Осознавая влечение

— Люби меня, люби. — Хрипит еле слышно, едва-едва, в совершенную пустоту своей комнаты, в наполненные строками страницы молчаливого дневника. Эмити роняет голову на свои руки, утыкаясь в них как-то безысходно, в попытке скрыть от всего мира смущение. Волосы скользят по её щекам, щекочут и оставляют лёгкое ощущение покалывания. Чем-то напоминает покалывание в груди. Она вздыхает, закрывая уныло книгу, отставляя ту в сторону. По её подоконнику размазывается первое зарево. Эмити думает вяло о том, что хочет встречать солнце с ней.

***

Внутри растекаются безысходность и бессилие с непониманием. Блайт крупно вздрагивает, когда её рука касается плеча. В голове калейдоскоп рассыпается на ещё большее количество осколков, и она окончательно теряется. Приходит в себя только тогда, когда замечает яркий, живой карий взгляд и дрожащие тёмные ресницы. Почему-то руки Эмити находятся на чужих плечах и шее, обнимают нежно-нежно и не встречают сопротивления. Отчего-то вокруг них ни единой души. А ещё каким-то образом они оказались в поместье Блайтов. Всё так стремительно и быстро. Ах, ещё и пролетело два года.

***

Они прощаются скомкано и болезненно. Конечно, Луз понимает, что сможет приходить в любое свободное время. Они обе понимают, что смогут увидеться практически в любое время. Но на сердце тяжело-тяжело, а в глазах обеих печаль плещется слезами прозрачными и горькими. Их объятья до нелепости долгие, крепкие, будто последние совершенно точно. И когда взгляды их сталкиваются в молчаливом «прощай», Эмити не выдерживает первой (что вполне очевидно): её тогда ещё миниатюрные острые ушки опускаются и подрагивают, волосы, растрёпанные из-за многочисленных объятий, спадают на лицо, а из глаз посыпались звёзды. Луз захныкала следом за ней и опустилась на землю. Эмити была рядом.

***

Отрезок времени, что они были порознь, прошёл продуктивно для них обеих. Эмити успешно продолжила путь становления сильной ведьмы, прошла испытания в Императорском ковене и теперь была на специальной подготовке от этого же ковена. Носеда совершенствовала свои писательские навыки и дурманила голову «маленькой мисс идеальности» фанфиками из мира людей. Ну, и книги, конечно же, приносила, но это не так важно, как творчество молодых дарований. И у Блайт действительно кружилась голова от содержания и того, что она просто не понимала, о чём там пишут, пока в один момент они вдвоём — она и Луз — не завалились в тайную комнату. — Эм… — Да? — на автомате воспринимает «Эм» как обращение. Уши дёргаются рефлекторно на звук своего прозвища. — …Я не обращалась сейчас к тебе, но так тоже подойдёт в принципе, — ухмыляется Носеда, подзывая ведьму к себе. Та подходит ближе и садится рядом, но всё ещё на дистанции. Луз, впрочем, преодолевает это, и теперь они сидят так близко, что их плечи соприкасаются. Она снова замялась, когда достала весьма потрёпанную тетрадь, в которой обычно пишет свои черновики и какие-то совсем кратенькие зарисовки. — Я тут… ух, в общем. Держи. В руки Эмити попадает странное чтиво. И тут и там какие-то странные анатомические изыски человеческой природы, от которой жительница Бурлящих островов весьма и весьма далека. Луз всё это время сидит и не понимает, почему на лице Эмити ни намёка на смущение или заинтересованность. На бледном лице вообще ничего нет, кроме сосредоточенности, в то время как для неё, Луз, будто градус в комнате резко подскочил, и теперь она просто сидит тут и буквально тает. — Почему твои щёки красные? Ты заболела? — Блайт уже в привычном жесте тянется ко лбу Носеды, но та мотает нервно головой, стреляя взглядом на тетрадь. Эмити намёк поняла, но лишь изогнула бровь и прикрыла глаза в своей блайтовской манере. — Твой слог явно улучшился, но, эм, Луз? — Д-да? — Почти пищит, подпрыгивая на месте от своего имени. Вжимает голову в плечи и напрягается. — О чём здесь написано? — У Луз нет и шанса. — …Что? — Поражённо, даже убито.

***

Эмити моргает несколько раз, чтобы удостовериться, что всё происходящее — не очередной сон. И это действительно не сон. Если её спросить, как так вышло, она не ответит. Просто случилось, просто так получилось. Просто произошло. Носеда меж пальцев закручивает мятные пряди, смотрит вкрадчиво и искорки дьявольские видны в её взгляде. Эмити сглатывает, на долю секунды опускает глаза на губы и поднимает обратно. Зря. Ведь её заметили. И одарили почти кричащим взглядом. Луз сокращает расстояние между ними (Эмити упирается в стену обеими руками, почти зажимая таким образом земную девушку), привстаёт на носочки. Колени Блайт тут же слабеют, когда она слышит тихое, рокочущее: — Bésame. Кажется, всё замерло. В том числе и чьё-то сердце. — Como quieras, — Эмити не нужно просить дважды. Они слишком жадные друг до друга, слишком страждущие и опьянённые адреналином. Гонимые чувствами. Ведьма в одном лишь поцелуе показывает, насколько сильна её привязанность и чувства к человеческой девушке. Луз идёт по грани, ведь относительно недавно осознала влечение. Но от происходящего ей не менее приятно, чем Эмити. Когда тонкие пальцы с тёмным маникюром легли на её талию и приподняли немного свободную футболку, она с неожиданности громко выдохнула прямо в поцелуй. Эмити улыбнулась как-то уж больно коварно, но поцелуй прервала и посмотрела своими глубокими золотыми глазами в глаза Носеды. Луз это смутило лишь сильнее, но в ответ её мягко поцеловали в щёку. А ещё Эмити сделала эту ведьминскую фишку. Они соприкоснулись лбами.

***

— Я не знала, что ты любишь обниматься, — улыбается Луз, когда чувствует на своей талии чужие руки. Бледные, с изящными запястьями и всегда с идеально нанесённым чёрным лаком. Блайт. — Да и что в принципе ты такая… тактильная. — Я не люблю обниматься, — Носеда поворачивается лицом к Эмити, не разрывая объятья, и встречается с порозовевшими щеками и разведёнными в стороны острыми ушами. — О? Да-а ну-у? — Я тебя люблю. Эмити звучит тихо, но уверенно. Утыкается носом, пока проговаривает эту фразу в плечо Луз и стискивает в своих руках лишь сильнее. А ведь раньше так же сильно она стискивала только подушку. Носеда хочет что-то ответить, потому что улыбка уже стала шире, но её прерывают мягким поцелуем в губы, который заставляет глаза закрыться и ноги задрожать. Эмити придерживает её и притягивает вплотную к себе. Где-то на нижних этажах бродит всё семейство Блайт, но это не волнует совершенно ни одну из них. Ведь наконец-то они будут встречать первый свой рассвет вместе.