Малыш

      Юнги аккуратно поднял тело автора и понес в ванную комнату, где после бережно опустил свою жемчужинку в теплую воду. От соприкосновения воды с открытыми ранками Чимин скривился в лице и болезненно простонал, но так и не открыл своих глаз. Мин осторожно принялся смывать с парня следы своего промаха. Каждый раз, проводя мягкой губкой по коже, до ушей похитителя доносился тихий стон с редким всхлипом сверху. — Прости меня, — в который раз взмолился Юн и опустил голову. — Я... Я не должен был этого делать! Я не знаю, что нашло на меня… Я не хотел, чтобы наша первая встреча произошла именно таким образом. Я самый настоящий подонок.       В какой-то момент из глаз старшего скатилась одинокая слеза, а за ней еще. Мин тяжело вздохнул и вытер лицо краем футболки. Никто не должен знать об этом.       Закончив купание, похититель так же аккуратно понес малыша в свою комнату, где бережно уложил его в постель, прикрыв теплым одеялом. — Надо обработать раны. — вслух сказал фанат, рассматривая не особо глубокие ранки на теле.       Порыскав немного в аптечке, парень нашел необходимые антисептик и мазь для заживления. — Будет немного жечь, — снова сказал старший, надеясь, что Чимин всего лишь притворяется.       Боясь навредить еще больше своему малышу, Юнги осторожно принялся касаться уголком ватки вокруг ранки на плече, смоченной в перекиси. — Мммм, — болезненно простонал малыш и повернул голову в сторону, слегка приоткрывая глаза. — Прости... — снова извинился старший и подул на плечо, но Пак ничего не ответил, просто прикрыл глаза.       Теперь, Мин окончательно понял, что не хочет терять свое сокровище. Хотя, даже в своих руках он способен потушить этот прекрасный лучик солнца. Он ведь почти это сделал. Или не почти, а сделал. Посмотрев на всю ситуацию сейчас, парень понял, что несмотря на свою любовь и привязанность к автору, ему придется отпустить его, ведь так будет лучше для всех, или хотя бы для одного.       Обработав все ранки, Юн вспомнил о самой главной причине боли его малыша, то, что он умудрился порвать, хотя в своих фантазиях представлял, каким именно будет первый раз автора, как заботливо будет стараться выполнять все действия, но, видимо, что-то сорвалось. — Прости, но мне придется это сделать, — с горечью произнес Мин и выдавил немного мази себе на пальцы, а после приподнял одеяло и поднес пальцы к пульсирующей дырочке, отдающей дикой болью по всему телу Чимина. — Аххххх, — едва раскрылся ротик малыша и из глаз потекли слезы, оставляя за собой мокрые следы.       Юнги осторожно размазал средство по всей дырочке, слегка погружая палец внутрь.       Когда все ранки были обработаны окончательно, похититель отложил аптечку на полочку и выключил свет, а сам залез под одеяло. — Как же мне теперь загладить свою вину? — тихо спросил фанат, рассматривая в темноте очертание лица напротив.       Этот парень действительно красив, невысокий рост, что прекрасно дополняет милоту самого парня, светлые волосы, карие глаза, в которых хочется утонуть, слегка вздернутый носик и нежные губы, которые хочется всегда целовать. — Что же я натворил, — горько произнес Юнги, стараясь не смотреть на парня напротив. — Я так виноват! Я, честно, не хотел этого… Я очень хотел познакомиться с тобой… Всегда. Как же я хочу отмотать время назад и встретить тебя в нормальной обстановке. Какой же я идиот, что мне делать? — Обними меня, — тихо раздалось с другой стороны постели.       Мин не поверил своим ушам, быстро встрепенулся и пододвинулся ближе, немного приподнимая руку, как вдруг сам автор ныряет в чужие объятья.       «Что же мне теперь делать?», — мысленно спросил себя фанат, начиная погружаться в царство Морфея.

***

      Утро каждого человека начинается по-разному: кто-то быстро подрывается от звонка будильника и сразу же мчится по своим делам, а кто-то долго-долго лежит в теплой постели в нежных объятиях, но… Что касается Чимина, он проснулся никак, ни живой, ни мертвый. Все тело ужасно болит, а в голове абсолютная пустота, как и в постели.       Пак не спеша сел на кровати и осмотрелся - перед ним снова новая локация.       «Это его комната?», — первым делом задался вопросом Чим, оглядывая еще раз помещение.       Парень прекрасно помнил каждое оброненное, вчера, слово Юнги. Когда его мыли, обрабатывали ранки и момент объятий. Автор сам не понимает, как вырвалось это тихое «обними меня», но может это хоть как-то спасло ситуацию?       Видимо нет. Теперь-то он сидит тут один-одинешенек.       Зол ли Чимин сейчас на похитителя? Честно? Не особо. Этот момент должен был когда-нибудь свершиться, но вот в таком ли виде? Тот факт, что Юнги сорвался, он меняет все. Каждую мольбу мальчишки он игнорировал, повел себя как эгоист, что дало трещину в душе автора. Именно поэтому желание сбежать возникло с новой силой.       Пак осторожно поднялся с кровати и увидел рядом на стуле свою одежду. Мигом надев ее, Чим задумался:       «А где он сейчас?»       Но не успел малыш об этом подумать, как в дверь робко постучались, а после тихонько ее открыли. — Ты как? — осторожно спросил только что вошедший парень. — Нормально, — немного грубо ответил автор, отворачивая голову в сторону. — Я... — замялся Мин и сделал крошечный шаг вперед, но тут же остановился и замер. — Ты? — Я хотел сказать... — у Юнги словно какой-то ком в горле застрял, не дающий не то, что спокойно говорить, но и дышать. — Что ты хочешь? — фыркнул малыш и отошел от кровати еще дальше. — Ты свободен. Я вызвал такси. Оно стоит около входа, я уже все оплатил.        Чимина передернуло от услышанного.       «Он и вправду меня отпускает? В него вселился здравый смысл?», — с шоком в глазах посмотрел Чим на Мина. — Серьезно? —Да… — так же тихо ответил старший и отошел от двери, давая возможность пройти.       «Пожалуйста, останься!», — молил взгляд похитителя. Но нет… Не сегодня...       Чимин резко срывается с места и мчится к выходу.       «Нет, я хочу остаться!», — кричало внутреннее Я Пака, но тело делало отрицательные действия. — «Нет, задержи меня, не отпускай!».       Юнги слышит как хлопает входная дверь, а после удаляющиеся шаги. — Теперь все должно встать на свои места, — подвел черту Юн, но тут же ринулся к окну, наблюдая, как садится в машину знакомый силуэт.

***

      Чимин выбежал из квартиры со скоростью света, не оглядываясь назад ибо… Повернешься и все… Далеко уйти не сможешь. Ноги сильно подкашиваются, дрожащими руками малыш кое-как открывает дверь машины и плюхается на заднее сиденье и только тогда он поворачивает голову назад, рассматривая чужие окна.       «Он даже не прово…», — мысли в голове резко оборвались ведь там, из окна квартиры, на него смотрел знакомый печальный взгляд.       Пак тут же отворачивается от окна… Такси трогается с места, а в горле начинает душить огромный ком. Автор прижимает ладошки к глазам, но новая порция слез все равно вытекает из глаз, и, на этот раз, парень не сдерживает себя и рыдает навзрыд.       Водитель такси посмотрел на мальчишку в зеркало заднего вида, но говорить ничего не стал - пусть выплачется, если так велит сердце.