12 принцев Ада

Единственное, на что у меня хватило сил до того, как расплакаться, была просьба никому ничего не рассказывать. Ни о том, как они меня нашли, ни о том, в каком я состоянии, ни о чем, просто оставить меня в покое и не трогать, не смотря на истерику и крупную дрожь, которая меня колотила. И, слава небесам, меня послушали. Ки проверил все, что только можно, каким-то образом нашел стекла на кухню и занялся ремонтом, предоставив Руи приводить меня в чувство самостоятельно. Синеволосый, без спроса, залез ко мне на кровать, уложил меня вплотную и превратился в столб, ожидая, когда я проплачусь и снова получу способность говорить. Ждать пришлось долго, слезы все текли и текли, а я ничего не могла с этим поделать, просто всхлипывала и, одной рукой, гладила псинку, которая с момента появления в квартире, не отходила от меня ни на шаг. - Ты в порядке? – Наконец, спросил Саммаэль, когда я более-менее успокоилась. Я только криво усмехнулась. - Какой уж тут порядок… Но ничего, сойдет. – Я вытерла красный нос и вздохнула. – Прости, что пришлось нянчиться со мной… - Я тебя сейчас ударю. Кто же еще о тебе позаботиться, если не мы? - Сразу завозмущался парень, подозрительно смотря на собачку, уютно пристроившуюся у меня в ногах. – Кстати, что это за божья тварь? - Как ласково. Собака. – Я привстала и потрепала безымянного найденыша по лохматым ушам. - Это я вижу. Ты её откуда взяла? - Неоткуда. Он сама взялся, когда тут проснулась, он уже здесь был. – Я безразлично пожала плечами. – Ладно, не важно. Вам еще не пора обратно? - Нет, я тебя все-таки ударю… - Нахмурился парень, но я так безразлично посмотрела на него, что он тут же остыл. – Диа, ты совсем не в порядке. Не справедливо будет оставить тебя одну, да и, к тому же, у меня есть личные вопросы на счет твоего состояния…. - Ну задавай. – Я продолжала гладить собаку, которая периодически ворчала, поглядывая на Руи, как на врага народа. - Твоя истерика связана с тем, что произойдет через 2 дня? – Вопрос в лоб. Я застыла, на моем лице запечатлелся жуткий, смертный ужас. Но в глазах не было слез, мне было просто страшно. Потому, что я не могу рассказать. Не потому, что им будет больно, а потому, что боюсь увидеть в серых глазах своего друга равнодушие и радость о том, что меня не станет, а к ним придет настоящая Богиня. Они не могут не догадываться о ТОЙ, кто ждет внутри меня, готовясь занять мое место. А я до смерти боюсь предательства. Хватило мне Ария, который уж очень быстро от меня отказался…. - Диа, расскажи мне все. Я же не идиот… я же все вижу… Ты меняешься, и я не знаю, хорошо это или плохо, но сегодняшняя истерика явно не показатель твоего счастья, так что я просто так отсюда не уйду. – Руи взял меня за руку и начал слабо поглаживать, но я не чувствовала его тепла. Для меня теперь все едино: дождь, снег, кипяток… Я не чувствую различий. – Ты словно раздваиваешься. Одна Диана… - Он задумался. – Такая, как будто нас, принцев, не существует, ты не помнишь ничего, но зато живая, веселая, бойкая и все в таком духе. А другая, такая, как сейчас…. – Он горько вздохнул и сжал мои пальцы. – Ничего не чувствуешь, не улыбаешься, не разговариваешь… многое скрываешь… и не помнишь о моментах, когда ты снова становишься обычной девчонкой… Может, это Дейна? Опять мешает тебе? Демонесса во мне подняла голову и, на секунду, воспользовавшись моими растрепанными чувствами, завладела моим телом, приблизившись к синеволосому вплотную и прошипев ему прямо в губы. - Я её не трогала, дрянь! Не говори того, чего не знаешь… - Я затрясла головой и снова стала собой, даже немного радуясь тому, что хоть Дейна все еще такая, как прежде. - Понятно. Не Дейна. – Захлопал глазами принц, пропустив от моей выходки истерический смешок. – А, кстати, я вспомнил, что еще тебя характеризует, когда ты меняешься… - Я вопросительно посмотрела на него, чуть наклонив голову так, что длинные волосы открыли зеленый глаз. – Глаза. Они меняют цвет. На голубой. В этот момент мне захотелось провалиться куда-нибудь в центр Земли и распасться на молекулы в раскаленном ядре планеты. Это кошмар. Я хорошо помнила все то, о чем говорила Богиня в моем сне. Она предупреждала о том, что случается, когда голубеют мои глаза – это значит, что я теряю себя. - И… часто… они менялись…? – Сквозь зубы прошипела я, изо всех сил сдерживая спазм в груди, грозящий разразиться еще одной истерикой. - Ну… уже раза три… кстати, все чаще и чаще. – Руи пожал плечами, не придав этому значения, но меня выдали побелевшие от напряжения пальцы, которыми я сжимала одеяло, до боли в ногтях. – Диа, объясни мне, что происходит! - Нет. – Я отвернулась и подтянула ноги к груди. - Скажи. – Продолжал давить парень. – Я же говорил, что всегда поддержу тебя, чтобы не случилось, скажи! Мне надо знать! - Не скажу. Я не верю в твои слова о помощи, тут ты ничего не сможешь сделать… и никто не сможет… - Я хотела встать, но Руи дернулся и схватил меня за руку, подтянув к себе так, что я потеряла любую возможность вырваться. - СКАЖИ. Я ПОМОГУ. – Он был очень серьезен, серые глаза просто сверлили меня на живую. С кухни донесся стук, кажется, Ки, вместе со стеклами, решил еще и рамы поменять. Не знаю чем, но эти бытовые звуки стали для меня неким катализатором. Я приняла решение. Пусть я еще раз обожгусь, пусть, это все равно не станет для меня очередным катаклизмом, к предательству я привыкла. Причем, даже к предательству самой себя. Еще один удар не станет смертельным, укус яда я уже получила изнутри и с этим ничего не сделать. - Руи… я…. Умру через 2 дня. Уже даже меньше… - Я опустила глаза, не желая видеть его лицо. Я боялась, что увижу там улыбку. Боялась до смерти. - И почему? На гвоздь наступила и крыша поехала? – Брякнул он, вдруг сильно сжав мне руку, так, что я чуть не взвизгнула. Только по этой реакции я поняла, что он НЕ РАД. Подняв голову, я обалдела. Он смотрел на меня так, словно не верил в то, что я сказала, как я боялась увидеть в нем радость, так же и он до смерти боялся увидеть в моих словах правду. ОН БОЯЛСЯ БОЛЬШЕ, ЧЕМ Я. - Нет. Просто… - Я наклонила голову и глубоко вздохнула. – Просто так надо. Перерождение, к которому все так готовятся, должно быть самым, что ни на есть настоящим. ОН, ну, то небо, что дало мне еще один шанс, сказал передать власть, вот только тот, кто её примет, живет во мне. Ваша НАСТОЯЩАЯ богиня. Прости, что не сказала сразу, ты верил, что я смогу все преодолеть, но перед этим я бессильна… - Из глаз снова полились слезы, но на лице играла светлая улыбка. Я перестала бояться того, что случиться. Пусть мой сон окажется вещим, пусть я, ценой своей жизни, смогу спасти многих, Руи меня жаль, он будет по мне грустить и не забудет меня. Остального мне не надо… Он ничего не сказал на мои откровения, просто прижал меня к себе и положил большую голову мне на плечо. Я обняла его. И все. Слушая стук с кухни и биение сердец друг друга, мы молчали, зная, что ни он не может мне ни в чем помочь, ни я ничего не могу сделать. Через 2 дня мы расстанемся и на этом закончиться наша история. *** Я чувствовала себя героиней фильма о раке. Ночь прошла очень спокойно, правда, у меня затекло все, что только можно, потому что Ки, любопытная шпала, естественно, все слышал, вот только реагировал совсем не так, как можно было предполагать – просто сгреб меня в охапку и со словами «Детка, спи, мы с тобой», не выпускал меня целую ночь. А на утро, странно посмотрев на меня и сказав, что скоро вернется, как только угомонит остальных, пропал, пнув Руи и сказав, чтобы он от меня ни на шаг не отходил. Он и не отходил – цапнув меня за руку, как любящий парень, повел гулять. Чтобы я ни захотела, он тут же исполнял, так что мы, взяв безымянную собачку, прошли по всему городу, заходя во все места, которые хоть что-то для меня значили во всех трех жизнях. К концу дня осталось только одно. Кладбище. Я хотела попрощаться с родителями. - Может, не пойдем? – Даже то, что сам Саммаэль был демоном, ничего не меняло. Ему не хотелось идти в место, где было много мертвых. - Не ходи. Но у меня остался здесь только день. Мои умерли давно, но я все еще чувствую с ними связь, они должны знать, что я послезавтра исчезну. – Я отпустила его ладонь и, толкнув железную скрипящую калитку, вошла в темноту. Уже наступила ночь, но чего мне бояться? Я ж сама уже наполовину призрак… Рыжий пес, оставшийся с зодиаком на поводке, жалобно заскулил, но я не повернулась. У меня нет времени раскачиваться, осталось всего ничего… Я не учла только одного – что зомби не нужны фонари, а я в темноте ни хрена не вижу. Так что я, в самом тупом смысле, заблудилась среди могил, крестов и памятников. - Черт… Вот угораздило же меня… - Буркнула я, путаясь кроссовками в высокой некошеной траве. Отсчитав 3 поворот вправо, я пошла вперед, но на свою дурную голову, не углядела какую-то неглубокую яму и полетела вперед, в конце пути сильно приложившись обо что-то лбом. *** - Диа, ты не Богиня, ты единорог! – Ухахатывался с меня Руи, замазывая йодом длинную царапину на щеке и глядя на здоровенную шишку, красовавшуюся точно над переносицей. - Отстань, остряк нашелся… - отмахнулась я, любуясь в зеркало и слушая, как на кухне что-то вкусно шкворчит. – Ки умеет готовить? - Он, по-моему, вообще все умеет. Идеальный муж для криворукой бизнес-леди, которая заколачивает бабки, а мужик делает все по дому. – Брякнул Руи, с опаской оборачиваясь в коридор. - Домохозяин… - Доверительным шепотом сообщил мне парень, тут же отлетая в сторону от чьего-то пинка справа. – Ауч! - Не фиг рот открывать, когда сам не можешь даже гвоздь вбить! – Рявкнул Ки, материализуясь в 10 сантиметрах от того места, где сидел Саммаэль. Я зааплодировала, мне еще в первой жизни нравилась его невидимость, но сейчас это было куда как зрелищней. – Ты как? Поужинаешь? - Не хочу есть, но ты ж заставишь… - Я сморщила нос. – Руи, хорош трупом притворяться, они тебе не нравятся, ты им тоже, так что вставай! - Меня убили… о, злой рок настиг меня…. Прощай, сей бренный мир, меня ждет вечность! – Далее последовал гомерический хохот из-под кровати. - Это моя реплика, уважаемый. Ки, помогай, этот придурок меня не слушает! – Пожаловалась я, криво наклеивая пластырь на ранку. Два раза повторять не пришлось: шкаф, быстро нагнувшись, цапнул «умирающего» демона за ступню и поднял одним рывком головой вниз, заставив того взмолиться о пощаде. Я рассмеялась и пошла на кухню первая, не дожидаясь парней, которые разыгрывали сценки из Гамлета, как пятилетки. Мне гораздо легче с теми, кто знает обо всем, чем с теми, кто даже слышать ничего не желает. Странная человеческая природа… *** Чуть ли не впервые за неделю я хорошо поела, Ки, как оказалось, потрясающий повар. Чуть ли не впервые за неделю, я приняла горячую ванну с пеной и надела чистую, новую, теплую пижаму, закутавшись по самый нос. Чуть ли не впервые, я захотела выпить пива, а когда ребята принесли все из магазина, то мы сидели втроем на ковре в комнате, слушали музыку, разговаривали и смеялись так, словно у меня был еще один день…еще один год… еще много, очень много лет… Они знали. Знала и я. Что я уже не увижу рассвета, хоть сердце и будет биться дальше. Сутки. За следующие сутки, когда я усну, мое тело будет перестраиваться, крылья, всю жизнь спрятанные под кожей, вырвутся, глаза поголубеют, а тело засияет миллионом сапфиров, и тогда я исчезну. Но об этом мы сегодня не вспоминали, нам хотелось верить в то, что это ложь и выдумка. И мы обманывались. Играли в какую-то ерунду, смеялись… Много смеялись. Искренне, хотя я даже и не вспомню над чем. Последнее, что я попросила у них перед тем, как лечь спать, чтобы эти два придурка оставили собаку у меня и ушли к себе. Я не хотела, чтобы они видели меня с искореженным болью лицом, с кровавыми струйками изо рта, не способную даже вытереть их… не хотела, чтобы последние воспоминания о Диане были как о слабачке. Я не смогла пробыть с ними долгое время, не смогла дать то, что требовалось, но вполне смогла подготовить благодатную почву для «примадонны», что скоро выйдет из-за кулис. - Диа… я тебя люблю. Я буду скучать. – Руи, поплотнее укрыв меня одеялом, мягко и грустно улыбнулся, нежно обнял меня за шею и чмокнул в переносицу. Я же только фыркнула. - Сделай так, чтобы мне не пришлось стыдиться своего лучшего друга, ладно? - Угу. – Мне, скорее всего показалось, но когда он отворачивался, в его глазах что-то предательски блеснуло. - Детка… - Пробасил Ки и погладил меня по голове большой ладонью так, что все волосы упали на лицо. - Да знаю я, что ты скажешь, иди уже! – Я закатила глаза. Ненавижу долгие прощания. – Кстати, спасибо за то, что починил кухню, ты охрененный мужик! - Вот, видишь! – Тут же надулся от гордости парень, тыркая смотревшего в сторону синеволосого в бок. - Ладно, отчаливайте. – Я вздохнула и закрыла глаза. – Только никому и ничего не говорите, особенно Ину и Адже, я вас предупредила не для того, чтобы потом делегации принимать, ок? - Как прикажешь… - Тихо сказал Саммаэль, судя по слабому дуновению ветра, исчезая из комнаты. *** Я пролежала с закрытыми глазами порядка 15 минут, прежде чем поняла, что мне нужен носовой платок, слезы, катящиеся помимо моей воли, не давали нормально уснуть. Странно, что я плакала, ведь грустно мне не было. Я уверена, что у каждой эмоции есть лимит, нельзя постоянно смеяться или орать, когда-нибудь и то, и другое кончится. Но мне не было тоскливо или как-то еще, а слезы все продолжали течь. Я встала с кровати, с сожалением пощупав мокрый ворот пижамы, сделала несколько шагов к комоду, но, стоило только схватиться за ручку, в глазах помутилось… Примерно через 10 секунд в спальне послышался звук падающего тела, платочек, что я достала, медленно спикировал на пол рядом с моей рукой, а собачка, которая очень некстати выбрала себе умирающую хозяйку, подняла голову и завыла, но я уже не слышала. Я даже не шевелилась, только хрипло дышала. Начались мои последние сутки на этой планете. Я умирала.