Умереть через семь дней

И однажды в твоей жизни появится новое имя, которое превратит предыдущее в пыль. Ф. Достоевский

      Чонин стоял у кабинета профессора Бана, ожидая, когда же уже закончится пара и прозвенит этот злополучный звонок на перемену. Так и хотелось поскорее поговорить с ним и обсудить то, что они почувствовали тогда возле магазина. Ему максимально повезло, что не было первой и второй пары, поэтому и смог спокойно придти, не паникуя, что куда-то опоздает. Минхо особо не отвечал на его сообщения уже с вечера, возможно, все еще спит или почему-то игнорирует Чонина, но пока для Яна это становится не особо значимым и чем-то нужным, потому что уже прозвучал самый любимый его звонок на перемену.       Когда уже большинство студентов оттуда вышло, то Ян зашел внутрь, видя, как профессор Бан что-то ищет в своем ноутбуке и даже не обращает внимания на Чонина. Казалось, что больше здесь никого нет кроме них самих, что Чан наконец-таки обратил на него свой взор, но не тут-то было…       — Привет? — одернул его Сынмин, когда с каким-то интересом смотрел на завороженного Чонина. Только в этот момент на него посмотрел преподаватель, но быстро убрал взгляд, показывая свою незаинтересованность. — Тебя попросил что-то передать мне Минхо? Он на сообщения не отвечает. Я так и не знаю, добрался ли тот до дома…       — Эм… Нет, он мне тоже не отвечает, — отвечал ему Ян, хотя не понимал, почему к нему этот омега вообще прикопался, ибо пришел он к другому человеку. Ему не нужен какой-то там Ким Сынмин, который его ни во что в этой жизни не ставит. Ему нужен Бан Чан, который однозначно является его истинным. — Я к профессору Бану пришел… — тихо вышло из него, но еще двоим людям в этой комнате это точно было слышно. Ким только кивнул на это, выходя из кабинета, в то время как Чан пытался скрывать свой интерес к сложившейся ситуации. — Наконец-таки я вас нашел, профессор Бан. Пришлось слишком долго ждать вашего появления, — с неловкостью говорил омега, как будто уже кому-то признается в любви, а не просто общается со своим истинным.       — Я не понимаю о чем ты говоришь, Чонин, — сказал это с полной серьезностью преподаватель, когда уже нашел нужный ему вордовский файл с текстами и упражнениями на английском для следующей группы. — Не хочешь мне объяснить, почему ты меня ждал? Я же не являюсь твоим преподавателем и однозначно никогда еще не вел у тебя хоть какой-то предмет, — констатировал факты Чан, заставляя Чонина немного погрустнеть и уткнуть взгляд в пол. Он знал, что английский ведет у него другой препод, еще более молоденький, чем сам Бан, который вообще не понимает, что тут делает, ибо специализируется больше на экономике.       — Вы этого не почувствовали?.. И никак не можете понять того, что произошло?.. — спрашивал это Чонин с такой надеждой в голосе, что казалось, что этот альфа являлся его последним шансом на выживание. — Мы же истинные, — только сейчас омега поднял глаза и встретился взглядом с преподавателем Баном, который уже терял свою серьезность и эту строгость во взгляде.       — Ты говоришь про то прикосновение? — спрашивал он у него так, как будто это чувство ничего не значило для него и являлось обыденностью, но это же не так. Это однозначно заинтересовало и точно такое не случается со всеми сплошь и рядом. — И из-за этого сделал такие выводы? — кривил лицо преподаватель по английскому, чуть ли не начиная усмехаться, но сдержал эту улыбку. — Не думаешь, что это уже как-то по-детски? Это тебе не дораму смотреть с их любимыми сопливыми историями про любовь и истинность. Это реальная жизнь, Ян Чонин. В ней нет и никогда не будет все слишком хорошо, если ты в подобные сопли веришь, то это очень глупо.       — Но все равно… Разве такое ощущение от прикосновения не означает, что мы оба истинные? — никак не унимался Чонин, полностью стоя на своем, даже забивая на свою скромность и неловкость, которая часто присутствовала в его жизни, которая не давала ему хоть что-то и кому-то сказать. Сейчас он набрался смелости и готов хоть горы свернуть. Но… долго ли будет держаться в нем такое чувство?.. Чан только потупил взгляд, зная, что такое прикосновение и правда значит все, что говорил ему сейчас Чонин, но ему не хотелось в подобное вовсе верить. Как он на пике своего тридцатипятилетия обрел истинного?.. Шутки про то, что его судьба еще не родилась, стали еще более актуальными, чем в те годы, когда он с друзьями посмеивался на эту тему. — Вы ведь тоже почувствовали и непонятно почему отрицаете, но меня все равно это радует.       — Ох, Чонин… — вышло с томным вздохом у Чана. — Когда я к тебе вчера подходил, то ты любил другого альфу, говоря о том, что смерти тебе не миновать. А теперь нравлюсь тебе я, потому что являюсь твоим истинным. Сможешь уловить здесь то, что мне не особо нравится? — Ян снова потупил взгляд, закусывая губу, понимая, как крипово выглядит происходящее, но в то же время ничего с собой сделать не мог. Он на самом деле ощущает что-то странное внутри себя, когда находится так близко к Чану. — Знаешь, не особо как-то хочется, чтобы меня любили только за то, что я являюсь истинным. И думаю, что ты еще любишь его… Настолько быстро не может пройти любовь.       — Я понимаю ваши чувства, профессор Бан, — искренне говорил Чонин, потому что только об одной мысли — о своей той любви к другому — у него внутри все просыпается и как будто поет, но… То, что пробежало по его телу от прикосновения Бан Чана, полностью отличается и переворачивает мир с ног на голову. — Но также и понятно то, что с ним мне ничего не светит. Вы сами до этого можете догадаться и осознать, не просто же так я вчера был полностью убитым из-за своих чувств, — альфа не смотрел на омегу, хотелось только провалиться сквозь землю, чтобы всего вот этого не происходило сейчас с ним. Он не хотел, чтобы именно Ян Чонин был его истинным. Не хочет делать больно и Чанбину такими новостями, но судьба такова, что всегда предстоит делать выбор между кем-то. Либо ты выбираешь своего истинного и отказываешься от друга, который так сильно полюбился тебе, либо выбор падет в сторону дружбы и другой любви. — Просто у меня с истинным есть хоть какой-то шанс, потому что мы связаны.       — Однако, странное заявление с твоей стороны, не думаешь?       — Почему?..       — Потому что ты влюблен в моего знакомого, а подобное в отношениях мне точно не нужно. Попытай свою удачу с кем-нибудь другим, — сказал ему все это со спокойным голосом Чан, кивком показывая на дверь. Еще и пара скоро начнется, так что лучше поскорее выпроводить Яна отсюда, а то еще какие-нибудь слухи поползут по университету о них.       — Нет, я испытаю удачу только с вами, преподаватель Бан, — только после этих слов омега уходит прямо по звонку, даже не увидев то, как Чан закатывает глаза и с каким-то раздражением смотрит на телефон, где высвечиваются сообщения от преподавателя Со.

***

      Всех на третьей паре позвали в актовый зал, чтобы провести внеплановую лекцию о том, что сейчас происходит в мире и что стоит делать на данном этапе жизни. Некоторые университеты ненадолго приостановили свою работу до окончания недели, а кто-то все еще продолжает работать, хотя и может предположить, что не только студенты, но и сотрудники могут погибнуть. Сейчас перечисляют всех погибших людей в стенах этого универа, но больше всего говорят о последствиях данного случая и предупреждают быть всем осторожнее со своими действиями, но еще важнее — со словами.       — Помнишь того молоденького препода, который забрал половину моих групп? — спрашивает Чан у Бина, пока они смотрят за порядком в зале, чтобы никто не разговаривал и спокойно слушал все то, что говорили на сцене. Чанбин кивнул на это, когда пригрозил Хенджину кулаком, чтобы этот альфа прекратил лапать своего мужа. Все-таки, здесь находится много людей высоких должностей в университете, а также директор, поэтому надо быть потише. — Теперь мне их отдали обратно, повесился мальчик прямо у себя дома. Не оставил никакой записки, только свой висячий труп.       — Ох… — только томно вздохнул Чанбин, начиная позже разминать шею. — Снова будешь пропадать в стенах этого университета с утра до ночи? — на этот вопрос Чан кивнул, не особо радуясь тому, что придется с первой по пятую пару проводить занятия каждый день. — Но они же найдут кого-то ему на замену?       — Ну да, только фиг знает, сколько времени это займет, — оглядывая зал, произнес Чан и резко остановил руками бежащего к выходу Джисона. — Куда это мы собрались?       — Иди, Хан-и, — произнес нежно Хенджин, убирая руки с тела Хана, которые довольно-таки крепко сжимали омегу. Но отцепить их получилось. — Ему плохо, преподаватель Бан, поэтому не надо моего мужа так хватать, — грозно говорил Хван так, как будто уже готов прибить за подобные действия человека старше его лет так на десять. Чанбин уже давно заметил эту черту в характере Хенджина, когда его омегу трогают или как-то пытаются принизить и не дай Бог еще и подкатывают к нему. Он готов будет любого пристрелить, чтобы их семью вообще не трогали. Мало кто из альф способен именно на такое, ибо когда видят Хвана, то не воспринимают его как какую-то значимую угрозу, только вот тот, когда становится злым, то полностью бесконтрольный. Но зато защищает свое самое любимое и сокровенное в этой жизни. — Мы с ним и так планируем ребенка, об этом все знают, и о трудности зачатия, поэтому думаю, что в такой ситуации вы не имеете права так его хватать и он может спокойно выйти в туалет, разве нет?       — Конечно, может, — улыбнулся ему Чан, пытаясь показать свою дружелюбность, которую Хенджин вообще не улавливает, поэтому начинает злиться еще сильнее и еле-еле сдерживает себя. Жаль, что здесь нет Хана, который быстро может успокоить своего мужа, чтобы тот не натворил чего похуже перед глазами директора и почти всего университета. — Но…       — Иди к нему, Хенджин, только без бега, пожалуйста, — произнес Чанбин, перебивая Чана, чтобы тот не сказал чего-то лишнего его студенту. Хенджин ему искренне улыбнулся, слегка кивнув и тут же вышел быстрым шагом из актового зала. Преподаватель Бан так и сверлил взглядом своего коллегу. — А что? — смог сдержать этот напористый взгляд в свою сторону от Чана Бин, от чего его коллега усмехнулся. Они в последнее время стали слишком близки, так что подобные выходки старшего Со вообще не пугают и он, на минутку, тоже альфа. — Мы говорим только о смертях, а тут хотя бы новая жизнь просыпается. Разве не стоит быть снисходительным?       — Ох… Главное, чтобы позже две эти жизни не погибли, — с пессимизмом говорил Чан, отворачивая голову в сторону выхода, откуда уже зашел опоздавший студент. — Ну, доброе утро, Минхо, — поздоровался тот с ним и только томно вздохнул со всего этого. Настроения особого не было, поэтому мог уже сорваться на любого. То Чонин пришел к нему со своей этой истинностью, то теперь придется почти все эти дни проводить только на одной работе, то Хенджин слишком самодовольно себя ведет. Ему надо как-нибудь успокоиться, но только он еще не знает, как именно это все сделать. — Почему опоздал? — спрашивал Чан у него, хотя подобным должен заниматься именно Чанбин. Он же, все-таки, его куратор.       — Здравствуйте, — поклонился Ли, сжимая рюкзак в руке. — Я просто немного перепутал время… Извините.       — Садись уже, Чонин тебе место занял, — сказал Бин и показал пальцем на нужное Минхо место, куда тот через пару секунд и сел. Преподаватель Со только косо глядел в сторону своего коллеги, который просто смотрел на сцену, но почувствовал на себе этот взгляд, поэтому повернул голову к Чанбину. Они некоторое время смотрели друг на друга, как идиоты, пока Чан не закатил глаза, понимая, что ему нужно что-то сказать. Его коллега и так уже давно заметил эту странную активность в сторону его студента от преподавателя Бана, но сильный акцент на этом не делал. Но уже хочется узнать, почему так все происходит, а не просто наблюдать со стороны и пытаться что-то понять.       — Это мой племянник, Бин. Мой брат сказал приглядывать за ним здесь периодически, чтобы тот не творил что-то странное, — Со смотрел на это не то чтобы недоумевая, а с каким-то скептицизмом. В такое не особо верилось. — Мой отец-омега сбежал в Австралию от мужа-тирана, чтобы получить нормальную жизнь с иностранцем. Поэтому у меня смесь корейских генов и австралийских, а Минхо полностью кореец, поэтому ты и не веришь.       — Почему до этого не говорил о таком?       — А смысл? Ты же о своей семье тоже не говоришь, — Бин на такие слова только закатил глаза и осмотрел весь зал, чтобы хоть как-то переварить сказанные слова.       Когда Минхо сел рядом с Чонином, то никак не мог найти Сынмина, который, скорее всего, был в другой части актового зала. Телефона с собой не было, ибо он в спешке оставил его дома, поэтому быстро забил на поиски и просто поздоровался со своим другом, развалившись на стуле. Чонин спокойно и без каких-нибудь эмоций смотрел на альфу, который пытался восстановить дыхание, как будто пробежал недавно нормативы бега по физкультуре.       — Как провел выходные? — спросил у него Ян и в ответ увидел скривившееся лицо Минхо, которое точно говорило о том, что было как-то средне. За эти годы уже каждое движение и любую эмоцию может понять у альфы. Плюсы быть будущим психологом. — Профессор Бан — мой истинный.       — Что?! — удивился этому слишком сильно Минхо, что на него многие обратили внимание, но никто не придал этому особого значения, ибо на сцене говорили какие-то тяжкие вещи. — Но как? — уже на шепот перешел Ли. — Просто это как-то странно, не думаешь?.. Ты понял по прикосновению? — Чонин кивнул на это, что альфа не мог прекратить удивляться этому. Только подолгу всматривался в сцену, как будто завис на ней. — Ну… Тогда могу пожелать тебе только удачи, ибо с ним будет тяжко. Не буду сразу разочаровывать тебя, но Чан не факт, что заинтересуется в тебе. Об этом говорят многие факты, к примеру…       — На это пофигу, — Минхо резко перевел на него взгляд и косо глянул. Хотелось только помочь другу, но его помощь просто проигнорировали, чему тот удивился и решил послушать Чонина. — Он сказал, что я влюблен в его знакомого, но не уточнял, кто это именно, — Ли шуточно показал на себя, на что получил только легкий удар по голове. — Сдался ты мне, я бы в такого идиота никогда не влюбился, — альфа только кивал на это, поворачивая взгляд в сторону Чанбина, который уже одним взглядом приказал ему сесть нормально, а не лежать как у себя дома. — На кого же он подумал?       — Не думал, что ты настолько тупой, — с усмешкой произнес тот, только сейчас нормально садясь на этом стуле. — Конечно же, это преподаватель Со. Здесь больше нет никаких друзей у Чана, а я с ним особо не общаюсь и уже давно сказал, что ты мне не интересен. Легко сделать вывод, что это именно Со Чанбин. Но не странно ли то, что он отказывается от истинного из-за друга? Ему обычно на такие вещи все равно. Слышал от него, что он когда-то у друзей по молодости уводил парней, которые ему нравились, поэтому как-то странно… Не могу понять, — глубоко призадумался Минхо, но никак не мог прийти к нормальному выводу.       — Может быть… — начал Чонин, но сам не мог поверить в свои мысли. — Чанбин тоже любит меня?.. — Минхо на это ничего не ответил, только пожал плечами и глянул на своего куратора, который, заметив его взгляд, сразу же движением глаз показал ему смотреть на сцену.

***

      Минхо опаздывал на пару, даже забыл о том, что говорили идти в актовый зал, а он поднялся на четвертый этаж, поэтому уже раздраженно спускался вниз. Тупой телефон разряжен, пришлось оставить его дома и быстро бежать в сторону университета. Было однозначно плохой идеей снова ложиться спать, когда вернулся домой после ночевки в чужой квартире. Но уже ничего сделать с этим не мог, радуясь, что пара идет именно с их куратором, который все поймет и простит, ставя ему в журнале опоздание. Когда тот быстро лавировал между лестницами, его остановил какой-то парень с фиолетовыми волосами.       — Эм… Ты знаешь где здесь туалет? — спрашивали у него, что тот особо не успел сразу сообразить, а когда это сделал, то просто показал в нужную сторону. — Я тут новенький, поэтому ничего не знаю, — Минхо только косо глядел на слишком худого омегу, не понимая, что ему еще от него надобно. — Феликс Ли, — вышло из него, когда тот протянул руку для рукопожатия альфе. Для Минхо было такое немного странным, ибо обычно все кланяются в знак приветствия. Но позже доходит, что тот же самый стиль в одежде и акцент выдает в нем иностранца, поэтому и решил с ним говорить на его языке, чтобы тому не было затруднительно общаться с ним и подбирать слова.       — Минхо, у меня такая же фамилия, — протянул в ответ тот руку и только слегка улыбнулся на это. Феликс даже как-то оживился, когда услышал свой родной язык, и взял на заметочку такое поведение со стороны альфы. — Я опаздываю на пару, поэтому, может быть, увидимся когда-нибудь?.. Если будет для этого какой-то повод или время, — пожал плечами альфа, отпуская худенькую и нежную ручку омеги, которая была почти вся обвешена дорогими кольцами, но обручального точно не было.       — Обязательно еще увидимся, Ли Минхо, — проговорил ему вслед Ликс, с ног до головы осматривая альфу. Его даже слегка опечалило наличие у этого паренька с манящими ляжками, которые так и хотелось пожамкать, запах другой омеги. Ох, эти красивые бёдра, на которые сразу же обратил внимание, поэтому и подошёл к нему, как только увидел издалека, а не стал сам искать туалет. Но больше всего печалило, что на этих бедрах нет не менее красивого Феликса Ли. Но здесь уже нечего поделать и лезть особо не хочется в их отношения омеге, ибо у однофамильца столько меток на шее, что иметь дело с его ненаглядным нет желания. Сразу видно, что тот еще собственник и всем вокруг хочет показать, что принадлежащее ему лучше не стоит трогать.       Хан со всей дури бежал в сторону туалета, но все равно не успел добежать нормально до туда. Его вырвало прямо в раковину на глазах у какой-то омеги, который даже слегка отшатнулся от этого и через некоторое время протянул бедолаге влажные салфетки. Джисон только кивком поблагодарил парня, вытирая то, что попало мимо раковины, и позже ополоснул рот водой.       — Может быть, позвать врача?.. — с акцентом выходило из омеги, что Хан даже кинул небольшой на него взгляд и только покачал головой в стороны в знак отрицания. — Ты точно будешь в порядке?..       — Да, мой муж все равно скоро должен подойти, — спокойно говорил Джисон, всматриваясь в свое бледное личико в отражении зеркала. С самого утра чувствовал себя как-то не очень, но решил на это забить и отправился на пары, хотя Хенджин протестовал этому. Незнакомец только удивился наличию у этой омеги мужа, а позже и догадался, что тот походу в положении. — Извини, что тебе пришлось увидеть все это. Я немного не успел добежать до самого туалета.       — Все хорошо. Кстати, я Феликс, если, конечно же, хочешь знать имя, в какой-то степени, твоего спасителя. — улыбнулся ему тот и протянул бутылку с водой. В голове Ликса только мелькнуло сочувствие. Омега-то перед ним довольно-таки молод, а уже с мужем и ребенком под сердцем. Ох… Этот студент вообще познал разгульную и свободную жизнь?.. Казалось, что как будто нет. — У меня большая семья, поэтому что-то подобное уже не удивительно вовсе. И можешь забрать себе всю воду, я не против, — улыбка никак не сходила с лица омеги, когда из его рук взяли бутылку. А Джисон только чаще начал слышать английскую речь в перемешку с корейской.       — Спасибо, я потом как-нибудь верну должок за помощь, Феликс, — улыбнулся ему Хан в ответ, забыв даже сказать свое имя и спросить на каком факультете теперь обучается этот студент. Но надеется, что они все-таки когда-нибудь еще встретятся. Хенджин зашел в туалет минуты через две после ухода Ликса и быстро оглядел все вокруг на наличие здесь еще кого-то, но благо было пусто, поэтому альфа обнял омегу со спины. — Какой-то милый парень дал мне водичку, — проговорил мило тот, показывая на бутылочку.       — Хорошо, — улыбнулся Хенджин, когда не смог никак скрыть свое счастье, поэтому еще ближе прижимал к себе мужа. — Я давно уже заметил, что твой запах поменялся, начиная смешиваться с чем-то другим, но не был уверен на все сто процентов, — говорил все это Хван, принюхиваясь и слишком сильно наслаждаясь двумя этими ароматами, исходящими от Джисона. — Еще ты стал более капризным и чувствительным. Тот Хан Джисон, которого я знаю, никогда бы не разрыдался перед всеми за столом, а потом не дал бы спокойно себя трахнуть, когда рядом есть кто-то. Так много всего говорило о твоей беременности, но я все еще никак не могу в это все поверить… — альфа поглаживал животик любимого, смотря на их отражение в зеркале и слишком болезненно выглядящего омегу. — Тебе стоит сходить к врачу, Хан-и… Ты выглядишь слишком уставшим, что… Эй! Малыш! Все хорошо?! Пожалуйста, открой глаза!

***

Не хмурь бровей из-за ударов рока, Упавший духом гибнет раньше срока. Омар Хайям.

      — А где эти двое? — показал в сторону пустой парты Минхо, когда прозвенел звонок и преподаватель Со зашел в кабинет, садясь на свое место. Он только слегка бросил взгляд в сторону своего студента и томно вздохнул, пытаясь найти что-то на своем столе. — Я вроде их и в актовом зале не видел.       — Хану стало плохо, поэтому вызвали скорую, и Хенджин поехал с ним, — залез в телефон Чанбин, когда говорил все это и печатал кому-то сообщение. — Чуть позже узнаем, что именно случилось. Может быть, какие-то осложнения из-за беременности… Не знаю, Минхо. Хан же у нас слабенький, все что угодно могло случиться, — Ли только завис на месте из-за услышанного и не мог поверить в сказанные слова, пока Чонин не похлопал его по плечу в знак утешения. Альфе приходило на ум только то, что тот запах, который он чувствовал в ванной, является смешанным не с Хенджином, а с его ребенком… Черт! И как он подобное не заметил сразу?.. Как ему теперь поступать? Что делать? Ведь в его руках уже две жизни.       — Преподаватель Со, — окликнул Ян и тот перевел взгляд на него, убирая телефон в сторону. Лекцию проводить не особо хотелось, но придется. Еще и итоги этой контрольной надо сказать, не зря же, все-таки, вечером воскресенья задрачивал на этом. — Мне один момент интересен… По сути, многие же думают, что именно те, кто находятся в браке или в отношениях с истинным, точно выживут, — на это Со сразу же закатил глаза, продолжая слушать своего студента. — Но разве не может быть такого, что в кого-то из них кто-то еще влюблен? И это именно станет причиной смерти… — Бина только слегка напрягло, что Минхо в этот момент сверлил взглядом своего друга.       — Мне кажется, что тут дело не только в одной истинности, а в настоящих чувствах друг к другу. Чувствовать себя защищенным только из-за того, что ты находишься рядом со своим соулмейтом… Ох, это слишком тупо и необоснованно. Я даже начал предполагать, что тот, кто все это создал, решил проверить феномен истинности и вообще всей этой любви между друг другом, чтобы вывести лжецов на чистую воду, — говорил свое мнение Чанбин, периодически смотря на телефон, который даже никак не реагирует ни на что. Просто лежит без какого-либо движения. — Но я также не буду и отрицать того, что истинные не любят друг друга. Если уж судить по хенсонам. Только смотря на них верится в подобное, а так… Все еще смутна для меня эта ваша любимая истинность. Почему мы об этом вообще говорим на каждой паре? Разве не намного интереснее говорить о вашем внутреннем мире или о том, как нужно при вашей работе анализировать людей и вообще проводить с ними беседы?..       — Вы еще не нашли его? — спросил у него Минхо, чтобы быстро перейти на другую тему, а не обсуждать тему, которую задал Чонин, и вообще то, что хочет сам преподаватель. Его иногда бесила такая черта в характере Яна, хотя тот еще та милая булочка и редко будет такое вытворять. Просто слишком любопытен и верит во всякую дичь, которую даже сам объяснить не может, и мечется от одного к другому. — Или, все-таки, он уже появлялся в вашей жизни, но что-то пошло не так? Почему никогда не говорите об этом именно со стороны своего опыта?       — Ну… — хотел ответить на это все Бин, но в этот момент в дверь постучали и он разрешил человеку зайти сразу же после стука. — Какого черта?! — удивился этому Со, резко вставая с своего места. — Что ты тут делаешь?.. — Минхо посмотрел в сторону двери и увидел того парня, который недавно попросил у него помощи. Только в тот момент даже и предположить не мог, что эти двое окажутся знакомы…       — Я увидел в расписании на первом этаже твои имя и фамилию рядышком с большинством предметов по психологии и решил проверить, — улыбался Ликс, когда начал подходить ближе к преподавателю Со. — Что это мы стоим, как вкопанные? Не хочешь обнять своего истинного, котик? — Бин только закатил глаза и правда обнял омегу довольно-таки быстро, обратно садясь на свое место. — А почему ты преподаешь уже довольно-таки давненько, а мне пришлось повышать свою квалификацию? Но работать я же буду все равно преподом по английскому.       — Хороший вопрос, но ответа у меня на него нет. Без понятия, почему они решили взять именно меня на работу, — честно говорил Бин и только слегка бросил взгляд на своих студентов, которые полностью осматривали Феликса с ног до головы. Возможно, что даже никто и представить себе не мог, что у него именно такой омега. Прямо сейчас Ликс даже в очках не выглядел, как какой-то ботан, наоборот, ему это придавало еще большую элегантность. Бина смущало только то, что тот слишком сильно подчеркивал свою худобу обтягивающей, хоть и строгой по виду, одеждой. А эта цепь на шее… Ох, фиолетовые волосы… Омежка все еще никак не может вырасти из подросткового возраста. — Ты же редко красишься в такие цвета…       — Оу, тебе не нравится фиолетовый?! — спросил это именно на английском Ли и с удивлением вглядывался в Чанбина, который тут же кивнул ему, полностью начиная забивать на то, что здесь находятся студенты. Но позже вспомнил о них и альфе, который сидел за первой партой, дал листы с контрольной, чтобы тот их раздал и они узнали свои результаты. — А зацени тогда в какой цвет я сегодня иду краситься, — без какого-либо интереса посмотрел в телефон Чанбин и показал «класс» рукой, хотя и это ему тоже не особо нравилось, но решил не говорить этого вслух. — Я тут уже нашел по отзывам у вас хорошую парикмахерскую и после встречи с каким-то преподавателем Баном схожу туда.       — Могу ему написать, что ты здесь, — Ликс на слова своего истинного заулыбался и начал оглядывать всю аудиторию, улыбаясь еще шире, когда заметил своего недавнего знакомого, который тоже неотрывно смотрел на него. — Написал, он должен скоро подойти.       — Отлично, — произнес тот и перевел взгляд обратно на Со. — А почему когда я учился, то не было таких красивых альф?       — А не пойти ли тебе на… — разозлился Бин, но последнюю часть своего вопроса сказал очень тихо, чтобы услышал только Феликс, хотя и так все присутствующие понимали, что должно было выйти изо рта Чанбина сейчас.       — Ну, я бы пошел, но только вот на хуй того альфы, — показал он на Минхо.       — Твоя любовь к занятым альфам когда-нибудь прекратится? — на этот вопрос у Ликса сразу же надулись губки, как будто он резко стал обиженным ребенком. — Вот давай без этого. Ты же и так знаешь, что на меня это не действует.       — Ох… Когда-нибудь ты прекратишь дуться из-за того, что я рассорил тебя с твоим омегой, но похоже не в этой жизни. Мы же истинные и как бы хрен уйдешь от всех этих чувств, — в ответ ему только кивнули, решив не начинать этот спор про истинность и то, что происходило у них в прошлом. Дверь открывается, а в аудиторию заходит Бан Чан, застывший у входа, смотря только с удивлением на нового преподавателя по английскому. — Здравствуйте?.. — как-то неловко вышло из омеги, когда тот узрел на себе такой взгляд альфы и даже как-то нервно закусил губу. У Чонина внутри мелькала максимальная ревность из-за подобных взглядов, ибо хотелось, чтобы и на него так смотрел преподаватель Бан. И теперь на своем плече он чувствует похлопывающее приободрение в виде руки Минхо.       — Что делать-то будем, Чонинка? — чуть ли не в истерике спрашивал Минхо, стараясь сдерживать наступающий смех, потому что никак не мог поверить в подлинность их положения. Казалось, что это все точно происходит не с ними. У Ли есть жених, который очень сильно любит его и однозначно не готов отпускать, потому что у них в планах брак и зачатие ребенка. Но, с другой стороны, у него есть влюбленность в сторону Хан Джисона, который занят уже пять лет браком со своим истинным и находится в положении. Как можно в этой ситуации решать, кто умрет, а кто останется в живых?.. Он даже уже не уверен в том, что его смерть пойдет кому-то на пользу. Сынмин разве справится без него и вообще сможет пережить подобное?.. А Хенджин? У него получится пережить смерть двух любимых до безумия для него людей? Он не уверен ни в том, ни в другом. Хотелось только выть на луну, осознавая эту безысходность и наличие у него на раздумия уже четыре дня, не включая сегодняшний.       — Без понятия, Минхо, — с обреченностью во взгляде говорил Ян, когда смотрел на то, как дверь закрывается и его истинный уходит с другим куда-то. Буквально только недавно думал, что на него никогда в жизни не посмотрит такой человек, как преподаватель Со, тем более и еще с такими взглядами на жизнь. Всегда думал, что любовь к нему для него полностью обречена на гибель, поэтому и решил, что истинный для него — самый лучший вариант, ибо его можно будет полюбить намного быстрее, чем кого-то еще. — Но нам однозначно надо это решить поскорее… — и это точно, потому что метаться из стороны в сторону для них двоих не вариант. За эти оставшиеся дни надо хоть что-то начать делать, а не просто прохлаждаться и смотреть на то, как у других жизнь налаживается.

***

Встретившись однажды, полностью расстаться невозможно. Человек остаётся в памяти как её, памяти, часть. Эту часть создал он, и она живёт и иногда входит в соприкосновение со своим создателем. Иначе отчего же мы чувствуем дорогих людей на расстоянии? Е. Водолазкин, «Лавр»

      — А что случилось с прошлым преподавателем? — спросил у Феликс, когда они в тишине шли в сторону кабинета преподавателя Бана. Он никогда не мог просто молчать и всегда приходилось всем надоедать своей болтовней, что некоторые чуть ли не вешались от него. — Я, вообще, приехал не английскому обучать, но меня резко перевели сюда… И чисто из-за нехватки преподавателей предложили другую вакансию, пришлось согласиться, ибо они смотрели такими умоляющими глазами в мою сторону. М-да уж… Около шести лет или даже семи изучать психологию, а в итоге просто из-за того, что я иностранец решили дать преподавать это, а я, по сути, даже не в одном глазу, как обучать студентов этому, — только буквально недавно Ликс заметил, что непроизвольно перешел на английский. Все еще не может привыкнуть к тому, что приехал в Корею.       — Он повесился, — спокойно выпалил Бан так, как будто подобное заявление было обыденностью для него, хотя с такой ситуацией в мире… И он как будто пропустил тот рассказ Феликса мимо ушей, игнорируя все это. Либо пытался казаться не слишком заинтересованным и держаться нейтрально.       — Я думаю, что раз люди кончают жизнь, значит существует нечто, что, может быть, хуже чем смерть. Поэтому-то и пробирает сразу до костей, когда слышу о самоубийстве: страшен не тощий труп, болтающийся на веревке, а то, что происходило в сердце за мгновение до этого, — Бан Чан даже резко забыл о том, что разговаривает с человеком, который довольно-таки хорошо знает психологию и все эти тонкости. Обычно он философствует с Бином на разные темы и слишком сильно в них углубляется, а что-то подобное обсуждать с омегой, которого ты давно не видел довольно-таки странно.       — Для меня это что-то вроде слабости — пойти на такой поступок, — начал говорить он, когда они спускались по лестнице на второй этаж с четвертого. — Осознание того, что ты на сто процентов уверен, что твоя любовь погубит тебя и после признания будет только смерть… Хм, думаю, что лучше бы умер на глазах у любимого человека, чем в полном одиночестве. И что вообще думают люди, когда совершают подобное?..       — Человек в этот момент мыслит не совсем трезво, как мне кажется. Он находится в точке максимального отчаяния, разочарования в жизни, а особенно в любви, поэтому не видит других путей решения. Это попытка убежать, спрятаться от своей боли и всех этих чувств, которые наполняются внутри, как бы заснуть без возможности проснуться, оказавшись в безопасности, — объяснял ему Феликс так завороженно и с такой подачей, как будто пытался в чем-то переубедить Чана и не хотел, чтобы тот осуждал самоубийц. — И, всё-таки, такой шаг требует больших моральных усилий и мужества, смелости в том числе. Язык не поворачивается назвать человека, решившего всё закончить, слабым, а того, кто продолжает жить и бороться — сильным. Ты никогда не знаешь, с чем столкнулся человек, так что мы не имеем права раздавать титулы, не оказавшись по ту сторону реальности.       — Тоже верно, — улыбнулся на это преподаватель Бан и открыл дверь сначала ключем, а потом уже и пропустил омегу вперед, придерживая ему дверь. — Но ты сам суицидник или…       — На практике у меня были такие пациенты и я много с ними разговаривал об их чувствах в период, когда те это совершали и что ими двигало, поэтому так все и говорю, — Чан на это только кивнул, кидая ключи на стол, и показал движением в сторону нового рабочего места Ли. — Это теперь мое?       — Да, только надо убрать вещи прошлого преподавателя. Чайник, микроволновка, шкаф для курток и обуви, — показывал Чан на все это, чтобы дать понять, где это все находится. — Когда буду дома, то пришлю тебе план обучения и списки групп. Изучи все это хотя бы частично к завтра, а сегодня не буду тебя загружать работой. Хорошо?       — Хорошо, преподаватель Бан.       — Это твой ключ, — показал он на тот, который лежал на столе. — Когда соберешься уйти, то закрой кабинет, а мне нужно уже идти на пару.       Когда Чан вышел из своего кабинета, то только устало потер глаза и направился в сторону нужной ему аудитории, откуда уже был слышен гул голосов студентов. Настроения все еще никакого особого нет, ибо сейчас казалось, будто все разом свалилось на него, что тот не понимает, что лучше стоит делать. От Чонина, скорее всего, отвязался бы очень быстро, но в то же время и понять никак не может, почему мысли о нем так часто посещают его голову. Хочется просто закрыться в своем кабинете и не выходить оттуда, потому что ему нужно подумать, но даже этого он сделать не может, ибо там Ликс. Поэтому просто заходит в аудиторию, где крики студентов тут же прекратились, когда он зашел и окинул их скучающим взглядом.       — У нас появился новый преподаватель английского в университете, но вам повезло, что у вас все еще буду я, — с сарказмом говорил Бан Чан и старался подобными шуточками поднять себе настроение. Ему снова хочется выпить с Со Чанбином, но согласится ли он на это в начале недели оставалось все еще загадкой века.       Четвертая пара закончилась и Чан уже молился на то, что последняя пройдет также быстро, как и предыдущая, но когда до него дошло, что это будет та самая группа, где его племянник и этот Ян Чонин, то готов был уже сам повеситься на своем галстуке. Бан оперся на одну из рук, смотря, как студенты заходят в аудиторию, и к нему подошел Минхо.       — Сегодня у нас будет ужин с семьей, — Бан Чану еще этого не хватало. Он думал, что этот день однозначно не мог стать еще хуже, но все-таки у него это получилось сделать. — У меня важные новости, поэтому хочу, чтобы и ты там присутствовал. Я буду вместе с Сынмином, — у преподавателя Бана резко сощурились глаза, казалось, что он уже до всего догадывается и не хочет никуда идти. Если там начнут говорить про свадьбу или еще что-то такое, то упомянут его, такого всего одинокого, и будут всячески подкалывать. — Если так трудно придти одному, то возьми преподавателя Со с собой. Родителям он нравится.       — Ладно, я подумаю…       И он не особо долго об этом думал.       — Почему именно я? — спрашивал Чанбин, когда садился в машину, и посмотрел на Чана, который сразу же тронулся с места. — Такими темпами все будут называть меня твоим муженьком, везде тащишь меня с собой, когда надо куда-то пойти. Чувствую себя каким-то запасным вариантом.       — Без тебя я там не выдержу, ты же знаешь, — спокойно говорил тот, уже смирившись со всем. — Ну и радуйся хотя бы тому, что ты нормально поешь сегодня, а не будешь питаться своей стряпней. Не просто же так мой брат заведует собственным ресторанчиком, — все еще без каких-то эмоций говорил Чан и его коллега только кивал ему, соглашаясь с подобным, ибо в самые первые встречи с братишкой Бана заметил хорошие навыки в готовке. И даже удивлялся, что некоторые блюда самостоятельно готовил Минхо. Хотя до всего этого его коллега объяснял, что в этой семье все всегда всех готовят к браку, чтобы таких шикарных их выбирали среди тысячи других. Они красивы, умны и начитаны, но важно больше всего то, что умеют многое делать и красноречиво разговаривать. — Я купил вино и цветы в корзинке, — показал быстрым движением руки назад, куда Бин тут же повернулся.       — Ну, нормально так, — сразу же ответил ему тот, особо не вглядываясь. — Я тебе что-то должен? — Чан отрицательно завертел головой. Все-таки, он практически заставил Чанбина пойти с ним и смысл брать у него деньги за то, что он купил для своей второй семьи, хотя все еще не понимал, почему общается с ними. — Кстати, с Ханом все хорошо. Как объяснил мне Хенджин, то это просто были переутомление и стресс, но его надо выводить из такого состояние, чтобы он не дай Бог не потерял ребенка.       — Хорошо, это радует. И почему у младшего поколения уже семьи и дети, пока мы, как два идиота, все еще одни?       — Не знаю, — пожал плечами Бин, сам не понимая до конца того, что происходит и почему они оба такие олухи, что не то, что мужа у них, а вообще отношений нет. — Но время же еще есть, поэтому, может быть, и сможем узреть тот момент, когда и в наш дом постучит счастье.

***

      Сынмину было максимально неудобно, когда он просто сидел и смотреть на то, как Минхо и его отец-омега готовили еду к ужину. Ему сказали не переусердствовать и не пытаться из кожи вон лезть, чтобы как-то понравиться им, потому что семья Ли уже давно приняла Кима и даже не будет пытаться хоть какие-то проверки ему устраивать. Они больше всего рады тому, что их сын наконец-таки нашел кого-то, а особенно истинного, и были спокойны, хотя и смущала эта худоба Сынмина, ибо как такой худенький омежка сможет выносить ребенка без осложнений.       — Кстати, — начал улыбаться Минхо, хотя еще даже не приступил рассказывать о том, чем хотелось поделиться. — У нас же будет новый преподаватель по английскому, — Ким кивал на это, неотрывно смотря на своего жениха, который уже поставил еду в духовку. — И вы даже не сможете угадать кто это именно, — все как-то завороженно слушали его, когда альфа держал паузу перед тем, как раскрыть все карты. — Это истинный преподавателя Со.       — Серьезно? — удивился этому его отец и даже остановился нарезать продукты на любимый салат Минхо. — А я думал, что он еще не нашел его, либо вообще по альфам… С таким-то отношением к истинности. Но приятно слышать вот такое, потому что Чанбин же не плохой альфа и мог бы приглянуться многим, если бы не эти странные мысли в его голове.       — Ну это да, согласен… И какой он? — спрашивал заинтересованно Сынмин в тот момент, когда его альфа передал ему только что почищенную морковку. — Просто даже интересно, как выглядит его истинный… Такой же заурядный, как и сам преподаватель Со?..       — Скажу честно, но они капец как отличаются друг от друга. В любой бы другой ситуации никогда в жизни не поверил, что они истинные, если бы не услышал это напрямую.       — Разного поля ягоды? — спросил у него отец и Минхо тут же кивнул на это, соглашаясь с высказыванием. — И как тот выглядит внешне?       — Иностранец, — сразу же подмечает Ли. — Как я понял, то он очень сильно следит за своим внешним видом и тем, как выглядит в глазах других, но какой-то распущенный… Думаю, ему особо-то отношения не нужны, только если переспать с кем-то и все. Он даже во мне заинтересовался, когда увидел впервые, и даже перед всеми сказал… Извини, пап, но… — сразу же извинился Минхо, ибо при своем отце не любит как-то материться и говорить какие-либо непотребства. — Он сказал, что был бы не против пойти на мой хуй…       — Кхм… — откашлялся отец и даже отпил немного из стакана с водой. — Такой омега точно не подходит Чанбину, он какой-то не такой… — все согласились с ним и у Сынмина чуть ли не пропал аппетит. Так и хотелось увидеть эту омежку, который что-то подобное говорит про его альфу. — Думаю, что что-то такое чисто для Бан Чана, он же у нас часто интересуется именно такими омегами. Любит ухоженность, всю эту раскрепощенность и однозначно отличие от других. Он же даже с Чанбином общается, потому что у того взгляды на жизнь отличные от большинства людей. Хм, — глубоко призадумался отец Минхо. — Мне даже интересно какой у моего братца истинный, — на эти слова Ли только покосил взгляд куда-то в сторону и попытался найти себе хоть какое-то занятие, чтобы чем-то занять свои руки, но ничего подходящего не попадалось.       — Котик, — окликнул его Сынмин. Когда встретился взглядом со своим альфой, то в собственных суждениях убедился еще больше. — Ты же знаешь.       — Да, но… — медлил он, не зная, стоит ли о таком вообще говорить этим двум омежкам. Никого особо подставлять не хотелось. Ладно Чанбин, он же не член семьи и Минхо с ним не так сильно общается, чтобы рассказывать подобное. А вот сам Чан и Чонин… Ян — его лучший и единственный друг, который каким-то образом терпит их дружбу. А его дядя… В какой-то степени он заменил ему отца-альфу после его смерти, поэтому здравый смысл говорит ему заткнуться и держать в себе эту информацию. — Если дядя захочет, то сам этим поделится.       — Ох… Почему ты периодически такой скрытный? — с разочарованием проговорил его отец и закончил делать этот салат. — Когда эта черта твоего характера прекратит существовать? Сынмин-и, поработай как-нибудь над этим.       — Хорошо, — улыбнулся ему Ким и они начали накрывать на стол, потому что гости должны уже приехать через час или около того.       Когда все уже сидели за столом и передавали друг другу салаты, а Чан разливал всем вино, которое сам же и купил. Сынмину еще никогда в жизни не было так неловко перед тем, как он скажет отцу своего парня, что они собираются выйти друг за друга и уже в скором времени обзавестись детьми. Но внутри было слишком сильно больно от осознания того, что его родители не смогут всего этого увидеть и быть рядом с ним на таком значимом для него празднике. Ким даже особо никому не рассказывал об их гибели и как все это произошло, хранил подобную информацию внутри своего сердца и боялся говорить о таких вещах.       — Как дела на работе, Чан-и? — спрашивал у него брат, когда все тарелки и бокалы были полными. — Все в порядке?       — Ну да, по началу думал, что придется пахать всю эту неделю на работе, но уже завтра будет работать новенький, поэтому я, в какой-то степени, счастлив, — его брат после этого немного оживился, ибо пошло упоминание истинного Чанбина и эту тему без проблем можно развить. — Довольно-таки милый омега, но точно со своими причудами и слишком своеобразный, — Бин от таких слов только усмехнулся и отпил немного от бокала. Красное вино никогда не входило в его любимые виды алкоголя, поэтому он будет делать только видимость того, что пьет его. В семействе Ли кроме вина ничего не пьют и другое не признают, поэтому приходится просто терпеть.       — Знаешь его, Чанбин? — никак не унимался этот братец, решаясь полностью развивать эту тему и побольше узнать обо всем, хотя это вовсе не его дело. Минхо только томно вздохнул из-за всего этого, начиная есть то, что недавно сам приготовил.       — Мы учились с ним вместе в университете, — ответил без промедлений Со и увидел во взгляде этой омеги, что нужно сказать что-то большее, чем вот это. — Хоть и выпустились уже давно, но поддерживали связь, когда он уехал обратно в Австралию, — Чан на этом моменте повернул голову в сторону Бина, который сидел рядом с ним. — Ну да, вы из одной страны. Все еще не могу поверить в то, насколько тесен этот мир и есть столько схожестей.       — А я-то думал, почему такой знакомый говор у него был, когда он говорил на английском, — начал интересоваться этим Ликсом еще больше Чан, странно закусывая губу. — Но даже и предположить не мог такого. Надо будет с ним как-нибудь поговорить на эту тему, — Бин на это только с улыбкой взглянул на своего коллегу и слегка похлопал по ноге Чана. — Что? — не мог он никак понять такой реакции со стороны друга, который еще никак не убрал улыбки с лица и, чтобы не говорить, запихивал в рот еду. — Ладно, потом поговорим на этот счет.       — Ну, с Чаном все понятно, а у тебя, Чанбин, есть кто-то на примете? — Бан только закатил глаза на это, ожидая вот такие слова в свою сторону, но смириться с этим все равно никак не мог. Единственное, что ему не особо нравилось в этом семействе, что они любят лезть в чужие дела и как-то их решать, точнее подталкивать на решения, а потом сидеть все такие не при делах. — Или у тебя что-то с тем новым преподавателем?..       — С ним мы просто общаемся и все, ничего большего нет, мы друзья, — спокойно говорил Со, даже не выражая никаких эмоций на лице. — Но… — медлил он и хотел взять бокал с вином, но потом убрал руку, ибо пить эту дичь резко перехотелось. — Есть кое-кто на примете, но все равно пока как-то смутно все. Там ситуация немного сложная, — Минхо улыбнулся на это, уже понимая, что влюблен его куратор именно в Чонина. Сынмин провел рукой слегка по ноге своего альфы, чтобы тот обратил на него внимание. На лице у Кима красовалось только то, что он недоумевает с того, что его жених не рассказывает ему ничего. Но вместо какого-нибудь ответа Ли только взял в свою руку ручку омеги и решил, что это был сигнал, что пора уже начать говорить обо всем.       — Ну… — начал Минхо и встал со стула, поднимая бокал в одной руке, а в другой все еще держал руку своего парня. — Не буду слишком сильно тянуть все это, поэтому сразу скажу обо всем, — Ли сначала оглядел всех, а позже взглянул на свою омегу, полностью набравшись духом, чтобы рассказать. — Мы с Сынмином хотим выйти друг за друга замуж и уже подали заявление. Может быть, выпьем за счастливый брак? — Чан не выражал каких-то сверхъестественных эмоций, только слегка улыбался, ибо понимал, что именно это и будет говорить его племянник. Только Чанбин был сейчас удивлен так, как будто именно ему сделали предложение, а не его студенту.       — Поздравляю, — выпалил Бин и два студента широко улыбнулись ему, когда чокнулись бокалами.       — Почему ты мне не говорил, что собираешься делать предложение? Ты же, все-таки, мой сын! — возмущался немного его отец, надувая губы. По сути, даже для самого Чанбина было странным, что такой альфа, как Ли Минхо, сделал кому-то предложение и встал на колено. Это прям не свойственно ему.       — Ну… Потому что я сделал ему предложение, — неловко вышло из Сынмина, когда тот все еще сжимал руку своего истинного, не желая ее отпускать. Два преподавателя переглянулись друг с другом и мысленно похвалили Кима за такую смелость. Современный омега, однако, попался в семейство Ли, но все равно не такой простой, как мог бы показаться. Тоже со своими тараканами в голове. — Я просто подумал, что нет смысла так со всем тянуть и ждать от Минхо предложения руки и сердца, если могу сделать это сам.       — Теперь ясно, кто в этих отношениях главный, — пошутил Чанбин, что даже Чан залился смехом, и они оба соприкоснулись кулаками.       — Ох… И что это за детский сад, мальчики? — обращался брат Чана к этим двум взрослым преподавателем, которые однозначно еще не могут выйти из статуса детей и прямо сейчас ребячатся.       И эти два взрослых ребенка оккупировали комнату Минхо, забивая на то, что надо помочь все убрать со стола и, по сути, уже уходить. Чан подозвал к себе тайком Бина и показал запрятанный у себя в пиджаке маленький пузырек с коньячком, и они пошли его пить. Они лежали на кровати Ли — Чан в полный рост, укладывая голову на подушку, а Бин сел на середину, опираясь на стену и закинув ноги на своего коллегу. Идиллия в комнате так и чувствовалась, но радует, что пока еще никто не собирается ее нарушить.       — Феликс именно тот, кто тебе нравится? — спрашивал у него Чанбин, когда хотел сделать небольшой глоток, но его заправленную в классические брюки рубашку одним движением пальцев вытащили оттуда и начали смеяться с этого. — Ох, боже! Ну и что ты делаешь? Заправлять же потом опять! Ну ты и ребенок…       — Говорит тот, кто пьет в комнате своего студента.       — А он вообще твой племянник, — они оба посмеялись с тупости ситуации. — Будешь на вопрос-то отвечать? Он…       — Такой привлекательный, — как будто продолжил слова Бина сам Чан и тот начал его внимательно слушать, обращая еще внимание и на то, как Бан барабанить руками по ему принадлежащим ножкам, которые все еще закинуты на коллегу. — И что вообще мне делать, когда он находится уже настолько близко ко мне? — преподаватель Со сейчас никак не мог понять того, ему ли задается этот вопрос или Чан пытается сейчас внутри своего сознания разобрать это. — Слишком много всего разом навалилось на меня, что я не знаю, кого выбрать. Но хочется именно того, кого на самом деле люблю, а не эту пародию в виде истинности.       — Ты нашел истинного?..       — Ага… В лице Ян Чонина, ты вообще представить себе можешь, что он — мой истинный? Я — точно нет! Мне такие вообще не нравятся… Тупость какая-то.       — Чонин?.. — тихо спрашивал Со, не желая верить в подобное. — Подожди, тебе нравится Ликс, хотя он мой истинный, а мне Чонин… Что это вообще за хрень?!       — А я разве говорил, что мне нравится этот твой истинный?       — Вот давай без этого! И так все очевидно! Хватит уже скрывать, скажи честно, что это именно Феликс.       — Хочешь от меня честности? — Бин кивнул. — Мне нравится…