Доверься мне

      Ванда проснулась от яркого слепящего глаза света. Боль отдавала во всём теле. Руки что-то сильно сдавливало. Взглянув на запястья девушка увидела пару тёмно-синих катетеров. Напротив кровати Максимофф стояли два человека в белых халатах и что-то бурно обсуждали. — Где я? — хриплым голосом спросила девушка. — О, вы, наконец, очнулись. Меган, смени капельницу. Тут же к Ванде с молниеносной скоростью подошла голубоглазая медсестра с новой капельницей. — Вы ответите мне, где я? — поднимаясь с койки, спросила Максимофф. — Попрошу вас, не вставать с кровати, это может плохо сказаться на Вашем здоровье, — придерживая девушку за плечо, сказал доктор. — В данный момент вы находитесь в больнице Энгельхольм, — с гордостью в голосе проговорил пожилой мужчина. — Как я здесь оказалась? И что со мной? — облизнув пересохшие губы, спросила Ванда. — Вечером Вас принес на руках черноволосый мужчина, сказав, что вам срочно нужна помощь. — Сначала мы с Меган думали, что у вас обыкновенное переутомление, но всё оказалось намного сложнее, у вас нервное истощение вследствие большого стресса, — с печальным видом договорил врач. — Это не лечится? — Мы приложим все усилия дабы искоренить заболевание на корню. От вас требуется только соблюдать постельный режим и принимать препараты, которые выдает Меган, — сказав это, мужчина подозвал медсестру и вышел из просторной палаты. Как только Ванда положила голову на белоснежную подушку она тут же забылась тревожным сном.       Проснулась она от того, что её кто-то настойчиво пихал в бок. — Вам пора принять препарат, — писклявым голосом проговорила молодая медсестра. «Значит это был не сон»: промелькнуло в голове Максимофф. С трудом проглотив отвратительную на вкус жёлтую таблетку, она выжидающе посмотрела на Меган. — Что-то ещё? — Нет. То есть да, — промямлила девушка. — Вам надо принимать лекарства после каждого приёма пищи. Максимофф быстро кивнула головой и, устроившись поудобнее на кровати, принялась ждать медсестру. Несмотря на престижный вид больницы ей принесли далеко нелицеприятную еду. На коричневом потрёпанном подносе лежала тарелка с овсяной кашей, хлебница и чай. — Приятного аппетита, — выходя из палаты, проговорила Меган.       Когда девушка вышла, Ванда взвыла от несправедливости и безвыходного положения. Отложив поднос в сторону, ведьма встала с кровати и подошла к окну. Приоткрыв окно, Максимофф вздохнула прохладный воздух и ощутила мимолётную свободу. Её нижняя губа задрожала, а слёзы непроизвольно побежали по раскрасневшемуся лицу, размазывая тушь. Опустившись на холодный пол, девушка приложила дрожащую руку ко рту и прикрыла его, чтобы случайно не закричать. Сейчас Максимофф не хотелось ничего, кроме как попасть в тёплые и любящие объятия брата. Ванда так бы и смотрела в одну точку, если бы не живот, который оповестил её о том, что было бы неплохо поесть. Еда, которая лежала на тумбочке возле кровати, стала холодной и совершенно не внушала доверия. Шмыгая носом, девушка вышла за дверь своей палаты.       В коридоре было пусто и темно и только иногда слышались голоса в левой части здания. Сейчас Ванде нужно было найти свой телефон, который вероятнее всего забрала медсестра. И вот за очередным поворотом девушка столкнулась с Меган, которая несла различные препараты. — Привет. — Привет. Вам что-то понадобилось? — Да, я хотела спросить, где лежит мой телефон? — Я вам покажу, только мне надо заскочить в морг, — потирая затылок, проговорила девушка. Ведьма кивнула головой и последовала за медсестрой. — Подождите меня здесь, — указывая на стулья, сказала Меган. Девушка управилась достаточно быстро и вскоре вышла из морга, затем она отдала телефон Ванде. Зайдя в палату, Максимофф облегчённо выдохнула и разблокировала телефон. Ведьма понимала, что Рейчел согласилась бы приехать в любом случае, но девушке не хотелось лишний раз беспокоить подругу. И вот после долгих гудков на том конце провода послышалась сонная неразбериха. — Кто это? — Ванда Максимофф, — протараторила ведьма. — И что же Ванде Максимофф надо в столь поздний час? — Если вам не сложно привезите мне нормальной еды, — Ванда была уверена, что преподаватель откажется или пошлёт её куда подальше, но все равно тешила и лелеяла надежду. — Хорошо. Номер палаты? — тяжело выдыхая задал вопрос мужчина. В его хриплом голосе отчётливо слышалось раздражение и безысходность. — Восьмая, — до сих пор не веря в своё счастье, воскликнула девушка. — Буду через час, — процедил Локи.       За время пока Ванда ожидала Лафейсона она успела переделать кучу бесполезных дел: несколько раз открыла и закрыла окно, подвигала тумбочку, внимательно рассмотрела и изучила инструкцию к лекарствам. — Боже, я схожу с ума или уже, — усаживаясь на смятую простыню, пробормотала ведьма. И вот в дверном проёме появилась долгожданная тень. — Здравствуйте, — еле слышно прошептала девушка. Локи бесшумно прошел в сторону кровати и молча протянул шуршащий пакет с контейнером. — Извините за доставленные неудобства, но кроме вас мне некому было звонить. Подруга живёт за городом, а брат в другой стране. Хотела уточнить, вас пропустили в больницу без каких-либо проблем? — Пустяки. Только не переживайте, насколько я знаю вам нельзя. Ванда судорожно убрала прядь волос с бледного и покрывшегося липким потом лица и с неким детским интересом достала содержимое пакета. — Это паприкаш! — с восторгом в тихом голосе проговорила Максимофф. Взяв вилку, девушка сразу же вцепилась её в куриную грудку. — Позвольте спросить, почему паприкаш вызвал у вас столь бурную реакцию? — усмехаясь, спросил мужчина. — В детстве брат часто готовил мне его, и с тех пор это моё любимое блюдо, — прожевывая пищу, ответила Ванда. — Хах, забавно. — Мистер Лафейсон, если вам не сложно вы могли бы ответить на вопрос? Я пойму, если вы откажетесь или просто промолчите, но все же почему вы приехали? — А как я должен был поступить? — Честно говоря, я думала вы просто сбросите меня. — Хорошего же вы обо мне мнения. Знаете, ваш вопрос довольно-таки интересный, потому что я сам не знаю на него ответа. Но, пожалуйста ради всего святого, не думайте, что я делаю это из-за прекрасных чувств, которые испытываю к вам. Я не способен любить, поэтому я склоняюсь к тому, что мне просто вас жаль. — Хорошо, но у меня и мысли не было, что вы делаете это из любовных побуждений. — Как ваша магия? — абсолютно беспринципно поинтересовался Лофт. У него не было цели задеть девушку, мужчина всего-лишь хотел узнать все ли в порядке. Этот вопрос застал Максимофф врасплох и на доли секунды она потеряла дар речи и способность здраво размышлять. Ведьма отложила чуть ли не упавшую на пол вилку и опустила поникшие глаза в пол. — Раньше я воспринимала себя иначе, но вот с этим я стала другой. В душе я прежняя, наверное, но только не в глазах окружающих, — ответила Ванда, внимательно рассматривая алые искорки на кончиках пальцев. — Я знаю какого это быть изгоем. Не оправдывать чужих надежд. Быть не таким как все. Я честно не хотел, чтобы ты, то есть в вашей памяти всплывал этот отвратительный и ужасный вечер. Все будет в порядке, главное сосредоточится в данный момент и больше не позволять себе совершать непоправимые ошибки. Локи понимающе взглянул на слегка удивленную и испуганную девушку и прекратил задавать подобные вопросы. После того, как Максимофф плотно поела и легла под одеяло, Лафейсон собирался уходить, но его остановил хриплый голос. — Прошу останьтесь, — пересилив себя, попросила Ванда. Сейчас девушка нуждалась в человеке, который поймёт, примет и поддержит в трудную минуты. Ничего не ответив, Локи сщурил зелёные глаза и присел на край кровати. Как только Лафейсон сел рядом, исчезли все терзания и беспокойства. Максимофф не хотелось в этом признаваться, но у неё действительно улучшилось настроение в присутствии преподавателя. Попытки переубедить себя были тщетны и вскоре Ванда впервые за долгое время уснула со спокойной душой.