Фимиам Настороженности

      Молодой альфа, студент третьего курса стоял возле дверей в аудиторию, где должна была проходить первая лекция его вновь перетасованного потока. Из своих одногруппников он знал только пару альф, с которыми был в хороших отношениях ещё с первого курса, да двоих-троих особо активных молодых людей обеих гендерных принадлежностей (и то только оттого, что их больше всего было слышно).       Он стоял вроде как рядом с кучкой своих одногруппников. Да и ему по большому счету было все равно - он уже устал от всеобщего волнения и боязни не быть знакомым всему институту, будто от этого он станет выглядеть неудачником. Лучше бы учились. Пользы было бы больше.       - Что, тот омега придёт, не знаете? - Услышал альфа кого-то из кучки своих. Да, он уже тоже нехотя оказался осведомлён об омеге, что в прошлом году на третьем курсе взял академ по причине беременности. Казалось бы, ничего такого, что стоило бы сплетен и обсуждений, не случилось. Да только дело было в том, что тот омега - меченный. Соулмейт, что родил не от истинного. Да и мало того - вовсе последнего не дождался, даже не стал искать. Какой взрыв для всех омег института!       Бедный парень, думалось альфе. Теперь жить спокойно не дадут. Просто из-за того, что тот сам выбрал свою дорогу. Не всем же за истинными гоняться?       - Сойр? - Альфе протянул руку темноволосый молодой человек с легкой улыбкой.       - Привет, Остен, - Сойр пожал ему руку и, кивнув в сторону омег, покачал головой.       - Да, мне тоже кажется, что это не дело. - Остен встал рядом, чтобы не загораживать проход. - Он же, бедный, у всего потока на устах.       Остен по-доброму усмехнулся, увидев презрение во взгляде Сойра. Он давно привык к тому, что его друг практически всех окружающих его омег считал дураками. По большому счету так и можно было думать - что все они дураки. Но на самом деле это, конечно, было не так - просто дураки были громче.       Сойр старался гнать от себя все возможные мысли о прославившемся омеге и не слышать разговоров, что касались его. Но делать это стало куда сложнее, когда он сам появился в коридоре. На полголовы выше основной массы омег, с недлинными тёмными волосами, собранными в хвост. Он прошёл к нескольким омегам, видимо, из своей группы, и держался с таким достоинством, так спокойно и естественно, что это удивляло. И все эти сплетни о нём тут же становились такими детскими, неважными и пустыми. Можно позволить себе стать дерьмом очень просто - всего лишь придав значение тому дерьму, которое говорят о тебе. Но можно создать себя самому - всего лишь сделав обратное.       Вокруг - кто с осуждением, кто со смешками - защебетали люди. К тому времени по рядам студентов уже прокатилось имя. Кай.       Омеги, к которым подошел молодой человек, посмотрели на него с уважением. Они обсудили что-то, и Кай отошёл в сторону, аккурат близ Сойра и Остена. Повернувшись ко всем спиной, он надел наушники.       Остен ткнула Сойра в бок, и тому пришлось кинуть усталый взгляд на шею омеги. Сперва поразившись, однако, Сойр усмехнулся - подняв волосы в высокий хвост, омега открыл всем на обозрение шею и оплетавшую ее сзади изящную, витиеватую метку, которая острым уголком уходила вниз по линии позвонков под тонкую темно-синюю ткань пуловера. Сойр, не имея сил перестать довольно улыбаться, глянул на Остена, и тот улыбнулся, разделяя его чувство.       Потеряв бдительность, они не заметили альфу, что подошёл к ним и, держа руки в карманах, глубоким голосом гаркнул на полкоридора:       - Ну че, видели того лешего меченннмм!.. - Остен с округлившимися глазами хватанул альфу за щеки, а Сойр посмотрел на него так, что тот вскинул руки.       И в этой замершей картине Остен ме-е-едленно отпустил лицо альфы. Тот же, не опуская рук, глянул по сторонам и наткнулся на предмет всеобщего обсуждения. Его губы округлились в немом "О-о-о".       - Пол, - угрожающе позвал альфу Сойр.       - Да ладно тебе, - Пол шлепнул его по плечу, - расслабь бицепсы, он все равно в наушниках. И все равно о нем и так все говорят, чего теп...       Сойр ладонью легонько прописал альфе по уху.       - Пол, побольше уважения к омегам, - качнул головой хмурый Остен. - И собирать сплетни, рядом их объект или нет, прерогатива...       - Всё, всё, ладно, пацаны, я заткнулся. - Бодро заговорил Пол, прикладывая руку к горящему уху. - Вы не в курсе, кто у нас ведёт?       И разговор их пошёл на отвлеченные темы.       Кай, стоявший в шаге от них, наконец нажал на "play".       Заходя в аудиторию, он специально подождал, чтобы те трое альф прошли вперёд него. Ему было интересно посмотреть на них.       Высокий темноволосый альфа в белой футболке шёл посередине. Слева от него - шатен в темно-серой кофте, ростом чуть ниже, плечами чуть уже и, судя по их разговору, нравом чуть мягче его. Справа от них шёл громогласный коренастый Пол. Среди омег Кай уже встречал тех, кто его поддерживает. Но эти трое парней подтолкнули его к надежде на то, что и среди альф он сможет найти человеческое отношение.       Кай не думал, что его беременность вызовет такой отклик, такой интерес в людях, окружавших его. Он просто хотел сделать свой выбор. И совсем не хотел привлекать так много внимания.       Направляясь в институт, стоя в коридоре, заходя в аудиторию, сидя на лекции, Кай боялся. Так боялся и так старался держать лицо, что от внутреннего напряжения мутнело в глазах. Он украдкой вглядывался в каждого проходящего мимо альфу. Когда Кай смотрел на кого-то, его взгляд ненароком натыкался в первую очередь именно на шею. С волнением вступал он каждое утро в толпу прохожих, пассажиров, студентов. Каждый день Кай боялся почувствовать на своём локте чужую руку и услышать слова, произнесенные чужим голосом:"Ты мой истинный!".       Он всегда закрывал метку - волосами, воротниками, шарфами. Но все эти толки про него, альфу, от которого он родил, и его ребёнка настолько возмущали его гордость... Он очень рисковал, открывая метку.       Казалось бы, какой омега не мечтает найти своего альфу? Кай не мечтал. Он мечтал никогда не видеть его, не знать и верить, что узор на его шее - всего лишь татуировка. Но это, конечно, было так же сложно, как вдруг заставить весь свет думать так же.       Кай не хотел искать альфу, что якобы был ему предназначен. И он знал, что существуют сайты, на которых регистрируются соулмейты, чтобы, будто в каталоге, найти своего. И службы, что находят тебе его сами. И он никак не мог понять, что тяготит его больше - страх, что однажды его найдут представительные альфы в форме и отправят все данные о нём "его владельцу", или перманентное желание самому попытаться найти его на сайте, чтобы облачить образ своего практически врага во что-то материальное. Ведь всю жизнь он знал, что где-то есть альфа, у которого с рождения есть на Кая права. Который может законно забрать его у любого другого. Даже с боем. И власть будет на его стороне. Даже брак соулмейта может состояться лишь с его партнером по несчастью.       Сколько себя помнил, Кай не слышал, чтобы омеги не ждали истинного. Зачем им кто-то ещё, если природа уже всё им устроила? Да и кто захочет испытывать физическую боль от контакта с другим альфой? Только мазохист.       Выйдя из вуза, Кай тут же распустил волосы и отправился на остановку. Серая осень. Только так он мог охарактеризовать её в этом году.       Дверь квартиры открыл папа. Не было сил доставать ключи.       - Ох, милый мой, - со вздохом сказал Риан, касаясь плеча входящего в квартиру сына. Он хотел бы сказать многое. Но в голове его первенца и так было много слов.       Риан тяжело вздохнул, возвращаясь в единственную комнату квартиры, где захныкал во сне его внук. Маленький омега. Такой... Ещё совсем малыш, не имеющий отличительных черт, особенностей поведения и каких-либо признаков будущей внешности, что отличали бы его от маленькой сморщенной картофелинки. Но почему-то каждому члену семьи непреодолимо чувствовалось, что этот малыш родился таким светлым, добрым и тёплым, каким только мог родиться маленький омега.       Риан качал колыбельную, когда в комнату тихо вошёл Кай и, встав рядом с папой, мягко и почти невесомо коснулся белого пушка волос на голове сына. И незаметно для самого себя будто бы выдохнул. Всё то, что держало его весь день.       Кай отстранился и вышел на кухню. Позже старший омега застал его там сидящим за столом с прижатыми к лицу руками. Риан подошёл к нему со спины и мягко приобнял за плечи. Сегодня он останется здесь и на ночь. Почувствовав поддержку, Кай, видимо, перестал держаться зубами за видимость спокойствия и его стала сотрясать сильная дрожь. Резкий всхлип он проглотил еле-еле - лишь бы не разбудить младшего. Риан сел рядом и прижал сына к себе, еле вздыхая от горького и несбыточного желания уберечь его от всех переживаний.       Этой ночью Кай вставал с постели к малышу всего два раза, совсем ненадолго. И, засыпая, ребёнок усыплял и своего папу, не позволяя перебирать бесполезные мысли.       - Доброе утро, - сказал легко Риан, когда Кай вошёл на кухню.       - Пап, прости, что тебе пришлось остаться, - тихо сказал Кай. - Мне так...       - Кай, я буду сидеть с Юзи столько, сколько потребуется. Не заикайся даже. Я так давно не нянчил малышей! Побуду с тобой, пока он не подрастет.       - Пап, - обескураженно и виновато произнёс Кай. Риан от него отмахнулся.       - Твой отец уже взрослый дяденька и сможет держать дом в порядке. Буду ходить к ним по вечерам, тут идти-то 2 минуты.       - А Аль...       - Альфреду четырнадцать. Сам подумай... Двое альф без присмотра! Да они там только счастливы будут!       С улыбкой потешающийся над своим супругом и вторым сыном Риан поставил на стол оладьи.       - Давай завтракай и топай собираться.       Кай, с трудом глотая слёзы, опустился на стул и посмотрел на папу. Боже, как же он хотел попросить прощения!

***

      - Сойр! - На пол-улицы раздался голос омеги, просящий, призывающий остановиться. - Сойр!..       На локте уже закатившего глаза альфы едва не сомкнулись пальцы его омеги, но он успел отдернуть локоть и, вскинув вверх руки, посмотрел на него устало, мол, отстань, потом поговорим. Развернулся и направился к зданию университета.       - Никки опять отношения подпортил? - Рядом появился хмыкнувший Остен.       - Скорее, мы оба постарались.       Молодые люди свернули в сторону нужного коридора, на ходу стягивая куртки. Гардероб откроется только через неделю, с началом октября.       - Знаешь, - Остен сдвинул брови и помотал головой, - странно это. У тебя с омегами вс...       - Остен.       - Ладно, брат, молчу.       Наверное, ему стоит попроситься сегодня ночевать к Остену. Напиться и пролежать на полу всю ночь, глядя в окно на серую осень с ее серым потолком, пока на него не выльется рассвет. А потом вернуться на съемную квартиру, где его ждала его... его... его головная боль!..       Как его заебало это!       В такие моменты он даже думал, что хотел бы быть кому-то истинным. Ну правда, так ведь было бы намного проще. И так ни он, ни его омеги не теряли бы кучу нервов и времени впустую.       Сойр с Остеном подошли к аудитории, из которой как раз выплывала предыдущая группа.       "Вот Кай,- подумал Сойр, заметив омегу в веренице студентов, - отказывается от своей природы. А я был бы счастлив, если бы рядом со мной появился человек, который подходил бы мне идеально. Это же природа. Если уж она создала вас парными, друг для друга, значит, никто не подойдёт вам лучше, так? И не придётся перебирать толпу людей, чтобы встретить кого-нибудь, с кем ты хоть как-то да уживёшься. У тебя уже будет кто-то. И никто больше не будет интересен или нужен. Просто вот он есть - и всё. Может, это было бы самовнушение... так ведь многие думают, но откуда ж мне знать! Я, блин, пытался... Пытался быть... Блять! Попробуйте любить того, кого не любите! Как это вообще провернуть? Я, блин, пытался! Для чего мне такие отношения? Для наличия отношений?"       Выругавшись про себя и вздохнув, Сойр постарался замести все эти мысли подальше в свою коробку и не открывать её хотя бы до вечера.       Две пары практики прошли в сплошных расчётах, и думать о постороннем у Сойра не вышло бы, даже если бы он захотел. Мельком взглянув на наручные часы, молодой человек со стоном откинулся на спинку стула и кинул ручку на старую ученическую парту, хотя хотелось, конечно, преподу в лицо.       - Александр Геннадьевич, - громко заговорил Сойр, - пять минут перемены сидим.       - О, правда? - Мужчина, казалось, правда не следил за временем. - Прошу прощения. Можете быть свободны.       - А вы заводите будильник, - подал кто-то голос с задних рядов, - у нас так многие делают.       Мужчина, выходя из-за кафедры, пожал плечами.       Ну конечно, преподавателям спешить не нужно - не успели поесть на перемене, займут двадцать минут пары, и никто им слова не скажет.       - А нам, студентам, - бубнил себе под нос Сойр, собирая вещи в рюкзак, - на бегу по коридорам и конспекты пиши, и преподов по кафедрам цепляй, и чертежи исправляй, и молись, чтобы не выперли, и ешь, и пей, и сс...       Ладонь Остена резко въехала Сойру под ребра.       Тот скривился и, потирая место ушиба, хотел ответить на великом могучем, но не стал и отвернулся, направляясь к выходу из кабинета.       Скорым шагом пролетая мимо буфета, Сойр и Остен зацепились взглядом за пугающих размеров очередь, которая, вероятно, закончится только ко второму пришествию, и, не сговариваясь, полетели дальше. Успев прошмыгнуть в лекционную аудиторию до того, как преподаватель закончит отмечать присутствующих и закроет дверь, молодые люди уселись на средних партах. С дальних Остен ничего не видел, а Сойра бесил трёп сидящих там омег. Когда молодые люди отметились и чуть выдохнули от пробежки по институту, Сойр заметил Кая, что сидел на две парты впереди и почему-то непрестанно чесал шею, которая уже успела от этого раскраснеться. У омеги были распущены волосы, Сойр только сейчас заметил это, хотя видел его ещё утром. Тупую мысль о том, что Кай хочет скрыть метку, Сойр тут же стёр из головы и закатил глаза. Неужели юноша не может просто так распустить волосы? Юноша? Снова с раздражением закатив глаза, альфа напомнил себе, что этот омега старше него.       Переводя взгляд с Кая на доску и профессора рядом с ней, Сойр вспомнил о том, что мучило его сутра, и нахмурился. Он и Ник не прожили вместе и двух месяцев, но уже начали конфликтовать по поводу и без. Можно, конечно, попытаться ужиться... По крайней мере, этого хочет Ник. Они уже давно привыкли друг к другу, но будто, начав жить вместе, стали замечать что-то, чего не замечали раньше, и это постепенно стало выводить из себя обоих. Либо замечали, но успевали отдыхать. А как отдохнуть от того, кто рядом почти постоянно? Зачем вообще отношения, от которых нужно отдыхать?       Сойр вздохнул. Ну и хрен ли ему делать? Тряхнул рукой и глянул на часы.       - Остен.       - М?       - Не хочешь после пары прогуляться со мной до ближайшего алкомаркета?       Остен повернулся к Сойру, немного помолчал и наконец устало вздохнул:       - Пошли.       Здравый смысл, конечно, говорил Сойру, что увлекаться идиотизмом ему сегодня не стоит, да и он сам уже подостыл. К тому же, завтра суббота, и Сойру все-таки не хочется чувствовать себя полумертвым на работе. Да и... надо что-то решать уже... с этим.       Совесть не позволила Сойру надолго оставить Ника одного дома после ссоры. Поэтому ближе вечеру он уже входил в свою съемную квартиру, ощущая в голове пустоту.       - Ник? - Позвал он с порога, снимая обувь.       В темноте гостиной что-то грохнулось о пол. Через пару мгновений из неё быстрым шагом вышел взволнованный Ник со стилусом от графического планшета в волосах и виновато посмотрел на Сойра. Тот же, не дав замявшемуся омеге произнести ни слова, мягко притянул к себе и поцеловал в макушку.       - Прости, я вспылил.       - ...Я же сам... - Ник не успел договорить.       - Ничего, - мягко сказал Сойр, вынимая из волос Ника перо для планшета и распуская пучок. Длинные волнистые волосы омеги опустились на спину. - Ты готовил сегодня?       - Нет, я думал, ты не придёшь, - не особо смело произнёс Ник.       - Тогда давай выключай комп, и пошли готовить. Я жесть какой голодный.       - Ты.. выпил?       - Немножко. Но я не пьян.       - Я вижу...       Они оба потупились.       - ... Идем?       - Пошли. - Ник со вздохом потянулся к Сойру, чувствуя совершенный пофигизм относительно дедлайнов на главы своего комикса.

***

      Этот день был пасмурным. Улицы полнились людьми, почему-то выглядящими почти одинаково - серыми, задумавшимися. Когда Сойр взбегал по ступеням к заднему входу одного из корпусов института, дождь уже начинал накрапывать.       В здании было не намного теплее, чем на улице, но отсутствовали дождь и ветер - и на том спасибо. Прижимая замерзшую левую руку к правому боку под коженкой, Сойр пытался другой рукой нашарить в сумке свой очечник - у него закончились линзы, да и он сам давно думал о том, чтобы снова перейти на очки.       Сойр просто шёл по коридору к нужному кабинету, даже не пытаясь разглядеть встречаемых им людей. Он давно махнул на это рукой. Никто не обидится, если он не поздоровается, все его знакомые в курсе его плохого зрения.       - Сойр, - сидящий на узком подоконнике Остен поднял руку.       - М, привет, - Сойр подошёл к нему и, кинув рядом с ним сумку, пожал руку.       - Линзы кончились? - Спросил Остен, смотря на то, как Сойр надевает очки.       - Ой, бля... - И снимает их. Потирает глаза и вешает очки на ворот футболки, неизвестно что имея ввиду - резь в глазах или общую картину видимого мира. - Да, кончились. Думаю пока не брать больше линзы, денег на них нужна прорва. А мне с моей зарплатой...       Остен понимающие усмехнулся. С зарплатой, с квартплатой, с Ником...       Уже второй день у Сойра отчего-то сильно болела голова в области затылка, поэтому он, прикрыв глаза, не заметил, как Остен вдруг как-то вытянулся, заглядывая куда-то за спину друга, нахмурился, открыл рот, закрыл, затем спрыгнул с подоконника и шагнул в сторону.       - Привет. Кай, верно? Там есть место. Присядешь?       Сойр обернулся на учтивый голос Остена, что уступил свое место темноволосому молодому человеку. Кай немного смущённо поблагодарил его и присел на подоконник. Сойр подвинулся в сторону, чтобы не стоять напротив омеги и не смущать его ещё больше, и боком оперся об оконную раму. Остен слегка приподнял брови и взглядом указал куда-то в грудь Сойру. Тот удивился и надел очки.       Кай выглядел так, будто готов был уснуть прямо здесь, на этом узеньком подоконнике, и его совсем не волновала перспектива размозжить лицо о пол. Лицо же его, помимо того, что выражало полную отрешенность от реальности, было бледным, вокруг глаз пролегали тени. Он облокотился боком и головой о стену и прикрыл веки.       Ого. Теперь Сойру было понятно поведение Остена. Он заговорил.       - Кай? - Вопрос в большей степени означал сомнение по поводу того, можно ли Сойру звать Кая по имени, нежели его уточнение. Омега распахнул дымчатые, тёмно-голубые глаза. Он выглядел так, будто не понимал, где находится, но все же старался фокусировать внимание. - Прости за такой вопрос, но у тебя всё в порядке?       Кай сначала не понял, но спустя пару секунд опустил взгляд, немного нервно зарываясь рукой в волосы и слегка краснея. Учитывая то, какие пересуды ходили о нем по всему институту, ему было очень неловко говорить о таком. Он не знал даже, стоит ли вообще это делать. Но вопрос застал его врасплох, а в голосе и взгляде говорившего не было и намёка на смех, и потому он, запинаясь, все же сказал.       - Мой... Сын, он... Мой папа уезжал на все выходные, а у сына начались колики, и... Не до сна мне было, - Кай улыбнулся, скрывая мягкий взгляд за веками.       - Ты нормально переносишь кофеин? - Остен полез в свой портфель.       - М? Да...       - Держи, - Остен поставил рядом с Каем небольшую железную баночку с кофе и развернулся в сторону кабинета - профессор уже входил в аудиторию.       - Спасибо, - негромко произнёс Кай, намереваясь сползти с подоконника и нечаянно пересекаясь взглядами с Сойром.       Последний, закинув сумку на плечо, нагнал Остена. Сойру думалось, почему пара Кая не чувствует его состояния? Они же связаны, так? Природе же должно быть плевать на то, что творится у парных в головах, для неё они всё равно связаны. Тогда почему альфа сам не ищет Кая? Не может же этот омега так хорошо шкериться. Будь у Сойра парный, он бы начал искать его сразу как только ему объяснили бы, что это значит - иметь кого-то, кому ты предназначен.       - Как Никки? - Спросил Остен, усаживаясь за парту.       Сойр поджал губы. Остен приподнял бровь. Сойр вздохнул. Остен ткнул ему два пальца под ребра.       - Да бл!... Сучий ты Остен... Нормально. Разве что я как-то, - Сойр вздохнул так, будто его бесит и это, и разговоры об этом, - смотрю на него, и не могу уже заставлять себя... всё это... Не знаю!       Остен довольно долго смотрел на друга, а затем уже без смеха сказал:       - Да знаешь ты всё. Просто с начала начинать не хочешь, а без омеги остаться боишься.       Сойр едва не зажмурился от правдивости слов, которые сам никак не признавал, и раздраженно распахнул тетрадь. Ему нужно было всё менять. Уходить, искать других, искать себя. Но он так боялся потеряться.       На пару парт впереди раздался отчетливый звук открываемой железной баночки с каким-то напитком.       Кай, не убирая с парты сумку и не доставая вещи, выпил практически залпом полбанки кофе. Он очень надеялся, что это хоть как-то поможет ему прийти в себя. Под сетования преподавателя о том, чтобы студенты скорее готовились к лекции, ведь пара уже началась (а вариант того, чтобы прийти пораньше, он не рассматривал?), Кай достал ручку, тетрадный блок и пофигистически, не глядя кинул сумку куда-то рядом со своим стулом. Перевёл взгляд "я ненавижу каждую минуту, что просиживаю здесь зря из-за тебя" на преподавателя.       У Кая снова начала чесаться метка. Раньше в такие моменты его обуревал панический страх, но теперь он спокойнее реагировал на это. Ведь оттого, что он знает, что его альфа зовёт его, ничего не изменится. Не выбежит же Кай на улицу с криками: "Я здесь! Забирай меня!". Что за бред? Хотя Каю было интересно, почему он вообще чувствует подобное. Разве факт того, что он отвергает свою пару, ничего не решает? Он даёт человеку с такой же меткой, как у него, невероятный шанс на свободу, так почему бы тому не чувствовать это и не пользоваться? Это меченный омега обречен вести практически невозможные отношения с другими, чувствуя от близости только боль. Говорят, у альф нет таких сложностей и они могут иметь нормальные отношения с другими омегами.       Кай, хоть и говорил, что ему это на руку, но все равно не мог не подумать о том, насколько это несправедливо - альфы изменять могут, а омеги - нет.       Хотя ему самому это не помешало.       Кай устало и обречённо вздохнул.       Следующей парой была физра (за такое сокращение физической культуры один из преподавателей обещал выгонять их с пар), на которую он, слаба богу, не шёл, и эта мысль немного облегчила его существование. Дома его ждали папа, сын, сон и вкусный обед.       Сойр стоял в холле на кафедре физической культуры и ожидал своего преподавателя. Физра была у доброй половины их потока, и потому он не удивлялся наличию стольких знакомых лиц.       Из преподавательской вышел высокий мужчина в спортивном костюме.       - Асинина сегодня нет! Его омеги, отмечаетесь у меня!       Мужчина уже продвинулся ко входу в зал, возле которого стоял Сойр с отчаянно зевающим Полом, когда его нагнали двое озабоченного вида омег. Преподаватель остановился. Омеги, хоть и тихо, заговорили наперебой.       - Мы хотели предупредить...       - Да...       - У нас в группе есть омега, он...       - У него справка, он не может ходить на занятия...       - И не будет до конца семестра...       - И его справка должна быть в журнале Асинина...       - У него даже отмечено возле его фамилии - "справка"...       - Да...       Мужчина, едва поспевая понимать смысл дела и хмуря брови, прервал их:       - Так как же его фамилия?       - Райко.       - И что с ним? - Мужчина напряжённо смотрел на омег. Он не любил, когда студенты отлынивали от работы без особой причины, хоть и имели "справку".       - У него... - Омега замялся, - были очень тяжёлые роды. Он долгое время пролежал в реанимации, как и его малыш. Он никак не успел бы восстановиться...       - Понятно, - сказал будто сам себе преподаватель и вздохнул, сочувствуя смелому омеге по фамилии Райко. - Не от своего рожал?       Омеги невпопад кивнули.       - Понял, о ком вы, - продолжил мужчина, - Он приходил на кафедру несколько раз в начале года. Жаль мальца. Это же какую смелость надо иметь, - мужчина покачал головой.       Омеги улыбнулись.       - Да, Кай, он...       - Такой.       - Ну все, пошли уже на занятие, - мужчина повернулся к альфам, возможно, скрывая смущение, - все в зал!       Вместе с остальными Сойр пошёл за преподавателем.       Когда Сойр вернулся в квартиру, Ника там не было. Они не переписывались в течение дня, поэтому Сойр не знал, когда тот намерен появиться. Да его и не особо это заботило. Побыть недолго в тишине он был очень даже не против. Наедине с собой он мог приблизиться к честному взгляду на отношения, в которых состоял.       Он всё понимал. Знал, что так нельзя. Что ничего не исправит их положение. Ведь если у них сейчас ничего не выходит, как ни старайся, в будущем тоже мало что изменится.       Да, возможно, он дорог Нику, и тот питает к нему какие-то чувства. Но Сойр... Немного страшно признавать это, но ему было как-то всё равно. Он ничего особо-то не чувствовал. Да и вообще не особо понимал, на самом деле, что должен чувствовать. Ему нравились омеги, с которыми он встречался, ему нравился Ник, его внешность, личностные качества, но... Чего-то не хватало. Это звучит так глупо... Будто Сойр зажравшийся вконец придурок. Вот он, идеальный омега, тут, с ним, рядом! Но Сойру будто бы пофиг... Будто бы раздражает. Не хватает. И чего-то, наверное, важного, если ему будто душу этим вынимали. Сойр будто бы с чужим человеком живет - то есть, который чужим ощущаться не прекращает. Уже в который раз это происходило с ним, и в который раз немало угнетало. Поэтому, услышав звяканье ключа в замке, он тяжело вздохнул, всё ещё чувствуя смятение оттого, что поступает с Ником бесчестно.       - Привет, - омега с лёгкой улыбкой зашёл на кухню, быстро, но внимательно осматривая Сойра, и притронулся к чайнику.       Сойр кивнул.       - Как день? - Спросил он, не смотря на Ника.       - Преподаватели замучили, - ответил молодой человек, - завалили домашней, а ко мне как раз редактор пристал, что я выпуск глав без его ведома сдвинуть хотел. Ты будешь?       Сойр кивнул и протянул руку, ставя рядом с чашкой Ника свою. Тот разлил по ним чай и взглянул на Сойра, который медленно, устало потирал руками глаза.       - Ты... в порядке? - Спросил омега.       Сойр приподнял брови, будто не знал, как ответить, и глубоко вдохнул.       - Да, вроде бы. - Посмотрел на Ника. - Устал очень.       - Ты уже ужинал? - Ник тоже смотрел на него.       - Нет, - на губах Сойра появился намёк на улыбку, поэтому Ник тоже со вздохом улыбнулся и пошёл открывать холодильник.       - Вообще-то на этот раз еда-то была.       - Ладно тебе, я один не хотел.       Ник глянул на него и снова улыбнулся.