Twisted Tree

      При словах глашатая Грозовое племя разразилось воплями.       — Убить его!       — Ослепить!       — Выгнать его из леса!       Страх наполнил Огнегрива, когда он слушал ответы своих товарищей. Это были кошки, с которыми он жил уже несколько сезонов, те, с кем он делил ночлег, и они были так готовы поверить, что он способен на что-то настолько мерзкое? Его страх усилился, когда он посмотрел на толпу воинов перед собой, теперь он был один против них, и его товарищи хотели его смерти.       Неужели они даже не дадут ему возможности высказать свою точку зрения? Коготь сказал, что не хочет смерти Огнегрива в тот момент, может быть, он ждал, чтобы убить его прямо сейчас перед всеми?       — Нет, мы не убьем его, — донесся сверху голос полосатого кота — Это слишком слабое наказание для такого предателя, как он.       Огнегрив почувствовал, как его голова прижалась к земле большой лапой другого кота, а голос Когтя приблизился к его уху, когда он зарычал.       — Однако мы не можем позволить коту, который убил свою предводительницу, свободно разгуливать. Кто знает, какой хаос он может учинить?       Огнегрив почувствовал, как плевок других воинов ударил его по макушке. Вспышка гнева охватила его при этих словах. Всё это был фарс, и Коготь разыгрывал его, делая вид, что на самом деле не он убил Синюю Звезду.       — Частокол, Долгохвост, отведите его в логово Хвостолома, похоже, у него будет гость.       — Хвостолом мертв. — всё внимание было приковано к Щербатой. В ее глазах было непроницаемое выражение, когда она смотрела на Огнегрива и Когтя с того места, где стояла у логова целителя.       — Когда умер Хвостолом? — Удивился Огнегрив; он и раньше видел, как бывший лидер племени Теней сражался на стороне разбойников. Должно быть, он был убит в бою.       По крайней мере, теперь, когда он умер, Огнегриву не придется жить с этим несчастным котом. Если его ведут в логово Хвостолома, значит, его держат в плену. Это была не самая лучшая ситуация, но все же лучше, чем могло бы быть. Он мог бы выбраться и найти Крутобока. Оттуда они могли бы решить, что делать дальше.       — Очень хорошо, — в голосе Когтя не было заметно никаких эмоций от этой новости. Неужели после того, как он вступил в заговор с этим злым котом, у него не осталось другого мнения о нем? Неужели он использовал Хвостолома только для того, чтобы добраться до жуликов и создать эту уловку?       — Отведите этого предателя в логово. Долгохвост, ты будешь охранять его до конца дня. После этого Частокол приступит к своей новой роли глашатая. — Темный полосатик выпятил грудь при словах Когтя. Огнегрив почувствовал, как лапа на его голове приподнялась, через несколько мгновений он почувствовал, как когти прижались к его боку, когда его подняли на лапы.       Ноги Огнегрива дрожали, когда он поднимался, он видел кровь из раны на животе под собой и чувствовал, как кровь из опухшего и пульсирующего глаза стекает по его лицу. Его голова закружилась, когда он увидел двух воинов, приближающихся к нему. Этого не могло быть. Ему нужно было высказаться, высказать свою точку зрения. Они должны были поверить ему.       — Коготь говорит не правду, — Огнегрив остановился. Долгохвост и Частокол двинулись к нему. Частокол исчез из поля зрения на мгновение, прежде чем кто-то толкнул его в плечо. Огнегрив зарычал, когда два воина начали толкать его через поляну. Воин боролся с их хваткой.       — Он лжёт! С какой стати мне убивать Синюю Звезду?       — Почему мы не слышим Огнегрива? — он узнал голос Песчаной Бури, в нем чувствовалось легкое напряжение, когда она говорила. Она не сводила с него глаз, и он не мог понять, о чем она думает.       — Если это всего лишь ложь, — продолжала она — то нет причин не слышать её.       Слова подруги наполнили Огнегрива надеждой. Разрешат ли ему говорить, или Коготь увидит в этом угрозу для себя, как в словах Крутобока? Песчаная Буря нравилась племени больше, чем Крутобок после всего, что случилось с Серебрянкой. В то время как она была еще молодым воином, то, что она сказала, имело некоторый вес.       На мгновение воцарилось молчание. То ли Коготь нервничал при мысли о том, чтобы Огнегрив говорил, то ли в его тоне не было облегчения, но он позволил ему говорить. Надежда вспыхнула в груди Огнегрива, Грозовое племя услышит его, и они поверят ему! Они должны были поверить ему. В конце концов, зачем ему лгать?       — Частокол, Долгохвост — остановитесь. Давайте послушаем, какую ложь скажет убийца.       Оба воина остановились по команде Когтя, и Огнегрив смог встать на ноги. У него кружилась голова, когда он обдумывал то, что собирался сказать. Огнегрив начал снова.        — Как я уже сказал, он убил Синюю Звезду! Он привел сюда этих негодяев! Это тоже не первое его преступление против нашего племени.       Ему становилось все труднее стоять. Трудно говорить. Ему потребовалась вся его концентрация, но Огнегрив должен был подойти. Он сделал шаг к остальным членам племени, заработав шипение Долгохвоста. Огнегрив проигнорировал его.       — Коготь убил Ярохвоста! Горелый сказал мне это! — В толпе послышался ропот по поводу его заявления. Глаза Песчаной Бури округлились от его слов, и она отступила на несколько шагов от Огнегрива.       — С какой стати Когтю убивать Ярохвоста? — мяукнул Ветрогон — он не убил его, это сделал Жёлудь! Отвращение, которое Грозое племя выказывало к Огнегриву, казалось, усилилось, он почувствовал новую волну ненависти, исходящую от его товарищей.       — Да, это он! — сказал Огнегрив — Коготь хотел быть лидером, поэтому он убил Ярохвоста, чтобы стать глашатаем. Он не убивал Жёлудя, тот умер раньше Ярохвоста! Жёлудь погиб от камнепада, спросите любого воина Речного племени! Они знают правду! Огнегрив терял любую частицу поддержки, которую он оставил в племени, страх поразил его при осознании этого. Почему они ему не верят? Он видел, как Песчаная Буря отвела от него взгляд, а Белоснежка скривила губы. Он был их товарищем, как они могли поверить, что он способен на такое? Огнегрив говорил правду.       — Коготь также устроил ловушку для Синей Звезды у Грозовой тропы! Вместо этого в неё попала Пепелюшка!       При этих словах в толпе послышался ропот. У него кружилась голова, он не мог определить, кто это сказал, так как услышал рычание.       — Использовать несчастный случай с собственной ученицей, чтобы подставить Когтя, как ужасно!       — Нет, это не был… это был не несчастный случай! Вы должны мне поверить! Я невиновен, Коготь сотворил это все! Его голос дрогнул.        — Я… я никогда бы не причинил ей вреда! Огнегрив обернулся на звук фырканья Когтя.        — И это все, что ты можешь сказать по этому поводу? И это вся ложь, которую ты придумал?       — Коготь пристально смотрел на Огнегрива, его янтарные глаза горели.       — В следующий раз, когда ты решишь предать своё племя, придумай что-нибудь получше — Коготь щелкнул хвостом, — уведите его в берлогу.       Зубы Частокола впились в его загривок, и Огнегрив протестующе зашипел. Он попытался вырваться из его хватки, когда его вытолкнули вперед и потащили к логову.       — Коготь лжёт! — воскликнул Огнегрив — Я невиновен! Я бы никогда не причинил вреда Синей Звезде!       Он чувствовал, как пылающие взгляды его товарищей по племени впиваются в него, когда Огнегрив был вынужден пересечь поляну. Когда он впервые присоединился к Грозовому племени, в нем царило недоверие. Как и следовало ожидать, он был чужаком. Они не знали его и не знали, достоин ли он доверия. Однако Огнегрив никогда раньше не испытывал ненависти к своим товарищам, хотя раздражающие всё же были. Там был Коготь и, возможно, Частокол, которые ненавидели его, но никогда не было так много кошек.       К тому времени, как он добрался до логова, его сопротивление ослабло. Голова Огнегрива продолжала кружиться, и он тяжело дышал, когда Частокол толкнул его вперед, толкая под куст, который когда-то был логовом Хвостолома.       Огнегрив застонал, спотыкаясь на дрожащих ногах о гнездо. Он снова застонал, пытаясь привести себя в порядок, его раны болели. От малейшего движения у него болел живот, а глаз продолжал пульсировать. Он перевернулся на бок, зашипев от боли.       Огнегрив опустил голову и уставился на вход в логово. В груди у него была пустота. Его товарищи по племени не верили ему, они верили, что он способен на то, что сказал Коготь. Что он и Крутобок сказал ничего для них не значило.       Что теперь Коготь собирается со мной делать?

***

      Огнегрив почувствовал, что засыпает, и ему потребовалось все его силы, чтобы держать глаза открытыми, пока он лежал там. Потеря крови делала его все более усталым, но он не мог заснуть. Ещё нет. Ему нужно было знать, не случилось ли чего-нибудь еще. До сих пор его запихивали в берлогу и забывали. Единственное, что указывало на то, что они все еще знали о нем, был Долгохвост, которого Огнегрив мог видеть у входа в логово.       Внезапно его внимание привлекло рычание.       — Убирайся с дороги, я же целительница. Я буду заботиться о тех, кто нуждается во мне.        Он услышал протест Долгохвоста, прежде чем Щербатая протиснулась мимо него, оранжевые глаза впились в Огнегрива. Он медленно поднял голову, когда старая кошка вошла в тесную берлогу и подошла к нему. В пасти у нее был пучок трав, а на передней лапе паутина, которую она опустила на землю. Долгохвост вошел следом за ней. Она повернулась к нему, прищурившись, и прошипела.        — Убирайся, мне нужно место для работы. Я знаю, как позаботиться о себе, я могу остановить его, если понадобится.»       — Но Коготь…       — Он велел тебе войти сюда? Чтобы ты следил за мной? Судя по тому, что я слышала, ты должен сидеть снаружи этого логова, — проворчала Щербатая. А теперь убирайся.       Тёмно-серая целительница сердито посмотрела на Долгохвоста. Бледный воин на мгновение посмотрел на Огнегрив, а затем снова перевел взгляд на Щербатая. Огнегрив практически видел, как работает его мозг.       После еще нескольких взглядов Долгохвост усмехнулся. — Если он нападет на тебя, не говори, что я тебя не предупреждал! Он посмотрел на Огнегрива испепеляющим взглядом и вышел.       Как только Долгохвост исчез, Щербатая снова переключила свое внимание на Огнегрива. В ее взгляде была печаль, когда она смотрела на Огнегрив. Кот снова опустил голову, положив ее на край гнезда. Кончик его хвоста нервно дернулся; он понятия не имел, что думает Щербатая после всего этого. Она могла верить Когтю, как и все остальные. У неё не было причин не верить ему.       Щербатая положила лапу ему на бок, переместив Огнегрива еще дальше на спину, когда она начала осматривать его живот. — Он должен был позволить Пепелюшке взглянуть на тебя, если хотел сохранить тебе жизнь. Тревога вспыхнула в Огнегриве при ее словах.       — Не делай мне такое лицо, ты будешь жить. Я позабочусь об этом. Она взяла несколько паутин, прижала их к ране на животе, Огнегрив зашипел, инстинктивно отдергиваясь.       — Перестань ёрзать — Он замер по ее команде, его мысли лихорадочно метались. Почему она ничего не говорит?       Когда поток крови начал замедляться, Щербатая заговорила:       — Огнегрив, я хочу, чтобы ты сказал мне правду. Ты убил Синюю Звезду?        Огнегрива этот вопрос удивил. После того, как она увидела, что только что произошло, после того, как всё племя презирало его, она хотела спросить его, убил ли он её или нет? Щербатая уже слышала правду, как она отреагирует, услышав ее снова?       — Нет, это был Коготь, — ответил Огнегрив — Я бы никогда не причинил ей вреда, поверь мне. Он лихорадочно соображал, и у нее не было причин ему верить. Щербатая могла полностью игнорировать его слова. Слова Когтя пронеслись в голове Огнегрива, он был прав. Не было никаких причин, чтобы кто-то поверил Огнегриву, а не ему.       Щербатая не отвечала несколько мгновений, пока она начала обрабатывать рану на его плече. Наконец она заговорила: — Я тебе верю.       Глаза Огнегрива расширились от шока, она ему поверила? Как ему удалось привлечь на свою сторону Щербатую, но не остальных? Почему Щербатая ему поверила?       — Не так давно меня в ложно обвинили, и ты заступился за меня, — продолжала целительница. Она на мгновение перевела взгляд на его морду.       — Я не верю, что ты способен убить Синюю Звезду.       Огнегрив почувствовал, как его плечи расслабляются. По крайней мере одна кошка ему поверила.       — Не могла бы ты поговорить с остальными членами племени? Попытайся убедить их, что я невиновен?       На лицо Огнегрива легла лапа, и он повернулся к Щербатой, как она и велела.        — Я ничего не могу сделать. Она начала вытирать кровь с его морды.       — Почему они поверили мне из-за Когтя? Теперь он лидер.       Единственным доказательством того, что ты не убивал Синюю Звезду, является твоё собственное слово, которое в настоящее время не соответствует действительности. Ты попал в весьма затруднительное положение, Огнегрив.       Огнегрив вонзил когти в землю под собой, его разочарование нарастало. Единственным доказательством того, что предводительницу убил Огнегрив, было слово Когтя.       — Ты знаешь, что он собирается со мной сделать?       — Я была занята обработкой остальных ран племени — прорычала Щербатая, — а теперь перестань ёрзать.       Темно-серая кошка отстранилась, когда закончила промывать рану. Когда она изучала его глаза, в ее взгляде появился тревожный блеск. Огнегрив дернул хвостом, почему она так на него смотрит?       Щербатая отвернулась, бросив на него еще один взгляд, прежде чем, казалось, пришла к какому-то выводу.       — Расскажи мне, как чувствует себя твой глаз — Огнегрив начал описывать это, когда она взяла немного травы, которую принесла с собой, и начала жевать ее, пока воин говорил.       Довольно скоро она выплюнула его, подняла на лапу и приложила к ране на его лице. Огнегрив поморщился от боли. Она молча подобрала еще несколько паутин и приложила их к ране над его глазом.       Наконец, Щербатая заговорила. — Есть вероятность, что ты можешь потерять часть, если не всё, зрения. Я сделаю все, что смогу, но мы не узнаем, пока она не заживет. — Что?       Шок наполнил Огнегрив; его мозг лихорадочно работал, пока он обдумывал слова Щербатой. Как такое могло случиться? Он думал, что, как только на него посмотрят, все будет в порядке. Не похоже было и на то, что травма глаза была сделана специально. Если Коготь хотел его ослепить, он мог бы легко это сделать.       Если он потеряет зрение, как он будет сражаться? Ему нужно было как-то выбраться отсюда, но как? Как он мог сбежать и добраться до Крутобока? Если ему каким-то образом удастся сбежать, как он будет охотиться? Мысли Огнегрива вернулись к Кривуле.       Она была воином и, должно быть, могла выполнять свои воинские обязанности одним глазом. Прежде чем потерять глаз, она была ослеплена, будучи ученицей. Он вспомнил, что из историй, которые рассказывали старейшины, это было что-то о барсуке. Подробности не имели значения, важно было то, что Кривуля сумела это сделать. Если она могла это сделать, то и Огнегрив тоже. Он должен был это сделать, чтобы выбраться и добраться до Крутобока. Где бы он ни был.       — Пока не пытайся делать ничего опрометчивого — проскрежетала Щербатая, словно читая мысли Огнегрива.       — Ты не можешь покинуть это гнездо, ты не можешь сражаться прямо сейчас. Все, что тебе нужно, — это отдохнуть и исцелиться, все остальное может прийти позже — она присела на корточки, — он сохраняет тебе жизнь по какой-то причине, воспользуйся этой причиной и исцелись.       Щербатая была права, понял Огнегрив. Он все еще был жив; это лучше, чем альтернатива. Коготь держал его в живых, в своих интересах. Огнегрив опустил голову и мяукнул.       — Я сделаю это, Щербатая. Спасибо.       Она посмотрела на него еще несколько мгновений, прежде чем мяукнуть.       — Я хочу, чтобы ты пока остался в своем гнезде. Всё, что ты сделаешь, это снова откроешь рану на животе. Я попрошу Пепелюшку проверить тебя утром. На рассвете я отведу Когтя к Высоким Скалам.       Огнегрив почувствовал дрожь в теле. Коготь станет Звездоцапом. Все, к чему он стремился, было уничтожено. Он не смог спасти Синюю Звезду от его гнева, и теперь Коготь получит желанную силу.       Когда Щербатая исчез из зарослей, Огнегрив оглядел логово. От него несло Хвостоломом. Бывший лидер племени Теней заполнил разум Огнегрива. Его товарищи видели его на одном уровне с этим ужасным котом. Страх и чувство вины охватили его; как он мог допустить такое?       Он был никем — даже Крутобок не мог поддержать его. Мысли о лучшем друге беспокоили ум Огнегрива. С ним все будет в порядке? Сможет ли Крутобок добраться до фермы самостоятельно? Он никогда не жил нигде, кроме Грозового племени, остальной мир был ему незнаком. Будет ли он в порядке сам по себе?       А как насчет других друзей Огнегрива? Щербатая? Пепелюшка? Песчаная Буря? Белыш?       Мысли Огнегрива задержались на его родственнике на несколько ударов сердца. Коготь должен был что-то сделать с молодым учеником, но что? Белыш в безопасности? Было ли хорошей идеей привести ученика в Грозовое племя, когда Огнегрив знал об опасности, которую представлял Коготь?       Огнегрив свернулся калачиком так, как мог. Чувство пустоты в груди росло, это было самое беспомощное чувство, которое он когда-либо чувствовал в своей жизни, уши прижались к голове, когда он устроился в гнезде Хвостолома, больше он ничего не мог сделать.