Глава 7.
8 января 2021 г., 01:27
— Как же не сломать его пополам или случайно не оторвать какую-нибудь конечность?
Нахмурившись, Бенджамин остановился и переключил свое внимание на ищейку. В каком-то смысле Деметрий был его братом, а Амон-их отцом. — Прости? — спросил он, догадываясь, о чем спрашивает вампир, но все равно желая, чтобы он уточнил.
— Ты же понимаешь, о чем я говорю? — Сказал Деметрий с ухмылкой. — Трахать человека. Как ты его не ломаешь?
Несмотря на то, что он принял душ, Бенджамин знал, что другие бессмертные смогут почувствовать запах его пары по всему телу. Прошлая ночь была долгой и очень приятной для них обоих. У них было два года разлуки и они старались наверстать упущенное. К сожалению, поскольку Билл все еще был человеком, им пришлось остановиться после четвертого раунда, тот просто был слишком измотан, чтобы устроить пятый раунд.
— Билл-моя пара, я никогда не причиню ему вреда.
— Да, но как не потерять себя в такой момент? — С искренним любопытством спросил Деметрий. — Он человек и легко ломается. Не говоря уже о том, что от него пахнет чертовым божеством.
Бенджамин мог признать, что нервничал в первый раз, когда занимался сексом с Биллом, именно по тем причинам, на которые указывал Деметрий. Он был таким сильным, а Билл таким человечным, что ему не потребовалось бы много усилий, чтобы ранить или случайно убить его.
— Я не теряю себя, — заметил Бенджамин. — Я просто не могу это сделать. Билл-моя пара, мое все, я не могу причинить ему боль.
— Я даже не знал, что мы можем заниматься сексом с людьми. Не то чтобы я когда-нибудь опустился до того, чтобы делать что-то столь отвратительное, как ублажать человека, — быстро добавил Деметри. — Но я думаю, ты каждый день узнаешь что-то новое.
Покачав головой, Бенджамин повернулся и продолжил свой путь. Он должен был снова отвести Гарри в класс, надеясь, что сегодня все пройдет лучше, чем вчера. Реакция мальчика на магию действительно напугала и расстроила его пару.
***
Гарри сидел на кровати, скрестив ноги и положив подбородок на Мерлина. Он ничего не делал, просто смотрел в стену, глубоко задумавшись. Алек только что ушел, забрав свою одежду, и теперь он ждал Бенджамина, чтобы тот проводил его на занятия. Он хотел учиться, ему нравилось учиться, но волшебство действительно пугало его. Почувствовав, что его кровать прогнулась, он посмотрел на Феликса, сидящего рядом. — Такой молодой человек, как ты, не должен иметь такого серьезного выражения лица, — мягко сказал Феликс. Маленький лобик Гарри сморщился в замешательстве. — Я не знаю, что это значит, — тихо сказал он. Ласково улыбаясь, Феликс протянул два пальца и нежно приложил их к уголкам губ принца, заставив его улыбнуться. — Это значит, мой принц, что такой юноша, как ты, не должен выглядеть таким печальным, ты должен улыбаться и смеяться. Схватив Феликса за руку, Гарри прижал ее к груди. — Я счастлив, честное слово, но и боюсь. — Что тебя так могло напугать, когда я рядом? Ты же знаешь, что я никогда не позволю, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое. Гарри нервно оглядел комнату, словно ожидая, что дядя выйдет из тени. — М-магия, — пробормотал он с дрожью. Феликс знал, чего боится принц, но хотел, чтобы мальчик произнес это слово вслух. Прижав ладонь к небьющемуся сердцу Гарри, он мягко улыбнулся мальчику. — Принц, твоя магия исходит отсюда, изнутри тебя. Магия в твоей крови, в твоем сердце и даже в твоей душе. Ты не должен бояться своей магии, ты должен принять ее. — Но Дядя Вер… — Нет, принц, — сказал Феликс, не давая принцу произнести имя этого мерзкого человека. — Он ошибался. Ты не урод, и твоя магия не делает тебя плохим. Это он был плохим, то, что он делал с тобой, было не только неправильно, но и противозаконно. Твоя магия прекрасна, и я не могу дождаться, когда ты научишься ею пользоваться. Я уверен, что будет много удивительных и замечательных вещей, которые ты сможешь сделать с помощью своей магии. — Ты действительно так думаешь? — С надеждой спросил Гарри. Ему нравилось быть хорошим мальчиком и делать хорошие вещи. — Разве твоя магия не помогла тебе спасти Мерлина от Джейн? Глядя на своего дракона, Гарри кивнул. — Но моя магия также украла обед Грегори Джордана, а кража-это очень плохо. Феликс приподнял подбородок принца, чтобы тот снова посмотрел на него. — Расскажи мне, что случилось. Держу пари, у твоей магии была причина отобедать вместо Грегори Джордана. — Я был так голоден, — сдавленно воскликнул Гарри, и из его глаз выкатилась слеза. — Я сидел в столовой, наблюдая, как все остальные дети едят вкусные обеды, и я так хотел, чтобы у меня тоже был обед. Тетя и дядя не кормили меня уже несколько дней, а бургер Грегори Джордана выглядел таким вкусным. Я не хотел его красть, его тарелка просто появилась передо мной, как… — По-волшебству? — Феликс закончил, его давно умершее сердце разрывалось из-за этого маленького мальчика. Чего бы он только ни отдал, чтобы снова убить этого жирного ублюдка. — Разве ты не видишь, принц, твоя магия не плохая, она помогала тебе. Ты голодал и не ел уже несколько дней, твоя магия просто пыталась помочь, давая тебе пищу. — Наверное, — неохотно согласился Гарри. Он хотел верить Феликсу, но воровать было неправильно и плохо. — Я знаю другой момент, когда твоя магия помогла тебе, — сказал Феликс, вспоминая ту ночь, когда маленький принц появился в их жизни. Широко раскрыв глаза, Гарри посмотрел на своего огромного охранника. — Знаешь? Феликс склонил голову. — Это было в ту ночь, когда мы нашли тебя. Видишь ли, твои папы, я, Деметрий, Алек и Джейн были на охоте, когда мы услышали крики. Мы были так далеко, что не смогли бы услышать тебя, если бы не твоя магия. Твоя магия нашла нас и сделала так, чтобы мы могли услышать тебя и прийти на помощь. — Правда? — Ахнул Гарри. Феликс снова склонил голову. Он не лгал принцу, они не должны были услышать его с такого расстояния, даже с их обостренными вампирскими чувствами. Он много думал об этом и даже обсуждал это со своими королями, магия Гарри, должно быть, обратилась к ним в ту ночь за помощью. В то время никто из них не задумывался о том, как они услышали плач ребенка с такого большого расстояния, но теперь это имело смысл. — Мы были единственными в округе, кто мог помочь тебе, принц, поэтому твоя магия обратилась к нам. Твоя магия спасла тебе жизнь. — Ух ты! — Задыхаясь от восторга, сказал Гарри. — Я этого не знал. Выпрямившись, Феликс легко поднял принца в воздух и слегка подбросил его, прежде чем поставить на ноги. Хихиканье малыша было музыкой для его ушей. — А ты не думаешь, что тебе стоит дать шанс своей магии? Тогда ты этого не знал, но магия помогала тебе все это время. Тебе нужно забыть о том, что эти ужасные люди говорили тебе, и начать слушать то, что говорят твои папы и все остальные. Мы только пытаемся вам помочь. Мы хотим, чтобы ты рос счастливым и сильным. Гарри потянулся и схватил большую руку Феликса. — Я постараюсь дать шанс своей магии, но только если ты останешься со мной рядом. — Это было бы честью для меня, принц, — сказал Феликс, подмигнув.***
Билл мягко улыбнулся, когда Гарри вошел в комнату, держа за руки его пару и очень большого и устрашающего охранника. Мальчик выглядел совсем крошечным между двумя большими вампирами. Он не мог припомнить, чтобы Рон когда-нибудь был такого роста, даже в пять лет. Дело было не только в росте, все в Гарри было маленьким и хрупким. Удивительно, что его такое хрупкое тело пережило жестокое превращение в вампира. — Доброе утро, Гарри. Гарри застенчиво посмотрел себе под ноги. — Доброе утро… — Нахмурившись, он снова посмотрел на своего учителя. — А как мне тебя называть? В моей последней школе Мисс Бакстер была моей учительницей, и мы должны были называть ее Мисс Бакстер. Директором в моей школе был мистер Арнольд, и мы тоже должны были называть его Мистером Арнольдом. Я должен называть тебя как-то по-особенному? — Это очень хороший вопрос, Гарри. Как ты должен меня называть? — Задумчиво спросил Билл. — Держу пари, я не так стар, как Мистер Арнольд и Мисс Бакстер, так что, может, ты будешь звать меня просто Билл? — Ты не такой злой, как они, — мягко добавил Гарри. Глаза Билла метнулись к большому вампиру, когда он услышал его тихое рычание. Было видно, что этот вампир обожает маленького принца. Он на мгновение задумался, что будет, когда Гарри исполнится одиннадцать и его письмо из Хогвартса будет отправлено. Получит ли он хотя бы одно, поскольку теперь он технически мертв? Он не думал, что короли позволят Гарри присутствовать, во всяком случае, без его гигантского охранника. — Ну, я могу обещать, что никогда не буду грубым с тобой, но не могу обещать того, что не буду строгим. — Объяснил Билл, подводя Гарри к креслу. — Я уверен, что придет время, когда ты не захочешь решать математические задачи или сдавать тесты, но я буду настаивать, чтобы ты это сделал. Это не потому, что я злой, я просто хочу, чтобы ты узнал все, что сможешь. — Ничего страшного, — ухмыльнулся Гарри. — Это я понимаю. После того, как Гарри устроился на своем месте, Билл сел напротив него, чтобы задать ему вопросы и узнать все, что тот знал. Гарри было восемь лет, так что он должен был уметь читать и писать, но он вырос в жестокой семье, где ему не позволяли учиться лучше, чем его двоюродный брат, и где у него не было заботливого взрослого, который сидел бы рядом и помогал ему в школьной работе. В конце концов выяснилось, что Гарри довольно хорошо читает и пишет для своего возраста, но орфография у него довольно плохая. Математику не помешало бы немного подтянуть, но мальчик лишь немного отставал от Рона. Другие предметы были примерно того уровня, какой можно ожидать от восьмилетнего ребенка, но у Гарри была страсть к животным и мальчик знал о них довольно много для своего возраста. После трех часов изучения того, что Гарри знал, Билл вручил ему блокнот с десятью словами, которые он хотел, чтобы тот запомнил, и книгу, которую мальчик должен был взять с собой в свою комнату, чтобы почитать. — Если тебе понадобится помощь в чтении этой книги или со словами, я уверен, что ты можешь попросить помочь тебе отцов. Гарри нетерпеливо листал книгу, разглядывая красивые и красочные картинки. Ему никогда не разрешалось брать книги из школы домой, хотя всем остальным детям можно было брать книги из библиотеки. Дадли испортил три книги, которые он взял, когда ему было шесть лет, и после этого ему больше никогда не разрешали их брать. У него даже не было возможности забрать книги домой, Дадли порвал их, как только они вернулись в класс. Книга, которую дал Билл, была о совах, и он не мог дождаться, когда вернется в свою комнату, чтобы прочитать ее, хотя уже видел, что там были некоторые слова, которых он еще не знал. — Я тоже помогу тебе, мой принц, — предложил Феликс. Все еще улыбаясь, Гарри вскочил и обнял мужчину, полностью застигнув Феликса врасплох. Бенджамин сжал руку своей пары, с облегчением увидев, что урок прошел очень хорошо. Они еще не затрагивали тему магии, но, по крайней мере, Гарри теперь чувствовал себя гораздо более комфортно с Биллом. Он был удивлен, увидев, каким замечательным учителем была его пара и каким удивительным он был рядом с Гарри. Билл был разрушителем проклятий, одним из лучших в своем возрасте, но он точно не ожидал, что его пара будет так хороша в преподавании, особенно после опасной и захватывающей жизни, которую тот вел в Египте. Он знал, что Билл любит адреналин, который приходит с разрушением какого-либо проклятия. Все еще не оправившись от объятий принца, Феликс мягко подтолкнул его к креслу. Как мог такой маленький бессмертный повлиять на него? До Гарри он никогда особо не заботился о детях, даже когда был человеком. Что такого было в этом ребенке, что притягивало и заставляло улыбаться и защищать его от всего? Гарри был так взволнован, что не хотел садиться обратно, но он также не хотел быть плохим мальчиком. Он собирался отнести книгу в свою комнату, и не было никакого Дадли, чтобы порвать ее и навлечь на него неприятности. Билл мог сказать, что Гарри с трудом сдерживал себя, он буквально дрожал в своем кресле. Не желая терять его после чудесных трех часов, Билл подошел к столу и что-то вытащил. — Гарри, раз уж ты сегодня так хорошо себя вел, почему бы нам не выйти на улицу и не сделать небольшой перерыв? У меня для тебя сюрприз. Гарри посмотрел на Феликса, ожидая разрешения, прежде чем принять подарок от своего учителя. Он не привык получать подарки, и, хотя он был взволнован этим, это также заставляло его чувствовать себя немного неловко. Открыв маленькую коробочку, он вскрикнул от шока, когда что-то золотое с серебряными крыльями вылетело и начало летать вокруг его головы. Феликс напрягся, готовый нанести удар, но расслабился, увидев, что странный предмет не причиняет вреда его принцу. Прищурившись, он свирепо посмотрел на волшебника, предупреждая, что в следующий раз ему придется иметь с ним дело. Билл нервно усмехнулся, увидев взгляд вампира. — Я не хотел тебя пугать, Гарри, но это золотой снитч. В волшебном мире мы играем в игру под названием квиддич, и золотой снитч-один из используемых шаров. Он очень быстрый и его почти невозможно поймать, когда он приближается, но если твоя команда поймает снитч, ты выиграешь 150 очков, и игра закончится. — Это потрясающе! — Воскликнул Гарри, наблюдая, как летящий шар проносится вокруг него. — Человека в команде, который ловит снитч, называют ловцом, — продолжал объяснять Билл. — Мой брат Чарли был одним из лучших ловцов, которых когда-либо видел Хогвартс. Он был настолько хорош, что профессиональные команды хотели его себе, но тот слишком любил своих драконов, чтобы стать профессиональным игроком в квиддич. Сейчас он живет и работает в заповеднике с драконами в Румынии. Открыв рот, Гарри оторвал взгляд от маленького летящего шарика и снова посмотрел на учителя. — Драконы! Драконы реальны? — Драконы очень даже настоящие, — усмехнулся Билл, глядя на Гарри. - Ты это слышал? — Громко воскликнул Гарри, поворачиваясь на стуле, чтобы увидеть Феликса. — Билл сказал, что драконы существуют?! Стараясь не показать, как громкий голос Гарри ранил его чувствительный слух, Феликс наклонил голову. — Я слышал это, мой принц. — Как ты думаешь, может быть, когда-нибудь я увижу настоящего живого дракона? Феликс сомневался, что короли позволят своему наследнику приблизиться к дракону, и он знал, что, черт возьми, тоже не позволит этого сделать, но он не хотел стереть эту улыбку с лица своего принца. — Возможно, мой принц. — Он ответил неопределенно. — Теперь ему будут сниться драконы, — усмехнулся Бенджамин. Все еще потрясенный тем, что драконы были реальны, Гарри снова обратил внимание на летающий шар. Увидев, что он парит в пределах досягаемости, он быстро протянул руку и поймал его, прежде чем он успел отдалиться. Билл выразительно присвистнул. — Ты быстро соображаешь, Гарри. Держу пари, из тебя вышел бы отличный ловец. Знаешь, твой отец, Джеймс Поттер, тоже был в школьной команде по квиддичу. — Мой отец? — Тихо спросил Гарри. Он мало что знал о своих настоящих родителях, только кое-что из того, что рассказывали ему отец Аро и сэр Сангвиник. Билл кивнул. — Давай выйдем на улицу с твоим снитчем, и я расскажу тебе все, что об этом знаю.***
Аро подвинулся так, чтобы его дитя спало поудобнее у него на руках. Проведя целый час в погоне за волшебным шаром, он заснул у него на коленях во время дневного кормления. — Ты обучал его сегодня какой-нибудь магии? — спросил он человека. — Пока нет, милорд, я надеялся это сделать после того, как он покормится, — почтительно ответил Билл. Формально Аро еще не может быть его повелителем, но через несколько коротких лет он им станет. Он любил Бенджамина и никогда не хотел покидать его… даже после смерти. Аро любовно погладил своего ребенка по щеке. — Я подумал, есть ли заклинание, которое вернет его глаза к тому прекрасному изумрудному цвету, какими они были до того, как мой яд сделал их бордовыми? Он был крайне огорчен, когда впервые увидел свои глаза. Билл задумчиво поджал губы. — Я не знаю постоянного заклинания, которое могло бы сделать это, но есть одно, которое, как я знаю, продлится несколько дней и которое можно также использовать повторно. Если он был так расстроен потерей своих зеленых глаз, может быть, магия, возвращающая их обратно, поможет ему преодолеть свой страх перед магией? — Именно на это я и надеюсь, — вздохнул Аро. — Я не хочу, чтобы мой ребенок превратился в обскура. — Это было бы трагично, — согласился Билл. — Гарри очень силен, я уже чувствую это, мне бы не хотелось думать, что произойдет, если Обскурус возьмет его под свой контроль. Аро наблюдал, как человек начал нервно ерзать. Это было не похоже на Уильяма-ерзать, даже когда тот боится. — Что тебя беспокоит, юноша? Биллу показалось странным, что его называют молодым, особенно мужчина, который выглядел всего на несколько лет старше его. С другой стороны, Аро было, вероятно, сотни лет. — Мне просто любопытно, что вы собираетесь делать с магическим миром? Гарри очень известен в моем мире, и когда станет известно, что он пропал, его начнут искать. — Да, — самоуверенно ухмыльнулся Аро. — И что же, по-твоему, я должен делать? — Я… — Билл оглядел всех вампиров, собравшихся в тронном зале, не желая никого из них расстраивать. — Не хочу показаться неуважительным, милорд, но волшебный мир считает вампиров чрезвычайно темными и опасными существами. Мне бы не хотелось, чтобы с Гарри плохо обращались только потому, что он бессмертный. — Кажется, ты начинаешь мне нравиться, юный Уильям, — ухмыльнулся Аро. — Ты говоришь то, что думаешь, хотя знаешь, что это может тебя убить. Хотя ты прав, волшебный мир будет плохо относиться к нему за то, что он бессмертный, ваш народ всегда дискриминировал наш вид. — Гарри-мой наследник, мой сын, и я не собираюсь посылать его в твою школу волшебников. Он вампир, и его место здесь, где его будут баловать и обожать, а не избегать за то, что он другой. - А если его найдут? - Если они найдут его и попытаются захватить, то все мирные договоры станут недействительными, и мой народ снова будет пировать магической кровью. — Просто сказал Аро. Билл ожидал такого ответа, но по спине у него все равно пробежал холодок. Его родители были верными последователями Дамблдора, они пошли бы в Вольтерру по его приказу, не думая об опасности. По их мнению, этот человек был следующим Мерлином и не мог сделать ничего плохого. — Я не хочу войны с вашим народом, — заверил его Аро. — Но я не позволю им забрать моего сына. Они бросили его в жестоком доме, где его буквально забили до смерти, они потеряли все права на Гарри Поттера, на своего мальчика-который-выжил. — Его больше нет в живых, — пробормотал Алек, стоя за креслом своего хозяина. Аро откинул голову назад и улыбнулся своему ребенку. — Ты прав, дитя мое. Почему бы тебе не взять брата и не уложить его в постель? Он может вернуться к своим занятиям после того, как проснется. Билл смотрел, как вампир выносит Гарри из зала. Он не знал, что он собирается делать, или что он вообще может сделать, но он должен был найти способ убедиться, что Дамблдор и Министерство не найдут Гарри. Он не знал, что будет делать, если дело дойдет до его семьи или до Бенджамина. Это было неправдой, Билл определенно знал, что он сделает. Это разрывало его душу, чтобы признаться, даже самому себе, но он предпочел бы Бенджамина своей семье. Он очень любил свою семью, особенно Чарли, с которым его связывала тесная и особая связь, но Бенджамин был его родственной душой.***
Билл подождал, пока Гарри перестанет зевать, и продолжил. Принц проспал три часа, и теперь они все вернулись в школьную комнату, готовясь снова обсудить магию. Он немного нервничал, но надеялся, что заклинание изменения цвета глаз поможет принцу увидеть, что магия не так уж плоха. — Ммм… простите, — пробормотал Гарри, снова зевая. Бенджамин все еще не мог смириться с тем, что Гарри спит. Никто толком не понимал, как и почему мальчик все еще может спать, но у Сангвини была своя теория. Развивающееся магическое ядро отнимает много сил у молодой ведьмы или волшебника, а сон очень важен для регенерации тела и ядра. Даже взрослые ведьмы и волшебники, которые использовали слишком много магии и были близки к истощению магии, как известно, спали более сорока восьми часов, пока их ядро восстанавливалось. Это была всего лишь теория Сангвиника, но всем было любопытно посмотреть, перестанет ли Гарри спать, когда достигнет зрелости в возрасте семнадцати лет или нет. Билл снова сел напротив Гарри. Не сводя глаз с юного принца, он вытащил палочку и положил ее на стол между ними. Он хотел, чтобы Гарри привык видеть волшебную палочку, чтобы ему было удобно находиться рядом с ней. Напрягшись при виде волшебной палочки, Гарри поерзал на стуле и посмотрел на Феликса в поисках утешения. Он хотел быть большим и сильным и не бояться магии, но это было так трудно. В него буквально вбили страх перед магией. Увидев страх в глазах юного принца, Феликс подошел к столу и сел рядом с дрожащим мальчиком. Ничего не говоря, он только тепло улыбнулся ему и склонил голову. Он хотел, чтобы его принц знал, что с ним он в безопасности, что он никому и ничему не позволит причинить ему боль… даже магии. Гарри глубоко вздохнул, он чувствовал себя немного лучше, когда Феликс был так близко. Он хотел бы быть таким же большим и сильным, как Феликс, никто бы не причинил ему вреда, если бы он был… даже дядя Вернон. — Я хочу извиниться за то, что напугал тебя вчера, — начал Билл. — Видишь ли, я вырос в доме, где магия была повсюду, и я забыл, какой страшной может быть магия для того, кто не привык ее видеть. Моя мама использовала магию для всего, от мытья посуды до вязания свитеров. Магия была повседневной частью моей жизни. — Я… мне тоже жаль, — смущенно сказал Гарри. — Мне не следовало так себя вести. — Тебе, Гарри, не за что извиняться, — подчеркнул Билл. — Тебя воспитывали в доме, где магия считалась дурным признаком и где тебя жестоко наказывали за случайную магию. — Ты случайно не колдовал в детстве? — Нервно спросил Гарри. — Все маленькие волшебники творят случайную магию. Мы на самом деле празднуем это, особенно в самый первый раз, когда это только происходит. — Сколько тебе было лет в первый раз? — С любопытством спросил Феликс. Он находил магию очаровательной и хотел узнать все, что мог, чтобы помочь своему юному принцу. — Я был достаточно маленький, чтобы этого не помнить, — усмехнулся Билл, — но моя мама любит пересказывать детские истории. Она сказала, что мне было два года, когда она впервые увидела мою магию. Большинство детей делают что-то простое, например, левитируют свою бутылку или любимую мягкую игрушку, но я, будучи авантюрным маленьким мальчиком, волшебным образом открыл дверь, чтобы я смог вернуться на улицу и играть после того, как моя мать только что принесла меня оттуда, брыкающегося и кричащего. Гарри тихо сидел на своем месте, прислушиваясь к каждому слову Билла. — Твоя мама не злилась на тебя за то, что ты был таким плохим? — Я не был плохим, Гарри, я был просто маленьким мальчиком, который не знал ничего лучшего и хотел вернуться на улицу и поиграть с гномами в саду. И чтобы ответить на твой вопрос, моя мама не злилась на меня. Она была так счастлива, когда это случилось, что связалась с моим отцом на работе, чтобы сказать ему, и в тот вечер она приготовила мне все мои любимые блюда на ужин. Бенджамин тоже слушал эту историю с интересом, представляя, каким очаровательным маленьким мальчиком должен был быть его супруг. — Она позволила тебе выйти на улицу и поиграть после того, как ты открыл дверь? Билл фыркнул. — Моя мама, возможно, гордилась мной, но это не означало, что она собиралась позволить мне это сделать, не повинуясь ей. Я не был наказан, — быстро добавил он, увидев, как расширились глаза Гарри. — Она просто магически закрыла двери и защитила ее, чтобы я не смог открыть ее снова. Моя мама-замечательная женщина, но если она говорит ''нет'' чему-то, значит, так оно и есть. Глядя на своего маленького принца, Феликс не мог не задаться вопросом, каким был его первый приступ случайной магии. Случилось ли это, когда он все еще жил с любящими родителями, которые хвалили бы его и отмечали это, или он уже жил со своими родственниками, которые били его за то, что он не мог контролировать? Каждый раз, когда он думал об этих мерзких людях, его клыки болели от желания прорваться сквозь десны и разорвать им глотки. Билл не мог не заметить, как большие глаза вампира начали темнеть. Он знал, что это признак того, что они нуждаются в пище, или крайнего гнева, или похоти. Его первая мысль была не о собственной безопасности, а о безопасности Гарри, который сидел на расстоянии вытянутой руки от могущественного вампира. Он не думал, что Феликс причинит мальчику боль, он, казалось, обожал его, но вампиры были чрезвычайно непредсказуемы. Закрыв глаза, Феликс чуть наклонился к принцу, вдыхая его неповторимый и пьянящий аромат. Просто запах ребенка помог успокоить его гнев. Он ничего не мог поделать с прошлым малыша, все, что он мог сделать сейчас, — это убедиться, что никто больше никогда не причинит ему вреда. Если кто-нибудь хотя бы взглянет на Гарри неправильно, он разорвет того на миллион кусочков. Схватив палочку, Билл крепко сжал ее и незаметно направил на опасного вампира. Он не хотел предупреждать Гарри о возможной проблеме и пугать его, но ему не нравилось то, как вампир приблизился к маленькому мальчику. Медленно вдохнув запах принца еще раз и удерживая его в легких, Феликс наслаждался им, чувствуя, как его тело снова расслабляется, а гнев покидает его. Открыв глаза, он с удивлением обнаружил направленную на него палочку. Ухмыльнувшись, он наклонил голову к рыжему, давая ему понять, что снова контролирует ситуацию. Он должен был бы прийти в ярость от того, что волшебник угрожал ему, но тот сделал это только из страха за безопасность принца. Он никогда не потеряет контроль над собой и не причинит вред принцу, но он был рад видеть, что волшебник готов защитить того, даже от вампира, который мог легко сбить его голову с плеч одним ударом. Билл выдохнул, когда увидел, что глаза вампира вернулись к своему темно-красному цвету. Магия плохо действовала против вампиров, но это не остановило бы его, если бы Феликс напал на Гарри. Он ни секунды не сомневался, что был бы убит, даже если бы Бенджамин помог ему, но он был не из тех, кто сидит сложа руки и смотрит, как обижают невинного. Откашлявшись, Билл снова сосредоточился на Гарри, который ничего не знал о том, что только что произошло. — Твой папа Аро говорил мне, что ты скучаешь по своим прекрасным зеленым глазам. Слегка надув губы, Гарри кивнул. — Даже те, кто меня ненавидел, всегда говорили, что у меня красивые глаза. Я хотел бы получить их обратно, но папа Аро сказал, что лекарство, которое спасло мне жизнь, навсегда сделало мои глаза красными. — Насовсем, да? — Сказал Билл, почесывая голову. — Да будет тебе известно, я просто случайно знаю заклинание, которое заставит твои глаза снова стать зелеными. Это не навсегда, но если тебе это понравится, я могу накладывать его на тебя снова и снова, пока ты не станешь достаточно взрослым, чтобы сделать это самому. — Неужели?! — Громко воскликнул Гарри от волнения. — Ты действительно можешь вернуть мне мои зеленые глаза? Уже обсудив это со своей парой, Билл кивнул. — Хочешь, я продемонстрирую это на Бенджамине? Гарри развернулся на стуле так, чтобы видеть своего друга. — Пожалуйста! — Для тебя все, что угодно, — усмехнулся Бенджамин. Обойдя вокруг стола так, чтобы оказаться рядом со своей парой, Бенджамин опустился рядом с ним на колени. Это был не первый раз, когда Билл использовал на нем свою магию, но все остальные разы были более приятными. — Какого цвета тебе хотелось бы иметь глаза? — Хрипло спросил Билл. Ему нравилось видеть Бенджамина на коленях перед собой. — До того, как мне пришлось принять лекарство, от которого у меня покраснели глаза, они были скучного темно-коричневого цвета. Как насчет ярко-синего? Мертвое сердце Феликса растаяло еще больше, когда принц в волнении схватил его за руку. Он даже не думал, что малыш понял, что держит его за руку, он был слишком сосредоточен на волшебнике и элементале. Глядя на Бенджамина, Билл ухмыльнулся, вспомнив, когда в последний раз использовал магию на своей паре. Бенджамин был не единственным, кто мог использовать свои способности очень приятным и, вероятно, незаконным в большинстве стран способом. — Ты ничего не почувствуешь, — сказал Билл, прочищая горло. Его лицо вспыхнуло, зная, что три вампира в комнате, вероятно, заметили его возбуждение и учащенное сердцебиение, но Гарри не понял, что это значит. Кивнув головой, Бенджамин разрешил ему произнести заклинание. Феликс поднял брови, когда его маленький принц сжал его руку достаточно сильно, чтобы сломать ее, будь он человеком. Кроме того, что глаза мальчика были красными и он питался кровью, Гарри не проявлял слишком много типичных вампирских черт. После того, как заклинание было произнесено, Бенджамин несколько раз быстро моргнул и повернулся к ребенку. — Ну, как я выгляжу? Задыхаясь, Гарри вскочил на ноги. — Они синие! — громко крикнул он. — У тебя синие глаза! Билл громко выдохнул, и его плечи расслабились, когда у Гарри не было еще одного срыва. Он боялся снова показать ему магию. — Хочешь быть следующим? Гарри начал жевать губы, нервно переводя взгляд с волшебной палочки в руке Билла на ярко-голубые глаза Бенджамина. — Тебе было больно? — Робко спросил он друга. — Ничего не почувствовал, — усмехнулся Бенджамин. Гарри очень хотел вернуть свои красивые зеленые глаза, но он боялся, что на него применят магию и ему будет больно. — Ты не должен решать сейчас, принц, — сказал Феликс, протягивая руку к дрожащему мальчику. Гарри цеплялся за Феликса, как за спасательный круг. — Можно мне сесть к Феликсу на колени? — Несмотря на то, что он был напуган, он действительно хотел этого. Однажды он подслушал, как тетя сказала, что у него мамины глаза, и ему нравится мысль о том, что у него есть что-то от мамы. Феликс посадил хрупкого ребенка к себе на колени, когда волшебник кивнул. — Просто расслабься, малыш, это не повредит. Тебе нечего бояться. Гарри испуганно впился пальцами в руки своего охранника. — Хорошо, я готов. — Зеленые глаза сейчас появятся, — игриво объявил Билл, надеясь успокоить Гарри. Не желая тянуть дольше, он взмахнул палочкой и произнес заклинание. Гарри ожидал, что его глаза вспыхнут болью, но все, что он почувствовал, было легкое покалывание. Повернувшись в объятиях охранника, он обнял Феликса за шею и с надеждой посмотрел на него. — Это сработало? Мои глаза снова прекрасны? - Я думал, что твои красные глаза прекрасны, — сказал Феликс, увидев надежду на лице своего принца, — но зеленый-твой цвет. Крича, Гарри бросился на своего охранника, чтобы обнять его, а затем слетел с его колен. — Мне нужно зеркало! Мне нужно снова увидеть свои зеленые глаза. Предвидя, что Гарри захочет это, Бенджамин протянул ему принесенное. — Они сногсшибательны, принц. Гарри не мог оторвать глаз от зеркала. Он так скучал по своим зеленым глазам. Единственное, что в нем было особенного-это глаза. — Не могу поверить, что они вернулись, — воскликнул он, и глаза его наполнились слезами. — Разве я не говорил тебе, что магия может творить удивительные вещи? — Феликс усмехнулся. Подпрыгивая от счастья, Гарри уронил зеркало, затем подбежал и чуть не сбил Билла с ног своим чрезмерно восторженным объятием. — Спасибо! Я должен пойти и показать это папам. Билл был удивлен скоростью, с которой Гарри рванул с места, его охранник следовал за ним по пятам. Сияя, он повернулся к своей паре, которая гордо улыбалась ему чужими голубыми глазами. — Лучше и быть не могло. — Думаю, с ним все будет в порядке, — облегченно вздохнул Бенджамин. Он действительно полюбил мальчика и, услышав об опасном магическом паразите, который мог завладеть им, очень забеспокоился. Взмахнув палочкой, Билл захлопнул дверь и запечатал ее. — Думаю, я заслужил награду. — Ты так думаешь, да? — Спросил Бенджамин, медленно надвигаясь на свою пару. — На какую награду ты надеялся? Облизнув губы, Билл расстегнул пуговицу на джинсах и потянул молнию вниз. — Ты стоишь на коленях и сосешь мой член, глядя на меня своими новыми голубыми глазами. — Он никогда не стеснялся секса со своей парой. У него не было проблем с тем, чтобы попросить то, чего он хотел… и прямо сейчас он хотел, чтобы Бенджамин отсосал ему. Бенджамин не знал, как он пережил два года без своей половинки. Не колеблясь, он упал на колени, стягивая джинсы и нижнее белье своей пары.
