Сага о Батоне

Сегодня Кирилл проснулся раньше обычного. Его прыщавое лицо на миг высунулось из-под дырявого одеяла. Солнце только выползло из-за горизонта и первыми лучами коснулось обшарпанного пола. За окном было совершенно тихо, будто все вымерло и лишь настенные часы неприятно щёлкали своими стрелками. Кирилл совсем не разбирался в цифрах, но это ему и не надо. Сейчас точно утро, а значит встаёт не только солнышко. После увлекательного процесса мастурбации потрескавшиеся губы паренька расплылись в улыбке. Красота! Вытерев руку об стену и сбросив одеяло Кирилл почапал в коридор, оставляя на пыльном полу следы голых ступней. Его впалый живот требовательно бурчал и мальцу ничего не оставалось, как подчиниться этому утробному зову. Проходя мимо маминой спальни парень никогда не сдерживался. И этот день не был исключением. Голая и жирная бабища, покрытая, казалось, несколькими корками грязи, развалилась на маленькой кровати. В комнате стоял сильный запах нестиранных лет пять трусов и потными подмышками. Заплывшие жиром груди матери свисали чуть ли не до пола. Кровать под ней прогибалась и скрипела в такт громкому храпу. Покрытая щетиной и грязью она напоминала больше свиноматку, но Кириллу это нравилось. Он с сожалением вспомнил, что передёрнул совсем недавно, поэтому просто подошёл к здоровенной туше и провёл ей хуем по губам. Убедился что мать не проснулась, для профилактики сунул вялого в её огромную ноздрю и побежал к холодильнику. Наконец Кирилл добрался до кухни и отворил заветную дверцу. Внутри была лишь грязная тарелка на которой одиноко лежал скрюченный огуречик. Кирилла это очень позабавило, ведь этот маленький огурчик так похож на его пенис! Смех смехом, но кушать хочется. Кирилл хотел было слопать этот овощ, но раздались громкие шаги. - Ах ты змеёныш! А с матерью делиться? Женщина подняла тщедушное тело за шиворот, как котенка и отбросила в дальний угол. Затем взяла огурчик и проглотила. - И так жрать нечего, а ты ещё тут! - возмущалась не вовремя проснувшаяся мать. Видать запах давно немытой залупы и разбудил её. - Иди за хлебом сходи, будет полезное дело. И в очередной раз мамаша швырнула Кирилла, вот только уже в холодный подъезд. Улёгся удобно, пропахав холодный кирпич лицом. Мать кинула ему ещё пару погнутых монет и громко хлопнула дверью квартиры. Парниша сел потёр разбитое лицо, размазав слёзы, сопли и кровь. Задумался, вытер всё это тыльной стороной ладони и хорошенько облизал. Затем подобрал гроши и поспешил в магазин. Хоть и была рань, но народ уже прибывал. Кирилл занял очередь, но всех это не особо не интересовало. Бабульки били его тяжелыми сумками. Женщины визгливо кричали. Мужчины пару раз выкидывали из толпы, добавляя неплохого пинка под тощий зад. После такого дрожали ребра и подгибались колени, но Кирилла было уже не остановить. Порядком подзаебавшаяся его избиением очередь уже рассосалась и довольный пацан подошёл к кассе. - Мне хлеба, пожалуйста, - пробормотал Кирилл и заулыбался. Продавщице больше хотелось подогнать ему пачку качественных гандонов по скидке, дабы такие не размножались, но все равно достала батон с витрины и запихнула пацану. Расплатившись Кирилл поспешил обратно. Он сунул батон подмышку и довольный летел домой. Хотелось бы съесть этот хлеб сейчас, но если узнает об этом мама - съест самого Кирилла. Поэтому парень не решил рисковать. Однако его ждали. Толпа качков-негров появилась из-за угла. Кирилл мог поклясться, что минуту назад их там не было. Жаль, что он не умел. - Йоу, парень! Куда-то спешишь? - огромный негр с золотыми зубами перегородил ему дорогу. Явно предводитель этого зоопарка. Модные, с блестящими цепями и бряшками Кириллу они казались нереальными. Он скосил глаза и ответил: - Да вот хлеб несу. Мама попросила, - и показал черному дяденьке батон. - Факин бич! Валим обсоса! - закричал главный негр. Кирилл даже не успел ничего понять, ведь через мгновение огромный кулак с хрустом впечатался ему в переносицу. Да и будь у него намного больше времени все равно бы не понял. * * * Очнулся Кирилл в каком-то подвале. Без батона, но в окружении негров. Он хотел было отправиться на поиск потерянного хлеба, но в ответ его хорошенько отпинали по лицу, попутно выбив все зубы. - Хочу пить... - шептал Кирилл. Ему протянули позеленевшую бутылку. Вода в ней давно протухла и пахла прокисшими носками, но парню было не привыкать. Он парой глотков осушил её до дна. В отражении он увидел вместо своего лица кровавое мессиво. Посидел и полюбовался. Куда лучше! Вскоре пришёл главный негр и ткнул ему в лицо злосчастным батоном. - Видишь это? Из-за него ты умрёшь! - его огромные цепи на шее грозно зазвенели. Кирилла окружили со всех сторон и стали сдирать одежду. Затем ему раздвинули ноги и что-то холодное коснулось его ануса. Кирилл ничего не мог сделать, он только балдёжно шмакал беззубым ртом и харкал кровью. Бутылка упрямо не хотела пролезать в закрома паренька, но хороший пинок расставил все точки. Батон сожгли на разведённом костре, а Кирилла решили съесть. Толпа голодных негров накинулась на него. Их крепкие зубы вонзались в его дряхлую кожу, прокусывая до самых мышц. Кирилл пытался кричать, но недавно побывавшую в его жопе бутылку запихнули ему в рот. А негры были очень голодны. Они с удовольствием отрывали трепещущие куски плоти, давясь хлещущей в горло кровью. Раздирали мышцы, грызли сухожилия. Кирилл бился в конвульсиях. Наконец главный негр вцепился ему в шею и вырвал огромный шмат кожи. Почти обглоданное тело мелко затряслось, а затем перестало. И его съели. Ни оставив и кусочка. А жаль, ведь его мать скорее всего умрёт от голода.