Время паниковать?

– Я ни за что не вернусь в школу! – кричал я с чувством полного возмущения. – Как такая идея вообще пришла тебе в голову?! Я не собираюсь снова идти учиться. – Итан, успокойся. Это ведь временная мера. И снова учиться тебя никто не заставляет. Да ты и раньше этого не делал, – пытался остудить мой пыл дядя Уильям. – Да какая разница?! Придумай что-нибудь другое, чтобы спрятать меня. – Уж прости, но не могу. И ты обещал, что выполнишь всё, что я тебе скажу, – он посмотрел на меня своим фирменным строгим взглядом. – Ну, допустим. И что я должен буду там делать? – Если вкратце, то найти одного малолетнего гада, который решил, что, продавая наркоту в школе, ему всё сойдёт с рук, – пояснил дядя. – И каким боком это имеет отношение к нам? Решила школота бабла поднять и себя побаловать, ну и? Что-то я не слышал, чтобы ты в полицейские подавался, – недоумевал я. – А дело в том, мой дорогой племянничек, что этот говнюк прикрывается мной и моими ребятами, хотя я не припоминаю, чтобы ввязывался в этот детский сад. Похоже, жизнь ему уже не так нужна, раз он додумался до такой абсурдной идеи, – кажется, я заметил в его глазах гневные искорки. Ему и правда не нравится разбираться с такой мелочью. – В общем, я даю тебе поддельные документы на Ника Картера, ты идёшь в школу, особо не высвечиваешься, вычисляешь дилера и всё! Дальше можешь туда больше не ходить. Я тебе выделю квартиру на время учёбы. В ней же будешь ждать, пока всё не уляжется. Вопросы есть? – Есть. Почему я? На это плёвое дело кто угодно сойдёт. – Никто из моих людей не подходит. Ты их видел? Вряд ли кого-то из них могут принять за ученика старшей школы. А твоя персона до сих пор выглядит так, будто ещё не вышла из пубертата, – вот же, прямо по больному месту режет. – А почему бы не отправить кого-то из них, как учителя? – старался я всё же убедить дядю не отправлять меня в этот ад. – Не думаю, что их умственных способностей хватит на обучение школоты. Да и не буду я упускать такого шанса, как напрячь тебя делом. Ну что же, препираться я больше не могу. Дядя и правда мне сильно поможет, если я соглашусь. И ничего сложного в этом задании вроде нет. Прижучить малолетку. Проще некуда. Выяснив ещё пару деталей, я отправился в столовую. Для разговора дядя поднял меня ни свет ни заря, поэтому я не успел насладиться трапезой. Зайдя в небольшое помещение, где стоял стол с шестью стульями, я сел ближе к окну. Пока дожидался того, что слуги принесут еды, разглядывал простенькие узоры на салфетках. Через пять минут мне принесли вполне себе съедобный завтрак, а точнее обед. Наша беседа сильно затянулась. Идя по коридору в свою комнату, я размышлял о своём плане действий. Через два дня я должен буду переселиться в выделенную мне квартиру, поэтому сейчас нужно заняться упаковкой вещей. Хоть я и приехал сюда налегке и ничего личного складывать нечего, мне выделили учебники для школы и форму. Также мне сообщили, что там будет минимум мебели, и мне в голову пришла подлая мысль: одолжить что-нибудь из дядюшкиного дома. Диван я, конечно, не утащу, но по мелочи наберу. *** Два дня быстро прошли. Всё, что мне приглянулось в доме, я упаковал и сейчас заносил в багажник машины, а что-то клал на заднее сиденье. Дядя Уильям мои махинации с его обворовыванием, кажется, заметил, но ничего не сказал. Такому богачу, как он, хоть каждый месяц дизайн комнат обновлять можно, так что я особого стыда не испытывал. К тому же будем считать, что это моя компенсация за будущие страдания в школе. – Итан, есть ещё кое-что, что я тебе должен отдать, – дядя положил мне в руку телефон довольно-таки новой модели, – он для связи со мной. Надеюсь, свой старый ты выкинул. – Ещё в день приезда сюда. Но осталась куча запасных. Думаю, их можно оставить. – Хорошо. Если закончил, то тебе пора выезжать. Мы быстро попрощались, и я сел на переднее сидение машины. За рулём был один из охранников, чтобы вернуть машину обратно. Дорога была неблизкая. Город, в котором я жил, находился в трёхчасовой езде от дома родственника. Мы его будем проезжать. А потом ещё два часа. Мой водитель был неразговорчив, поэтому ехали мы под какую-то старую попсу. Я не жалуюсь на чужие вкусы, но уже через час мне стало совсем скучно. Пейзажи за окном тоже не развлекали. Пару раз мы заезжали на заправку. Иногда останавливались для того, чтобы отлить. Спустя пять часов с лишним, когда мы подъезжали к пункту назначения, мне уже было безразлично происходящее за окном. Но всё же отметил, что район не из бедных. Мы остановились около одного десятиэтажного дома. В нём мне и предстоит жить, пока не разберусь со своими проблемами. Квартира находилась на шестом этаже. Решил, что сначала перенесу все вещи наверх. Водитель в этом деле мне помог, но на хоть какой-нибудь диалог я его так и не раскрутил. Даже имени не узнал. Да и не нужно. Управились мы быстрее, чем я думал. Солнце к этому моменту уже почти село. Звать человека переночевать я не стал. Пусть едет обратно или ищет где остановиться. Его судьба меня не касается. И вот я наконец-таки могу осмотреться в своём новом жилище. Пустой коридор, с двумя дверями в ванну и туалет, сразу выходит в гостиную. Комната была почти вся белая. Белые обои со скучным узором, белый мягкий ковёр на светлом линолеуме, белая люстра, свисающая с белого потолка. Разве что маленький диванчик, стоящий посередине помещения, был бежевым. Рядом с ним стоял прозрачный журнальный столик. С противоположной стороны от входа была дверь, ведущая в спальню (тоже белая). Но сначала я прошёл на кухню. Туда вёл проход без двери, находящийся справа от меня. Там тоже, кроме кухонного стола, плиты и холодильника, ничего не было. Но это не важно, так как из дядиного дома я догадался взять микроволновку и кофеварку. Как и ожидалось, в холодильнике ничего не было. Завтра схожу за продуктами. Спальня, в отличие от гостиной, оказалась тёмной. Тут стояла только одна двухместная кровать, которой я сразу же обрадовался. В поездке шея постоянно затекала, так что нормально поспать не получалось. Хотелось сразу же на неё лечь и уснуть, но я остановил себя. Надо было принять душ. Я поплёлся обратно и, быстро помывшись, завалился спать. Проснулся я раньше, чем лучи солнца успели бы добраться до моего лица. По своей натуре я больше сова, чем жаворонок, но, когда соседи решают устроить разборки, твоё мнение не учитывается. Сполоснувшись и почистив зубы, я начал рассматривать себя в зеркале. Обычно я не люблю это делать. Напоминает о том, что все, кто меня не знает, принимают за малолетку. Но сейчас хотелось проверить, точно ли никто не заподозрит во мне взрослого. Хотя этот брюнет с зелёно-серыми глазами и худым телом, отражающимся в зеркале во весь рост, не вызывал во мне таких сомнений. Зря я так свою внешность не люблю. Ведь красивый же. Ещё три дня я буду свободен, а потом придётся снова на какое-то время стать подростком и ходить в школу. Оставшиеся дни я решил не просиживать штаны дома. Вот сейчас пойду, осмотрюсь, поищу магазин и закуплюсь. Быстро надев на себя красную толстовку и тёмные джинсы, из квартиры выходил уже не Итан Уокер, а семнадцатилетний Ник Картер. Надо привыкать к имени. Конечно, из-за работы, я часто представлялся чужими именами, но не более дня. А сейчас надо будет его использовать каждый день. Магазин оказался недалеко от дома. Хоть дядя и не пожалел выделенных мне средств, купил я мало. Поэтому, после того, как частично распаковал некоторые вещи, сходил туда же и завтра, но опять взял немного. Потом побродил вокруг, даже вроде бы отыскал школу, где буду учиться. В последний день решил закупиться основательно, чтобы не заходить в магазин как минимум неделю. По дороге домой я столкнулся с одной проблемой. Неожиданно выехавшая из-за угла машина сбила меня с ног. Два полных пакета выскочили у меня из рук, а еда, находившаяся в них, рассыпалась по асфальту. Зрителей у этой сцены не было. Ближайшая живая душа принадлежала этому неаккуратному водителю с шикарным авто. Дверь машины открылась, и оттуда вышел мужчина лет тридцати. От этого голубоглазого блондина так и веяло аристократизмом. Его костюм, сшитый явно на заказ, дорогие на вид туфли и модная причёска только подтверждали, что он не из простых. Даже издалека можно было разглядеть мощную фигуру. Когда он подошёл ближе, я почувствовал запах наверняка дорогого одеколона. А потом был просто поражён его слегка хриплым голосом. – Вы в порядке? – он посмотрел на мои порванные из-за падения джинсы и счёсанные коленки. – Прошу простить меня за мою невнимательность. Потом это чудо протянуло мне руку, но я, не заметив жеста, уже начал складывать продукты обратно. Мужчина начал помогать. Собрав всё и, наконец, поднявшись с земли, я опять уставился на него. Мой рот открылся, чтобы на рефлексе сказать что-то такое, что вытрясет из него как можно больше бабла. Раньше я так прикалывался. Подстраивал небольшую аварию по вине водителя и просил его оплатить своё лечение. Но сейчас я непроизвольно остановил себя на полуслове. Всё произошло случайно. Играть из себя пострадавшего не было смысла. Да и не хотелось мне почему-то обворовывать этого так искренне сочувствующего мужчину. Хотя по нему видно, что даже если я раз сто влечу в его машину, его состояние от моих больничных счетов уменьшится максимум на одну миллиардную процента. – Извините ещё раз. Наверное, у ваших родителей будут вопросы, почему вы так поранились. Да и продукты все помялись. Давайте я оплачу их стоимость, и ваше лечение тоже, – ого, я ничего не сказал, а он всё сделал по моей старой схеме. Но мною уже было принято решение не брать деньги. – Не волнуйтесь, я живу не с родителями, так что никто ничего спрашивать не будет. А из продуктов только яйца жалко. – Может тогда тебе хотя бы дать денег на лекарство? – он и вправду сожалел о том, что произошло. В большинстве таких случаев люди не считают себя виноватыми. Я решил, что буду играть роль пай-мальчика до конца. – Не нужно. Просто в следующий раз на повороте обещайте, что никого не собьёте, – улыбнулся я самой невинной своей улыбкой. – Обещаю. Мужчина тоже улыбнулся. И посмотрел на меня с такой добротой в глаза, что сердце сделало кульбит. На этом разговор прекратился, так как я наивно сбежал. Быстро входя в квартиру и захлопнув дверь, я последовал в ванну. Покопавшись в аптечке, понял, что лекарств у меня дома никаких нет. Ругнулся разок и направился опять на улицу. Пока шёл, сердце уже перестало так бешено стучать, а щёки пылать. Нет, бывшие одноклассники меня конечно часто педиком обзывали, но таковым я себя не считал. Особых предрассудков не имел, а точнее считал, что меня это всё не касается. И до сих пор так считаю. Поэтому просто решил списать всё на небывалую красоту того человека и забыть обо всём. Купив в аптеке всё, что нужно, вернулся домой, продезинфицировал колени, которые вот-вот покрылись бы гноем, и проделал остальные процедуры лечения. От боли решил отвлечь себя левыми мыслями. Так в размышлениях прошел день. И, не открыв ни одного учебника, чтобы вспомнить то, чего никогда не знал, я уснул.