Обратный отсчёт

Четыре — великих школы. “Пиздец”, — всё, что мог сказать Шэнь Цинцю. И, судя по взгляду Цинхуа, сидящего чуть дальше — не только он. Цинцю не уловил, в какой момент их мирное собрание заклинателей покатилось прямиком в ад. Казалось, что всего мгновение назад он, отгораживаясь от мира веером, старался взглядом дать понять Бинхэ, что не стоит так на него пялиться, а вот уже все вокруг кричат, бушуют и едва не кидаются друг на друга с оружием. — Храм Чжаохуа держал барьер, когда случилось нашествие. Именно наши адепты не дали распространиться демонической мерзости дальше! — кричал Уван, потряхивая посохом. — Ваши заслуги никто не пытается принизить, мастер Уван, это вы упорно отрицаете вклад школы Цанцюн в предотвращение вторжения, — даже всегда спокойного Юэ Цинъюаня уже умудрились разозлить, отчего его безукоризненно вежливый тон ощетинился по краям острыми шипами. “А что происходит вообще? Эй, Система, включай “В предыдущих сериях”, я не улавливаю суть конфликта”, — отчаянно вопил Цинцю внутри, снаружи безмятежно обмахиваясь веером. [За годы в роли Шэнь Цинцю пользователю стоило научиться сосредотачивать внимание сразу на многих вещах] — безжалостно отшила его Система. — … и совсем растеряли всякий стыд и понятие чести! — очередной выпад мастера Увана поддержали согласным гулом множество заклинателей из мелких кланов, огромной толпой стоящие у всех стен и даже вытекающие на улицу. — Мастер Уван, не стоит… — попытался вмешаться мастер Учэнь. — Где же это видано, чтобы в известнейшей из заклинательских школ горный лорд предавался непотребствам с собственным учеником! Второй по значимости горный лорд! И не просто с учеником, а с полукровкой, демоном, демоническим лордом и наследником Священного Владыки демонов! — Ощущение, что вы завидуете, — фыркнула Ци Цинци, стоило взглядам всех присутствующих впиться в Шэнь Цинцю. Мастер Уван побагровел и возмущённо хватанул ртом воздух. — Какое падение нравов! — вместо него вмешался ещё один мастер храма Чжаохуа. — Вы хотя бы можете себе представить, как это ударяет по репутации всех заклинателей? Что о нас подумают простые люди! Разве могут они доверить защиту от монстров тем, кто только и делает, что предаётся разврату! “Ну приплыли”. Шэнь Цинцю сложил веер, прикасаясь им к сжавшейся в кулак руке Бинхэ, который явно готов был броситься на защиту чести и достоинства своего Шицзуня. К счастью, тот понял намёк и не стал ничего говорить, лишь сверлил заклинателей напротив злым взглядом. — Даже сейчас, — сплюнул мастер Уван, заметив это. — Мало того, что эти двое перешли все границы стыда, разделив соседние столы, да ещё и поставив их так близко, так ещё и не могут держать руки при себе! И правда, Шэнь Цинцю полагалось сидеть рядом с Юэ Цинъюанем и их с Бинхэ разделяли бы целых десять горных лордов. Но перед собранием тот вцепился в его рукав, атаковав своими щенячьими глазками и скуля что-то про то, что ещё не опытен и не знает, как себя вести, поэтому Шицзуню стоит сесть рядом. Может быть, Цинцю и выдержал бы это, но события в храме Чжаохуа, случившиеся до попытки объединения Царств, были ещё свежи в его сердце, и отпускать Бинхэ дальше вытянутой руки не хотелось. К счастью, его шиди поняли всё правильно, весело фыркнув и переместившись. В результате с рассадкой лордов Цанцюн случилась полная путаница, где разве что Юэ Цинъюань сидел на своём месте, а Ло Бинхэ довольно подвинул свой стол ближе к столу Шэнь Цинцю. — Этот лорд уверяет великого мастера Увана, что мои отношения с Ло Бинхэ нисколько не пошатнут репутацию заклинательских школ, скорее даже наоборот — люди стали доверять заклинателям больше, чем раньше, — степенно вещал Цинцю, подавляя желание прямолинейно послать всех куда-то в направлении Бездны, схватить Ло Бинхэ и уйти далеко-далеко. — О, вы про те книги? — впервые за собрание подал голос глава вершины Тяньи. — И правда, история любви лорда Шэнь и ученика Ло тронула сердца простых людей во всех уголках человеческого Царства. “Вот спасибо тебе! Мог бы прямо сказать, что похабные песенки про наше па-па-па слышны из каждой забегаловки!” — Как вы вообще можете упоминать эту грязь, — едва не расплевался кровью Уван. — Что же, великий мастер знаком с содержанием книг, раз смеет судить их? — насмешливо вопросил Ло Бинхэ, не выдержав. “Ой бля-я-ядь”, — несчастно завыл в мыслях Цинцю, жопой ощущая, как накаляется и так жаркая атмосфера. — Ваш отец, — почти зарычал в ответ Уван, — очень интересуется человеческой литературой. — И вы потакаете в этом увлечении Священному Правителю, переданному храму Чжаохуа для заключения и перевоспитания? — искренне удивился кто-то из даосов. — Нашей целью было не заключение Тяньлан-цзюня, а лишь беседы с ним о душе и покое, — миролюбиво отозвался мастер Учэнь. “Благослови тебя Система, единственный светлый человек в этом ядовитом муравейнике.” — Могут ли достопочтенные братья с вершины Тяньи судить храм Чжаохуа за милосердие к проигравшему, когда сами даже не приняли активного участия во время катастрофы с объединением миров? — тон мастера Увана стал ледяным. — Вершина Тяньи не сидела в стороне, великий мастер, — напомнил Юэ Цинъюань. — Как верно заметил лорд Юэ, адепты нашей школы занимались эвакуацией и обеспечением безопасности населения, — дружелюбие у главы Тяньи тоже улетучилось. — Мы хороши в защите, а не атаке и не могли позволить пострадать простым людям. К тому же, наша помощь в бою и не требовалась, школы Цанцюн и Хуаньхуа справились с врагами своими силами. — Да, потому что дворец Хуаньхуа и до этого был захвачен демонами. Даже сейчас его глава — демон. Глава школы заклинателей — демон, братья и сёстры, одумайтесь! — поднялся с места какой-то монах — с совершенно лысой головой, но при этом бородой до пояса. — От руководства лорда Ло дворец Хуаньхуа не стал хуже, — возмутилась Цинь Ваньюэ, сидящая по правую руку от Бинхэ. — В нём всё так же тренируют адептов, к тому же, количество новых учеников вовсе не уменьшилось, скорее даже наоборот. А помощь, оказываемая нам демонами, это личное дело школы. Стоящие за её спиной адепты в золотых одеяниях активно закивали, соглашаясь с каждым словом. — Дворец Хуаньхуа, помимо прочего, является прекрасным примером того, что заклинатели и демоны могут сосуществовать в мире и даже сотрудничать со взаимной выгодой, — не остался в стороне Ло Бинхэ. — И это важно сейчас, когда мы пытаемся наладить взаимоотношения между Царством людей и Царством демонов. — Демоны и заклинатели давние враги, вы не сможете изменить тысячелетние устои! — Тем не менее, как дворец Хуаньхуа, так и школа Цанцюн уже добились успехов на этом пути, — щёлкнул веером Шэнь Цинцю, привлекая к себе внимание. — Сейчас, когда демоны практически всех земель присягнули на верность Ло Бинхэ, мы можем осуществить задуманное. — Кто бы сомневался, что школа Цанцюн тоже в этом замешана, — скривился Уван. — Стремление к миру всегда лучше стремления к войне, — улыбнулся глава Тяньи. — Значит, вершина Тяньи поддерживает план объединения Царства людей и Царства демонов? — никак не мог успокоиться Уван. — Пусть всё идёт так, как ему должно идти. Если план школы Цанцюн, дворца Хуаньхуа и лорда Ло удастся осуществить, значит, так было нужно. Мы не видим смысла препятствовать. — Благодарю мастера вершины Тяньи, — уважительно кивнул тому Ло Бинхэ. — Очень мудрые слова, — поддержал мастер Учэнь. — Похоже, вы остались в меньшинстве, мастер Уван, — постарался скрыть насмешку в тоне Шэнь Цинцю, но, кажется, у него не очень хорошо получилось. Но прежде, чем тот успел открыть рот, разразившись новой тирадой, от которых уже начинало подташнивать, голос подал кто-то из мелких кланов. — Постойте! Это что же получается — четыре великих школы захвачены демонами! Хуаньхуа — демоническое гнездо с демоном во главе, Цанцюн крутит шуры-муры с демоническим Царством, пока их лорд и вовсе лобзается с демоном, Тяньи поддерживают сближение с демонами, а Чжаохуа и вовсе спелись со Священным Правителем демонов! Да они же подомнут нас всех, особенно мелкие кланы! Нас сожрут живьём и не подавятся. Как вы, которым все заклинатели Царства людей доверили власть, могли забыть о том, о ком вы в первую очередь должны заботиться — о людях! Шэнь Цинцю практически воочию узрел, как в ответ на обвинение у абсолютно всех заклинателей из четырёх великих школ встала дыбом шерсть. — Даже если школа Цанцюн и дворец Хуаньхуа выбрали сближение с демонами — не стоит думать, словно они бросили защищать людей, не говоря уж про храм Чжаохуа и вершину Тяньи, — припечатал мастер Уван. — Считаете ли вы доброе отношение к тем, кто не нанёс никаких обид нам — преступлением? И велите ли вы быть жестокими с тем, кто добровольно сдался в руки правосудия? — мягко улыбнулся Юэ Цинъюань, отчего у всех присутствующих мурашки побежали. — Вы могли бы говорить про захват великих школ демонами, если бы им не удалось предотвратить слияние демонического и человеческого Царств, — безразлично говорил Бинхэ. Метка на его лбу сияла зловещим красным. — Тогда все без исключения мгновенно познали бы боль, ужас и унижение, какое приходит к проигравшим. Но этого не произошло, потому что адепты и наставники школ рискуя жизнями не дали тому случиться. И вы, не шевельнувшие и пальцем в этой битве, а отсиживавшиеся в своих норах, смеете что-то им предъявлять? И пока глава Тяньи толкал долгую речь о важности добрых отношений и единства — Шэнь Цинцю не знал смеяться ему или плакать. Всего минуту назад четыре великих школы готовы были горло друг другу перегрызть, но стоило лишь почувствовать угрозу извне, как все их члены забыли про разногласия и сплотились. Это, конечно, было чертовски мило, но теперь собрание грозило затянуться ещё часа на четыре. А жаркие взгляды Ло Бинхэ скользили по его телу всё менее и менее скрытно. Хорошо, что пока лишь взгляды. Не хорошо, что от них и вида Бинхэ, отлично справлявшегося с ролью главы школы, у него уже практически встал. “Система, дай мне сил. Ну или хотя бы что-нибудь вроде пасьянса.” [Эта Система не обладает запрошенными функциями. Справляйтесь самостоятельно, хост] Время до вечера обещало тянуться очень, очень медленно, а вечер и ночь — точно не дать ему отдохнуть. “Пиздец”, — в очередной раз за день подумал Шэнь Цинцю и обмахнулся веером.