"- Я больше не хочу тебя терять..."

— Дазай, прости, но… Понимаешь, я все обдумал и решил, что нам лучше расстаться. Знаешь, мне кажется, я люблю Тачихару… Прости…       Три коротких гудка оповестили шатена, что звонок завершен. — Ч-что? Но… Чуя?       Бесполезно. Он уже не слышит.       Дазай неверяще смотрел на телефон в своей руке. Внутри что-то рушилось. Этого не может быть, верно? Почему? В голове крутились тысячи вопросов. — Нет… Нет…       Сердце словно превращалось в пепел, даря безумную боль. Как так, Накахара? — Нет…       Телефон улетел в окно, словно был повинен в несчастье, постигшем кареглазого. Тонкие руки обхватили голову, словно стараясь унять боль в висках. Перед глазами плыло. Может, от слез? Нет. Ведь он не может плакать.       Обернувшись, он безумными глазами посмотрел на Йосано, державшую в руке уже пустой шприц.       Благословенная тьма приняла его в свои объятия.

***

— Ч-что происходит, Йосано-сан? Что вы сделали с ним? — Тигр в панике подскочил со своего места, готовясь, если понадобится, защищать наставника. — Ацуши, успокойся. Это снотворное.       Блондин хотел что-то сказать, но его прервала трель собственного телефона. — Да?       Почему так больно, когда тебя оставляют? Ты ведь действительно любил… — Д-да…       Безвольная кукла, сломанная марионетка без хозяина и души. Душу просто разбили… На много… слишком много осколков.       Глядя в пустоту, видимую лишь ему одному, он садится на свое место. Глаза наполняются слезами, но он не замечает.       Издалека слышится голос Рампо. Грустный. Сочувствующий. — Их бросили…       Бросили? Его? Нет, ты ошибаешься. Тигра просто променяли на какую-то девку из мафии… «Знаете, Дазай-сан… Я тоже хочу умереть…»

***

      Прошло три дня. На удивление коллег прошли они спокойно. Маленькая Кёка помогала Ацуши приходить в себя. Ему все равно было больно, но ее ласковая забота помогала ему справляться.       Дазаю же помощь словно была не нужна. Когда он проснулся тогда, то просто молча ушел домой. Рампо не дал Йосано и остальным остановить его. И только он не удивился, когда на следующий день шатен спокойно прошел к своему месту, кивком головы поприветствовав своих коллег. Словно ничего не изменилось, словно дома его все так же встречает любимый человек, словно… Словно он счастлив…       Мало кто мог понять, какие демоны терзали его исстрадавшуюся душу, когда он был один. Никто не знал, что дома он резал руки и бедра, что пил виски просто как воду. Он курил, как никогда раньше. Он, человек который стремился заставить Чую бросить эту мерзкую привычку, выкуривал пачку за пачкой. Чуя… Он многое отдал бы, что бы хоть на мгновение забыть его голубые глаза, забыть его счастливую улыбку и веселый смех.       Забыть то время, когда они были так счастливы…       Он прошел за свой стол и взялся за большую стопку отчетов. Старая привычка бывшего мафиози: «Если тебе плохо — работай». Все эти три дня он топил свое горе в стопках бумаг. Он доделал старые отчеты, сделал все новые, и как раз заканчивал составлять еще один, когда дверь открылась. На пороге появился Мори. Окинув брюнета хмурым взглядом, Дазай привычно подметил, что плащ мафиози не идеально аккуратен, что из хвоста выбились несколько прядей. — Что-то случилось, Мори-сан?       Холодный взгляд ясно давал понять, что ему здесь не рады. — Даза-а-а-ай, — приторно притворно сладко протянул бывший босс. — Раз уж ты не рад меня видеть, то перейду прямо к делу. Чую похитили. И… — А какое мне дело? Пусть мафия сама ищет своих работников, — Дазай был едва ли не в бешенстве от происходящего. Гнев застилал разум, мешая мыслить. Огромнейшим усилием воли он успокоился и холодно продолжил: — Мори-сан, могу вам сообщить, что у Чуи есть парень, так что он пусть и занимается поисками. У меня слишком много работы. — Очень странно, Дазай, что твои коллеги еще живы. Юмико, Кацуи и многим другим так не везло… — Это было давно. — А как насчет идеи потягаться силами с Достоевским?       Дазай заинтересованно посмотрел на Мори. Это уже было интересней. Конечно то, что Мори говорит о похищении Чуи, очень важно, но шатен не мог позволить себе идти за Чуей. И плевать, что это было видно и босс все понял. — Он просит тебя прийти к нему. — Что мне за это будет? — Дазай впился взглядом в лицо бывшего босса. О, несомненно, он уже знал, что попросит. Перед глазами уже мелькали эти благословенные мгновения. Крики и стоны будоражили сознание. — Что хочешь… — уже в который раз Мори жалеет, что Дазай его ученик. Слишком уж он хорошо его воспитал. И сейчас он знал, что легко не отделается. — Что же, бывший босс… Жду информацию на почту. Кивнув, Мори пошел к выходу. Он был удовлетворен. Дазай спасет Чую. А цена… Разве это важно?