Защищать любой ценой

Веки крепко сомкнуты. Кажется, будто он спит, но на самом деле сон ему недоступен. Каждый микропроцесс в его голове отдаёт тихим щёлканьем и вибрацией. Обработка и сортировка фрагментов памяти занимает слишком много времени. Но он хочет сохранить всё, что произошло у дома Златко, каждый момент после. Единственное, что ему дорого прямо сейчас. Капли дождя стекают по тёмной искусственной коже, испещрённой мелкими шрамами, словно символами его слепого служения бывшему хозяину. Языки пламени тихо шипят, треск древесины отдаётся глубоко внутри практически в унисон с биением искусственного сердца. Вдох — горячий воздух обжигает платы, заставляет застыть, глядя на двух обнимающихся андроидов. Выдох — на землю падает тяжёлый револьвер, заряженный судьбоносным патроном. Всего один выстрел — и жизнь Златко бы закончилась быстрее, но… Заслуживал ли он быстрой смерти? За все те деяния, что совершил над такими, как Лютер? Однозначного ответа он не находит, порывы ветра становятся лишь сильнее, заставив внешние сенсоры имитировать лёгкую дрожь. Тихий рёв мотора, как предупредительный рык медведицы, защищающей потомство, эхом разносится по окресностям. Гул разгорающегося пламени за секунды остаётся далеко позади. Вдох — пахнет резиной, подгоревшим пластиком, ощутимо отдаёт холодом. Система вентиляции барахлит, поэтому Лютер делает выдох не сразу, набирает первый попавшийся в списке навигатора адрес, и автомобиль мчится в неизвестность, освещая заснеженную дорогу белым светом фар. Он смотрит на своё отражение в соседнем окне, куда задумчиво вглядывается Кара. Его силуэт в разы больше, как огромная стена, возвышающаяся над хрупкой фигурой. В тусклом освещении салона глаза обоих блестят страхом и решимостью. Страхом за жизнь девочки и решимостью идти дальше во что бы то ни стало, до желанной свободы.

«Я стану вашим щитом», — безмолвно шепчет Лютер. «Просто будь рядом», — всё ещё недоверчиво, одним взглядом отвечает Кара.

Он чувствует тепло, такой невероятный жар, будто кто-то рядом несёт в себе часть пожара, что уничтожил его прошлое и навсегда изменил будущее. Вокруг вечная мерзлота и непроглядная густая тьма, но один огонёк ведёт его к свету. Он тянет руку, но не дотрагивается. Кара не замечает этого маленького жеста, как Лютер едва касается её маленькой руки своей широкой ладонью. Не желая утонуть в ледяной воде и замёрзнуть, стать лишь тенью в кромке льда, он из последних сил проталкивается к свету, но не трогает его, боясь случайно потушить. Лютер усаживает Алису на плечо. Девочка, невероятно крошечная и лёгкая, как пушинка, обвивает руками его шею. Он чувствует, как та дрожит и ёжится от холода, а в нём самом растёт невероятно огромная сила. Рядом с девочкой он великан, но ему хочется стать выше, сильнее, чтобы укрыть девочку одной ладонью от липких снежинок, застилающих глаза. На панели управления в машине горит тревожно-красный; придётся оставить автомобиль, превратившийся в обычную груду бесполезного металлолома. Лютер невольно сравнивает себя с транспортом, в его голову как сороконожка медленно закрадывается мысль, что его бросят так же, когда он придёт в негодность. Вдох — от скользящих по проводам, словно по тонкому льду, мыслей андроида сковывает страх перед кромешным лесом. Выдох — тревогу вытесняет желание отыскать безопасное для спутниц место. Единственное, что как воздух в вакууме важно и необходимо сейчас.