Наш с тобой тихий роман

Адский ветер тихонько насвистывал забавную мелодию, иногда завывая в темных переулках. Под свой незамысловатый, но веселый мотивчик, он ловко «обруливал» здания Пентаграммы, словно нарочно дуя прямо в лицо недовольным грешникам. С легкостью подхватывая лежащие где попало объедки и фантики, он кружил их в воздухе и отправлял под ноги демонам, что громко матерились, спотыкаясь о собственный же мусор, и падали рожей в лужу с каким-то дерьмом. В Аду никого не заботит окружающий их мусор. Все, кому не лень, выбрасывают его по дороге на работу или, напротив, возвращаясь домой, а там уж куда попадёт.

А, плевать! Все равно в Аду живем! Акстись, детка, всем похуй!

Вот ветерок и развлекается как может. К тому же никто и не обратит внимания на очередную лежащую на раскаленном адским солнцем асфальте тушу, пусть даже она и материться так, что слышно на ближайшие два квартала. Всем будет абсолютно насрать.Здесь на улицах постоянно валяется куча пьяных и обдолбаных тел. Или просто тел… В Аду точно никогда и не поймешь: просто ли красное небо отражается в обыкновенной дождевой луже или же это опять разлита чья-то кровь?.. Здесь все вечно недовольные, озлобленные на жизнь и ненавидящие всё и вся. Постоянно кто-то кого-то проклинает, кто-то ссорится, кто-то ругается на жизнь, а кто-то просто орет благим матом от плохого настроения и, черт побери, всем плевать! Но это невероятно давит на мозги тем немногим, кто всё ещё остался в более менее здравом рассудке… Ещё с улицы несет какой-то гнилью, дичайшим перегаром и ещё чем-то отвратным. Откуда этот ужасный запах Энджел, пожалуй, предпочел бы не знать. В какой-то момент, стоящий у окна паук замечает проходящего мимо алкаша и с демонстративным «Фу!» начинает махать рукой возле лица, пытаясь отогнать смрад подальше от себя. Мутный тип тут же замечает источник возмущений, рявкает что-то не разборчивое в ответ, но видя, что никакой реакции не поступило, замахивается и в эту же секунду в окно особняка прилетает пустая бутылка из-под алкоголя. «Ангел» едва успевает его закрыть, и она с дребезгом разбивается на мелкие осколки о поверхность крепкого оконного стекла. Паучок недовольно хмурится и показывает алкашу фак вместе с тем высовывая язык, словно маленький ребенок, и собирается уже вернуться к готовке, как тут же вздрагивает, замечая ещё одного демона, что буквально стоял под окном, схватившись за карниз и пялился на внушительное декольте «Ангела». — Нет, ну че за пиздец, а? — тихо ворчит Энджел, рывком зашторивая окно. Благо шторы у них плотные и темные. Он вновь берет со стола трубку и прижимает её к уху плечом, тут же слыша, как радостно лепечет Шарлотта на другом конце провода. — Что ж, я вижу, дела вашего отеля идут в гору, — улыбается паук, вновь возвращаясь к нарезке моркови для супа, и включает свет, чтобы ему хоть что-то было видно. Честно говоря, он без понятия о чем говорила Шарлотта последние минут пять, ибо он, будто находясь в прострации, смотрел в кухонное окно и с грустью понимал, что готов отдать любые деньги, наркоту и всю свою вечность, что ему дана на жизнь в Аду, лишь бы выбраться и прожить ещё хотя бы пару годиков на Земле. — Да, всё просто чудесно! — пищит радостная девушка, — А ты не хочешь случаем… вернуться? — он не видит этого, но он блять чувствует всем своим телом, что блондинка ему нахально улыбается. — Хаха, нет, спасибо, — усмехается паук, высыпая с доски морковь в кипящую кастрюлю, — Я уже добился, чего хотел, и ты это знаешь. — Жаль, — чуть опечалено выдыхает Магне, — А мы тут хотели устроить концерт в честь пятилетия отеля, может ты хотя бы придёшь? Паук на момент прекращает нарезать овощи и так и замирает на месте в той же позе с ножом в руке. — Не думаю, что мне стоит там появляться, — сглатывает он, — Но я думаю, Аластору бы понравилось это развлечение и- Внезапный грохот со стороны гостиной заставляет его аж подскочить на месте и выронить трубку вместе с керамическим ножом на пол. Энджел хмурит брови и, словно пожилые люди, хватается за сердце, шепча какие-то оскорбления себе под нос. — Вот же блядство, — цокает Энджел, садясь на корточки и поднимая испорченный нож. Сука! Они ведь только вчера его купили… — Энджел? — встревоженно спрашивает девушка, — У тебя там всё в порядке? — Да-а-а, — недовольно тянет паук, вновь прикладывая трубку к уху, и поднимается, доставая припрятанный «на всякий случай» пистолет и намереваясь уже отстрелить все, что только можно и нельзя незваному гостю. Вдруг опять грохот. На этот раз что-то с характерным звоном разбилось. Паук снова вздрагивает и решает для полной боевой готовности взять ещё и сковородку. — Чар, детка, ты это… трубочку не вешай, –снимая пистолет с предохранителя и направляясь в гостиную, произносит паучок и, кажется, хочет сказать что-то ещё, но… — Ангел? — хриплый крик до боли знакомого голоса заставляет Энджела бросить всё и пулей рвануть в центральную комнату. — Ты что тут… — начал было возмущаться паук, но тут же осекся, зацепив взглядом странное пятно на груди демона, — Ал? — О, — переводит взгляд на паука Аластор, опираясь на тумбочку с вещами, — Как здорово, что ты дома, — и только он успел это договорить, как рука предательски соскользнула, и Радио демон упал на пол. — АЛ! — подбегая к демону, Энджел откидывает тут же в сторону и телефон, и сковородку, и даже пистолет, — АЛ… О ДЬЯВОЛ, ЧТО…ЧТО ЧЕРТ ПОБЕРИ С ТОБОЙ ПРОИЗОШЛО?! — Да, я тоже рад тебя видеть, — парирует демон, прижимая руку к груди, — Я тут что-то разбил, — невинно произносит он, чуть прижимая ушки, — Приношу свои глубокие извинения, я уберу. — Ой, блять это последнее о чем ты сейчас должен думать! — затыкает его «Ангел», пристально смотря на испачканное пальто демона, – Чёрт, чёрт, чёрт! Я сейчас, — осознавая, что огромное пятно на груди Аластора — это кровь, выкрикивает паук, тут же убегая за аптечкой. Он судорожно выкидывает какие-то вещи из шкафа, где должен быть «заветный сундучок». На пол летят попадающиеся под руку шмотки, пачка от сигарет, какие-то травы, даже хер пойми откуда там взявшиеся парочка метательных ножей, и вот, наконец, он находит нужную коробочку. Рывком закидывая её на диван, Энджел тут же вновь подбегает к красноволосому. — Чёрт, а ты тяжёлый, –кряхтит паук, подхватывая Аластора под руки и пытаясь притащить его к дивану, — Вот так, — как можно аккуратнее укладывая демона на софу, произносит Энджел, облизывая сухие губы. — Я слышал, ты с кем-то говорил о «развлечении, которое бы мне понравилось». Что за развлечение? — совершенно обыденно, невзначай спрашивает Ал, будто бы не он тут блять кровью истекает. — С тебя блять хватит на сегодня развлечений! — разрывая пальто демона вместе с рубашкой, сердито произносит «Ангел», –О-О-О, БЛЯТЬ, АЛ, ВО ЧТО ТЫ ВВЯЗАЛСЯ?! — смотря неверящим взглядом то на Аластора, то на огромную рану в груди демона, истерично вопит паучок. — Небольшая перепалка. Поверь, это не стоит твоих волнений. Лучше дай какое-нибудь обезболивающее, — вновь не принужденно отвечает демон. — Ещё как стоит! — не унимается Энджел, судорожно ища что-то в аптечке и бренча различными бутыльками. — Я не хочу втягивать тебя в это, — коротко бросает Аластор и вытягивает ноги на диване, пытаясь расслабиться и отвлечься от боли. — О-о-о, ты не хочешь? А придется! — паучок достает бинт, обеззараживающее и смотанную в клубок вату. — Энджи, –качает головой демон и тут же шипит, чувствуя, как паук прикладывает проспиртованную ватку к ране. — Потерпи, — ласково произносит тот, вновь прикладывая белый мягкий комочек. — Если бы ты знал, сколько врагов я нажил за свою жизнь, как загробную, так и земную… К слову некоторые из них тоже попали в Ад и до сих пор держат на меня обиду, — хмыкает демон, царапая обивку дивана, — Ты пойми, если кто-то узнает, что мы в так называемых «отношениях», тебе явно не поздоровится. — Вообще-то я могу за себя постоять, и ты это прекрасно знаешь, — хмурится паук, внимательно разглядывая рану. У него на нервной почве глюки уже или там что-то реально блестит?.. — У Радио Демона нет слабостей, — внезапно выдаёт Ал, полностью игнорируя паучка. — Что? — И это знают все, — смотря в стену, произнес Ал так, будто выплюнул эту фразу прямо в лицо кому-то невидимому, — Но теперь одна появилась, — его голос смягчается, а сам он с какой-то нежностью смотрит на Энджела, — И я ни в коем случае не допущу, чтобы хоть кто-то из них тебя тронул… И, мой Ангел, поверь, ты не ведаешь, о чем говоришь, заявляя, что ты умеешь постоять за себя. — Я постоянно ездил на сделки с Валентино, я знаю очень много об местных Оверлордах, так что-о, — многозначительно тянет Энджел, вновь проходясь по ране. — А говорил, что не разбираешься в политике, — усмехается Ал. — Я не интересуюсь ей, но иногда приходится, — безразлично отвечает Энджел, откидывая очередную окровавленную ватку на пол. — Теперь ты понимаешь, почему я скрываю наши отношения? — смотря, как изящные дрожащие ручки разматывают бинт, спрашивает Аластор, — В большой степени даже не их, а тебя… Дело далеко не в репутации, как ты понял. — О, это всё, конечно, безумно мило, но если ты сейчас типа произносишь предсмертную речь, то даже не вздумай тут помирать, ублюдок ты рогатый! — ворчит Энджел, тихо матерясь на свой так не вовремя напомнивший о себе тремор. — И в мыслях не было, — усмехается демон, но паука берет за руку. — Ал, — «Ангел» устремляет полный тревоги взгляд прямо в глаза, но тот лишь привычно улыбается, — Не смей блять. — Мне просто нравится держать тебя за руку. Что тут такого? Я думал, тебе нравятся проявления романтики, — хмыкает демон, сжимая ручку паука сильнее.

Да ты терпеть не можешь держаться за руки!

— Да, но не когда ты истекаешь кровью, — пытаясь сдержать внутреннюю истерику, четко произносит Энджел, а в глазах так и читается: «Заткнись блять, заткнись, придурок ебучий, иначе я тебя сам сейчас ебну». — Ой, да брось, подлатаешь меня, и к утру буду, как новенький. Паучок игнорирует слова демона, так и замирая с бинтом в руках и пристальным взглядом смотря в глубокую рану Аластора. Нет, ему блять не кажется, там что-то сука блестит! — Ал? — сглатывая, спрашивает паук ломающимся голосом. — Что? — Что, — на грани истерики шепчет «Ангел», — там… блестит?! Ал удивленно вскидывает брови, но видя по взгляду Энджела, что тот явно не шутит, отводит взгляд и начинает накидывать варианты в голове. — О… это вероятно ангельское копьё?.. Или вернее, судя по всему, его осколок?.. — Что? — только и смог пискнуть паук. — У Вокса было копьё, — коротко поясняет демон, — Как видишь, он меня не убил, но пару раз, можно сказать: «задел», и видимо осколок остался в ране и его нужно срочно извлечь. — Тебя что пырнули ангельским копьём? — у Энджела, кажется, начинает дергаться глаз. — С кем не бывает. — Действительно… — Ладно, слушай меня внимательно, — притягивая паука к себе за запястье, серьёзно начинает Аластор, — Анестезия — самый левый бутылёк, шприц возьми там же, игла в синей коробочке и– — Стой, стой… игла? Ты что предлагаешь мне тебя зашивать? — Да! — воодушевлённо разводит руками демон. — Нет! — тут же отстраняется паук, выставляя руки перед собой, — Нет, нет, НЕТ! — Ты просто зашьешь одну небольшую ранку, — ласково произносит Аластор, но видя в глазах «Ангела» лишь страх, тревогу и легкое недовольство, устало вздыхает, — Мы с тобой уже зашивали трупы, мой Ангел, и ты находил это даже романтичным. — Аластор, блять, ОДНО ДЕЛО ЗАШИВАТЬ ТРУПЫ, А ДРУГОЕ ДЕЛО ЗАШИВАТЬ ТЕБЯ! –всхлипывает паук. — Прекрати, все мы — просто мясо, — закатывает глаза демон и аккуратно берет шприц в руки, — Давай, ты сможешь. Всё будет хорошо. — Нет… НЕТ!.. Я-Я совершенно ничего не в этом не понимаю! — «Ангел» мотает головой, пытаясь отодвинуть инструмент от себя, — Почему ты блять не попросил врачей? Давай я вызову скорую, ну, или что тут вместо неё? — мечется паук из стороны в сторону. — Энджел, никому кроме тебя я себя зашивать не доверю. Это раз. А два — в Аду медики не лечат, а скорее калечат, — вновь протягивая шприц пауку, произносит Ал, — Энджи, моя жизнь на волоске, и я бы не сказал, что у нас шибко много времени. — Ты же сказал, что всё хорошо?! — взрывается паук. — Это было лишь, чтобы тебя успокоить, — поясняет демон, нервы которого тоже начинают потихоньку сдавать. — О, в таком случае, ты очень плохо справляешься, — вновь начинает истерить паучок. — Брось, Энджел, всё получится, — беря «Ангела» за свободную нижнюю лапку, пытается успокоить его Аластор, — Но перед тем как зашивать, вытащи осколок, иначе рана не затянется или ещё хуже я– — НЕТ, — вскрикивает паук, закрывая руками рот Радио демону, — Не продолжай, я не хочу знать! — Хорошо, хорошо, тогда давай, ты аккуратно вытащишь осколок копья и все, ладно? — Ты уверен, что это осколок именно ангельского копья? — всё ещё не до конца веря в происходящееили не желая верить, уже шепчет «Ангел». — Скорее да, чем нет, и это единственный логичный вариант. К тому же вряд ли в моем теле есть что-то блестящее. А тепе-е-ерь, — передавая инструмент пауку, тянет демон. Энджел прикрывает глаза, пытаясь глубоко дышать, чтобы, так сказать:«прийти в себя». Получается плохо, но шприц он всё же берет. — Да, да… Ладно, у нас получится. Да. Мы сможем, — пытается успокоить самого себя паук, — Всё будет хорошо, — дрожащими руками Энджи аккуратно приближает иглу к серой коже демона. — Определенно. — Всё получится. — Конечно. — О, дьявол. — Чуть выше, — аккуратно пододвигая пальцем иглу, поправляет его Ал, — Вот так… — Если ты всё так комментируешь, то почему тебе не сделать это блять самому? — заламывая брови домиком, паук аккуратно вводит иглу. — Я просто физически не смогу, — поясняет демон, — Так, теперь нужно вытащить осколок. Посмотри, там должен быть пинцет. — О, боже правый, подожди ты, анестезия должна подействовать иначе в ней не будет смысла! — закончив вводить лекарство, Энджел резко откидывает шприц обратно в аптечку. — На это нет времени. И не упоминай в Аду имя Господа, мало ли что. — А ты не говори под руку! — рявкает Энджел, сердито смотря на раненного демона. — А ты не говори, что у тебя нет познаний в хирургии! Ты же откуда-то знаешь про анестезию, — парирует Ал, делая вид, что это паук ещё и во всё виноват. — Ал, это знает ебучий первоклассник, — взмолился «Ангел», закатывая глаза. Аластор уже собирается съязвить что-то в ответ, но ему не дают. — Так. Ладно, — выдыхает паук, — На чём мы остановились? — Осколок. — Да… осколок, — кажется, он всё же не может сдержать свою пока ещё внутреннюю истерику. — Тебе просто нужно вытащить совсем маленький кусочек копья, здесь не нужна анестезия, а к тому моменту, как нужно будет зашивать рану, она уже подействует, — необычно нежно произносит Аластор, — Не бойся, мой Ангел, никому кроме тебя ведь этого не сделать. Энджел несколько секунд смотрит на мягкую улыбку Радио демона, потом вздыхает и боязливо берет щипцы в руки. Немного покрутив их в пальцах, рассматривая, он вновь бросает мимолетный взгляд на умиротворенное лицо демона и, ему самому становится немного спокойнее. — Помоги мне Сатана, — уже молится паучок, аккуратно вводя острые кончики инструмента в рану, — Бля-я-ять, там гной, — пищит Энджел, слыша характерные неприятные звуки и пытаясь подцепить осколок. — Нет, это всё лишь мертвая плоть, — шипит сквозь помехи демон, но встречая непонимающий и напуганный взгляд паучка, вздыхает и поясняет, — Та плоть, что копьё уже поразило — отмирает. И не смотря на то, что прямого контакта с оружием нет, осколок продолжает поражать организм. И это процесс довольно быстрый, так что, прошу, прекрати мешкаться, — раздраженно заканчивает Аластор, выглядя при этом всё ещё совершенно спокойным. «Ангел» сначала бросил на демона вопросительно-возмущенный взгляд, собираясь что-то спросить, но в последний момент передумал и, кивнув, перехватил инструмент поудобнее. Чёрт, а ведь Аластор и не думал, что, когда в тебе заживо копаются, это так неприятно ощущать! Кажется, в нем вновь проснулось неистовое желание «развлечься». Слыша раздраженные стоны Ала, он на секунду снова останавливается и обеспокоенно смотрит на демона. — Все будет хорошо, — Энджел уже не был уверен кого именно он успокаивает: себя или Аластора? И вообще получается ли у него это? Но…он хотя бы пытается, верно? –Это ведь не так сложно, — приговаривает паук, пытаясь захватить пинцетом осколок, — просто вытащить кусок… ебучего ангельского копья из груди твоего парня всего-то! — сердито произносит «Ангел», в мыслях отмечая, что, когда Аластор придёт в себя, он обязательно пнет демона за эту выходку. Он уже собирается продолжить свою тираду, но ловко зацепив осколочек, паук резко поднимает щипцы и принимается удивлённо разглядывать кусочек смертельного оружия. Ал, явно не ожидая, что всё произойдёт так быстро, вскидывает брови, смотря на осколок, потом на «Ангела», и ухмыляется. — Ну, вот видишь, — очаровательно скалится демон, — Я же говорил это просто. — И вот этот осколок причинял тебе столько боли? — словно зачарованный «Ангел» смотрел на причину его недавней истерики, — Он же пиздец малюсенький. — Это всё ещё смертельное оружие, любовь моя, не забывая об этом, — хмурится Ал, пытаясь приподняться, но его тут же возвращают на место нижние лапки паука. — Нет! Лежи нахуй на этом ебучем диване и не вставай! — твердо и даже грозно произносит Энджел и пинцет вместе с осколком с характерным звоном летят на стеклянный стол, что стоял у дивана, — Постельный режим, ясно? — смотря сердитым, но едва ли не умоляющим взглядом на демона, понижает тон Энджел. Тот в ответ усмехается, но всё же остается лежать. — Ну что же ты так, мой Ангел, — качает головой демон, — А если бы он попал на пол? — аккуратно подбирая осколок длинными пальцами, он тут же бросает его в банку, что держала из неоткуда взявшаяся вуду, — Я не хочу, чтобы ты вдруг поранил свои очаровательные паучьи лапки, — исподлобья глядя на пучка, приторно сладко произносит Аластор. — Зачем он тебе? — паук пропускает его слова мимо ушей, наблюдая, как тряпичная кукла плотно закручивает крышку банки и тут же быстро убегает к лестнице. — Ради веселья? — в привычной для себя манере отвечает демон, — Экспериментов и, возможно, использования этого малыша в своих целях, — скалится Аластор и паучок оборачивается обратно к демону. — Ради веселья? — скептично повторяет «Ангел», — Ты ещё не навеселился с этим «малышом»? — поджимает губы Энджел, бросая на демона многозначительный взгляд, заставляя того закатить глаза, — Ну почему ты не мог обратиться в больницу, — вдруг выдает Даст, — Я даже не знаю, как оказывать первую помощь, а ты блять… — А ты считай только что спас мне загробную жизнь, — перебивает его Ал, очаровательно скалится и вновь вскидывает бровь в немом вопросе, — К тому же ты и сам знаешь, что в больницах здесь скорее калечат, чем лечат. Я это, кстати, уже говорил и… твои миниатюрные ручки идеально подходят для столь…. кропотливой работы, - улыбается Аластор, но ласково и нежно, аккуратно касаясь рукой лапки паука. — И всё же, — вздыхает «Ангел», прикрывая глаза, — Никогда.Никогда! Никогда, никогда, никогда не проси меня больше этого делать, — заламывая бровки домиком, взмолился Энджел и сжал руку демона. — Но ведь никого другого у меня нет, — своим бархатным баритом произносит в ответ Аластор, встречая немного растерянный и тревожный взгляд паука. Энджел открывает рот и уже хочет что-то сказать, но в последний момент закрывает и, выдержав небольшую паузу, всё же спрашивает: — А как же твои вуду? — А ты вспомни, как они выглядят, — вскидывает брови старший демон. — Тогда те, с кем ты заключил сделку? — вспоминает паук, — Типа Ниффти или Хаска? Среди них должен быть хотя бы один врач. — И не один, — хмыкает Ал, — Но, Ангел, давай рассуждать логически. У меня с ними сделка. Посмертная. Отменить её можно, только если я этого захочу, а этого не случалось ни разу, либо если… — многозначительно взглянув на паука, демон сам оборвал себя, — Будь ты на их месте, стал бы в здравом уме упускать такой шанс стать свободным? Паук сглатывает, на момент замирая на месте, и смотрит куда-то в пустоту. — Знаешь, лучше бы было зашить её, — бросив взгляд на внушительную «дырку» в своей груди, подает голос Аластор, — Мне завтра в эфир, а в таком состоянии я… — Да, да, — будто и не демону вовсе отвечает, произносит паучок и поворачивается к аптечке, подбирая иглу и нить, — Если будет больно… ты сам напросился, — в последний момент с легким недовольством поправляется «Ангел». — Ты уже значительно спокойнее реагируешь. Ты заметил, любовь моя? — хмыкает демон, смотря, как паучок слегка подрагивающими лапками пытается вдеть нить в ушко. — Риск того, что ты сдохнешь у меня на руках значительно снизился, поэтому я чувствую себя немного спокойнее, — закусывая губу, парирует Энджел, — И плюсом у меня просто не осталось сил на нОвУю истерику. Энджел сначала сердито хмурился, смотря на инструменты в руках, но потом внезапно встрепенулся, наконец, продев нитку в иголку. Однако в его взгляде тут же мелькает легкая печаль. — А что было, если бы ты умер? — не выдерживает паук и, прикрыв глаза, опускает руки на колени, — Ты обо мне подумал, когда ввязывался в эту передрягу? — шепотом произносит он, вновь смотря на демона, а глаза-то поблескивают от подступивших слез, — Ты обо мне подумал? Чтобы я тогда делал? — Нашёл бы кого-то лучше, — угрюмо бросил демон, отворачиваясь, — Кто бы ещё говорил… Ты ведь сам часто проводишь время за перестрелкой с твоей крестоглазой подружкой, — ворчит демон. — А ну прекрати, –утирая слезинку, произносит паучок, — Если меня вдруг и пристрелят, что маловероятно…

Это да, бой ты ведешь искусно, даже в одиночку.

— …Я хотя бы вновь… оживу? Или как это сказать? Я НЕ ЗНАЮ! — взрывается Энджел, — Но ты…Ты лезешь в драку с сильнейшими демонами Ада. И я знаю, что ты у нас тут тоже само могущество, но Ал!.. Ты первый мужчина, который мне действительно дорог! — чужие всхлипы заставляют Радио демона медленно обернуться назад к пауку, — С кем я не хочу просто переспать, вытянуть деньги или поиздеваться. Ты хоть можешь себе представить, что я буду чувствовать, если тебя убьёт посредник моего бывшего босса? — уже откровенно захлебывается в слезах «Ангел», — Я понимаю, что у вас вечные терки и что я никак не могу на это повлиять, но- — Ангел — ласково зовет демон, мотая головой, — Ты знаешь, я… в который раз убеждаюсь, что не достоин тебя, — смотря на удивленного паучка, печально улыбается Ал. — Ты переводишь тему и вообще несешь какой-то бред, — мотает головой «Ангел».  — Я тебе даже больше скажу: Никто не достоин тебя, –не унимается Аластор, — Не здесь. — Ал, — вздыхает паучок, — У тебя какое-то помутнение рассудка, — мягко улыбается Энджел, — Походу тебе ещё и по голове прилетело. То есть ты, конечно, всегда был слегка пришибленный, — пожимает плечами «Ангел», поудобнее перехватывая иглу, — И я в курсе, что ты недолюбливаешь абсолютно всех здесь, но если в твоём понимании никто не достоин обычной проститутки, которую трахают, которой пользуются, которая…. не представляет из себя ничего кроме просто дырки для ебли. Ну или двух, — смеется паук, аккуратно поднося иглу к ране Радио демона. — Будь это так, мы бы не были вместе, — констатирует Ал, перебивая и не давая пауку закончить мысль, — Ты бывшая проститутка. Это, во-первых. А во-вторых, ты проститутка с очень… глубокой душой. Энджи замирает, держа иголку в паре сантиметров от кожи, и тут же заливается смехом. Ал же облегчённо выдохнул и оскалился сильнее, понимая, что накаленную обстановку ему как никак, но всё же удалось разрядить. — О-о-о, Ал, это что только что был пошлый каламбур? — закусывая губу Энджел, чтобы не рассмеяться снова, — Это очень мило, детка, но если ты думаешь, что это как-то сгладит твоё наказание за эту выходку, то нет, — очаровательно улыбается паучок, щуря глазки. — Нет? — вскидывает брови демон. И Энджел снова тихонько смеется. — Если ты продолжишь, я так и не зашью эту огромную дырку в твоей груди, — ухмыляется паук, поглаживая оленя по волосам. — Хорошо, хорошо, я не мешаю, — ретируется демон, демонстративно и комично показывая, что застёгивает собственный рот молнией. Энджел последний раз нежно улыбается Аластору и уже в следующую секунду сосредоточенно смотрит на так называемую «дырку» в груди демона. Ал тихо шипит, чувствуя, как Энджел прокалывает кожу аккурат возле раны. — Ты куда интереснее, чем кажешься на первый взгляд, мой Ангел, — произносит внезапно демон, смотря в потолок, — Ты кажешься невинным и беспомощным, хотя это совершенно не так, — Энджел делает первый стежок, затем второй, третий и изредка поглядывает на Ала, следя за эмоциями на лице демона. Но тот лишь слегка хмурится. Что ж, похоже, тот факт, что он помогал Алу зашивать тела после ритуалов, действительно как-то поспособствовал его познаниям в хирургии. Ну и анестезия, разумеется. Куда же без неё-то. — Ты истинный дьявол в ангельском обличии, — любуясь необычно серьёзным личиком паука, ласково шепчет демон. Пушистые реснички дрогнули, и взгляд паука тут же устремился куда-то в стену. Он ухмыляется, а потом с такой нежностью смотрит на Радио демона, что Алу аж не по себе становится. — Ну как на тебя можно злиться, — шепчет паучок, делая оставшиеся пару стежков уже куда более расслабленно. — Я полагаю моё наказание, всё же отменяется? — наблюдая за ловкими движениями изящных пальцев, ухмыляется демон. — Я… подумаю, — зеркалит его улыбку паук, завязывая аккуратный узелок. Он обрезает тонкую ниточку и чуть отодвигается от демона, начиная складывать инструменты обратно в белый чемоданчик. — Что уже всё? — воодушевлённо произносит Ал и, пользуясь моментом, вскакивает с места. Паук и обернуться не успевает, как демон уже застегивает откуда-то взявшуюся чистую рубашку и довольно скалится. — Изящно, — очаровательно скалится Ал, разглядывая шов. — А… А перебинтовать? — пораженно спрашивает Энджел, пристально следя за действиями демона взглядом. — Нет, необходимости, мой Ангел. — Но- Однако договорить он не успевает из-за внезапного резкого стука в дверь. Паук бросает удивленно-напуганный взгляд на демона, ведь учитывая то, с кем Аластор только что влез в передрягу, стоять там может вполне небезызвестный телеведущий. Но Ал лишь пожимает плечами и хмурится, смотря на входную дверь особняка. Энджи медленно подходит к ней, по пути подбирая сковородку, а Радио демон в спешке застегивает до конца рубашку, следуя за паучком. Энджел набирает воздуха в легкие и рывком распахивает дверь, тут же заехав сковородкой по лицу недоброжелателю. А потом… с ужасом смотрит на лежащую на пороге Вегги. — Ой, ахах… — нервно смеется паучок, оборачиваясь на Аластора, что подходит ближе и становится у него за спиной, — нам пиздец. — Ха! Всегда мечтал так сделать, — ухмыляется демон, получая не то гневный, не то пораженный взгляд от арахнида. Энджел уже собирается что-то сказать, но внезапный крик и быстрые шаги, заставляют его вновь обернуться на каменистую дорожку около входа. — О СВЯТОЙ ЛЮЦИФЕР, — визжит Шарлота, смотря на собственную девушку, лежащую на пороге в отключке, а затем поднимает взгляд на как всегда скалящегося Аластора и растерянного Энджела со сковородкой в руках. — Я не хотел, — резко выпаливает паук, бросая посуду, что со звоном бьётся о камушки, которыми была вымощена тропинка до двери, заставляя Аластора неприятно поморщиться, — это… случайно вышло. — А… ага, — запинаясь, отвечает Шарлотта и садится на корточки, касаясь рукой Вегги, — А подожди… Что ты здесь делаешь? Это же дом Аластора? — внезапно доходит до девушки. — Начнём с того, как ты меня вычислила? — возмущается паук, скрещивая обе пары рук. — По чипу, что мы встроили в твой чокер. — Чего блять? — поражается Энджел, бросая убийственный взгляд на тихо посмеивающегося Радио демона. — Ну, когда ты ещё жил в отеле, мы встроили в твой чокер микрочип, и он всегда давал нам твоё местоположение, — чуть смущенно произносит блондинка, отводя взгляд, — Это было нас случай если ты куда-нибудь пропадёшь, а могли тебя найти и вернуть в отель счастья. — Мы значит? — скалится паук, с явным показушным недовольством глядя на старшего демона. — Мы можем его убрать, если хочешь? — стыдливо произносит Шарлотта, хотя стыдно должно быть не ей, а этому красноволосому рогатому чучелу! — Было бы неплохо, — фыркает паук, отворачиваясь от Аластора. — Ты так и не сказал, что вы тут вдвоём делаете, — машет руками девушка. — А……. Я помогаю ему разбираться с теми документами, что ты дала, — выпаливает Энджел, — Там такая стопища, пиздец просто, — неловко улыбается паучок. — А… понятно, — с явным недоверием смотрит она на двух стоящих в метре от неё демонов. — Кхм, — прочистив горло, начинает Ал, — Прошу прощения за моё вмешательств в ваш разговор, но нельзя ли убрать её с порога моего дома? — смотря поочередно то на «Ангела» то на Шарлотту, спрашивает Ал. — И лучше пока не очухалась, — добавляет паучок, — я не хочу, чтобы мне переломали ноги этой сковородкой, — сглатывает Энджел, наблюдая, как блондинка подхватывает Вагату на руки. — У вас точно всё нормально? — напоследок спрашивает девушка, подозрительно косясь на двух демонов. — Да, — в раз отвечает пара. — Вы в этом уверены? — потихоньку отходя к знакомому лимузину с беловолосой на руках, Шарлотта скептически смотрит на своих друзей. Ал и Энджи едва не синхронно поворачиваются друг на друга и спустя секунду паук, устремляя взгляд в пол, качает головой из стороны в сторону, явно высказывая свою неопределённость. — Всё в порядке, моя дорогая, — заключает Ал, — Нам не нужна помощь. А в случае чего — мы сами разберемся, — тут же отрезая пути к последующим вопросам, говорит демон. — Да, мы сами, — поджимает губы паучок, рисуя что-то носком туфли на песке возле вымощенной дорожки. — Ла-а-а-дно, — с явным недоверием произносит Шарлотта, в голове решая расспросить об этом Ала завтра, и уходит к лимузину. — Думаешь, мы спалились? — чуть наклоняясь в сторону Аластора, спрашивает паук. — Возмо-о-ожно, — тянет Ал, — Но Шарлотта не представляет угрозы, так что любом случае, не так уж и страшно. Паук кивает и провожает уезжающий лимузин взглядом, искренне надеясь, что Чарли что-нибудь да наплетет своей девушке о том, что случилось, а не выложит всю правду на стол, иначе ему не жить. — Ну, только если наша принцесса не излишне болтлива, — заключает Ал и прижимает паука ближе за плечо, — Надеюсь, это не так. — Да-а-а, — так же недоверчиво тянет Энджел и вздыхает, прижимаясь к груди демона, и смотря на АдСкИ красивое небо.