Самый обычный тур...

*POV Илья*       Ещё не войдя в номер Сони, я понял, что явно что-то случилось. За дверью было слишком тихо, а через какое-то время послышался звук бьющегося стекла. Я решил долго не церемониться и, перестав стучать, понимая, что это бесполезно, дёрнул за ручку. К моему счастью, дверь оказалась не заперта. С некой опаской я вошёл в номер. Какой-то частью разума я догадывался, что там могло происходить, поэтому, когда в нос ударил сильный запах алкоголя и сигарет, я почти не удивился. Что меня насторожило больше всего, так это жуткий холод, темнота и неподвижно сидящая на подоконнике Соня. Понимая, что в такой темноте сделать что-либо будет сложно, я включил светильник. Соня всё так же не реагировала на моё присутствие. Максимально тихо и осторожно, будто боясь спугнуть с цветка какую-то красивую бабочку, я подошёл к ней, сразу же забрал из её пальцев сигарету и выкинул в окно. Сколько раз ей говорил, чтобы бросала курить. Я до последнего пытался заставить её поговорить со мной, пытался узнать, что же с ней такого случилось (и если честно, больше всего я боялся, что это я мог её чем-то обидеть). Но для начала решил хотя бы попросить её слезть с подоконника, ведь она была только в тонком платьице (которое уж очень сильно задралось, когда она сидела возле окна). Наконец ответив на мой вопрос, хотя и не так, как я ожидал, Соня всё же спрыгнула со своего места и направилась к двери, сказав при этом, что идёт гулять. Сначала я, конечно же, не поверил, а после вспомнил, в каком состоянии сейчас Соша, и что от неё можно ожидать чего угодно. Догнав её и развернув к себе лицом, на долю секунды я почувствовал, как она вздрогнула, но списал всё это на холод, потому что плечи у неё были в буквальном смысле ледяные. Больше всего в этот момент я хотел посмотреть в её глаза и попытаться хотя бы так понять причину её странного поведения. Но Соня, как знала, специально смотрела куда угодно, но не на меня. Тогда я взял инициативу в свои руки.       Медленно подняв её подбородок, я хотел снова с ней заговорить, как вдруг она вновь опустила голову. И тогда я услышал очень тихие всхлипы. На секунду я даже растерялся, ведь, как я уже и говорил, ни разу при мне она не плакала. В реальность я вернулся, когда Софа уткнулась лицом мне в грудь. В этот момент я понял, насколько она сейчас маленькая, хрупкая и уязвимая. Я моментально забыл, что изначально шёл к ней поговорить. Сейчас мне захотелось лишь прижать её к себе, успокоить и не отпускать. Я притянул её за талию и как можно крепче обнял. Она была холодная, что неудивительно: непонятно, сколько она вообще просидела возле этого окна. Я сразу начал шептать ей какие-то слова поддержки, хотя был уверен, что она меня даже не слышит.       Задумавшись, я не заметил, как Соня обвила мою спину своими руками, а её всхлипы стали ещё тише. Она практически успокоилась, но я не собирался дальше пытаться что-то у неё узнать, потому что понимал, что станет только хуже. Полностью успокоившись, Софья наконец-таки решилась поднять на меня взгляд. Какая же она красивая в этом тусклом свете лампы; такая натуральная; такая настоящая. Софа снова опустила взгляд и впервые за это время искренне улыбнулась. И в этот момент я понял, что произошло то, чего я так боялся... Чувства к ней оказались, действительно, больше, чем просто дружеские.       Я понял, что влюбился.