There are no Second Chances

      Больно.       Я смотрю на дождь, желая, чтобы он смыл все, что во мне еще оставалось. Мою боль. Мое отчаяние. Мои страхи. Слезы катятся по моим щекам и смешиваются с водой, когда капли дождя падают на лицо, стекая с промокших прядей волос.       Пять лет назад в нашу деревню проник страшный вирус. Почерневшая кожа в месте поражения, нити темно-фиолетовых вен, словно змеи, ползущие вверх по руке, а потом... бум. Зараженный человек превращался в зомби. Или просто падал, полностью обессилев. Как повезет.       Дело в том, что заражение происходило не через прикосновение. Не через запах. Не укусом. Пять лет назад мы с энтузиазмом хватались за любую возможность выяснить, что это, как с этим бороться и не заразиться самому. Все эти пять лет люди, населявшие это место когда-то, медленно заражались и умирали, каждый раз забирая с собой немного надежды у выживших.       В конце остался только я. Со смерти последнего из них прошло больше двух лет. Я был совсем один.       На поляне, которая была центральной для наших деревенек – кажется, их было семь, я уже почти не помню их названий – было здание, где мы все собирались раз в месяц, чтобы обговорить наши планы, рассказать о своих приключениях и просто поболтать друг с другом.       Теперь это здание было разрушено, как, впрочем, и все остальные постройки в округе. Мой дом, дом Дэррила...       Нет. Нельзя думать о нем.       Дождь утихает, и я смаргиваю слезы, поднимаясь со ступеней лестницы Зала собраний. Кажется, меня окружают мили нетронутых полей, хотя на самом деле, всего в нескольких десятках футов на земле виднеются маленькие холмики: некоторые, кажется, вскопаны совсем недавно, некоторые – уже поросли высокой травой.       Все они здесь.       Все мои друзья. Все люди, которых мне когда-либо приходилось убивать из-за того, что они превратились в безмозглых монстров, стремящихся разорвать меня на части.       Я осторожно прохожу между ними, отмечая некоторые из сорняков, растущих на холмиках. Когда-нибудь мне придется вырвать их. Когда я найду время. Если у меня это время ещё останется.       Я приседаю рядом с самым новым; сегодня прошло ровно два года. Дрожащей рукой я касаюсь плохо отесанного надгробия с грубо выбитыми буквами. Когда-то я бы пошутил по этому поводу.       Теперь я просто оболочка того человека, которым когда-то был.       – Я скучаю по тебе, – мягко говорю я, проводя пальцами по выгравированному на надгробии имени.       BadBoyHalo. Дэррил Новещош.       Когда-то я любил его, и люблю до сих пор, даже тогда, когда он больше не со мной.       И даже если сейчас снова начнется ливень, я продолжу стоять здесь и думать о нем. Интересно, наблюдает ли он за мной? А может, все они сейчас где-то рядом? Я бы очень хотел увидеть их всех снова, пусть даже где-нибудь за пределами этого мира.       Мой взгляд устремляется на другие надгробия вокруг нас – вокруг него. Я всматриваюсь в их имена и прозвища: Technoblade - Дэйв, Dream - Клэй, A6D - Винсент. Потом моё внимание рассеивается, но взгляд продолжает скользить среди остальных. Зелк. Гео. Джордж. Мега.       Люди, которых я даже не успел узнать, но все равно обвиняю себя в их гибели.       Томми. Туббо. Фил. Вилбур.       Люди, о которых я почти не слышал, пришедшие из далеких деревень.       Кицума. Гриан. Ложь.       Мои глаза окончательно затмевает пелена, и я больше не могу разбирать имена.       Их много. Гораздо больше, чем я мог бы выдержать, не сойдя с ума.       Я не мог спасти их, и поэтому все они здесь.       Я быстро прикусил свою руку, чтобы остановить крик, который почти вырвался из моего горла. Сегодня я уже потратил все, какие у меня были, силы на борьбу с зомби, а шум запросто привлечет сюда новых. Если бы они пришли за мной, я не знаю, оставалось ли во мне хоть что-нибудь, что могло бы их остановить. Не знаю, хочу ли я теперь их останавливать.       Нет. Так нельзя.       Я почти слышу, как Дэйв отчитывает меня за то, что я посмел даже допустить такую мысль. Я, он и Дэррил были последней тройкой выживших. Потом заразился и погиб Дэйв... а потом – Дэррил.       Иногда их голоса наполняют мою голову. Я не могу это остановить. Мне кажется, что я вижу своих друзей и говорю с ними, прежде чем понимаю, что это – моя фантазия. Это, наверное, не очень нормально, но я не могу пойти к психологу – все они мертвы.       Я убил своих друзей.       У других не хватило духа убить своих зомбированных товарищей, и они поплатились за это. Они думали, что может появиться лекарство. Думали, что у нас будет шанс вернуть их из того состояния, в которое они впали. Они были полны надежды вернуть все на круги своя.       А теперь шансов нет. Я до сих пор не нашел причину распространения. Я устал от ничего не страдающих лиц моих друзей, нападающих на меня, когда я пытаюсь добыть себе пропитание, снова и снова.       И поэтому я решил дать им покой вместо бесконечного ужаса и тьмы, которые они, вероятно, чувствовали, будучи зомби.       Я сожалею об этом. Мне правда жаль.       Но я больше не мог смотреть в глаза этому Дэррилу. Я не мог смотреть в его остекленевшие зеленые глаза и просто убегать от него вновь и вновь. Я не мог видеть его как кого-то, кто хочет убить меня... Я не мог видеть в нем чудовище.       И я убил их. Это было до смешного легко, поскольку никто из них не обладал прежними умом и навыками. Это заставило меня поверить, что на самом деле их там уже очень давно не было, и, кажется, немного простить себя.       Но была еще одна странность.       Некоторые зараженные не превращаются в зомби. Они просто умирают, будто у них и не было этого вируса. Я знаю, так произошло с Клэем, хотя Джордж превратился в зомби. Вилбур тоже. Я начинаю забывать, кто стал зомби, а кто нет – я просто помню их лица, временами всплывающие передо мной во снах. Всегда грустные. Всегда осуждающие.       Почему ты не смог спасти нас, Зак?       Вау, ты бесполезен.       Ненавижу тебя.       Ты так эгоистичен, что даже не попытался найти для нас лекарство.       Ты мне не друг.       Я поворачиваю шею, и мое лицо искажается гримасой, когда я пытаюсь развеять эти неприятные мысли. Нет. Они не могут думать обо мне так.       Правда ведь, да?       Я резко встаю и начинаю идти в сторону леса, к счастью, не встречая на пути никаких монстров. Время от времени я оглядываюсь на поляну, и, не пытаясь вытереть слезы, вновь окидываю взглядом небольшие насыпи, которые покрывают ее, и камни, обозначающие место, где были похоронены мои друзья. В конце концов, если кто-то и уцелел там, во внешнем мире, они наткнутся на это место захоронения. Они будут видеть, кем были эти люди, исчезнувшие в истории, будут изучать их дневники и прольют свет на лекарство.       Что до меня... Могилы у меня никогда не будет. Некому похоронить меня или убить, если я стану зомби. Некому указать, где я буду лежать, некому наскоро нацарапать на камне краткую историю моей жизни, роняя редкие слезы.       В отличие от других, я умру забытым. В отличие от моих друзей, я жив.       Однажды я заражусь.       Однажды я умру.       Однажды этот мир падет.       И если цивилизация когда-нибудь вернется, они расскажут историю моих друзей. Они будут удивляться, почему Зелк был одержим хайку, Дэррил – маффинами, почему Техно цитировал Сун Цзы, почему Дрим и Джордж так долго танцевали друг с другом, не желая признавать свои чувства, они задаются вопросом, кто написал на могиле моей самой дорогой любви...

Здесь лежит Дэррил Новещош he's in the sun, the wind, the rain Он солнце, он ветер и дождь, he's in the air you breathe with Он воздух, которым ты дышишь every breath you take. Каждую секунду своей жизни. He sings a song Он поет для тебя песню of hope and cheer Полную надежды и поддержки there's no more pain, Боли уже не осталось no more fear. Как и страха. You'll see him in Ты можешь увидеть его the clouds above, В облаках над своей головой hear him whisper И услышать его тихие words of love, Признания в любви you'll be together Вы проведете вместе before long. Until then Всю оставшуюся вечность. Ну а пока listen for his song. Просто слушай его песню.

      Я люблю тебя. Всегда буду любить.       А они будут сидеть и удивляться. Но они никогда не узнают, что я... я, Зак Ахмед, месяцами был влюблен в своего лучшего друга, а когда мы наконец были вместе...       Мир снова разделил нас.