Защищать любой ценой

Лютер наблюдал из кухни, как Кара собирала Алису в школу в коридоре их небольшой квартиры, небольшой, но достаточно уютной для них троих, обставленной растениями и игрушками. В рюкзак она сложила несколько тетрадок с выполненной домашней работой, застегнула куртку и поправила воротник – прогноз погоды обещал сегодня сильный ветер. Когда девочка была полностью собрана, Лютер поднялся со стула и прошёл к входной двери. – Ну что, готова? Алиса улыбчиво кивнула ему, обняла Кару на прощание и последовала за Лютером к автобусной остановке. Прошло чуть меньше полугода, как они вместе пересекли границу Канады. Лютер отчётливо помнил бурлившее в нём приятное, яркое чувство радости и ощущение долгожданной свободы и безопасности, словно огромные железные оковы упали с его рук, как и с рук Алисы и Кары, с кем он решил провести всё отведённое им на жизнь время. Роуз Чепмен, что помогала им до переезда в Канаду, не оставила их и здесь. От неё Лютер не ожидал столько заботы и сочувствия, так как думал, что после пересечения границы они будут справляться сами; но Роуз настояла на том, чтобы и дальше помогать им как членам своей семьи. Она вместе с Адамом переехала к своему брату и, переговорив с ним, предложила какое-то время пожить вместе в просторном доме недалеко от центра города. Помощь на этом не заканчивалась. Брат этой доброй женщины помог Лютеру подделать некоторые документы для трудоустройства и найти работу, чтобы они смогли накопить на собственное жильё – та самая квартира, в которой они поселились. Кара тоже не сидела без дела и помогала по дому, тем самым оправдывая доверие его хозяина и отплачивая за проявленную к ним доброту. Тогда же Алису устроили в местную школу – это не помешало бы девочке обзавестись новыми друзьями и пообщаться со сверстниками. Возможность подключения к поисковой сети помогла найти несколько полезных курсов по навыкам и обязанностям медбрата, которые Лютер достаточно быстро вычитал, а после успешно прошёл собеседование в центральной городской больнице. Ему неожиданно понравилось следить за состоянием пациентов, ставить капельницы и в принципе всячески помогать пациентам. Он успел привыкнуть к особому запаху антисептика и кварца при входе в здание, к шуму колёс от больничных коек и инвалидных колясок, к суете во время клинических случаев и писку из реанимационного отделения. Лютер хорошо справлялся с обязанностями. Порой встречал довольно юных пациентов и по модели общения с Алисой знакомился и болтал с другими детьми, которые резво встречали спешившего андроида в коридоре или при выписке из больницы. Некоторые коллеги называли его в шутку «большим и добрым мишкой» и порой предлагали временно поработать в детском отделении. Появлению этого предложения также способствовал один интересный случай, который произошёл с ним на пятой неделе его работы. Работа Лютера оказалась достаточно ответственной, но несложной. Обычно дни в больнице проходили спокойно, Лютеру пока не давали заниматься тяжёлыми пациентами, так как для этого существовали проверенные работники с более высоким стажем. Но однажды его внезапно вызвали на ночную смену с предложением посидеть с важным пациентом и проследить за его состоянием до утра, когда была назначена операция. Лютер не знал, что чувствовать: радость от того, что ему доверились, или беспокойство за пациента и возложенную на него ответственность? Этим важным пациентом оказался ребёнок, который попросту не хотел оставаться в палате один. Остальные работники в эту смену были чрезвычайно заняты другими пациентами или отчетами, а для Лютера это была отличная возможность показать себя и влиться в коллектив как ответственный и хороший работник. – Привет, – тихо сказал Лютер и прошёл в палату. Обонятельные сенсоры зафиксировали запах шоколада: видимо, его родители оставили немного вкусностей сыну, чтобы тот не грустил. Общее освещение было выключено: горела только лампа на тумбочке у кровати. Окна плотно зашторены. Мальчик поначалу испугался нежданного посетителя, но взыгравшее в детском сознании любопытство толкнуло его на общение. – Здравствуйте… Вы со мной останетесь на ночь? Лютер молча кивнул и присел на стул возле больничной койки, наклоняясь чуть ближе к постели. – Давай познакомимся? Я Лютер, – андроид протянул руку в приветственном жесте. В его широкую ладонь легла маленькая детская рука. – Я Джонни. – Очень приятно, Джонни. Мальчик стеснительно улыбнулся, но затем сел удобнее и стал заваливать Лютера различными вопросами о его работе, его семье и любимых фильмах. Поначалу андроид растерялся от активности Джонни и не сразу сообразил, как правильно ответить и заинтересовать мальчика, но как только зашёл разговор об Алисе, спокойно отвечал и с интересом справшивал мальчика в ответ. Спустя какое-то время в палату незаметно зашла девушка и стала наблюдать за оживленной беседой, стоя у входа. Как понял Лютер, это лечащий врач Джонни. Подметив то, что на неё обратили внимание, доктор улыбчиво поприветствовала своего пациента и кивнула в знак благодарности андроиду. – Тебе нужно выспаться. Завтра важный день, – сообщила Элис Уотсон, как было написано на бейджике, подцепленном к левому карману больничного халата, отчего послышалось тихое хныканье юноши. – Но мы ведь с Лютером разговариваем! Лютер обернулся к Джонни и положил руку на его плечо, крепко сжав его и глядя прямо в глаза мальчика. – Доктор Уотсон права. Уже поздно. Обещаю, что завтра мы поболтаем ещё. Если ты пообещаешь лечь сейчас спать. На удивление, мальчик тут же лёг под одеяло и закрыл глаза, делая вид, что уже спит. Доктор усмехнулась и кивком пригласила Лютера выйти из палаты вместе с ней. При ярком освещении Элис наконец смогла рассмотреть его бейджик, чтобы не создать неловкой ситуации, которой так умело смог избежать Лютер. – Успели прочитать по бейджику, да? У вас отличное зрение… Лютер, да? Мы раньше с вами не встречались, – Элис мягко улыбнулась. Андроид заметил проступившие на её щеках очаровательные ямочки. – Зрение и правда в норме, доктор. Меня пригласили поработать сейчас, обычно меня чаще встретишь днём. Уотсон понимающе кивнула, но промолчала. Лютер смог считать по выражению её лица смущение. После неловкой паузы он добавил: – Джонни хороший мальчик. Видимо, ему просто не хватало общения, чтобы отвлечься и уснуть. Доктор заложила прядь тёмных волнистых волос за ухо, пожав плечами. – Видимо, так и есть. Простите, что пришлось ради этого ставить вас в ночную смену. Мне сказали, что вы умеете находить общий язык с детьми, а другие наотрез отказались помочь… – Ничего, я всегда рад, – Лютер мягко улыбнулся в ответ и коснулся дверной ручки, как Элис внезапно сделала шаг навстречу, останавливая его. – Знаете… Не хотите составить мне компанию и выпить чашечку кофе? Нужно ведь как-то скоротать смену. Думаю, Джонни будет не против, раз вы обещали ему вернуться утром. Удивлённый внезапному предложению, Лютер приоткрыл двери, чтобы убедиться, что Джонни действительно заснул, повернулся обратно к доктору Уотсон и с доброй широкой улыбкой ответил: – От кофе откажусь, но компанию составлю с удовольствием.