Часть 2. "Шалость удалась...?"
26 августа 2020 г., 21:38
С тех пор пролетели целых три недели, но не прошло и дня, чтобы Роше с упоением не задумывался о том, как же он будет карать вредоносную Белку, — вот только делал он это теперь куда более скрытно, под покровом ночи, и лишь когда был уверен, что каждый член его отряда спал без задних ног, — для этого иногда приходилось устраивать винные вечери, но достижение высшей цели, считал он, окупит это сполна.
Была у него, кстати, ещё пара провальных попыток понять извращённые предпочтения заморских дам: от простого наблюдения Роше пытался перейти к разговору. Он пытался войти в контакт. Но каким-то образом совершенно неведомым, всегда это кончалось истошными криками и внезапным мраком — и он бросил это гиблое дело.
Неважно, решил он, почему оно так происходит; важно, как он будет с этим бороться. И Вернон часто размышлял: как было бы лучше пытать Иорвета? Переломать пальцы? Вырвать ногти? Зачехлить его флейту в его собственный телесный чехол? — всё это казалось темерцу до ужаса мелочным, да и вообще — откровенным клише. Кроме, разве что, последнего: по крайней мере, сам Роше никогда не видал эльфских виртуозов, творящих искусство сквозь другие расщелины.
Темерец, однако, был чуть более изощрённым и изобретательным — а посему захотел сделать больно иначе: раз Иорвет был той ещё сценической пиявкой, то и расправиться с ним нужно образом соответствующим. А решение Вернона было следующее — примадонну залесного театра следовало отправить куда-нибудь за кулисы, а самому по итогам блеснуть в свете софитов.
Плана у него, конечно же, не было, зато была ясная цель — и он уверенно шёл к этой цели. А шёл он — в Верген.
Обстоятельства несомненно благоприятствовали: загнанных в каменной клетке повстанцев перебить было проще простого, но выйти на остроухого — всё же чуть-чуть сложнее. Но интуиция подсказывала темерцу: у него всё точно получится — и именно по этой причине он передумал разделяться с Геральтом.
— Ты уверен, что Хенсельт не смоется? — озадаченно поинтересовался ведьмак, глядя на распылённого яростью и азартом Роше.
— А что ему сделается. Не достану его здесь, так достану в Лок Муинне.
Геральт допытываться не стал: он уже смирился с тем, что командир Полосок в последнее время был сам не свой, и лишь продолжал в этом убеждаться, время от времени кидая взгляды на Вернона, который судорожно начёсывал свои руки и отчего-то всё более напоминал одержимого берсерка. А Роше, тем временем, думал о своём, уже набившим оскомину: Хенсельта-то достать было куда проще, всё же личность он видная и довольно известная, а вот упускать Иорвета было никак нельзя — проиграет войну, затаиться в своих кустах, а потом ищи-свищи его.
— Геральт! — громко позвал друга отбивающийся от врагов Золтан. — Ты бы это…
Хивай определённо хотел товарищу чего-то рассказать, а может, даже и попросить — но весь его запал улетучился беглым взглядом на Роше: тот явно как-то мешал краснолюду.
Вернон был молодцом смышлёным и причину заминки сразу же осознал — та несомненно касалась ополченцев. А если точнее — непотребных белок. Иначе чего это Золтан умолк, завидев печально известные в кругах нелюдей синие полосы?
— Говори, Золтан, — спокойно потребовал ведьмак, приметив загвоздку.
— Ты бы не мог подсобить Иорвету? — нехотя всё-таки спросил краснолюд.
Темерец расцвёл: дело-то касалось не простых белок, а самого скоя’таэльского вождя! Всё складывалось как нельзя лучше — Иорвет сам шёл к нему в руки. В зудящие от мести руки, которые, конечно же, и подсобят для начала, затем — пожмут шею, а после… а после видно будет.
— Где он? — встрял в разговор Роше. — Я тоже ему… помогу.
Мужчины ошарашено на него посмотрели: подобные слова, изреченные устами командира специального отряда, пробуждали сомнения. А если и не сомнения, то точно какой-то необъяснимый шок.
— Я держу своё слово, Геральт, — добавил Вернон, оценив смятение на двух лицах. — Я помогу этому выродку.
Шок и непонимание стали куда более неподдельными и глубокими — Роше явно замышлял что-то нехорошее. Да и скрывал он это не особо умело. Но жизнь иногда требует риска:
— Иорвет в Замке Трех Отцов, — бросил Хивай и вновь помчался в битву.
— В Замке, значит… — самозабвенно проговорил темерец.
— Что ты задумал? Ты понимаешь, что сейчас не самое время играть в кошки-мышки?
— Я же уже всё сказал, — слукавил Вернон.
Ведьмак сдался: Роше окончательно доконал его этой глупой погоней — и мужчины просто ринулись в сторону того, от мысли о котором у темерца всегда непроизвольно сжимались кулаки.
И вот он — момент истины, кары и возмездия; пара шагов оставалась Роше да пара ударов — и он оказался бы нормальным лицом к лицу изуродованному. Такого трепета не испытывал он никогда.
Мужчины бежали вперёд, и у Вернона зарождались некие опасения — ведьмак мог бы встать у него на пути; но внезапно где-то в глубинах Замка послышался истошный крик. Крик блудливого барда, так вовремя попавшегося кому-то в лапы.
— Лютик, блять, — грубо сказанул Геральт и ринулся в другую сторону.
И командир Полосок остался один. Правильно, думал он, переговорить им было нужно с двух глаз на глаз — без всяких свидетелей.
Темерец отыскал заветную дверь — выбил её одним ударом ноги и резко ввалился внутрь:
— Конец тебе, ушастый гандон! — заорал Роше и с замахом меча бросился на опешившего Иорвета.
— Bloede arse! — взревел эльф, поставив блок.
Враги сцепились мечами, а рядом надсадно вопили спрятавшиеся от каэдвенцев женщины. «Опять это безмозглое бабьё! — бурчал про себя Вернон. — Прячетесь за спиной этого шакала?!» Темерец смотрел перед собой, на эту наглую морду, и слушал, слушал эти мерзкие вскрики мерзких женщин, предавших его, — и распалялся ещё больше. И был неумолим.
Роше грубо вмазал по самоуверенному лицу, заломал эльфа, грязно воспользовавшись его усталостью, и содрал с его головы повязку.
— Ну, что?! Красиво? Красиво?! — раскатисто вопрошал Вернон, испепеляюще глядя на предобморочных женщин и сдерживая брыкающегося Иорвета.
Одна из дам стресса не выдержала — вся побелела и, закатив глаза, всё-таки рухнула вниз.
— Видишь, — обращался темерец к эльфу, — до чего ты баб доводишь, сука!
— Ты больной ублюдок, Роше! — взревел скоя’таэль, совершенно не понимая происходящего.
Темерец многозначительно ухмыльнулся — и вырубил эльфа одним чётким ударом.
***
Шли годы. Для одних время летело незаметно: они были заняты путешествиями, сражениями и мыслями о возрождении Темерии. Другие же, волею судьбы и одержимости некоторых лиц, оказались взаперти — в темнице, посреди неизведанных местечек королевств Севера. Роше не церемонился с эльфом: лишь закинул его бессознательное тело куда-то в подземелье да оставил ему магическую вещицу, которая в своё время высосала из Вернона все соки. Он расправился со скоя’таэлем, потому что хотел блистать один. Он хотел заставить Иорвета прочувствовать всё то же, что прочувствовал сам: отрешённость и безволие. Прочувствовать то безразличие, с которым смотрели в его сторону заморские женщины. И вот когда уже сам Геральт отошёл на покой и заселился в Корво-Бьянко, Роше наконец решил, что пора бы было ему навестить старого врага — да позлорадствовать. Он явился на пороге темницы при параде и с победоносной улыбкой, а эльф встретил его лишь беглым безжизненным взглядом. — Какая же ты паскуда, Роше… — выдавил он из себя первым. — Паршиво быть на вторых ролях? — с издёвкой спросил Вернон. — Ах точно. Тебя даже на вторых ролях не было. Скоя’таэль усмехнулся и швырнул в подлеца колдовскую игрушку, безмолвно призывая заглянуть в параллельный мир ещё раз, — Роше нехотя поддался, предвкушая безоговорочную победу над террористом-недомерком. И темерец вновь взглянул на плывущие картинки с молодыми красавицами: — Как жалко, что Иорвета нет в третьей части… — горевала одна, повесив нос. — Я поначалу даже играть из-за этого не хотела, — призналась вторая. — Но посмотри: есть мод, заменяющий Роше на Иорвета! Роше сжал зубы — и со всей силы швырнул вещицу в кирпичную стену. Та с оглушающим звоном разлетелась на тысячи мелких осколков… и в них зигзагами отразилась триумфальная насмешка эльфа.
