Доверься сердцу

Ноябрь. Этот месяц заставил его посмотреть на некоторые вещи по-новому. — Почему мы должны заниматься с параллельным классом? — недовольно вздыхает Хосок, стягивая с себя рубашку. — Лучше бы с девчонками занимались! Тэхён отвечает улыбкой. Для него, если быть честным, не имеет значения, с кем заниматься: физкультуру он ненавидит всё равно одинаково, и так было столько, сколько он себя помнит. Ещё в младших классах он отлынивал от различных спортивных мероприятий, о чём до сих пор никто не догадался, даже мама, которой приходилось ходить вместе с ним. — Тебе лишь бы на девчонок поглазеть! — раздаётся откуда-то сбоку, и по раздевалке прокатывается волна смешков. — Ой, а вам прям интересно смотреть на потных пацанов с параллели. — Хосок почему-то переводит взгляд на рядом стоящего Чимина и как-то странно хмыкает. Он, как и всегда, знает гораздо больше остальных, хотя зачастую прикидывается дурачком. Внимательности ему уж точно не занимать. Следующие несколько минут проходят за дружным нытьём: ученики недовольны, что, вместо обещанного бассейна, их загнали в спортзал, так ещё и сообщили, что сегодняшний урок будет смешанным. В их школе, как и во многих других, было негласное правило — быть лучше, чем остальные классы на параллели. Никому не хотелось уступать пальму первенства, даже самым неактивным ученикам класса, тут немаловажную роль играл сопернический дух, который появлялся у всех, кроме Тэхёна. Он был далёк от всех этих соревнований. Гораздо интереснее было наблюдать за происходящим со стороны. Одноклассники мгновенно воспряли духом и приготовились идти до победной, а Тэхён, краем уха слушая о том, что их класс самый лучший по успеваемости, время от времени пересекался взглядом с Чонгуком. Улыбка сама лезла на лицо, поэтому приходилось переключать внимание на что-то другое, чтобы не вызывать ненужных подозрений. Однако все были заняты обсуждением предстоящего урока, так что никто даже не заметил ответной улыбки Чонгука, адресованной, конечно же, Тэхёну. — Сегодня поиграем в баскетбол! — объявляет учитель, когда оба класса выстраиваются в одну линейку. Большинство выказывают своё недовольство, и мужчина, поправив свисток на шее, спешит успокоить: — Я поделю вас на равные команды, чтобы игра была честной. Разминка заняла добрую половину урока. Все тренировались по парам, отрабатывая броски и передачи. Хосок сразу же забрал себе Тэхёна, и тот не имел ничего против. Против был только Чонгук, который в итоге схватил Тэхёна под локоть и, сверкнув грозным взглядом в сторону одноклассника, отвёл его в другой угол зала — подальше от Хосока. Они напоминали двух маленьких детей, которые не могли поделить игрушку между собой, и Тэхёну было не очень приятно осознавать, что в данном случае является той самой игрушкой, но он ничего не говорил. Во-первых, Тэхён даже не представлял себе подобного разговора с Чонгуком, во-вторых, Хосок, судя по выражению его лица, сам всё прекрасно понимал, однако продолжал каждый раз выбирать Тэхёна, а потом сталкиваться с пассивной агрессией Чонгука. Хосок был его другом, но Чонгук... Чонгук всё равно был ближе, и с этим нужно было смириться. — Тебе будет неинтересно стоять со мной в паре, — предупредил Тэхён, подбирая мяч с пола. Он не набивал себе цену — говорил как есть, ведь все спортивные игры давались ему с трудом. Тэхён от природы был немного неуклюжим, даже слабым в какой-то степени, потому что никогда не уделял физической деятельности много внимания. Ему всегда было по душе сидеть за учебниками, нежели гонять мяч во дворе с ровесниками, и он этого стыдился. Вот и сейчас Тэхён чувствует себя глупо, пытаясь отбивать мяч правильно. Получается это, мягко говоря, не очень. — Ты его слишком высоко поднимаешь, — подсказывает Чонгук. Тэхён старается исправить свою ошибку, но теряет контроль над мячом и вздыхает. — Нет, смотри. Чонгук подходит ближе, показывая на примере, как нужно правильно вести мяч. Его тон спокойный, так что Тэхён надеется, что на него не злятся. Он ведь предупреждал не брать его в пару. Навыки Чонгука значительно лучше, чем у него; его лицо сосредоточенное, но не напряжённое. Тэхён даже в какой-то момент ловит себя на мысли, что смотрит не на технику игры, а на его открытые руки. Так, Ким Тэхён, не время подвисать! Тэхён, честно, старается научиться, но это не слишком-то и просто. Особенно тогда, когда в роли учителя выступает человек, для которого он хочет казаться лучше, чем есть на самом деле. Стеснение очень мешает. Ему банально стыдно демонстрировать плохие навыки, однако Чонгук не смеётся над ним, напротив — объясняет, как нужно правильно. Учитель Ким раздаёт разноцветные майки, чтобы ученики могли различать игроков своей команды. Они оказываются в разных, чему Тэхён, конечно же, не особо рад, зато с ним Хосок и Чимин — тоже неплохо. Пришлось поделиться на четыре команды, и все они были смешанными. Первой играла команда Чонгука. Тэхён, сидя на лавочке, наблюдал за игрой, пока Хосок, выдвинувшись на роль капитана, распределял позиции. По всему залу раздавались скрипучие звуки, создаваемые кроссовками и гладким полом, громкие голоса ребят и непрекращающийся стук мяча. Шея и спина Чонгука стали мокрыми уже в начале игры. Капельки пота блестели на его коже, особенно красиво это смотрелось, когда солнце заливало спортзал. То, как он двигался, завораживало. Тэхён, наверное, мог бы смотреть на играющего Чонгука целую вечность, если бы ему не пришлось самому выходить на площадку. Поначалу Тэхён не может сдвинуться с места. Он стоит, смотря на происходящее вокруг, и крупно вздрагивает, когда мимо него проносится одноклассник с мячом. — Тэхён, нужно двигаться! Ты же в защите! Подошвы кед словно приклеились к полу. Баскетбол — контактный вид спорта, и он явно не создан для него. Тэхёну не хочется прикасаться к другим, а тем более отбирать мяч. Он хоть и вытягивает руку, но тут же одёргивает её обратно. Чонгук, сидящий на скамейке и наблюдающий за игрой, поджимает губы. Ему грустно видеть, что Тэхён чувствует себя некомфортно. Поэтому во время перерыва, когда они сталкиваются лицом к лицу, он хлопает по плечу в подбадривающем жесте и что-то шепчет на ухо, после чего тот краснеет. Хосоку становится очень любопытно, что такого сказал Чонгук, ведь Тэхён наконец оживает и включается в игру. Выяснить это так и не удалось. Он старается не бояться бежать навстречу и пробовать перехватить мяч. Пару раз это даже получается. Учитель действительно поделил их на равные команды: в каждой есть слабое звено и сильное. В их команде сильным оказался Хосок — пускай он редко попадал в корзину, двигался он достаточно быстро. Хосок вывел свою команду в лидеры благодаря хорошей реакции. Нельзя и приуменьшить заслугу Чимина — у них получился хороший тандем. Дыхание напрочь сбилось, а мышцы ног тянуло после бега. Оставалась последняя игра, которая должна была определить победителя сегодняшнего мини-турнира. Тэхён переглядывается с соперниками, среди которых оказался и Чонгук. Деваться некуда — он не может подвести свою команду. Первыми забивают команда «зелёных», из-за чего Хосок недовольно кривит губы. Капитан другой команды выделяется среди других — Тэхён не знает его имени, лишь пару раз видел в столовой. Парень маленького роста обыгрывал многих и прыгал так высоко, что Тэхён невольно открывал рот, а Хосок начинал медленно закипать. Дух соперничества — штука странная. Тэхён смотрит на табло: они отстают на двенадцать очков. Время отыграться ещё есть. Мяч летит прямо в руки; пробежав пару метров, он ищет «открытых» игроков, чтобы отдать пас, но каждого из его команды блокируют. Чонгук, пользуясь моментом, пытается перехватить мяч, только Тэхён хорошо усвоил его уроки. Он поворачивается спиной к однокласснику, выглядывая Хосока. Двигаться больше нельзя — будет считаться за пробежку, так что приходится вытянуть руки, но даже это не помогает. Чонгук прижимается к его спине, его шумное дыхание ощущается на затылке, и у Тэхёна случается какой-то сбой системы. Тело не специально реагирует на контакт с горячей кожей Чонгука, и тому не составляет труда забрать мяч. Так нечестно! Тэхён более чем уверен, что Чонгук нарочно пошёл в атаку против него. Одноклассник довольно хмыкает, проносясь мимо, а он открывает и закрывает рот, уже собираясь возмутиться. Плюс два очка не в их пользу. Хосок падает духом. Игра заканчивается их поражением, и расстраивает это только Хосока. Тэхён же щурится, глядя на Чонгука, будто обещает отомстить, на что парень улыбается. — Их капитан хорош, — говорит Чимин, чтобы хоть как-то подбодрить Хосока. — Он, вроде, на баскетбол ходит, так что у них было преимущество. Хосок, обиженно поджав губы, прослеживает взгляд президента. Капитан победителей, пусть и не хочется в этом признаваться, играет здорово. И самое странное, что он, одержав победу, лишь скромно улыбается, когда одноклассники поочередно хлопают его по плечу. — Как его зовут? — Э-э, — чешет затылок Чимин, — Мин Юнги. Юнги отбивает пять всем членам команды, а после поворачивается в их сторону и поднимает большой палец вверх. — Он над нами издевается, что ли? — фыркает Хосок. — Я его быстро поставлю на место! Чимин в последний момент останавливает его, схватив поперёк живота. Хосок, несмотря на свою эмоциональность, быстро успокаивается. Однако уже в раздевалке, пока Чимин не видит, он подходит к этому Мин Юнги и щурится, глядя сверху вниз. Не успевает что-то сказать, как баскетболист, окинув его оценочным взглядом, говорит: — Не хочешь записаться в нашу секцию? У тебя неплохо получается. — Да как ты сме… что? Правда? — Лицо Хосока меняется буквально за секунду. Уголки его губ поднимаются, он моментально забывает о своей злости. Юнги в подтверждение своих слов кивает, а затем улыбается, обнажая ровные дёсны. — Приходи обязательно. Хосок загорается, как лампочка, стоя ещё несколько секунд на месте, а потом, улыбнувшись Юнги, пружинящей походкой подходит к Чимину, хвастаясь полученным предложением. Тэхён, видя его поменявшееся настроение, ухмыляется. Кажется, только что у Хосока появился новый знакомый. И как ему это удаётся?..

***

Порог школы они перешагивают вчетвером: Хосок не отлипает от президента, чему Чонгук может только радоваться. Он, как сторожевая собака, охраняет Тэхёна, не собираясь подпускать к нему друга. Хочется взять Тэхёна за руку, чтобы чётко обозначить свои намерения, но они пообещали не демонстрировать свои эмоции на людях. Вот Чонгук и шагает, поджав губы, изредка кидая в сторону Хосока злобный взгляд — уже по привычке. Приходится сдерживать себя, когда тот обнимает Тэхёна на прощание и треплет по волосам. Хосок словно нарочно сжимает Тэхёна в своих объятиях секунд двадцать, не меньше — Чонгук считал! Хорошо, что в автобус они садятся только вдвоём. Там-то Чонгук и вздыхает с облегчением, двигаясь к Тэхёну ближе. — Ты чего на автобусе рассекаешь? У тебя же родители богатые, — хмыкает Чимин, пряча ладони в карманы. Они стоят уже вдвоём, выглядывая нужный автобус. — Может, мне нравится? — пожимает плечами Хосок. — Не хочу напрягать родителей лишний раз, они занятые люди, — переводя задумчивый взгляд на небо, объясняет он, а потом хмурится. — Почему я раньше не видел тебя на остановке? Разве тебя не забирала машина прямо возле школы? — щурится. Чимин только улыбается, отворачиваясь в сторону и делая вид, что не расслышал вопроса. После той ярмарки они начали уходить из школы вместе — странно, что Хосок заметил это только сейчас. «Мне нравится ходить с вами», — остаётся неозвученным.

***

Чонгук по какой-то причине чувствует себя ущемлённым. Он бубнит всю дорогу до дома, словно его лишили чего-то очень важного, а в подъезде и вовсе прижимается к Тэхёну со спины и окольцовывает его живот руками, размещая подбородок на плече, пока одноклассник, улыбаясь, набирает код от двери. — А если нас заметят? — Кто? Дома никого нет, а я соскучился за целый день, — недовольно тянет Чонгук. Обычно он не ведёт себя подобным образом. Они стараются быть осторожными и не позволяют друг другу в открытую демонстрировать чувства, но сегодня день выдался тяжёлым, так ещё и Хосок весь день вис на шее Тэхёна. Чонгука тоже можно понять: он пусть и не показывает того, что его задевают некоторые вещи, всё равно ведь испытывает различные эмоции. Он ранимый по-своему и, как оказалось, жадный до внимания Тэхёна. Тэхён тихо смеётся, когда они так и заходят внутрь — в обнимку. Чонгук отказывается отпускать, что-то говоря про норму ежедневных объятий. Отлипнуть друг от друга приходится: услышав копошение на кухне, они отскакивают в стороны. В коридор выходит женщина с тряпкой в руках, и Чонгук удивлённо хлопает глазами. — Мама? Разве ты не должна быть на работе? Тэхён толкает его в бок, намекая вести себя спокойнее. Прочистив горло, Чонгук исправляется: — Не ожидал тебя увидеть. Женщина сначала поднимает одну бровь, смотря на него вопросительно, а потом даже ухмыляется. — Не особо ты и рад видеть маму. — Она вытирает испачкавшиеся ладони о полотенце, и Чонгук только сейчас замечает, что та в рабочей одежде. — С трансфером проблемы, так что попросили переждать два часа, — объясняет Сонхва. — Вот решила приготовить вам ужин, а то опять налопаетесь хлопьев. Оба чувствуют себя неловко. Тэхён, посмеиваясь, стягивает с себя куртку, разувается и проходит в свою комнату, а Чонгук так и остаётся стоять на месте. Эта ситуация явно выбила его из колеи. В любом случае мама ведёт себя как обычно, так что он, сидя на кухне, старается не переживать лишний раз. Если бы она что-нибудь увидела, то давно бы уже сказала, ведь так?.. Сонхва уезжает на работу только к вечеру. За окном уже темно, а в доме — тихо. Тэхён, оторвав взгляд от телефона, улыбается: не прошло и пяти минут после ухода матери, как Чонгук заходит в его комнату и прикрывает за собой дверь. Проскальзывает мышью к кровати и тут же хмурит брови. — С кем переписываешься? — спрашивает тот, забираясь на матрас. — С Хосоком? И почему Чонгук стал таким… любопытным? Он даже не стесняется бросить взгляд на чужой телефон и сощурить глаза. — Мама написала, что завтра немного задержится, — не скрывая ухмылки, говорит Тэхён. — Всё нормально? — Да, — невозмутимо заявляет Чонгук. Он ведёт себя странно. Тэхёну, вроде, и смешно, но в то же время не по себе. Может, у Чонгука личная неприязнь к однокласснику? — Можно тебя обнять? Я замёрз. — Конечно. Тэхён убирает телефон на подоконник и залезает под одеяло, укладываясь на бок. Чонгук пристраивается сзади и вытягивает руки, крепко обнимая и втягивая носом уже полюбившийся запах волос. — Ты такой тёплый, — выдыхает Чонгук прямо в шею, прикрывая глаза, словно залез не под одеяло, а в тёплую ванну. Свет в комнате не горит. Тэхён снимает очки, промаргиваясь, чтобы глаза немного отдохнули. Лежать вот так с Чонгуком в полной темноте всегда было неловко, пускай они делали так десятки раз. Тэхён улыбается своим мыслям, прислушиваясь к чужому дыханию. Чонгук прижимается ближе, притягивая его к себе за живот, а он совсем не против почувствовать тепло его тела. Они лежат пару минут в тишине. За окном время от времени проносятся машины, из-за чего потолок подсвечивается фарами, привлекая к себе внимание. Спать никто не думает: завтра выходной день, так что можно лечь позже обычного. Когда руки Чонгука как бы случайно забираются под его кофту, Тэхён ничего не говорит. Если честно, он сам ждал каких-либо действий с его стороны. Не хотелось показаться навязчивым, а тем более приставать, поэтому он не принимал никаких попыток хотя бы намекнуть, что он не против ласки. Чонгук медленно водит пальцами по животу, то поднимаясь к груди, то спускаясь к пупку. Его движения аккуратные и приятные. Тэхён, кусая губы, вглядывается в стену. Горячее дыхание одноклассника щекочет кожу на шее, но он больше не вертит головой, как раньше, — уже привык. Чонгук, продолжая рисовать невидимые узоры, прижимается губами к уху и целует почти невесомо. Тэхён плавится. Шевелит плечами, шумно выдыхая, и не специально прижимается к груди Чонгука ещё ближе. Говорить в такие моменты совсем не обязательно — тело говорит всё за них. Чонгук спускается к шее, целует уже смелее и касается пальцами соска, чтобы после слегка сжать и посмотреть на реакцию Тэхёна. Тому, вроде как, нравится. Чонгук не уверен, поэтому повторяет то же самое с другим. Тэхён начинает извиваться змеёй, хороший это знак или нет — непонятно. У обоих нет никакого опыта, поэтому Чонгук старается действовать по интуиции. Рука соскальзывает ниже, и Тэхён напрягается каждой клеточкой тела — Чонгук чувствует это. — Можно? — на грани слышимости. Дышать становится труднее — воздух будто накаляется. Тэхён коротко кивает, не зная, куда деться. Даже хорошо, что в комнате темно. Ему кажется, что щёки начинают гореть. Чонгук проводит тёплой ладонью по внутренней стороне бедра, после чего оттягивает резинку пижамных штанов и ныряет туда рукой. Приятно. Он оглаживает член через ткань трусов и сам смущается, но не прекращает. Для Тэхёна он хочет быть смелым, даже если сейчас жмурит глаза, прихватывая кожу на шее губами, чтобы скрыть волнение. Страшно сделать что-то не так. Нужно расслабиться, только вот не получается. Температура тела подскакивает до критической отметки, сердце начинает стучать быстрее. Чонгук надеется, что Тэхёну нравятся его манипуляции. По крайней мере, он очень старается. Целует влажно, оставляя мокрые дорожки на шее, жмётся теснее, гладит усерднее. Тэхён не может лежать неподвижно: он поднимает голову, дыша через рот, и инстинктивно двигается навстречу чужой руке. Чонгуку самому становится жарко. Хочется прикоснуться там. Тэхён позволяет. Ладонь обхватывает член, немного сжимая, словно оценивая. На самом деле Чонгук теряется, однако секундная заминка остаётся незамеченной. Из-за сухой кожи рук всё происходит иначе, чем он себе это представлял. Приходится сплюнуть в ладонь, отчего Тэхён, конечно, не в восторге, но ничего не говорит. Побороть смущение получается с трудом. Оба чуть ли не задыхаются, теряясь в новых эмоциях. Чонгук нетерпелив: двигает рукой быстро — так, как привык делать это сам. С губ непроизвольно слетают судорожные вздохи. Тэхён прикрывает рот рукой и дёргается. Волна оргазма накрывает так резко и быстро, что он даже не успевает понять, что происходит. Чонгук дышит тяжело, не останавливаясь, и кусает в плечо. От такого контраста ощущений перед глазами всё размывается. Когда Чонгук наконец отстраняется, напоследок целуя куда-то за ухом, Тэхён ещё с минуту лежит с прикрытыми глазами. Неловко будет только потом, а пока что ему слишком хорошо, чтобы думать о чём-то другом. Мысли мажутся разноцветными огоньками, и становится всё равно на то, что всё произошло быстрее, чем он ожидал. Чонгук налаживает дыхание и смотрит в потолок. На губах застыла довольная улыбка от осознания произошедшего. Может, он был не совсем нежен, главное, что Тэхён дошёл до пика удовольствия. Ладонь испачкалась в его сперме, Чонгук поднимает руку, раздвигая пальцы, и не может понять, что чувствует. Это выглядит определённо странно, а ещё… красиво. Он, подловив себя на такой мысли, вдруг тихо смеётся и чувствует себя крайне глупо. Тэхён распахивает глаза и поворачивает голову к нему. И надо бы что-то сказать, но он не находит подходящих слов. Всё это так неловко — хочется спрятаться под одеяло. Чонгук замечает его поведение и напрягается. — Ты как? Тэхён всё-таки ныряет под одеяло и что-то бубнит себе под нос, но Чонгук его не слышит, поэтому и приближается. Ему просто необходимо получить ответ на свой вопрос — иначе сегодня не сомкнёт глаз. Сейчас в груди сконцентрировалось слишком много разных эмоций, так что сон отодвигается на второй план. Чонгук смеётся, когда Тэхён пытается увернуться от его рук. Во-первых, прикасаться друг к другу теперь кажется слишком странно — вдруг можно обжечься? Во-вторых, Чонгук пачкает его пижаму, из-за чего Тэхён морщится. — Не трогай! — Тэхён смеётся тоже. Ноги сплетаются, дышать становится нечем, но Чонгук настойчиво льнёт ближе и ищет в темноте чужие руки, чтобы прижать их к матрасу, тем самым одержав победу в этой внезапной схватке. Тэхён вертится, даже пинается и не прекращает смеяться. Чонгук всё же фиксирует его запястья над головой, оказываясь сверху, и дышит как-то загнанно. — Можно тебя поцеловать? — Нет. — Почему? — Я сейчас готов провалиться под землю… — Тебе не понравилось? Тэхён поджимает губы. Он не видит Чонгука, не знает, как тот сейчас хмурится, но он чувствует его всем телом, и это не потому, что тот тяжёлый. Одноклассник возбуждён — это становится понятно сразу. Смущает не то, что Чонгук не специально прижимается к его бедру, а то, что Тэхён совершенно не знает, что со всем этим делать. Чонгук падает на его грудь и наклоняется к лицу, переходя на шёпот: — Ты чувствуешь то же самое? Будто кожа вся полыхает, и там… тоже. — Он притихает на несколько секунд, слушая прерывистое дыхание Тэхёна. — Мне хочется… — Да. Я чувствую себя так же. Становится легче. Хотя бы теперь он знает, что Тэхён понимает его, только, кажется, не до конца. Озвучить желание вслух не находится смелости — то так и остаётся висеть в воздухе. Почему так сложно? Чонгук не может быть уверенным на все сто процентов, что Тэхён думает о том же, о чём и он в данную минуту. Он падает лбом на чужую грудь и вздыхает. Кажется, стоит пойти к себе в комнату, иначе он натворит глупостей. Тэхён, как ни странно, не отталкивает. Он молча накрывает его затылок ладонью и проводит по волосам. Пальцы немного подрагивают, но он унимает эту дрожь, потому что тоже хочет прикоснуться, тоже хочет показать, что Чонгук ему не безразличен, ведь то, что произошло только что, меняет его представление об удовольствии. Когда он делал это сам, эмоции не были такими красочными — это удивляет. Собственное тело является для него загадкой, а Чонгук словно находит ключи от него. Он неуверенно тянет его за плечи, прося приподняться, и спускает одеяло, чтобы можно было вдохнуть свежего воздуха. Чонгук отстраняется, не собираясь к нему приставать, и ложится на спину. Он совсем не был готов, что Тэхён, вместо того, чтобы отвернуться, перевернётся на живот и поцелует первым — нежно, оставляя на губах неподдельный трепет. Чонгук вытягивает руку, опуская её на чужой затылок, и отвечает на поцелуй. Губы сами находят другие. Нежный поцелуй перерастает в нетерпеливый. Чонгук проникает языком в его рот, и тот чуть слышно стонет прямо в губы, не успевая этого осознать. Уже как-то не до стеснения совсем. Пожар, расползающийся по позвоночнику, распаляет ещё больше, и контролировать себя не получается. — Подожди… я… — Тэхён пытается что-то сказать, но Чонгук не даёт договорить, накрывая его губы своими снова и снова. Голова немного кружится. Водоворот эмоций утягивает на самое дно. Тэхён на ощупь находит то, что искал, и сжимает в ладони, из-за чего Чонгук издаёт томный стон. Оторваться друг от друга кажется невозможным. Чонгук спускает шорты, позволяя Тэхёну прикоснуться к себе, и, когда тот сразу же запускает руку в боксеры, тело прошибает током. Он вздрагивает, жмуря глаза, и какое-то время совсем не отвечает на поцелуи. Тэхён останавливается. — Чонгук? Ты весь дрожишь… Одноклассник не реагирует на слова. Впивается пальцами в его плечи и сглатывает, будто ему больно. Тэхён не на шутку пугается. — Мне прекратить? — Нет, — шепчет Чонгук, открывая глаза. Его взгляд расфокусированный и какой-то гипнотизирующий. — Почему ты дрожишь? — Он сам переходит на шёпот, будто у стен имеются уши, и их разговор кто-то подслушивает. — Потому что ты мне нравишься, Тэхён. Очень сильно. Кажется, Тэхён перестаёт дышать. Неужели… Чонгуку настолько приятно, что он непроизвольно дрожит? Эта мысль заставляет приблизиться снова. Странно испытывать подобное: внутри словно проносится ураган. Каскад эмоций кроет моментально, и Тэхён тонет в них, даже не пытаясь выбраться. Потому что рядом Чонгук — такой отзывчивый и горячий, что думать о другом просто нереально. А нужно ли?..