он не был не прав, отталкивая ее, однако все внутри противилось и желало сжать ее в объятиях. Он протянул ей руку, приглашая, но Вики качнула головой. Как он и предполагал, танцевать она не собиралась. Что не помешало ей положить ладони на его шею, вызывая противоречивые чувства. — Вы хотите меня, я хочу вас, — Вики вновь говорила так, словно излагала факты. — Ваши забота, наставления, опека не отталкивают меня. И не дадут сердцу сказать, что это чистая похоть. Руки Геральда все же поднялись на тонкую талию, обвивая и цепляясь. Он точно был тем же мужчиной, который отталкивал ее вчера? Вики чуть запрокинула голову и заглянула в голубые глаза; на каблуках она почти касалась макушкой его носа. Вики точно так же задавала этот вопрос себе, но все-таки принимала и наслаждалась несдержанными прикосновениями. Девичьи пальцы медленно скользнули по горлу вверх и очертили линию челюсти. В чувствах, которые она вызвала в нем этим простыми движениями, Геральд не признался бы сейчас и самому себе. — Верю ли я в то, что вы будете ждать, пока я стану демоном? — спросила она явно риторически. — Почему нет? — хриплым голосом спросил Геральд. Вики оцепенела: пальцы замерли у подбородка, а глаза искали хоть каплю лжи в его лице. Только он мог заставить ее тело замереть и напрячься в то время, как душа трепетала и тянулась к нему. Надежда — вот к чему всё скатывалось. Надежда на то, что ей не причудился его интерес. Надежда на взаимность. — Геральд, — она буквально выдохнула его имя. Ее губы все же коснулась его. Невесомый и быстрый поцелуй принес ей новую боль, покалывающую в груди. В то же время Геральд рыкнул, подталкивая ее к парапету. Ее крылья недовольно сжались, но удара она не почувствовала — лишь предвкушение. К его сожалению, в стороне, на соседнем балконе послышались голоса, и, обхватив за плечи и шею, он толкнул ее обратно к стене. Оба знали, что он едва не сделал. Редкая поросль кроны дерева скрывала их от соседнего балкона. Вики с неверием смотрела на него, а Геральд с сожалением понимал, что момент упущен. Правда, от одного мимолетного, почти детского поцелуя, губы нещадно жгло, требуя продолжения. — Ты не выслушала меня, — повторил он, едва вспомнив причину, по которой они вышли на балкон. — Зачем? Ради этого мифического «потом»? Я могу стать ангелом. Я могу остаться Непризнанной. Я могу умереть. Несуществующий миф, Мальбонте, может дать о себе знать. Что толку слушать сожаления или оправдания, или разумные доводы? Мне нужно собрать свое сердце. Оно все равно разбито, даже если удары наносили мягкими словами отказа. Что толку в аккуратной атаке, если она все равно смертельная? — Вики едва ли удавалось оставаться спокойной внешне, однако чувства все равно пробивались наружу нечаянным «ты»: — Я не хочу слышать, что нравлюсь тебе, но запрет нам мешает. Она попыталась оттолкнуть его, но Геральд оставался на месте, вновь сжимая талию. — Отпусти меня, — просьба осталась без ответа, и Вики тихо прошипела: — Отпусти меня, или, клянусь Шепфой, я сделаю все, чтобы ты сошел с ума, пока ты будешь преподавать мне. — Я уже, Уокер. Геральд едва мог оторвать взгляд от пухлых губ или перестать любоваться прекрасным лицом, освещенным луной. Его пальцы не спрашивали разрешения коснуться персиковых волос и почувствовать их мягкость. Он уже не воспринимал ее угрозу как проклятье, а попросту ожидал. — Недостаточно. Поверьте, я могу лучше. И все же Вики была права: он держался. Контроль не позволял проскользнуть рукам под платье, накрыть ее губы в нормальном поцелуе, а брюкам стать тесными. Геральд хмыкнул: — Я говорил тебе не играть с огнем и не давать обещаний, что не сможешь выполнить. Вики улыбнулась. Хватка на ее талии не ослабевала ни на секунду, давая понять, что Геральд был готов к последствиям. — Обещаю, даже моргая, вы будете видеть меня.