Часть 1
22 октября 2020 г., 10:26
Скандинавские боги еще не пали, северные завоеватели еще продолжали захватывать земли, Рагнарссоны еще были при власти, и жизнь еще не утратила своего смысла.
Русский князь Олег обещал Ивару Бескостному устроить возвращение в Скандинавию. Но уже не в качестве сбежавшего конунга, а полноценным правителем Норвегии. И теперь корона короля украшала красивую голову младшего сына Рагнара Лодброка.
Каттегат снова стал его городом, власть у него в руках, и он уже не был тем безумным узурпатором, возомнившем себя богом, а великим северным правителем. Битва с Альфредом выиграна, но Ивар желал большего — южных заморских земель.
Его внимание привлекло Итальянское королевство. Достаточно наслушавшись про богатые, плодородные земли, ароматное вино и теплое море, конунг ткнул пальцем в карту, где раскинулись горные хребты — Альпы.
— Ведь это просто карта, условность! Почему бы ей не стать совершенством, — говорил Ивар своим ярлам.
Спустя месяц младший Лодброк уже готовил небольшую разведывательную армию для отплытия в Италию, но галера с послами из солнечной земли опередила его, принеся с собой вести, изменившие все планы Бескостного.
Они зашли в Большой Зал, как к себе домой. Со всей своей богатой и яркой свитой считая себя аристократами и великим народом, чего не сказали бы об остменах, об этих дикарях, язычниках, викингах.
— Наше почтение, конунг Ивар, — повелительно начал молодой посол, — но мы пришли, как ни странно, с миром. Король Италии не хочет отдавать свои земли вам, викингам, даже понимая, что ваша армия велика, и он тотчас же проиграет.
Ивар громко рассмеялся. Его смех разлетелся по всему Большому Залу, показывая, что эти послы здесь никто. Однако, итальянцы были правы: перед армией Ивара Бескостного никто не устоит. Но эти южные хитрецы не просто так внезапно ворвались в его страну.
— А что вы мне можете предложить взамен? — уже серьезно спросил конунг.
— Пойти на условия короля.
— Здесь я ставлю условия, — лукаво усмехнулся Ивар и нахмурился. — Вы на моей земле, а я конунг всей Норвегии. Поэтому последнее слово за мной.
Но посол будто и не услышал Лодброка, он настаивал на своем:
— Но условия таковы: король хочет отдать тебе, Ивар Бескостный, самое дорогое, самое ценное для него — свою дочь.
Ивар хмыкнул, не понимая, как такие прекрасные, богатые, неизведанные викингами земли можно променять на какую-то девушку.
— Больше доводов. Не пойму, в чем подвох? — Недоверие и сарказм младшего Лодброка парили в воздухе, но послы оставались при своем.
— Мы, итальянцы, хотим заключить мирный договор с викингами. И в подтверждение король Альфонсо хочет выдать за тебя свою дочь, — объяснили послы.
После брака с Фрейдис и неудач с другими женщинами Ивар перестал думать о женитьбе вообще. Он был калекой и не мог иметь потомство, он не мог нормально ходить, воевать в полную мощь, тем более удовлетворить женщину. И за всё это время он охладел к женскому полу, не желая даже слушать постоянные уговоры своего старшего брата Хвитсерка о хотя бы какой-то попытке жениться.
— Кто сказал, что я должен на ней жениться? Какой-то король? — Ивар крепче сжал рукоять костыля.
— Конунг Ивар, руку и сердце итальянской принцессы просит половина Европы. Поверьте, она красива, как утренняя заря, а ее волосы как вороное крыло, и глаза темны, как ночь. Она молода, свежа и полна страсти.
Ивар пообещал себе больше не притрагиваться к женщинам, и разговор про итальянскую принцессу был ему исключительно безразличен. Но где-то очень глубоко в душе закралась искорка того, что он хотел бы когда-нибудь влюбиться. Но, скорее всего, этому не суждено было сбыться.
— Верю, — ответил Ивар, — ведь просто так, из-за какой-то девицы, вы бы не перлись сюда.
Посол благодарно поклонился.
— И еще, — прищурив взгляд, заинтриговано добавил он, — король дарует тебе приданое — земли.
— Земли? — Ивар нахмурился и чуть подался вперед к говорящим. Земли. Ключевое слово. Наследие его отца. Самое главное в жизни викингов. И вот это Бескостному было уже интересно. Его интересовали в первую очередь земли, новые, необузданные, которые он мог подобрать под себя и поработить. Даже силой не пришлось забирать, сами в руки шли.
— Я подумаю над вашим предложением, а пока располагайтесь в моем конунгстве, пейте и ешьте. Каттегат рад всем.
***
Итальянская свита ждала два дня, пока Ивар Бескостный объявит о своем окончательном непоколебимом решении. Они волновались, ведь могли вернуться назад ни с чем, или их просто могли убить, но в руках все равно был козырь, который и привлек внимание викингов. За эти два дня Ивар советовался с ярлами и приближенными к нему людьми. Но Хвитсерк его уговаривал в другом. — Боги, Ивар, если она так красива, как они говорят, то чего ж тебе не взять ее в жены? Проблема-то какая? Будете спать в разных комнатах! А там, смотришь, и вместе спать захотите. — Озорной взгляд брата пронзил Ивара, но не тронул. — Хвистерк, ты что, не знаешь мою проблему? Я не могу иметь детей, а по законам христианских стран, если нет наследника — то власть не укрепится, и король Альфонсо вправе будет забрать земли себе обратно. — Ради Одина, тебя боится весь мир, а ты боишься какую-то принцессочку? Фрейдис же каким-то образом смогла нагулять ребенка. — Йотун раздери, Хвитсерк, не вспоминай хоть Фрейдис! Я, как мужчина, боюсь снова обжечься. Старший Лодброк не знал, что на это ответить. Он понимал брата и его тревожные мысли. Но вскоре Ивар сам принял решение. И в Большом Зале послы радостно потирали руки, что просто так уже не вернутся в Италию. — Я принимаю предложение вашего короля жениться на его дочери. Но только ради своей выгоды и ничьей другой. — Ивар отпил из рога вино и мило улыбнулся послам, скрывая за улыбкой свою неприязнь. А Хвитсерк лишь искренне радовался за брата. — Пусть Господь тебе дарует многие лета, конунг! «Я все равно захвачу Италию, чего бы это не стоило». — Уверенный и непоколебимый Ивар точно знал, чего хотел. Он просчитывал свои ходы на три шага вперед. Но чего хотели боги, он еще не мог предугадать.
