Время паниковать?

Рано утром меня разбудил поставленный вчера будильник. Я ещё даже с кровати не встал, а мне это уже всё надоело. Пришлось сползать на пол и на четвереньках добираться до стула, который служил мне шкафом. Откопав из-под груды вещей школьную форму, примерил её. Она состояла из серых брюк, белой рубашки, чёрного жилета и красного галстука. Галстук я сразу же бросил обратно в кучу. Вроде, сидит нормально. Рубашка, конечно, была сильно помятой, но гладить её мне было нечем, да и не волновало это меня. В ванной я окончательно проснулся, плеснув холодной воды в лицо. Почистив зубы, направился на кухню. Съев лёгкий завтрак и выпив кофе, я, наконец, почувствовал себя человеком. Вряд ли я быстро сориентируюсь в школе, так что, чтобы было лишнее время, лучше уже выходить. Обув чёрные кеды, я вышел из квартиры. Пока шёл, ещё раз прокручивал у себя в голове план действий. Я здесь не ради учёбы, а лишь для того, чтобы найти дилера. Поэтому решил полностью сосредоточиться на нём. На самом деле, я уже много раз думал, как буду его искать. Нужно просто поспрашивать, где можно нарыть наркоты. Скорее всего, к первоисточнику прийти сразу не получится. Но на такое задание больше месяца точно не уйдёт. Так что потом буду просто сидеть в своей новой квартире и выходить лишь по необходимости. Кстати, за эти пару дней я совсем забыл про флешку. Интересно, кому она принадлежала. Дядя не посчитал нужным рассказывать об этом, а я и не хотел. Но сейчас появилось желание увидеть разъярённое лицо этого человека, когда он узнаёт о пропаже. Странно. В первые дни мне было так страшно, а сейчас спокоен, и даже думаю, что меня вряд ли когда-либо найдут. Со всеми этими размышлениями я дошёл до школы. Я только сейчас заметил, что всё время недалеко от меня тоже шли разные группы школьников в такой же форме, как у меня. Выглядели они вполне обычно. Само здание было трёхэтажным и, кажется, было новым. Я вступил на двор школы. Первым делом надо было зайти в администрацию, чтобы получить расписание. Плутал я долго. В итоге остановился, и решил спросить дорогу у мимо проходящей женщины. Сначала я подумал, что это одна из учителей, но, как позже оказалось, она являлась директором этой самой школы. Я слегка удивился. Ей было около сорока лет. Одета строго, да и характер мне показался таким же. Представилась как Маргарет Уилсон. Хоть я и думал, что, скорее всего, у неё должно быть много дел, она мне помогла, проводив до нужной двери. И, получив своё расписание, я снова отправился на поиски, только уже кабинета литературы. Его отыскал на втором этаже. В этот раз без помощи. Внутри уже были люди. И каждый из них посчитал своим долгом проследить глазами мой путь до стола учителя. Поступил я спустя три недели после начала учебного года, потому всем так интересна была моя персона. Быстро сообщив учителю о том, что я – его новая головная боль, то есть ученик, и представляться не собираюсь, пошёл искать себе свободное место. Печально, но все места на задних рядах были заняты. Поэтому пришлось сесть на второй ряд. Это место привлекло меня тем, что было у окна, хотя я понимал, почему на нём никого не было. Здесь учитель мог тебя видеть с любого ракурса, так что поспать не выйдет. Все смотрели на меня и перешёптывались, но я упорно игнорировал происходящее вокруг. Вскоре начался урок. Я сразу понял, что что-то интересного вряд ли сейчас узнаю, и стал рассматривать сидящих неподалёку от меня людей. Никто не отменял того факта, что я могу оказаться в одном классе с тем, кого ищу. Рядом со мной сидел паренёк примерно такого же низкого роста, как у меня. У него были короткие рыжие волосы, торчащие в разные стороны. По всему лицу с зелёными глазами были рассыпаны веснушки. На носу сидели очки. Хоть он и был довольно красив, но выглядел зашуганным. Как только я об этом подумал, индивид с чёрными, как смоль, волосами, сидящий позади рыжика, кинул ему за шиворот какую-то бумажку. И он так мерзко хихикал при этом, что мне захотелось дать ему в рожу. Но сдержался. Во-первых, идёт урок. А во-вторых, вряд ли это нечто под 185 метров роста так легко простит меня. Скорее всего, подкараулит где-то с дружками, и тогда мне не отвертеться. Вляпываться в ещё одни неприятности я не желаю. Когда я перевёл своё внимание обратно на рыжика, он уже достал бумажку. Прочитав её короткое содержание, его руки сжались в кулаки. А потом по веснушчатой щеке покатилась одинокая слеза. Такого поворота я не ожидал. Теперь вместе с тем громилой начали откровенно ржать ещё и его подпевалы. Они даже друг другу пять дали, когда учитель отвернулся. Да уж, жалко пацана. Я уже давно с таким не сталкивался и успел немного отвыкнуть от этого. Но задиры смотрели на меня так, что по их глазам было видно, кто станет новой жертвой. Думаю, мне стоит подружиться с рыжиком. Я не собирался заводить здесь друзей. Но чувство того, что нужно защитить этого паренька, сжимало душу. К тому же, он, возможно, знает что-то, что пригодилось бы мне. Мудилы позади нас могут вполне сойти за тех, кто распространяет наркоту по школе. Когда урок закончился, рыжик первым выбежал из класса. Я последовал за ним. Бежал он недолго. Свернул у первого же туалета. А я затормозил. Надо было подумать, что ему сказать. Ладно, буду импровизировать. Зайдя внутрь, проверил кабинки. Занята бала только та, из которой доносился слабый скулёж. Постояв у двери, заметил на полу скомканную бумажку. Кажется, это её подкинули мальчику. Я поднял комок бумаги и выпрямил его. Похоже, красочное «ПЕДИК», «СДОХНИ», «НРАВИТСЯ В ЖОПУ ДАВАТЬ?», «УРОД» и много чего другого заставило парнишку так плакать. Знакомо. Но с одним отличием. Я не рыдал навзрыд в школьном туалете, а набивал морды тем, кто осмеливался на такие поступки. Моё присутствие так и осталось незамеченным. Хотя плачь, кажется, стал тише. Чтобы привлечь внимание к своей персоне, я легонько постучал в дверцу. Из кабинки донесся слабый голос вперемешку со всхлипами: – Пож-ж-жалуйста, от-тстаньте от мен-н-ня. – Я не собираюсь делать тебе ничего плохого. Мы можем просто поговорить? Наверное, я особого доверия не внушил, и он решил меня просто проигнорировать. Пришлось предпринять ещё одну попытку. – Меня зовут Ник, – надо было ещё с самого начала представиться, – я новенький. Сидел рядом с тобой на прошлом уроке. И видел, что некоторые ребята тебя достают. Если ты не против, то я хотел бы тебе помочь… – МНЕ Н-НЕ НУЖНА ТВ-ВОЯ П-ПОМОЩЬ! – от этого внезапного крика я даже вздрогнул. – Ой, п-прости. Я х-хотел сказать, что т-ты не сможешь мн-не пом-мочь. – Уж поверь мне, раньше я часто сталкивался с такими людьми. И последнее, что нужно делать в таких ситуациях – это растирать нюни. – Ты нич-чего не понимаешь. Они в-ведь правы. Я у-у-урод. Пока з-знают только в-в классе. Но если кто-нибудь рас-скажет об этом ему, то я т-точно перестану ходить в шк-к-колу… – Стоп. Подожди. Я не понимаю. Кто узнает? О чём? Дверь приоткрылась, и оттуда высунулась рыжая макушка. – О ТОМ, ЧТО Я ГЕЙ! – он опять испугался своего крика, раздавшегося эхом по туалету. – Наверное, т-теперь ты мне точно помогать не будешь. Ну, что сказать? Я, конечно, удивился. Но отвращения к таким людям не питал. Значит, и своих планов по поводу пацана менять не буду. – Даже если ты гей, они не имеют права, так к тебе относиться. Теперь я полностью мог его видеть. У него были красные глаза и лицо. Хотя заикаться, вроде, перестал. Он стоял, опустив голову, и смотрел на меня исподлобья. – Ты правда не считаешь меня мерзким? – Я правда не считаю тебя… мерзким, – успокаивал я его, как ребёнка. – И не надо больше плакать из-за таких глупостей. – Я Клаус. Прости, что разревелся. Обычно мне плевать на задирания Майка. Но парень, который мне нравится, начал встречаться с очень красивой девушкой. Поэтому в последнее время я был подавлен сильнее обычного, и этот случай сильно меня задел. Говорил он тихо, но слова я понимал. А это дело запущенней, чем я предполагал. Если бы он был натуралом, разобраться было бы легче. Доказать кому-то, что рыжик нормальный будет практически невозможным. Однако в это дело я уже вляпался, так что хоть как-то ситуацию улучшить надо. На следующем уроке мы сидели опять рядом. Я вообще решил, что лучше от него пока не отходить. Выяснил, что Клаус очень даже умный малый и обожает химию с биологией. Позже в столовой я решил поинтересоваться: – А кто этот твой возлюбленный? После моего вопроса у Клауса загорелись глаза, и он начал с большим энтузиазмом рассказывать о предмете своего воздыхания: – Он самый красивый и добрый парень, которого я когда-либо видел. Его зовут Майлз Флитчер. У него высокий рост, накаченное тело, он имеет темные волосы и карие глаза. Сейчас он квотербек в школьной команде по футболу и учится в параллельном классе. Майлз – самый популярный в школе. Мы с ним дружили в детстве. Он всегда приносил мне сладости. Такой добрый. А когда нам было десять, он упал с качелей, и теперь у него шрам рассекает правую бровь… – Притормози. Я думаю, уж такие подробности мне не нужны, – его болтовня была так похожа на лепет влюблённой девочки, но кое-что я смог выловить. – Так, значит, вы с ним друзья? Клаус резко погрустнел. – Были. Когда перешли в старшую школу, то уже не могли общаться так, как раньше. Я ведь серая мышь, по сравнению с ним. Могу лишь издалека наблюдать за его тренировками. Майк тоже в команде. И он видел, как я не могу оторвать от Майлза глаз. И так, без весомых доказательств, они начали меня задирать. Бедняга. Долгие годы безответной любви к тому, с кем у тебя нет никаких шансов. Хотя последнее надо ещё проверить. – А девушка, с которой встречается твой возлюбленный? Кто она? – Само превосходство, – тяжело вздохнул Клаус, – с ней я точно тягаться не смогу. Стелла умная, интересная, командир черлидеров. Учится у нас по обмену из Англии. Майлз познакомился с ней на вечеринке, они быстро нашли общий язык, – его настроение сделалось ещё хуже. Даже вкусная лазанья вряд ли сможет здесь помочь. – В любом случае для начала надо снова сделать вас друзьями. А потом и дальше можно попробовать зайти. Конечно, если получится. И чтобы ты чувствовал себя увереннее, нужно тебя немного преобразить. Рыжик немного приободрился, хотя глаза всё ещё выражали грусть. Быстро доев свой обед, мы пошли досиживать оставшиеся уроки. А потом Клаус повёл меня в клуб естествознания, в котором состоял. Я ничего в этом не понимал, но пришлось и мне записаться. Парень рассказал, что из окна этого кабинета очень хорошо видно футбольное поле. Поэтому, когда Майк спалил его за подглядыванием, он стал чаще наблюдать от сюда. Я, конечно, не хочу говорить, что в этом клубе одни фрики. Нет. Почти все были нормальными. Но глава меня немного напрягал. Не знаю, почему. Может, из-за того, что он носил такой свитер, который мешает понять, что под ним – жир или мускулы. А может и из-за общего неприглядного вида: потные ладони, сальные волосы, очки с самыми толстыми линзами, которыми я только видел, да и запах был такой, будто он неделю не мылся. В общем, не понравился он мне. Когда шли домой, поняли, что живём недалеко друг от друга. Попрощались на развилке, и дальше я шёл уже один. Да уж. А я ведь и не думал заводить друзей. Особенно в первый день. Жалко, что, когда я выполню задание, мы, наверное, больше не встретимся. Точно! Задание! Я совсем о нём забыл. Кажется, всё же придётся здесь слегка задержаться. Хоть это и противоречит моим словам.