Глава 15. Чемпионат мира по Квиддичу.
6 сентября 2020 г., 07:47
— Сириус, я не понял, это что?
Была уже середина августа, и мы с девочками нежились в уходящих лучах солнца, когда в гости к нам заявился возбуждённый и радостный Сириус и вручил нам конверт на какой-то чемпионат.
— Я же говорю, мне удалось достать билеты на финал. Ты представляешь, финал чемпионата мира по Квиддичу, причём не куда-нибудь, а в министерскую ложу.
— Э-э-э-э, а зачем? Я на квиддич не хожу даже в Хогвартсе. Ну разве что только на команду нашего факультета посмотреть, и то, это чисто за компанию.
— Как? Но ведь это же Квиддич… — как-то даже потерянно сообщил он.
— Ну да, я знаю. Тупая игра, где тебя могут запросто огреть железным шаром по балде. Ну и что?
Сириусу словно бревном по голове дали. Он остановился, переводя свой взгляд с меня на точно также хлопающих на него глазами сестричек. У маленького пегаса оторвали крылья. Сириус узнал, что Деда Мороза нет в реальности, и розовые пони прилетели и устроили расчленёнку на его газоне. Причём всё это вместе и одновременно. Вот примерно такое у него сейчас было выражение лица.
— Да что не так, Сириус? — я уже даже начал беспокоиться.
— Но… но ведь это же квиддич! — последний вопль раненного бизона разошёлся по моей гостиной.
— Ну да, я же говорю, я понял, и что?
— Я так старался, достал самые лучшие места...
— А сдать или продать их можно? Ну просто не особо мне это всё интересно.
— Я даже нашу палатку отремонтировал, — отстранённо и невпопад заметил Сириус.
Я вспомнил ту огромную палатку с гербом Блэков с расширением, пропитанную пылью. Её я даже не трогал, так и оставил валяться в своё время на складе.
Н-да уж, хорошо мне Квиддич в прошлой жизни отравил существование. Что не игра, то травмы, нападения дементоров, взбесившийся Бладжер... В общем, сейчас, мне не только не хотелось в это играть, но и не хотелось даже на это смотреть.
— А может, кто твои билеты выкупит?
— Ты что, Сохатик? Мне ведь они по блату достались, там ложа маленькая, если вместо нас будут какие-то левые люди, меня же потом с дерьмом съедят… к-хм, прошу прощения, — извинился он перед моими будущими жёнами.
— Падма, Парвати, вам это интересно?
Они довольно синхронно пожали плечами.
— Ну раз уже есть билеты, можно и сходить. Но сами бы мы туда билеты не покупали, — ответила Парвати.
— Ладно, а когда чемпионат? — повернулся я к Сириусу.
Тот заметно просиял и улыбнулся, жестом фокусника извлекая из конверта карту и объяснительный буклет.
— Заселяться можно уже сейчас, а чемпионат начнётся двадцать первого августа девяносто четвёртого года.
— Э-э-э, заселяться? Куда заселяться?
— Так я же говорю, дают установить палатку с расширением. Старинная традиция. Да это ещё с рыцарских турниров пошло, из глубины веков…
Мой очень скептический взгляд прервал его на полуслове.
— Ну что опять не так? — уже недовольно глянул он на меня.
— А палатка-то зачем? В смысле, мой вот этот дом, в котором я живу, чем плох? Придём туда на сам матч, а потом уйдём обратно? — я всё ещё не понимал всей соли этого действа.
Зачем ютиться в палатке, когда можно просто прыгнуть обратно. Да и к чему туда приходить вот прямо сейчас и жить там. Именно это всё я и спросил у Сириуса.
— Гарри, сам чемпионат это всего лишь несколько часов. Палаточный лагерь собирается задолго до этого и расходится сильно после чемпионата. Иногда через несколько недель. Там постоянно ходят лоточники, продают еду и выпивку, а спать можно в палатке.
— Жить в толпе людей и питаться у лоточников? Зачем это вообще надо?
— Так в этом же вся соль.
Я переглянулся с не менее ошарашенными индианками. Они тоже такое не очень понимали.
— Сириус, у нас ведь имеются домовики, которые просто божественно готовят, — я тут же почувствовал эмоции гордости и радости по бокам от себя. Ушастиков хоть и не было заметно, но магическим зрением я их видел.
— Так, я всё понял, это надо один раз прочувствовать, чтобы понять, а потому выезжаем завтра.
— Куда выезжаем, Сириус? Завтра ведь только семнадцатое?
— Ну надо место занять пораньше.
— Так у тебя ведь, как ты сказал, самые лучшие места?
— Ну да, на трибунах, а в палаточном городке должен сам занимать, только лот тебе выделяют в зависимости от билетов. У меня и лот самый лучший, конечно, а вот уже внутри лота там кто первый пришёл, тот и занял.
— Так… массовик-затейник, — достав маячок и разговорный амулет отдал Сириусу в руки, — на, держи, как прибудешь на место и расположишься, свяжись со мной, а этот камушек просто положи рядом с палаткой где-то, это маяк, я по нему телепортируюсь.
— Гарри, там ведь аппарация на всей территории заблокирована.
— Так я же и говорю, это телепортация, а не аппарация, это не заблокировано. Просто не хочется там столько времени сидеть. Мы зайдём пару раз, пройдёмся по лоточникам с девочками, — я кивнул на улыбающихся невест.
Сириус хитро улыбнулся и подмигнул.
— Ну хорошо, хорошо, понял я.
— Ну а вообще, как дела? Где был?
— Разговаривал с Нарциссой, чем-то она недовольна, говорит, что Люциус в последнее время занялся какой-то хренью. Снова куда-то лезет, и непонятно куда и зачем. Её это уже так достало.
— А зачем ей этот Люциус вообще был нужен?
— Ей он незачем, это её буквально продали в его род любимые родители. А так она и до этого с ним не хотела жить и после.
— Хм… ну это, конечно, не моё дело, но этот Люциус ведь допрыгается, ты ведь понимаешь? Я вот, например, не могу представить, зачем ему нужна ещё власть, что он так туда стремится? Денег у него и так много. Сидел бы себе на своих предприятиях и приумножал богатства предков, а он вместо этого всё транжирит.
— А я знаю? Я ещё в школе этого белобрысого павлина не переносил, а уж когда он к пожирателям подался… — Сириус махнул рукой, закатив глаза. — А, всё это пустое. Тебе это неинтересно. Почитал я твои бумаги. Теперь всё по-другому видится. Ты, кстати, не против ввести в род Андромеду с Нимфадорой Тонкс?
— Я-то не против, вводи, только с источником ничего не делай и не подключай их к нему.
— А как тогда, и почему?
— Да ты что, не замечал? Твои родственнички загадили источник так, что просто кошмар. Как только они к нему подключатся, все проклятия на них полезут моментально. Я ведь там всё разрушил и алтарь тоже. Ты разве не заметил, что магия там стала нейтральной?
— Нет, да я ещё только от тюрьмы оклемался, для меня сейчас любая мана, которая не от дементоров, покажется свежим дуновением леса. Когда двенадцать лет сидишь взаперти с этими тварями, даже простой воздух покажется сладким бальзамом.
— Ну даёшь, хе-х. Ну ты понял, в общем. В род их можешь взять, если хочешь, но к источнику не подключай. Это, как если бы их к канализации подключили, и они бы стали пить всё, что туда сливается.
— Н-да уж, нет, нам такое не надо. Погоди, а как же там на доме все чары запитаны и Фиделиус, раз, ты говоришь, алтаря нет.
— Так от моего. Я всё запитал от моего.
— Ага, я и не знал, что у Поттеров тут есть алтарь.
— Есть конечно, а как же. Ну а вообще, как дела Сириус?
— Да как, оклемался только от тюрьмы. Гуляю в магловском мире и в магическом. А кстати, я ведь Дамблдора опять встретил, думаю, он меня ищет, и ему кто-то сказал, что я в магловском Лондоне.
— Конечно, сказал. Что-то он никак не угомонится, думаю, придётся его угомонить, раз не способен жить как человек. Ну и что он сказал?
— А ничего не сказал, — криво улыбнулся Сириус, — не успел. Я ведь сразу смекнул, что этот урод на меня как-то выходит, а потому просто сразу дал ему по яйцам с ноги, а потом ещё и нос ему сломал.
— Ха, это ты молодец, Бродяга, так ему, мрази бородатой, постоянно за моей спиной что-то крутит.
Ну ничего, последний год он живёт. Достал уже. Вернусь в Хогвартс и найду подключение к источнику. Как-то ведь эти придурки обманывают алтарь Хогвартса. Вот я эту неполадку устраню.
Когда я проводил Сириуса, вернулся к сестричкам, которые смотрели на меня.
— Ну что, раз мы на чемпионат пойдём, вам же надо будет во что-то одеться? Значит, надо пойти по магазинам?
— Гарри, ты просто золото.
— Да, я такой, — хитро улыбнулся я.
Сестрёнки подбежали ко мне, и Парвати решила поцеловать меня в щёчку. Ну уж нет, поворачиваю голову и встречаюсь своими губами с губами молоденькой, сочной девочки.
— Ой!
— А вот тебе и ой, — улыбаюсь я, а потом впиваюсь поцелуем в её губы.
— Эй, а я? — спросила Падма.
Отрываюсь от поцелуя с Парвати, притягиваю к себе Падму и также целую её в губы.
— Ох, Гарри, мы ведь тоже не железные, ты нас так сильно возбуждаешь, — оторвалась от меня Падма.
— Так в чём проблема, можем продолжить, — улыбнулся я.
— Но ведь… а как же свадьба? — растерялась она.
— Да без проблем, я ведь своё слово сказал? Сказал. Вы ведь согласились? Согласились. Ваши родители согласны? Тоже согласны. Мы ведь даже благословение у родственников получили, или чем они мне там на лбу намазали, это же было оно?
— Хех, намазали… это освящённая веками традиция… — начала Парвати, но, глянув на улыбающегося меня, тоже хихикнула, — но да, это именно оно.
— Ну вот… Мы можем пожениться хоть завтра и провести все гармонизирующие ритуалы. Я своё слово менять не собираюсь. Тем более, что всё уже договорено.
— Но мы думали, что свадьба будет только после пятого курса.
— Да как вы скажете, так и сделаем, любимые. В свадьбе самое главное это гармонизирующие ритуалы. Их мы можем провести сейчас, а саму церемонию после Хогвартса, только вы ведь помните, что мы до пятого курса в Хогвартсе не досидим. Мы ведь договорились со всеми ребятами закончить досрочно. У нас учёба из-за Хогвартса тормозится. Вы хотите научиться колдовать без палки побыстрее, тут нам Хогвартс только мешает.
— Мы о таком не думали.
— Ну подумайте, ну или не подумайте, и проведём ритуал, как вы и хотели попозже. Меня никто и ничто не связывает. Опять же, у меня есть ритуал, чтобы не было детей от секса. Только когда проведёшь обратный, тогда зачатие вновь станет возможно. Я понимаю, нам хочется близости, но вы пока не хотите детей. Так как жить мы с моими знаниями можем очень и очень долго, детей можем завести попозже, как захотите.
— Ты это серьёзно? А твой алтарь не станет давить, чтобы завести продолжение рода?
— Алтарь вообще ничего не станет, это и не алтарь как таковой, я его просто так называю.
— А что это, если не алтарь? - спросила Парвати.
— Сейчас покажу. Можно капельку вашей крови, солнышки, и я, естественно, обещаю не причинять вам зла.
Девочки посмотрели на меня и протянули палец правой руки, а я аккуратно, чтобы не поранить, при помощи магии крови достал по капельке крови из их пальцев и встроил в плетение заборника. Теперь и у них был доступ.
— Ого! — удивилась Падма.
— Это сколько же у тебя там магии? — спросила ошеломлённая Парвати.
— Бесконечное количество. Сколько не тяни, она никогда не кончится. Ваш резерв уже достаточно окреп и разработан, теперь можно вас подключать. Ну, можно сказать, теперь вы обе Поттер. Это если судить по строгим магическим канонам, где подключение к алтарю означает женитьбу и всё такое, — я помахал в воздухе рукой, изображая вот это самое “всё такое”.
— Ты это серьёзно?
— Ну да, а что? Я же вам сказал, я уже принял решение на вас жениться, я же не тинэйджер, вы же знаете. Это они будут мямлить и пугаться, стараться отвертеться и всё такое, а я уже решил, значит всё.
— Ну ты даёшь, Гарри, у нас это целая процедура с подношениями и жертвой первой крови на алтарь.
— Насчёт первой крови я совсем не против, — хитро улыбнулся я, — только вы на мой алтарь не поместитесь, он маленький. Хотите посмотреть?
Девушки кивнули и поднялись, собравшись куда-то идти.
— Эли, — с хлопком перед нами появилась Домовушка, — принеси тот кубик, что валяется в подвале, помнишь?
— Сейчас, хозяин, — пискнула она и исчезла, чтобы через несколько секунд поставить на пол небольшой куб.
— Вот, это то, от чего вы сейчас получаете магию, я его сам придумал и создал. Я назвал его запитывателем. Он вытягивает ману из пространства между мирами, там её просто прорва, и она никогда не кончается, сколько ни вытяни. Там вообще всё и есть энергия.
— А его можно носить? Он не привязан к месту?
— Нет, не привязан. Вот, вы же видите, вот это, — я указал на куб, — всё, что есть. Так что пользуйтесь.
Девочки начали обходить вокруг кубика со странным светящимся кристаллом внутри и рассматривать эту конструкцию.
— Так мы что, за платьями уже не пойдём? — решил прервать я эту идилию.
— Ах да, платья, — отвлеклась Падма. — Но мы свои заказывали в Индии.
— Ну пойдём в Индию, будто есть какая-то разница.
Снятие мерок, выбор тканей и фасонов заняли не менее трёх часов, в течение которых я спокойно ждал окончания, сидя на трансфигурированном из кушетки удобном кресле, читая гримуар.
— Ну как? Выбрали?
— Ага, выбрали.
— Сколько платьев?
— Э-э-э, одно?
— Как одно? Только одно?
— Но мы ведь идём на один матч.
— А до этого? Мы же придём в палаточный лагерь, как Сириус говорил.
— И там тоже?
— Ну так вы же не можете пойти в одном и том же или можете? — посмотрел я на них.
Девочки переглянулись и посмотрели на часы. Из-за разницы во времени было незаметно, но мы все уже хотели спать.
— Ладно, завтра, — улыбнулся я.
Девочки вернули мне мешочек с галеонами, который я им дал на расходы.
— Да оставьте себе, завтра ведь сюда вернёмся.
Мои девочки подошли сбоку и поцеловали меня в щёки. На следующий день процедура была чуть быстрее, ведь все мерки уже были сняты, а потому я сидел в удобном кресле всего час. Как будто мне не всё равно, где именно читать книгу.
***
Девятнадцатого числа мы решили заскочить на стоянку болельщиков и прошли сразу к Сириусу. Огромный палаточный городок раскинулся на многие километры в разные стороны. Палатка Сириуса действительно стояла прямо по центру, очень близко ко входу на нужную секцию трибун, а ещё тысячи палаток раскинулись вокруг, представляя из себя шумный, гомонящий лагерь с кучей бегающих детей, летающих на мётлах подростков и гомонящих взрослых. Казалось, бродить тут можно годами, ведь вокруг буквально яблоку негде было упасть. Интересно, а когда все собираются на стадион, сколько времени им занимает войти? В палатку мы войти не смогли, видимо, хозяин отсутствовал. Бродя по лагерю болельщиков, мы заходили в импровизированные магазинчики, которые были внутри таких же палаток с расширением. Там продавалась еда и напитки, причём в основном алкогольные. Сувениры, чашки, стаканы с талисманами сборных Болгарии и Ирландии с двигающимися картинками. Омнинокли, фотоаппараты, артефакты для записи изображения и звука, в общем, много чего. Купив каждому из нас заранее по омниноклю, я наложил дополнительные чары облегчения, поскольку сам артефакт был этакой здоровой дурой с одним глазом. Уже покинув магазин, мы на улице нос к носу столкнулись с Захарией Смитом и Ханной Аббот, проходящими мимо этой палатки. — О, привет, ребята, как у вас дела? — Привет! — улыбнулись они. — Мы тут уже два дня тусуемся. Довольно скучно. Мы уже всё обошли, осталось только в потолок плевать. И эти тоже в красных мантиях ходят и всех гоняют, чтобы магию не использовали. — Как не использовали? А как же всё вот это вот? — я обвёл рукой вообще весь стадион. Тут всё было завязано на магии. В воздухе висели рекламные надписи, причём именно в воздухе, не опираясь ни на что. Подростки рассекали на мётлах, летая на огромной скорости. Магия творилась всеми и везде. Ткнув пальцем в различные применения магии прямо вокруг нас, я вопросительно уставился на Захарию. — Ой, спроси, чего полегче. Будто я знаю. Ходят и всех шугают. Тут, мол, маглы живут, и после каждого раза им приходится стирать память. — Они что, больные на голову? Они же этих маглов дебилами сделают, столько раз им память стирать? Не легче ли подождать, пока всё закончится, и стереть им память один раз, если уж прям так сильно надо? Зачем людей сводить с ума, раз сам головой не думаешь? Ну или накрыть весь стадион маглоотталкивающими чарами? — Да откуда же я знаю. Это ведь авроры. — По-видимому, в авроры берут только дебилов. Головой они думать не способны, только задницей. — Ну так весь Гриффиндор туда идёт, почти поголовно. — Ну да, тогда понятно, — улыбнулся я. Девчонки уже тем временем пустились в обсуждение своих новых нарядов. Мы решили зайти в местную кафешку, организованную на скорую руку в виде… барабанная дробь… ещё одной палатки, и выпить чаю. Ещё некоторое время мы гуляли и рассматривали местные палаточные достопримечательности, которых было совсем немного, ведь всё пространство было занято палатками. Палатки были везде и окружали собой огромную арену, на которой послезавтра и состоится матч по Квиддичу. — Ну и что же тут интересного? Сириус так прямо расписывал этот палаточный городок. Просто одни палатки кругом, и толпы народу везде. — Н-да уж, наши новые платья тут, по-моему, совсем не в тему, — заметила Падма. — Это точно, — улыбнулась Парвати. — Ну ничего, я на вас любуюсь, и вы мне очень нравитесь в этих платьях, красавицы мои. Девочки немного покраснели и обняли меня плотнее. — Ну что же, возвращаемся? — Давай, - улыбнулась Парвати.***
Дни до чемпионата прошли быстро. Мы ещё всего лишь раз сходили в палаточный городок, только единожды позвонив Сириусу по разговорнику. Он был счастлив как пёс и носился, находя своих бывших знакомых и одноклассников, выпивал, балагурил и веселился. Ну я ему в этом не мешал, а потому к началу самого чемпионата он был весел и заряжен позитивной энергией, ну и некоей порцией виски. Поднимались на верхнюю платформу мы достаточно долго. На входе у нас впервые проверили билеты, ведь всё это время мы приходили и уходили порталом к палатке Сириуса. Рассевшись по местам, мы обнаружили прямо позади нас Молли и Артура Уизли вместе с Джинни и Перси. — Сириус, не знаешь, как эти уроды сюда пролезли вообще? Тут ведь дорогие места? Сириус обернулся и окинул взглядом улыбнувшихся ему Уизли, а Джинни неотрывно смотрела на меня. — Без понятия, я вроде слышал, что у них совершенно денег нет, — ответил тот, отвернувшись. Молли улыбалась, а Джинни пыталась строить мне глазки. — Вот не хотел же сюда идти. Мне эта тупая игра не нравится, а тут ещё эти, - Я смотрел на них с диким презрением. Минут через десять, пока игра ещё не началась, я почувствовал, как две ауры с проклятиями начали перемещаться ко мне, обходя других участников, но я тут же встал, развернулся и моя палочка упёрлась прямо в нос Молли. — Гарри, ты что? Я же просто хотела поговорить с тобой. Я окружил нас заглушкой, чтобы никто ничего не услышал. — Не желаю ничего слушать, иди сядь на место. — Гарри, но я ведь… — Мне плевать, сядь на место сама, или я сейчас свяжу и примотаю тебя к твоему сиденью, а если будешь дергаться, выкину тебя с трибуны вниз головой, усекла? — Гарри… — УСЕКЛА!? Если хочешь жить, сядь на место, что бы ты там ни хотела сказать, мне на это плевать. Ничего ты не добьёшься. Молча, медленно и плавно, сядь на место. Молли с ненавистью зыркнула на прижавшихся ко мне девочек и осмотрела их внимательно, а я, заметив это, сказал. — Учти, любой твой выпад в сторону моих невест… вообще любой, и я заставлю всю твою семейку подыхать под пытками в страшной агонии, а потом скормлю тебя собакам, по частям. Только дёрнись, и ты труп. Смотрел я ей прямо в глаза, наращивая псионическое давление очень сильно до тех пор, пока Молли не схватилась за голову и убежала вместе со своей дочуркой. Вот ведь блин… всё настроение испоганили. Так, всё, решено. И зачем я буду свои нервы тратить и пытаться внушить понимание ничего не соображающим животным? Я их просто уничтожу. Сама игра прошла под рёв трибун, взрывы петард и хлопушек и общую приподнятую атмосферу. Выиграла Ирландия, несмотря на то, что Снитч поймал Виктор Крам. Разрыв был настолько большим, что даже ловец не смог его покрыть. Кстати, довольно редкий случай. Вернулись мы в палатку уже ночью, снаружи стемнело, и болельщики стали постепенно разбредаться. Кое-где ещё слышались весёлые крики, мелодии, хлопушки. Кто-то веселился выигрышу Ирландии, некоторым просто нравилось само действо, но на ночь я оставаться не планировал. Уже собираясь прощаться с Сириусом и уходить, мы услышали более активные и странные вопли снаружи. Взрывы, крики ужаса и паники. Мы поспешили выбежать из палатки и начали озираться. Вокруг творился хаос. Некоторые палатки горели, и всё внутреннее пространство схлопнулось, выкидывая наружу все вещи и оглушённых жильцов. По лагерю бегали странные личности в чёрных балахонах, остроконечных шляпах и масках, которые стреляли во все стороны заклинаниями, взрывали и поджигали палатки и творили полный беспредел. Н-да, в том мире я на матч по Квиддичу не ходил, а вот моя жена сходила и по всей видимости там она всех этих пожирателей и нашла, а вот тут они смогли разгуляться. Один из пробегающих остановился напротив нас, засмеялся и послал мощное Дифиндо в моих девочек. Щит встал настолько быстро, что этот урод даже не успел прореагировать, а его заклинание безобидно поглотилось. — Сириус, хватай девочек и ко мне домой, — я быстро активировал аварийную эвакуацию домой для него и сестрёнок. Ну что же, теперь, когда я больше не переживаю за родных, я развернулся к уже двоим пожирателям, посылающим проклятия в мой щит. — Вы посмели напасть на моих невест! — заорал я. Магия крови, и обе фигуры с воплями разлетаются в кровавые ошмётки. Объёмное заклинание из раздела некромантии тут же создаёт двух голодных призраков, которые улетают с одним заданием. Убивать своих дружков. Я накидываю все щиты, невидимость и отвод глаз помощней, а также эмоциональную блокировку и левитацией взлетаю над толпой, выискивая ещё балахонщиков. Подлетаю к целой толпе, десятка два человек смеющихся, веселящихся и раскидывающих заклинания в толпу орущих и убегающих в панике людей. Перекачанный гравитационный пресс отдаётся по всему лагерю небольшим землетрясением, от которого подпрыгнули некоторые палатки, а группу пожирателей вдавливает в землю, расплющив в кашицу и оставляя огромную воронку. Ещё один зелёный туман, и из воронки взлетают прозрачные призраки, которые, тихо завывая, улетают по направлению к следующей группе, где буквально разрывают ауры своих подельников, убивая их. Оттуда слышатся паникующие голоса пожирателей, а мои призраки продолжают жатву. Ведь обычные заклинания их не берут. Тут нужен особый подход, ну и знания, конечно. Я тем временем отлетаю на другой конец, где заметил третью группу балахонщиков. Эти разбежались между палатками, явно собираясь грабить и насиловать. Из толпы слышны женские мольбы и крики. Кого-то эти уроды уже поймали. Подлетаю ближе, и моя ярость начинает просто закипать. Маленькую девочку, лет четырнадцати, эти уроды избили и держат, а один из них уже стянул штаны и хочет пристроиться к ней. Подлетаю на огромной скорости, достаю нож и вгоняю его насильнику прямо в пах до самой рукояти. Кровь брызжет из раны, а насильник заливается воплем. Разрезаю этим же ножом его пузо вверх, заставляя сизые кишки вываливаться наружу и воздушным кулаком запинываю тело насильника подальше. Посылаю ещё три кровавые бомбы в его подельников, и те взрываются ошмётками плоти, окатывая и меня и всё вокруг. Несусь дальше, убивая большие группы и одиночек, стараясь использовать самые жестокие проклятия. Часть уродов заживо вморожены в лёд, голова у них свободна, она всё понимает и осознаёт, но больше ничего сказать не может. Ещё одна группа была сожжена заживо, других я раздавил и достаточно большую группу уничтожили призраки. Короче, расчленёнка была та ещё. Как же удобно, что эти дятлы так замечательно себя идентифицировали. Надели свои хламиды и шапки с масками, спутать с кем-то очень трудно. А ещё так удобно держались кучками, так чтобы палить по уродам было легче. После того, как преобразовал в проклятое мясо всех пожирателей, я начал оказывать помощь пострадавшим. Заодно и тренировался в применении исцеления. Там, где было необходимо, выдавал вправление костей, убирал проклятия, сращивал и заживлял раны. Столько мерзости успели натворить эти пожиратели! Казалось бы, вроде ведь недолго им дал бесчинствовать, но человек тридцать они успели ранить, но после моих подсчётов, не удалось спасти четверых, им я уже не смог помочь, слишком давно они умерли. Видимо, нескольких перемололо, когда палатка с расширением разлетелась, выбрасывая их и всё содержимое наружу. Тут уже надо новое тело вырастить. Иначе уже никак, а это я не потяну. То, во что превратились эти несчастные… в общем, только эмоциональная блокировка, которую я накинул на себя в самом начале, позволяла мне не расстаться с ужином. В темноте покорёженные тела смотрелись ещё более зловеще. Стараясь успеть, накидывал исцеляющие заклинания на лежащих и стонущих людей, магией приставлял оторванные конечности, очищал и заращивал их. Из невидимости я не выходил и глушилку с себя не снимал. Да и вокруг полнейшая темень, не различить ничего. Меня можно было различить лишь по признакам лечебных заклинаний, которые я накладывал. Когда изломанный полутруп со щелчками встающих на место костей вновь превращается в живого человека, это всё же заметно. О, какие знакомые люди. По дороге между палаток бегала рыжая макушка и звала на помощь. Вот уж кому я точно помогать не стану, так это ей. С люмосом на конце палочки, рыжая толстуха носилась справа от меня, постепенно приближаясь в мою сторону. На её крики я совершенно не обращал внимания, а продолжал оказывать помощь остальным. Наконец заметив в темноте, что что-то происходит, она побежала в мою сторону. Вот ещё принесла нелёгкая. — Помогите моим детям, скорее, они при смерти. Ну тут все при смерти, а твои дети меня совершенно не интересуют. Увидев, что на неё не реагируют, толстуха подбежала ещё ближе к подвывающей девушке, у которой разворотило бок. Н-да, тут только среднее исцеление поможет. Увидев, как быстро начал зарастать бок у раненой, толстуха возобновила свои вопли. — Скорее, вы должны помочь моим детям, скорее, идёмте за мной, я проведу. Да вот прям разбежался. Ведёт себя так, будто я ей должен. Перелетев к другому пострадавшему, которому разбило голову, я наложил очищение, чтобы инфекция не проникла, и наложил заживление ранений. Этот был просто контуженый. Теперь кровопотеря остановлена, а дальше он уже просто отлежится. — Гоменум ревелио, — послышался голос толстухи. — Эй ты, пойдём со мной! Она что, тупая? Теперь она уже обращалась ко мне напрямую, надо будет разобраться с этим заклинанием. Нет, я, конечно, не накидывал чего-то мощного, как в мантии-невидимке, вот это заклинание его и пробивает. — Ступефай, — выстрелила в мою сторону Уизли, но я успел отлететь. Совсем охерела? Она что, думает, ей тут кто-то чем-то обязан? Достало! Воздушный кулак был такой мощности, что тело толстухи просто расплескало об дерево. Труп — однозначно. Не буду оставлять врагов за спиной. Не знаю, что там с её детьми, но помогать я им точно не буду. Долечив оставшихся двоих, я отлетел подальше и выдал несколько мощных негаторов магии, чтобы стереть все следы того, что здесь хоть что-то происходило. Осталась только куча трупов.***
Когда я вернулся домой, скинул щиты и почистился от грязи, сестрички встретили меня объятиями и поцелуями. Проводив Сириуса домой, пошёл мыться, после чего мы все завалились спать. Спали мы вместе, втроём, обнявшись.*** Утро следующего дня. Бывший палаточный городок чемпионата мира по Квиддичу. ***
Люди в светло-красных мантиях бродили по тому, что осталось от лагеря. Часть из них откапывала и собирала то, что осталось от бывших пожирателей, часть пыталась найти улики, но в основном всё было бесполезно. Происходило всё ночью, в полнейшей темноте и огромной панике. Все, кто могли хоть что-то рассказать, уже давно сбежали. Несколько детей, которые потеряли родителей, да парочку раненых, которых нашли, вот и всё. И то, рассказывали они какие-то небылицы, которые никак не соединялись в единую картину. Разрушения не успели стать катастрофическими, но люди рыли носом землю как раз потому, что было сорвано масштабное, международное мероприятие. Что уж говорить, если министерству магии Англии уже выдвинули ноты протеста из шести других министерств. — Харви, ну что у вас там? — Не поделили палаточный лагерь? — улыбнулся рыжий ирландец, у которого отсутствовали верхние передние резцы. Потерял он их не на службе, а в обычной кабацкой драке, а потому восстанавливать заново не спешил. Амелия Боунс тяжело вздохнула, приложив руку к лицу в известном всем жесте. Убрав ее, женщина взглянула обратно на Аврора. — Харви, я как чувствую, ты просто мечтаешь драить сортиры? Может быть, тебе мало прошлого раза? — Нет-нет, что вы, мадам Боунс. — Ну так докладывай нормально, а не страдай хернёй! — рявкнула она. Мужчина вытянулся в струнку, но продолжал улыбаться щербатым ртом. — Хренов клоун на мою голову. Ну! Давай, докладывай. — Большинство трупов опознали и отделили, часть из них известные Пожиратели смерти, которых не смогли в своё время прижать, — Харви подмигнул глазом, намекая на то, что у них банально хватило денег откупиться, — все остальные — сброд и ворьё, сбежавшее недавно из Азкабана, ну из тех, что остались, ну и несколько чёрных наёмников да оборотни. Есть буквально несколько трупов среди пострадавших. Задержать удалось только тех, кто были ранены. — А они-то хоть что-то рассказывают? — Рассказывают. Но тут такое дело. Тот, кто это сотворил, видимо, его мама была Мерлином… — Может, папа? — И папа, и мама, и бабушка, и дедушка. Нет, мадам Боунс, мы тоже не дураки и делим на десять всё, что они нам рассказывают, но то, что тут происходило, ни в какие рамки не лезет. Вначале шестьдесят опытных взрослых магов, в большинстве своём бывших боевиков из ближнего круга неназываемого, раздолбили в ошмётки буквально за двадцать минут, причём тут использовались такие разделы магии, о которых мы даже не знаем. Кстати, нашлись тут и несколько наших Азкабанских сидельцев, хотя и не все… да, — задумался парень, бродя мечтательным взглядом по бывшему палаточному лагерю. — Харви? — поторопила его Амелия. — А? А, да, так вот. Высшая стихийная магия и некромантия тут точно были. По эффектам там каждое заклинание сжирало резерв выпускника Хогвартса. — Ну ты ведь знаешь, это ни о чём не говорит. — Знаю, но мы получили от нескольких свидетелей их воспоминания. Я потом покажу в Думосбросе… это нечто. Я бы с таким магом не хотел повстречаться. В общем, пожирателей он всех перебил, эти придурки все свои мантии нацепили, заодно и в маски вырядились. Удобно было понять, кто есть кто. Причём никто ничего не видел. Лупили из невидимости. Было совершенно незаметно, кто и что делал. Харви почесал затылок, оглянулся вокруг на разрушенный и опустевший лагерь болельщиков и придвинулся чуть ближе к начальнице. — Зато после этого вообще фигня началась. Всех раненых он вылечил. Ну почти всех. Уизли он не трогал. Я вам потом тоже в Думосбросе покажу. Мамаша Уизли додумалась на него напасть. Хотела его заставить бросить всё и идти лечить её детей. — Ну она как идиоткой была, так ей и осталась. — Уже не осталась. Во-о-он на том дереве её труп висел, — Харви указал в сторону одного из ближайших деревьев. — В общем, Джинни там серьёзно задели пожиратели, и прихода помощи она не дождалась, а Перси покалечили, но это восстановимо. — Какое-то проклятие упало на семью Уизли, — зло хихикнула Амелия. Их она тоже не любила, и там были свои счёты, идущие ещё с древних времён. — Это точно, хех. А вот нехер им было лезть не в своё дело. Ну так вот. Этот наш неизвестный… — А точно неизвестный? А почему не неизвестная? — Да хер его знает. Может, и так. Вот только этот неизвестный как всех, кого можно было, вылечил, смылся. И тут тоже непонятки. Он вытворял такое, что наши колдомедики и сами готовы его из любой дыры вытащить. Говорят, восстановление печени, кожного покрова, приращивание конечностей. У многих, у кого до этого были болячки, они полностью исчезли. Люди после его лечения — абсолютно здоровы, и почти все даже от семейных и родовых проклятий избавились. Поколениями вывести не могли, а тут раз и нету. — Н-да уж. Это точно? — Это как раз то, что удалось проверить. Из того, что проверить не удалось, там ещё больше. Но… вы ведь сами видели те кратеры, что остались от заклинаний? — Да я на них вот прямо сейчас любуюсь, — сказала Амелия, указав пальцем на двадцатиметровый кратер. — Ну вот и я о том же. Видимо, кто-то пришёл посмотреть на чемпионат мира по Квиддичу, решил развлечься, всё было нормально, но тут вылезли пожиратели и его задели, ну он и шарахнул посильнее. Не думаю, что он их тут специально ждал. — Согласна, это навряд ли. А хоть какие-то намётки о том, кто это может быть, у нас есть? — Ничего, что можно доказать в суде, но… — Но? — Одна девушка, которой этот неизвестный помог, рассказывала, что, когда миссис Уизли хотела заставить этого неизвестного пойти с ней и помочь её детям, он даже не отреагировал. — Ну понятно, что не отреагировал, если бы на меня напали, я бы тоже чем-нибудь приложила. Не так сильно, конечно, но тоже от души. — Нет, вы не поняли, он с самого начала на неё не отреагировал, даже когда она просила нормально, это потом она приказывать стала и напала. — Ах, она ещё и приказывать стала? — Ну, видимо, с ума сошла от горя, это у неё уже который подряд ребёнок, с которым случился несчастный случай. — А несчастный ли? — Да хер его знает. Разве докажешь? Если это тот, о ком мы думаем, то обтяпал он всё так, что не прикопаешься. — Ну да, его адвокат нас с дерьмом смешает. — А если не смешает… — аврор поочерёдно показал пальцем на три огромных кратера и очень криво улыбнулся. — Мне кажется, во-о-о-о-о-о-он тот кратер имеет размеры примерно с наше министерство, — подмигнул он Амелии. — Ага, вот то-то и оно, но этот монстр ведь учится в Хогвартсе, моя племянница говорит, всем помогает, со всеми дружит. Учит всякому разному, я вот значения не придала, а у них на факультете уже шесть человек обрели магическое зрение, а это считалось невозможным. Да и от проклятий он некоторых почистил, что тоже невозможно. — Ну, а я о чём, — подмигнул Харви. — Вы про дементоров забыли, которых он в поезде… — парень выразительно провёл пальцем ниже подбородка. — Да и после этого, куда все остальные делись? — И это тоже, — задумчиво сказала Амелия. — Не знаю, что там и как… — женщина взяла длинную паузу, внимательно осматривая оставшиеся кратеры. — Что будем министру докладывать, Харви? — А ничего. — То есть как, ничего? — удивилась Амелия. — Да никак. Вы что, сильно будете плакать по этим пожирателям? Убийцам, грабителям, да и вообще мразям, которые просто смогли тринадцать лет назад сунуть на лапу Дамблдору, чтобы откупиться от пожизненного? — Вообще не буду плакать, — улыбнулась женщина. — А может быть, кто будет переживать за оборотней из стаи Фенрира Грейбека или за наёмников из гильдии убийц? Я лично нет. — Я тоже, вот ни капельки. — Кроме того, а что мы министру скажем? Доказательств-то всё равно нет. Зачем пожилого человека напрягать? Хорошее же дело парень делает… ну если это он. — Как бы он так не разошёлся по молодости. — Не думаю. Раздражители, тянущие одеяло на себя, теперь… — парень кивнул головой на открытое место, куда авроры аккуратно сносили и раскладывали тела пожирателей для захоронения, — в основном, там остались. Там такие имена, у-у-у-у-у… — мечтательно возвёл глаза к небу уже немолодой парень. — Н-да уж, согласна. Тогда пойду я докладывать… ну как всегда, ничего не видели, ничего не знаем… — Министр расстроится. Большая часть тех, кто там лежит, ему солидные деньги платили. — Что ты, что ты, наш министр кристально честный человек, как можно? — улыбнулась Амелия. — Конечно-конечно, я что, я ничего, просто к слову пришлось. Если что, мы ведь ничего не видели и ничего не знаем. И двое магов, развернувшись, направились к границам стационарного антиаппарационного барьера.
