Alcohol is my enemy.

- Не выключай свет, пожалуйста, - Прошу я. Мы уже успели перебраться в его комнату. Прошло, может, полчаса пока мы поднимались по лестнице. И наконец, мы в спальне. Я не знаю, что дало мне столько храбрости, но остановить меня теперь уже невозможно. - Хочешь любоваться мной? – Наваливаясь сверху, шепчет кудрявый. Под его весом я тяжело вздыхаю, но это не значит, что мне неудобно. - Ты угадал. Гарри улыбается, словно не может поверить в происходящее. Мы можем делать что захотим. Он может делать со мной все, что захочет. Я давно уже сдался. - Я хочу тебя, - Шепчу я, перед тем, как поцеловать его нежные губы. Медленно и невесомо. – В себе. У каждого бывают слова, которые срывает крышу и, видимо, у Гарри это именно те слова. Рыкнув как дикая кошка, кудрявый раздвигает мне ноги и, упав сверху, вдавливает меня в кровать. От резкости и грубости движений, я закатываю глаза. Нет, мне не больно. Все совсем наоборот. - Наконец я опробую ее, - Обжигая мне ухо дыханием, шепчет Гарри. - Твою красавицу. Такую тесную, упругую… - Прошу, давай скорее. Гарри, послушав меня, начинает раздеваться. От того, как он снял футболку, в моих штанах стало еще теснее. Без сил на какие либо движения, я наблюдаю за ним. За тем, как он управляется с ремнем, поглядывая на меня, как медленно расстегивает ширинку и также медленно спускает джинсы до колен. - Ты меня не порвешь? – Не отводя глаз от его органа, я облизываю губы и тихо шепчу. - Я сделаю тебе приятно. Закончив со своей одеждой, даже с плавками, Гарри переходит ко мне. Я как кукла в его руках. Он делает все, что хочет. Избавив меня от тонкой кофты, кудрявый немного играет с моими сосками. Видимо, теперь это его любимое занятие. Желая меня помучить, Гарри не торопясь расстегивает ширинку джинс и, целуя каждый участок открывшейся кожи, аккуратно стягивает их с меня. - Хватит медлить, - Рычу я, закусывая кулак. - Куда ты так торопишься? Вся ночь впереди. От его слов я издаю звук, словно плачу и, толкнувшись бедрами вверх, вывожу Гарри из себя. Когда с меня резко сдернули плавки, наверное мой крик услышал весь район. Я не знаю, как ему удалось это сделать, но я получил неимоверное удовольствие. «И это только от того, что он зацепился резинкой за головку?». - Ты этого хотел? – Набросившись на мои губы, срывается Гарри. – Если я буду делать все быстро, ты кончишь еще перед тем, как мне войти. Согласен на это? - Н-нет, - Скулю я. – Но прошу, сделай что-нибудь с ним, я больше не могу это терпеть… Меня затыкают горячие поцелуи, когда я пытаюсь что-то сказать. Гарри не намерен кого-то слушать. Он безжалостно надрачивает мою плоть, медленно, а может, и быстро подводя меня к концу. Я не хочу, чтобы все закончилось быстро. Мне хочется насладиться не только его ласками, но и его телом. Я хочу делать ему приятно. Хочу все. - Прежде чем я в тебя войду, - Чуть ли не откусывая мне губу, хрипит кудрявый и, вжимаясь в мой пах своим, старается говорить. – Я поиграю с твоей дырочкой. Я не успеваю даже сообразить про что он, как меня уже перевернули на живот. Так быстро. Мной управляли, как могли: поставили в позу «раком», уткнули лицом в кровать, шире расставили ноги. Я бы мог возразить, но от того, что последовало дальше, я потерял дар речи. Горячее дыхание прошло от середины спины до моего отверстия. Больше всего я почувствовал себя потерянным, когда Гарри кончиком языка обвел колечко мышц. От такого прошибающего действия, я сжался сильнее и заскулил как щенок. Руки тут же вцепились в простыни, а моя задница оттопырилась еще сильнее. - Прости, но я должен тебя помучить, - Будто специально, Гарри говорит это настолько близко к моему телу, что, кажется, в комнате становится жарче градусов на десять. Влажно лаская языком сжимающуюся - разжимающуюся дырочку, Гарри от удовольствия, что он делает со мной такое, не замечая этого, сильно сжал и еще больше раздвинул мои ягодицы. От таких действий его язык мог проникнуть немного глубже, доводя меня до долгого стона. - Я без ума от тебя всего, - Прорычал он и провел языком от яиц до конца спины. Мне кажется, что Гарри совсем слетел с катушек. То, что он делает, это просто неописуемо и не сопоставимо с нормальными ласками. Нет, это не плохо. Это ахуенно. Черт, его горячий язык везде. - Луи, смотри, - Я приподнимаюсь и заглядываю за спину. Широкая улыбка и ямочки украшает лицо кудряша. Такое ощущение, что ребенок играет с игрушками. – Как тебе? Я не понимаю о чем он: показывает мне палец и сверкает глазками. - Что там? - Тихо спрашиваю я и, как кот, ползу к нему. Прозрачная, вязка жидкость «цепляется» за указательный и большой палец и тянется паутинкой между ними. Я не понимаю, что это вообще такое? - Ты так течешь, - Гарри, запрокинув голову назад, с удовольствием запускает пальцы в рот и, тщательно облизав каждый, толкает меня. Я падаю на спину, но тут же привстаю на локтях. Посмотрев на свой член, я понял, что это за жидкость. Мой орган небольшими каплями выпускал смазку, которая тянулась от головки к пупку. - Это все мое, - Маниакально произносит Гарри и набрасывается на орган, облизывая его от основания до верха головки. Этот парень слизал и высосал у меня все. До чего удивленный у меня был взгляд, когда он тщательно вылизывал мне пупок. Гарри слишком сильно помешан на мне. - Я хочу еще, - Как ребенок произносит он и засасывает головку. От горячего плена, в который я так быстро попал, я открываю рот и закатываю глаза. Моя грудная клетка ходит ходуном, от того, как я часто дышу. Мне еле удается удерживаться на локтях. Этот жадный парень не может никак успокоиться. - Хва… Мысленно заматерившись, я падаю на спину и хватаюсь руками за изголовье кровати. Этот «больной» что-то задумал и теперь выполняет. Я не могу спокойно дышать, не издавая звуков. Как только мой голос пронзает тишину, Гарри заглатывает «меня» еще глубже. Это какой-то замкнутый круг. Я стону от его каждого действия. - Что… Ты.. Дел-ла… - Кое как выдавил из себя я, прикусив губу. Я чувствую, как прилипли волосы к моему лбу. Так хочется их откинуть, но не могу. У меня нет сил оторвать руки от кровати. Гарри плотно обхватил головку губами и замер. Заметив, как мои бедра отрываются от кровати, он сжался сильнее. Иногда я чувствовал его язык, давящий на щелку, вновь выпускающую смазку. С пошлым звуком освободив меня из «плена», Гарри пару раз провел языком по всей длине ствола, засосал кожу у основания и быстро метнулся к моим губам. - Что ты делал? – Тяжело дыша и медленно моргая, спрашиваю я. - Наслаждался твоей пульсацией. - Лучше трахни меня, - Обессилено предлагаю я, стараясь дотянутся до его губ. Мы медленно целуемся, наслаждаясь идеальными движениями языков. Они гармонично сплетаются, даря неимоверное наслаждение. На какой-то момент я улетаю в другой мир. В мир Гарри. Я растворяюсь в нем. Вселяюсь в его тело. Душу. - Пошарь под подушкой, там есть смазка, - Разорвав поцелуй, серьезно командует кудрявый. - А… - В первый раз без них. «Луи, у тебя есть еще шанс все остановить». Я испуганными глазами смотрю на то, как Гарри выдавливает смазку на пальцы, как подносит их к моему отверстию и, встревожено взглянув на мое лицо, приступает к растяжке. Я извиваюсь от боли, кусаю руки, оставляя на коже следы своих зубов. Почти кричу, но это не дает Гарри остановиться. На его лице нет ни единой эмоции. Хотя его брови, от серьезности процесса, нахмуренны. - Черт! Я почувствовал, что мои ноги поджались, обхватив талию кудрявого. Гарри еле устоял, когда я вцепился в него. Он, увидев мою реакцию, заулыбался, словно хваля себя. - Что это было? – Часто дыша и постоянно облизывая пересохшие губы, интересуюсь я. - Сейчас узнаешь. Мы сменили позу. Кудрявый удобно устроился сзади, повернув меня боком. Одна его рука держала мне ногу, чтобы та была на весу. Он вновь обращался со мной как с куклой. Но я не против. Другой рукой он помогал своему органу проникнуть в меня. - До чего же ты узкая шлюха, - Скрепя зубами, на ухо шепчет он и резко толкается вперед. Меня режет пополам. Разрывает. Это ужасно больно. Настолько больно, что мое лицо скривилось хуже, чем от самого крепкого спиртного. Мне захотелось пустить слезу, но Гарри не позволил это сделать. Он нежно погладил внутреннюю часть бедра ноги, которую держал. - Прости, прошу, но так надо… Меня еще сильнее начало резать, когда кудрявый задвигался. Я чувствую, что он старается делать все аккуратно, но, простите, его огромный член и моя девственная дырочка сегодня не ладят. - Сильнее, - Гарри не слышит, и я кричу. – Сильнее! Рука на бедре сжимается сильнее, а дыхание парня сзади меня становится неровным. Ощущаю, как он пытается выбрать правильное направление, но пока это удается с трудом. Я замечаю, что на моих губах треснула кожа. Хочу облизать их, но не успеваю. - Вот так, - Шепчет Гарри, когда находит то, что меня доводит до мучительного наслаждения. С силой, с которой он вбивался в меня, я все больше терял голову. Мне хочется, чтобы он сжимал меня, мучил, кидал. Хочу быть в его власти. Хочу быть его. - Никому не дам прикасаться к этой красавице. Слышишь, никому! - На последнем слове Гарри входит особенно глубоко, приходясь влажной, горячей головкой по той самой точке. Я схожу с ума. Я не вижу ничего. В глазах темно, а слышать то, что происходит вокруг, удается с трудом. Мне хочется замолчать, перестать стонать, чтобы услышать дыхание Гарри, но я не могу. Не могу, потому, что ОН не может остановиться двигаться. Вновь этот замкнутый круг. - Малыш, подрочи себе, если… - Сделай «так» еще раз и я кончу без рук, - Бормочу я, навалившись на парня. Мое тело, постель и даже воздух кажутся мокрыми. Я медленно исчезаю. Все, что меня возвращает на землю, это еще один мощный, точный толчок и дикая пульсация в члене. - Гарри, я… Блять, Гарри…. Меня выворачивает. Я стараюсь удержать ноги, но они не слушаются, а только ерзают по кровати. Меня трясет, пока Гарри продолжает долбить. Глаза теряют им присущую зрительную функцию. Вокруг темнота. Свет светильников больше не позволяет видеть все вокруг. Я ослеп. Я с трудом пытаюсь отдышаться, когда стоны Гарри начинают заполнять комнату. Он делает еще пару толчков в мое обмякшее тело и, быстро покинув его, горячей струей, кончает на пульсирующую дырочку. Он с грохотом падает рядом, обнимая меня со спины. Я лежу, уткнувшись лицом в кровать, пытаясь собраться с мыслями. Ничего не получается. Дрожь все еще пробирает меня. Слух потихоньку восстанавливается, так же как и зрение. Я могу слышать частое дыхание Гарри и видеть белые стены его комнаты. - Я чуть не умер от наслаждения. - Я чуть не умер от тесноты. Молчание. Долгое молчание. Я уже подумал, что Гарри уснул, но нет. Его рука медленно опустилась мне на правую ягодицу, поглаживая ее. - У моего парня самый лучший зад. - У тебя есть парень? – Ехидно спрашиваю я, получая шлепок по самому святому. – Ладно, ладно. Спасибо. «Ну, с этим мы разобрались. Осталось только… Зейн».