Другой мир

Гробовщик Сувабе похож на карикатурного доброго дядюшку. Только иногда в глазах проскальзывает что-то, неприятно напоминающее Хашши о Джонни. - Ты нервничаешь так, будто мы в этом гробу тебя хоронить собираемся! - смеется Госеки. - А даже если и похоронят! - подхватывает Сувабе. - Мои гробы и не такое выносили. Лучший материал!.. - Лучший нам не надо, - не соглашается Госеки. - Что-нибудь для скромных наемных служащих, в поте лица, как там было?.. зарабатывающих на кровь?.. Каталоги бесконечны. Дуб, береза, сосна, осина... - Осина, - переспрашивает Госеки. - Как кол? - Последний тренд, - пожимает плечами Сувабе. - А всего сто лет назад в моде была лиственница. После Титаника. - Будто с него кто-нибудь в гробу выплыл. Хашши смотрит на картинки. Черный, серый, черный. Белый. Черный, черный, черный. - А можно повеселее?.. - безнадежно спрашивает он. - Разве что детский... - озадаченно говорит гробовщик и смотрит на возвышающегося над ними обоими Хашши. - Но переделать детский по вашей мерке... нестандартное исполнение, материалы, транспортировка... - Нам не хватит денег, - качает головой Госеки. Потом смотрит на гробовщика и неожиданно улыбается: - Скажите, то предложение еще в силе?.. Тоцука и Госеки стоят перед дверью кабинета Джулии. - Оборачиваешься туманом и лезешь! - Сам лезешь. - У меня хуже получается. - Твои проблемы. - Нефиг было его кусать. - Как вы меня этим задрали. - Ну, блин. Можем попросить Цукаду. - Кавая. - По мне, так лучше Цукаду. - … Там точно не было гробов подешевле? - Точно, точно. - Коичи! - Что?.. Точно не было. И потом, ну, хочет Сувабе записать своего племянника в джуниоры, что такого? - Ты ему про прослушивание не рассказывал? - Я ему вообще ни про что не рассказывал! - А зря, видимо… - Шота! - Чего? - Туманом! И в замочную скважину. Стоящая за их спиной Джулия прокашливается. И говорит: - Мальчики… Ну ведь можно подойти и поговорить. Тоцука тут же демонстрирует, насколько он хорошо превращается в туман. - Черт… - вздыхает Госеки. - Я расскажу Каваю, где тебя искать! – доносится со стороны лестницы. – Завтра… или послезавтра… Через неделю Хашши и Госеки снова навещают гробовщика Сувабе. И возвращаются с гробом абсолютно нетраурной расцветки. (Тоцука клянется, что у него уже от одного взгляда на это безобразие болит голова.)