Огонь Феникса

Шум толпы неприятно бьёт по перепонкам. Отголоски фраз то и дело врываются в сознание, не давая нормально сосредоточиться. Два проходящих мимо мужчины присвистнули и подмигнули. Бэкхён кривится, закатывая глаза и отворачиваясь к своему другу. — Кённи, милый, напомни мне пожалуйста, какого хрена мы здесь торчим? Приторно-сладко щебечет Бён, наблюдая за тем, как До Кёнсу — его лучший друг детства — тщательно выискивает кого-то в толпе. — Ты сам сказал, что тебе наскучило наматывать круги по дорожке, а я лишь сделал тебе одолжение и вытащил на настоящую гонку, с настоящими противниками. Объясняется До, по прежнему не спуская глаз с макушек людей. Бэкхён вновь закатывает глаза и цокает, переводя взгляд в сторону. Пожалуй, нужно начать сначала: Бён Бэкхён приличный студент юридического факультета, любимец всех профессоров и подающий надежды на красный диплом. Вот только с детства у него есть одна слабость — скорость. А как только родители подарили своему единственному сыну новенький Ауди Р8, так у парня вообще крыша съехала. Он каждый день гонял по ночному городу и не раз светился на гоночной трассе, но всё это была лишь детская забава по сравнению с тем, куда его притащил Кёнсу сегодняшней ночью. Люди собирались с самых дальних уголков Сеула, да и не только, чтобы своими глазами узреть уличную гонку, в которой будет учавствовать сам Феникс и его команда. Бэкхён был наслышан об этих ребятах. Говорят, что они не проигрывали ни одной гонки, а если участвовал Феникс, то можно было смело прощаться с первым местом ещё до начала заезда. Слышится рёв двигателя и в поле зрения появляются три машины. Бэкхён слышит, как восторженно ахает рядом Кёнсу. — Это они.. Шепчет До, неотрывно наблюдая за машинами. Три Мустанга Шелби ГТ500 сделаны, словно под копирку: двигатели звучат эхом друг друга, шины оставляют идентичный след на асфальте, да обвес блистает своей шикарностью. Отличаются лишь цвета: первый кроваво-красный, а за ним, по левую сторону, стоит матовый чёрный, по правую — серебристый с двумя синими полосами на капоте. У Бэкхёна аж глаза загораются. Такие машины разгоняются до ста километров в час за пять секунд, а максимальная скорость у этих малышек — 270 км/ч. Да и лошадиных сил у них побольше чем у его Ауди. Бэкхён и не замечает, как из машин выходят водители. Кёнсу толкает его в бок, заставляя обратить внимание на водителя красного Мустанга. Парень высок и весьма хорош собой: широкие плечи, крепкое телосложение, точенные черты лица. Волосы окрашены в красный — подстать своему коню. Бэк невольно хмыкает. Рядом с ним идут двое парней. Один, быть может, чуть выше красноволосого, с такими же широкими плечами и довольно узким торсом. Черты лица у него аристократичные, а серебристые волосы, в свете уличных фонарей и невесть откуда взявшихся софитов, отливают синевой. Бён думает, что пора бы мальцу взрослеть и снять с головы корону. Третий чуть ниже, с непримечательным каштановым цветом волос и очаровательной улыбкой. Он выглядит самым нормальным из трёх и Бэк замечает, как теплеет и начинает искриться взгляд Кёнсу при его виде. Трёх парней тут же окружает гудящая толпа. Полуголые девушки чуть ли не вешаются на них, но аристократ быстро ныряет в сторону, уходя подальше, направляясь к припаркованному серебристому Ниссану Скайлайн Р34. Бён, издалека следивший за всем, замечает, как маска ледяного принца тут же спадает с его лица, стоит только миловидному парнишке вылезти из-за руля. Но его наблюдение нарушает Кёнсу, резко дёрнувший за рукав худи. — Они идут сюда, сохрани меня Аид, они идут к нам! Бэк поворачивается и удостоверяется словам своего друга — Феникс собственной персоной шагает прямиком к ним. Их взгляды соприкасаются лишь на мгновение, а Бэку уже становится не по себе. Вдоль позвоночника проходится холодок, а притихшая толпа лишь настораживает. — Ну и кто тут у нас? Неужели новенький? Шелковистый бас ударяет по перепонкам, заставляя Бёна встрепенуться и вновь встретиться взглядом с тёмными омутами, что будто затягивали. Но Бэкхён лишь спокойно встаёт с капота своей машины, на которую прежде облокачивался, и выпрямляется, смотря аккурат в глаза напротив. Феникс издаёт смешок, и в ту же секунду тёплые пальцы окольцовывают подбородок Бёна, приподнимая, перекрывая любые движения и заставляя не отрывать взгляд. — Пак Чанёль, будем знакомы. Хищная улыбка на губах, а в голове Бэкхёна, кажется, взрывается вселенная, но он хмурится и вырывается из хватки, отходя на шаг. — Бён Бэкхён. На лице Пака играет ухмылка. Он убирает руки в карманы рваных джинс, совсем не смущенный отказом. — И что же ты тут забыл, малыш? Пришёл посмотреть или поболеть? Чанёль издевается, это чётко слышно в его голосе, а внутри Бэкхёна начинает закипать раздражение. Да кого этот Феникс из себя строит? Всего лишь курица на гриле, не больше. — Пришёл ездить. Отчеканивает Бэк, наблюдая как на лице напротив мелькает удивление, а потом Пак и вовсе сгибается пополам от смеха. Его дружок, что прежде говорил с мило воркующим Кёнсу, поворачивается и смотрит на Бэкхёна, как на умалишённого. Чанёль утирает слёзы смеха и резко становится серьёзным. — Езжай домой, малыш, стритрейсинг не для таких, как ты. Бэкхён закипает: в глазах мелькает недобрый огонёк, и он смело делает шаг вперёд. — Каких? Чуть ли не шипит он. Чан смотрит на него несколько секунд, а потом поднимает руку, оглаживая скулу Бёна сбитыми костяшками пальцев. — Мне будет жалко, если с тобой что-нибудь случится на трассе. Ты слишком красивый. Бэкхён теряется, не может определить сказано ли это в шутку или же Пак Чанёль сейчас всерьёз назвал его красивым. Но ровный тон и какая-то совершенно несвойственная мягкость прикосновений заставляют надеяться на последнее. Бён вновь уходит от руки Пака, смотрит вызывающе, с некой искрой в глазах. — Что ж, мне тоже будет жаль, если с тобой что-либо случится. Парень рядом негромко присвистывает, а затем хлопает Чанёля по плечу. — Он тебя сделал, Чан. Его голос звонкий, веселящийся. — Отъебись, Кай. Бён довольно щурится, чуть улыбаясь. — Раунд, птичка. Ну так что, разрешишь мне соревноваться, или боишься, что будешь глотать за мной пыль? Бэкхён переступает чёрту и он прекрасно осведомлён об этом. Видит это по тому, как холодеет взгляд Пака, как сжимаются его кулаки, а желваки выступают на скулах. Кёнсу нервно поглядывает на обоих парней и уже успевает сто раз пожалеть, что притащил Бэкхёна сюда. Чанёль делает шаг вперёд, запуская ладонь в чёрные волосы Бекхёна и грубо оттягивает в сторону, заставляя Бёна болезненно шикнуть, но повиноваться. Он наклоняется к уху Бэкхёна, обдавая горячим дыханием. — Если выигрываю я, ты мой на семьдесят два часа, побудешь моей собачкой. Я делаю с тобой всё, что вздумается. — А если выиграю я? Шипит Бён, хватаясь за кисть руки Чанёля. Слышится чужой смешок. — Если выиграешь ты, я возьму тебя в команду. Шепчет Чанёль, нарочно задевая губами мочку, и отстраняется. Бэкхён смотрит на него зло, поправляя взлохмаченные волосы. В глазах напротив виднеется насмешка. Бён сжимает челюсть. — По рукам. Цедит он, протягивая руку вперёд. Чанёль не мешкает, тут же крепко пожимая миниатюрную ладонь Бёна своей лапищей. «Чёрта с два тебе, огненная птичка.» думает про себя Бэкхён, садясь за руль своей машины. Кёнсу облокачивается на опущенное стекло, с тревогой глядя на друга. — Бэк, ты уверен? Феникс он.. он самый лучший гонщик, и на трассе ему нет равных. Бэкхён стреляет в До убийственным взглядом, и последний поднимает руки в примирительном жесте, но в миг становится серьёзным. — Ладно, слушай, у этих машин лошадиная сила на 198 раз превышает Ауди, но твоя малышка стартует быстрее, достигая отметки 100 всего лишь за три секунды. Если сыграть на этом, ты можешь вырваться вперёд. Тебе лишь нужно довести его до финишной, а потом дать по газам. И аккуратней на поворотах, это его сильная сторона. Феникс любит подрезать. Бэк внимательно слушает, благодаря всех богов, что Кёнсу заканчивает инженерный факультет, а по средам и пятницам подрабатывает авто-механиком. — Спасибо Кённи, я надеюсь, что не подведу. Говорит Бэкхён, с благодарностью смотря на друга. Тот лишь закатывает глаза. — Видела бы миссис Бён тебя сейчас. — Чем бы дитя не тешилось? Отвечает Бэкхён и они оба смеются. Кёнсу хлопает его по плечу, попутно желая удачи и отходит в сторону, позволяя машине аккуратно выехать на стартовую прямую. Бэкхён равняется с машиной Чанёля, и тот опускает стекло. — Финиш на другом конце моста Банпо. Отсюда есть прямая дорога к нему, знаешь её? Бэкхён кивнул. Конечно он знал, он не раз катался по ней, когда выезжал на вечернюю «прогулку». — Отлично. Кай договорился с кое-кем, дорога перекрыта, но у нас есть всего лишь пятнадцать минут до того, как туда заявятся копы. Сэхун и несколько нейтральных лиц ждут нас на другой стороне. — Готов глотать пыль, а, Феникс? Спрашивает Бэк, нахально улыбаясь своему сопернику. Из уст Чанёля слышится басистый смех. — Всё, что захочу, Бён Бэкхён, не забывай. Усмехается Пак и поднимает стекло. Бэкхён следует его примеру. Звуки толпы будто исчезают, в салоне слышится лишь рёв двигателя. Загорается первая лампочка. Бэкхён чувствует, как сердце начинает биться быстрее в грудной клетке, будто загнанная птица, ударяющая о железные балки своими крыльями. Вторая лампочка поблёскивает ярко-зелёным. Бэкхён прикрывает глаза, ощущая, как адреналин ядом разливается по венам. Он позволяет звучанию двигателя пройтись разрядом тока по его телу. Разрешает ему стать единым целым со своим телом. Открывает глаза. Третья лампочка загорается, и он вдавливает педаль в пол. Машины срываются с места, несясь цветными призраками в ночи. Кёнсу был прав — Ауди стартует резче, но Мустанг быстро нагоняет, ровняясь с ней. Бэкхён сжимает челюсть, стискивая руль до побелевших костяшек. Он переключает передачу и урывает секунду, чтобы вырваться вперёд, сворачивая влево, закрывая собой Шелби. Но Чанёля лишь веселит прыть Бэкхёна, поэтому он совершенно спокойно выруливает вправо, вновь идя бок о бок с беленькой Ауди. У Бэкхёна в ушах бьёт пульс, когда он сворачивает вправо, чувствуя, как машину слегка заносит. И тут Кёнсу оказывается прав — Чанёль пользуется мгновенным замешательством и подрезает, выигрывая несколько драгоценных секунд. — Вот сукин сын! Выкрикивает Бэкхён и вдавливает педаль сильнее. Стрелка на спидометре быстро приближается к отметке 200. Он равняется с задними колёсами Мустанга, когда они выезжают на мост. Всего 1,495 метров. Ему необходимо выиграть. Расстояние до финиша сокращается, цветная подсветка моста отражается на капотах авто. Бэкхён помнит о том, что говорил ему Кёнсу. Он прибавляет скорость и капот Ауди идёт параллельно передней пассажирской двери. — Давай, детка, давай! Сквозь стиснутые зубы проговаривает Бэкхён, не отрывая взгляда от красного Феникса. Он равняется с Мустангом, ловя на себе взгляд тёмных омутов. Ещё чуть-чуть и... слишком поздно. Они одновременно пересекают финишную черту. Бэкхён бьёт по тормозам, оставляя после себя чёрные следы протектора на асфальте. Он откидывается назад, разжимая пальцы. Его окружает небольшая толпа, а к гулу мотора теперь прибавляются неразборчивые людские голоса. Телефон вибрирует в кармане и он тянется, чтобы ответить на звонок. «Бэк, это было охуенно! Ты крут! Никто в жизни не финишировал рядом с Фениксом!» Бэкхён глухо смеётся, прикрывая глаза. Кёнсу на той стороне провода явно вне себя от счастья. — У меня до сих пор руки трясутся, Кён. Я не верю. «А кто бы поверил? Давай, уезжай оттуда, копы будут у вас через пять минут.» Предупреждает Су. — А ты? В телефоне слышится смешок. Бэк хмурится. «Меня Кай подвезёт.» Отвечает До и сбрасывает прежде, чем Бэкхён может найтись с ответом. Он усмехается и откладывает телефон в сторону. Стук в дверь заставляет вздрогнуть от неожиданности и поднять глаза на стоящего перед ним Пака. Он с неохотой опускает стекло. — Поздравляю. Ты первый, кто финишировал со мной. Чанёль не звучит разочарованным, нисколько, лишь тёмные огоньки пляшут в глазах, а в тоне всё так же читается надменность. Кажется, он и вовсе не чувствует себя проигравшим. Наоборот, он заинтересован. — Что будем делать с пари? Спрашивает Бэк. Ему действительно интересно, как поступит Пак в этой ситуации. — Пари есть пари. Каждый получает свою долю. — его глаза сверкают, а огонь в них вспыхивает ещё больше. — Ты получаешь своё место в команде, ну а я получаю тебя на семьдесят два часа. Широкая улыбка, играющая на губах, больше напоминает оскал волка, хищника. Бэкхён чувствует себя загнанным в угол пугливым зверьком. Но ничего не поделаешь. Пари есть пари. Он вздыхает, обреченно кивая. — Вот и славненько. Езжай за мной, у нас есть две минуты, чтобы скрыться, а я знаю кратчайший путь. Чанёль уходит, а Бэкхён с силой ударяет по рулю. Чёртов Феникс, чёртова гонка, чёртов Пак Чанёль. Похоже, теперь ему надо будет перестать бояться огня. Бён Бэкхён, ты просто проебался.