Гладиатор

- Пади ниц пред победителем. Я выиграл тебя в честном бою. - Не подходи! Я не буду твоим! - Ты уже мой. Ты мой трофей, – гладиатор шагнул в оружейную. - Я не стану твоей шлюхой, - сквозь зубы процедил юноша. - Ну, а какой от тебя прок иначе, как не от шлюхи? – воин усмехнулся и скинул с плеч пропитанную кровью шкуру. - Такому дикарю, как ты, этого не понять... Не подходи! – пленник поднял меч выше. - Ты хочешь защититься от воина таким ножиком? - мужчина искренне удивился. - А ты думаешь, я просто так сдамся? - По-твоему, у тебя есть выбор? Ты - трофей. Всего лишь приз за бой, – Тор приблизился к Локи, на что тот отреагировал неумелыми взмахами меча. - Н-нет.. Не смей... Животное... Варвар! Десятки невольных свидетелей и двое почти незаметных стражей наблюдали эту драматичную картину. - Ты, наверное, пытался меня этим оскорбить, но для меня это лучшая похвала, – Тор, ударив по короткому мечу наручами, выбил его из слабых рук пленника и схватил свой трофей за горло. Локи удалось сохранить внешнюю невозмутимость и ухмыльнуться в ответ на действия гладиатора. - Трахнешь как продажную девку? Ха, я никогда не буду твоим! Ты будешь иметь лишь моё тело… - мальчик постепенно терял рассудок от того, что происходило вокруг него все последние недели. - Ты полагаешь, мне нужно от тебя что-либо еще? Будто бы есть нечто большее, кроме милой мордашки и изящного тельца, – Тор чуть сильней сжал руку. - Ты варвар, не способный оценить истинную красоту человека! Тебе только и подавай хорошеньких шлюх... – прошипел пленник. - Ну, я и говорю, что ты красивый. Тонкий такой, хрупкий, - Тор приподнял свою жертву выше и грубо провел ладонью по лицу. - А кожа-то какая мягкая, словно создана для того, чтобы приносить мне удовольствие. Мальчишка схватился за руку гладиатора и попытался убрать её от своего горла. Локи передернуло, и он отвернул голову. Новая игра начала затягивать Тора. - Нравится? - гадко переспросил мальчик. - Еще бы! - Тор, схватив паренька за скулы и с силой сжав их, стал медленно и жадно рассматривать его, свободной рукой скользя по стройным бедрам трофея, из-за чего чуть не пропустил удар в пах. - А ты буйный. Заберу-ка я тебя с собой, может, по пути и приручу. Гладиатор кинул пленника на шкуры и сел сверху, быстро заламывая ему руки и связывая их, после чего намертво скрепленные запястья парой узлов зафиксировал вокруг шеи. Локи был возмущен настолько, что у него перехватило дыхание, и он смог лишь тихо попискивать, когда Тор обездвиживал его руки. Закончив начатое, мужчина потянул за собой пленника, находившегося в полусогнутом состоянии. - Животное... - в который раз прошипел Локи, смотря прямо в глаза гладиатору. Тор поволок свою жертву к выходу, но чуть позже понял, что далеко его пленник не доберется, не задохнувшись. Мальчишка начинал хрипеть и откашливаться из-за сильного давления на горло, поэтому гладиатор взвалил свой брыкающийся трофей на плечо и понес к белоснежному коню. Заносчивая натура Локи не позволяла ему бездействовать, пока он находится на плече у варвара. Его затаенная обида была настолько велика, что он не побрезговал грязной, потной после сражений кожей, со всей силы кусая гладиатора за лопатку, и без того искалеченную шрамами. На это воин отреагировал громким смешком, как будто боль от укуса мальчишки была не сильнее укуса комара. - Побереги ротик, он тебе сегодня еще понадобится! - воин донес свой трофей и закинул его на лошадь. - Коня не кусать, пожалей скотинку, - засмеялся Тор. Его определенно заводил этот наглец. - Да что б тебя! - фыркнул Локи и попытался поудобнее устроиться на лошади. - Ты думаешь, что я буду тебя ублажать? - пленник приподнял голову. - Я тебе не шлюха! - зло прокричал он и снова задергался. - Заткнись, пока я тебя не вырубил. Что скажу, то и будешь делать! – грубо ответил воин, с легкостью садясь на коня. - Варвар... - Локи лишь зло зашипел, но дергаться не перестал. Тор отвесил смачную пощечину своему трофею и пришпорил коня. У него начинала болеть голова, что к добру никогда не приводило. Его мышцы стали наливаться усталостью после боя, который был крайне тяжелым. Тем не менее гладиатору даже в голову не приходило, что это может иметь какие-то последствия. На деле же: не повезёт тому несчастному, кто окажется под рукой у Тора, голову которого разрывали болезненные спазмы. А кто у него под рукой? Застонав, Локи сжался и почувствовал, как начинает неметь щека. Одновременно моля и проклиная всех Богов, он надеялся, что гладиатор быстро наиграется и устанет. - А у тебя хороший зад! – не удержавшись, Тор шлепнул паренька по ягодицам, да так, что тот взвыл. Наклонившись к нему, гладиатор спросил: – Сегодняшней ночью ты будешь так же кричать подо мной? Локи тихо выругался сквозь зубы и дернулся в сторону от Тора, глаза которого наполнились безумством и огнем. - Попробуй заставить меня, Дикарь! - Ты еще повизжишь у меня, - Тор пришпорил коня и помчался скорее в свой дом, находившийся недалеко от императорского дворца. "И почему я в этом не сомневаюсь...", - пронеслось в голове Локи, которого пугало ближайшее будущее. И чем больше он понимал, что Тор не шутит, тем меньше ему хотелось его бесить. - А если скажу, что я тебя не трону. Поверишь? - гладиатор неожиданно для самого себя задал вопрос, который вырвался из глубины его сознания. - Нет, - буркнул Локи и попытался поднять голову, которая начала кружиться из-за неудобного положения. Наконец, добравшись до своего дома, Тор приволок не оказывающего особого сопротивления трофей в спальню, грубо кинул на кровать и привязал к балке, после чего вышел, заперев дверь. Округлив глаза от действий воина, парнишка покрутил головой, в которой промелькнула мысль: "Может, он не шутил, и я ему просто не интересен? Хотя, зачем он тогда на меня спорил?" *** - Тор! Ты же хотел спасти его, а не творить такое! - Да не буду я ничего делать. Он сбежит и наделает глупостей, а так чуть привыкнет. Я помогу. - Хотелось бы верить, - ответили тонким женским голоском. – Я же вижу, какой ты… Хоть бы сам не наделал глупостей, - уже тише продолжили тем же голосом в спину гладиатора. *** POV Локи Это было страшно. Наш город, побережье, да что там - вся страна, оказались оккупированы. Захватчики быстро наводнили город, сжигая дома, грабя и убивая людей, захватывая пленных… Я отчего-то знал, что наш дом тоже будет атакован, поэтому к тому моменту, когда это случилось, я успел спрятать родителей и сестер в винных погребах, а сам остался наверху. Нападавшие не заставили себя долго ждать: ворвавшись в дом и скрутив меня, они даже не удосужились проверить подвал, что было мне на руку. Три недели в море не прошли для меня бесследно. Мне было плохо и страшно, пугало даже не отсутствие еды - без неё можно было прожить, - пугала неизвестность. Было понятно, что нас всех продадут в рабство. Хотя на тот момент мы фактически уже стали рабами. Именно это нам кричали, когда ставили метку раскалённым клеймом на предплечье. Было невыносимо ждать своей очереди и смотреть, как корчатся от боли остальные; как железо прожигает человеческое тело, оставляя после себя клеймо на всю жизнь. Когда меня грубо кинули перед палачом, произошла небольшая заминка, после которой мне сказали, что место такого тонкого юноши, как я, в борделе. И я вскоре оказался в личном гареме самого Императора. Кто же знал, что государь любит молоденьких мальчишек? Вот и я не знал… На свою беду, я был девственником. Признаться честно, я боялся, что меня кто-нибудь обесчестит. При очередном осмотре, Император поспешил сразу ко мне. - Какой хорошенький… А скулы-то какие! А глаза! О, эти дьявольские зелёные глаза! Государю можно всё. Особенно, когда раб - бывший подданный вражеского государства. Я стоял, дергаясь от каждого его прикосновения, но не издавал ни звука, и лишь цепь побрякивала, выдавая мою дрожь, за которую я ненавидел себя. Ненавидел и с трудом сдерживал слезы. Я думал, что на этом все: я попал в гарем, приглянулся императору, а это значит, что он будет иметь меня до тех пор, пока я ему не наскучу. Понимание этого было омерзительно, но я еще не знал, как ошибался - кошмар только начался. Я приглянулся не только императору: нашелся еще один извращенец – его уважаемый гладиатор. Я старался отводить глаза, когда встречался взглядом с Ним – моим личным ужасом. Он жадно наблюдал за мной, пожирал глазами и, казалось, впитывал каждое мое движение. Его глаза светились надменностью и наигранной жалостью. Он решил дерзнуть перед своим царем, поспорив на меня… Их диалог был смешон. Точнее, та часть, которую довелось услышать мне. Он был любимцем императора, поэтому позволял себе проявлять наглость и своеволие. Впрочем, я до сих пор не могу понять, почему император согласился, хотя, когда я узнал условие, все должно было стать очевидно: он думал, что его лучший гладиатор не одолеет семнадцать воинов... Так почему же я здесь? *** Гладиатор вернулся к главному блюду своего вечера, будучи в легком подпитии. Локи вздрогнул от скрипа двери и поднял голову, пробуждаясь от своих мыслей. - Скучал? - язвительно спросил Тор. В ответ юноша ухмыльнулся и прошептал пересохшими губами: - Не льсти себе. - Всё ещё спесивый и болтливый? - Тор жалостливо округлил глаза. - Всё ещё неотёсанный и грубый? - спокойно передразнил Локи. - Ну, что же, оставить тебя и дальше томиться в одиночестве? - поинтересовался Тор будто бы у себя, и сам же утвердительно кивнул. Он медленно направился к кровати, сдергивая с бедер полотенце: единственное, что было на мощном теле гладиатора. - Что? - Локи встрепенулся, с ужасом наблюдая, как варвар движется в его сторону. Мальчик покраснел от вида нагого мужчины и поспешил закрыть глаза, чтобы абстрагироваться от происходящего непотребства. С каждым шагом, который делал его мучитель, удары сердца юноши становились чаще. Воин навис над тем, кто стал его личным развлечением, и, положив большие ладони на худую талию, слегка ее сжал. Локи скривился и дернулся в сторону, безмолвно требуя сохранить свою неприкосновенность. Гладиатор скользнул руками ниже к поясу, сдерживающему просторную тунику юноши, и стал неспешно его развязывать. Освободив пленника от ненужной веревки, Тор уверенными движениями принялся освобождать его от остальной одежды. Схватив за полы одеяния, он резко потянул ткань вверх, давая понять мальчишке, что тот либо добровольно поднимет руки и позволит себя раздеть, либо его оливковая туника станет тряпкой для связываний. Ткань почти с легкостью заскользила по неуверенно вздернутым рукам и была отброшена на пол. – Какое интересное ожерелье, - Тор протянул свою широкую ладонь к кулону, который напоминал по форме солнце, с несколькими вырезанными на его поверхности иероглифами. – Может, расскажешь о нем? - гладиатор одним быстрым движением сорвал подвеску. Локи возмущенно открыл рот, желая сказать что-то про наглость и отсутствие чувства такта, но немного повременил. - Не бойся ты так, мне оно без надобности. Кину на стол, потом заберешь. Для тебя же делаю, чтоб ты не удушился, - с псевдозаботливой интонацией произнес Тор, скрывая как действительно искреннее намерение не убить мальчика, так и желание продлить процесс раздевания, потому что кроме туники никакой одежды на пареньке не было. Локи так ничего и не ответил, лишь засмущался и покраснел до кончиков ушей. Прежде ни один посторонний человек не видел его обнаженным. Сейчас же перед ним сидит обнаженный воин, который насильно его раздевает... Гладиатор глянул на тонкое бледное тело и невольно ухмыльнулся. На мальчонке оставались одни сандалии. - Посмеешь ударить меня - на крюк люстры подвешу! - предупредил Тор и стал неторопливо расстегивать каждый ремешок сандалий. - И почему они такие тонкие? - пробурчал себе под нос. Покончив со всеми ремешками, гладиатор неожиданно нежно снял обувь со своего пленника и зацепился взглядом за браслет, надетый на правую щиколотку Локи. - Зачем тебе столько побрякушек? - Тор подхватил цепочку и стал рассматривать, приподняв ногу трофея. Цепочка столь тонкой работы и явно немаленькой стоимости была слишком неподходящей рабу, пусть он и принадлежал императорскому гарему. Впрочем, это украшение Тор решил оставить, переходя к следующему этапу своих действий. Гладиатор уперся коленом в грудь своей жертвы. С трудом сохраняя ровное дыхание, пленник поднял глаза на своего мучителя. - Ух! - остатки воздуха вылетели, оставив после себя словно раскаленные стружки железа в легких. Локи судорожно открыл рот, желая вдохнуть хоть немного воздуха, но не успел - у него во рту оказалась тряпка, причем настолько глубоко, что он не смог ее выплюнуть. Воздуха катастрофически не хватало, и перед глазами заплясали разноцветные круги. Решив, что свобода рук мальчишки не приведет ни к чему хорошему, Тор надел на его запястья массивные оковы, прикрепив их к изголовью кровати. Парень замычал, чувствуя, как больно режет в груди, а на глазах выступают слезы; запястья жгло и сильно сдавливало, отчего немели кончики пальцев. Тор лишь сильнее затянул тяжелые оковы на руках паренька и рухнул на постель. - Сладких снов, моя куколка. Если ты, конечно, сможешь уснуть, - неприятно слащавым, но басистым от природы голосом произнес гладиатор и устроил свой трофей поперек груди так, что тот ни шевельнуться не мог, ни вздохнуть. Да еще и оковы больно врезались в запястья. - Ммммммхмрммм!!! - Изо всех сил старался пошевелиться трофей. - Раз мычишь, значит есть чем дышать! - пошутил Тор, однако объятия расслабил от греха подальше. Вскоре он уснул, наполняя покои медвежьим храпом. "Бессердечная тварь! Скотина! Животное!" - мычал Локи и пытался дергаться, однако, получив прилив воздуха, судорожно им поперхнулся и затих. Слезы лились ручьем, руки не давали покоя, да и вообще мальчик находился в крайне неприятном положении. Вскоре, когда и слезы, и мысли неожиданно кончились, трофей провалился в забытье, не обращая внимания на чуть ли не сломанную челюсть и капающие слюнки. Уже будучи во сне, где внешняя напыщенность и дикарство растворились в царстве Морфея, где все безумство растаяло, и Тор стал таким, каким должен был быть, он, словно обнимающий любимую игрушку ребенок, куда более мягко прижал к себе свой трофей, и, неосознанно желая быть ближе к источнику тепла, закинул ножку мальчика на себя. Локи тоже согрелся и расслабился от ощущения мягкости и заботы, которых он уже очень давно не чувствовал. Мальчик лежал так, что оковы не причиняли боли, если о них не думать. Он тихо всхлипнул во сне и попытался посильнее зарыться в теплые объятия, поерзав ногой на крепком бедре воина. В такой позе они проспали до утра. Как только первые лучи солнца упали на лицо гладиатора, он начал просыпаться. Очнувшись и увидев съёжившегося от прохлады Локи, Тор лишь ухмыльнулся и стал думать, что делать с этим чудом. Буквально за пару минут, что Тор отходил от сна, его снова заполнило прежнее безумство и огонь. Не просто же он завоевал мальчишку - первоначально он имел грандиознейшие планы на его счет. А вчера передумал, спать захотел. Это с такой-то красавицей под боком! Красавцем. Пора наверстать упущенное. Тор осторожно, насколько позволяло его крепкое телосложение и огрубевшие от оружия руки, выполз из-под Локи и принялся подготавливать экзекуцию. Совсем скоро он вернулся на кровать и тихо устроился между ног мальчика. Нужно было сделать все так, чтобы Локи не проснулся. До поры до времени, конечно. Так будет веселее. Тор закинул ноги своего трофея себе на плечи и огладил мягкую попку. Слегка раздвинув ягодицы юноши, гладиатор попробовал просунуть смазанный некой вонючей, а главное, жирной смесью палец. - Слишком узкий... Малыш, - тихо прошептал Тор. Однако от такой милой, на вид девственной попки этого негодника по телу воина пробежали волны мурашек. Он облизнулся, предвкушая, как будет толкаться в его узкие бедра. Возбуждение не заставило себя долго ждать, и Тор уже массировал наливающийся кровью член, смазывая его жиром. - Пора просыпаться! - гладиатор рывком втолкнул два пальца и сжал вторую руку на заднице паренька, чтобы тот не ускользнул. Локи сначала дернулся, а уже потом, вырвавшись из власти сна, заорал как резаный, хотя по ощущениям его действительно разрывало. Из глаз резко потекли крупные слезы, и он взвыл, задергавшись. - Ничего-ничего... Покричи, меня это заводит, - невероятно наглым тоном шептал гладиатор мальчику и непоколебимо резко двигал пальцами. – Хочешь, выну? Локи сейчас отдал бы всё, чтобы Тор вытащил пальцы и впредь его не трогал, чтобы всё это оказалось затянувшимся кошмарным сном. - Мммм! – трофей замотал головой, крепко зажмурившись, отчего слез стало ещё больше, и задергал ногами, пытаясь скинуть их с плеч насильника. Гладиатор в ответ самодовольно улыбнулся из-за того, что паренек не понял смысла предложения. Потянув его немного на себя и, приподнимая таз выше от постели, приставил влажный, внушительных размеров член к все еще узкой, но покрасневшей дырочке. Толчком вошел. Вся та боль, которую Локи чувствовал до этого, показалась ему сладкой истомой по сравнению с тем, что он испытал при толчке огромного члена гладиатора. Паренёк так заорал, что, казалось, сорвал голос и хрипел теперь не только от боли в пятой точке. Было адски больно, как будто пихали раскаленную кочергу. Локи уже пожалел, что он девственник - хотя всегда этим гордился, - потому что Тор ввел только головку, а дальше просто физически не мог войти. - Расслабься, куколка, а то порву же, - противно сладким голосом потянул гладиатор и стал гладить плечи и грудь мальчика. Нет, не беспокоила его целостность внутренностей своего трофея, просто он действительно был слишком узким, и Тору оказалось никак не протолкнуться. Оставалось только расслабить этого строптивого мальчонку. Пленник чуть сознание не терял от такой боли. От слов мучителя пришло не спокойствие, а ярость. Гнев за боль, от которой выворачивало так, что казалось, будто кости хрустят. Локи дернулся и попытался ударить Тора ногой хотя бы в плечо. - Нет, мне, конечно, нравится, что ты брыкаешься, но я просил расслабиться, - Тор до синяков впился пальцами в ягодицы мальчика и потянул того на себя, двинув тазом. Еще немного вошел. "Да пошел ты!" - промычал Локи и, закричав, выгнулся так, что уперся в кровать только макушкой. Боль была настолько резкой, что парнишка был на грани падения в обморок от болевого шока... Перед глазами поплыли черные пятна, а воздуха стало катастрофически не хватать. Уже не крича и не плача, а просто булькающе хрипя, трофей попытался свести ноги в коленях. Гладиатор понял, что с каждым толчком ему все меньше и меньше нравится происходящее. Хоть он уже смог до конца войти в мальчика и размеренно двигаться в смазываемой кровью попке, былое желание обладать этим телом проходило. Он обожал страх в глазах людей, пошлую боль, смешанную с непрошеным наслаждением, но на лице паренька ничего, кроме внеземной боли и отрешения не было. Будто бы гладиатор не живого человека под себя подминает и впитывает в себя тепло его тела, срывает крики. Сейчас это было похоже на нечто неживое. Тор отпустил ноги мальчика, зная, что тот все равно будет вынужден обнять его за талию, и лег на грудь. Мужчина стал бесцеремонно всасывать кожу на шее юноши и кусать в некотором подобии поцелуя губы, сжав при этом рукой скулы паренька и держа его железной хваткой. Толкаться он стал куда медленнее и мягче. От такого потока боли некогда свободный брюнет даже не сразу почувствовал, что он теперь лежит на кровати с широко разведёнными ногами, а в освободившийся от кляпа рот лез гладиатор с поцелуем. Локи стал часто моргать и резко отвернул голову, упершись руками в мощную грудь Тора, пытаясь его оттолкнуть. Вся резкость и остроязычность пропали с первого толчка, и теперь трофею хотелось молить о пощаде, забыв про свою гордость. - За что? - тихо прошептал Локи, снова заливаясь слезами. - Пожалуйста, не надо... Я не могу... - уже в надрыв умолял мальчик, пытаясь остановить мучителя. Каждое движение отзывалась острой болью в заднем проходе, от которой хотелось выть. - Я тебя выиграл. Ты мой трофей, - безразлично сказал Тор и насильно повернул голову мальчика к себе. - Прекратить что? Трахать тебя? - толкаться действительно было чересчур тяжело. Мягкие и слишком упругие стенки не давали свободно двигаться и не желали растягиваться. Только рвались и кровоточили. - Такая узкая шлюшка. Нетронутая.... Ну, ничего. Локи всхлипывал и давился слезами. От слов Тора хотелось плакать ещё больше. - Животное... - тихо прошептал пленник и попытался отвернуть голову, чтобы не видеть все это безумие. - Да-да... А еще варвар, - усмехнулся Тор, подтрунивая над мальчишкой. Больно запрокинув его голову, он стал покусывать вытянутую шею. – А если перекушу? Локи зажмурился и стал стонать сквозь сжатые зубы, почти задыхаясь. Мальчик зло глянул и усмехнулся. - Облегчишь мне жизнь... - тихо ответил трофей, переводя взгляд вбок. - Ха! Я не для того выигрывал бой. Отдашь все, что мне полагается, и беги на все четыре стороны целехоньким, - гладиатор попробовал толкаться глубже. Шло туго. Сжав руками постель, Локи ахнул, но округлил глаза и даже повернул голову на услышанное. - Ч-что? Ты меня отпустишь? - недоверчиво переспросил парнишка, не веря в услышанное. - Ты дрался за меня, чтобы просто трахнуть?! - Локи перешел на крик и застонал, отвернув голову, поражаясь этому воину. - Я тебя отпущу, когда ты сам мне отдашься. Ну не в вечное же рабство тебя забирать. Чем ты мне можешь быть полезен? - Тор ненасытно кусал тонкое тельце Локи, оставляя следы. Нет, определенно с такой узостью хорошо ему не будет. В голове Тора творился кавардак. Что-то тоненькое и слабенькое в груди пыталось вправить мозг на место и напомнить, ради чего на самом деле дрался Тор. - С-сам? - теперь мальчишка потерял всякую надежду убраться подальше от лап дикаря. Локи был слишком горд, чтобы предложить своё тело взамен на свободу. Предложить себя как шлюху. - Ну и кто ты после этого? Убить семнадцать человек ради.... Удовлетворения своих животных потребностей... Нет. Я ошибался... Ты чудовище... - шепот Локи смешивался с его слезами на алых тонких губах. - Если... - мальчик содрогнулся и подавился своими словами при резком толчке, - я тебе не нужен... Зачем ты клеймишь меня?! - с болью в голосе спрашивал трофей при очередном укусе в шею или в плечо от гладиатора. - Ты мне нужен для удовлетворения моих потребностей, - грубо и со злостью передразнил Тор. Он схватил мальчонку за волосы и дернул вверх, выходя из него. Поднял за шкирку и больно кинул на постель повыше, переворачивая его. Локи вскрикнул от резкого выхода и поперхнулся воздухом, ударившись об кровать. Пока трофей приходил в себя, Тор уже вздернул наверх его упругую задницу и надавил на поясницу, роняя остальное тело на кровать. На деле же воин не мог ответить пареньку, что тот ему нужен, потому что гладиатор уже давно одинок, и этот турнир был вызовом судьбе. Или потерять всё, что воин имел сейчас – славу, честь, почти свободу; или получить в награду кого-то, кто скрасил бы одиночество. Не просто получить, а спасти от насилия императора. Другая часть сознания и правда собиралась держать Локи у себя... Возможно, на длинной цепи, чтобы мог ходить, но не сбежал, пока тот бы сам... Добровольно не отдался Тору. И потом гладиатор выполнил бы свое обещание и отпустил мальчонку. Расчёт был на то что, возможно, он и уходить-то не стал бы, раз согласится отдаться. Ведь он пленник, ему идти по сути некуда. Но Локи был слишком горд для этого. Тор это еще вначале заметил, но надеялся, что усмирит. Теперь эта надежда пропала. Этот дерзкий паренек никогда не станет его. Гладиатору было искренне жаль еще юного Локи, ведь не он виноват в своих страданиях. Это был турнир. За Локи кто-то уже решил его судьбу, сделав рабом. Может быть, Тор и отпустил бы его, но семнадцать жизней - слишком большая цена. И эта цена снесла крышу окончательно. Мысли сумбурно лезли в голову, не желая быть хоть немного логичными. Казалось, в этот момент у Тора не просто раздвоение личности, а растроение, или даже расчетырение. Гладиатор снова привязал упирающегося паренька, впавшего уже в окончательную истерику от безнадежности, к изголовью кровати и быстро слез со своего ложа. Вскоре он вернулся с принесенным еще вчера деревянным инструментом. Паренька нужно было срочно растягивать, ибо от возбуждения и желания член уже больно пульсировал, однако от узости мальчика болели мышцы. Юноша попытался подняться на руках, хотя бы привстать, но тяжелые руки гладиатора крепко прижали к кровати. "Неужели надоело церемониться?" - с ужасом подумал Локи. Тор обмазал жиром деревянный член и выгнул брюнета. Тор стал медленно, покручивая пальцами, пропихивать игрушку. Повернув голову, Локи решил не дергаться и постараться не кричать... Хотя бы не доставлять этому дикарю морального удовольствия... Но как только Тор начал растягивать его, Локи напрочь забыл о своем решении и заорал в голос. Тело пронзила мелкая дрожь и боль. Что-то мокрое стало стекать по бедрам... Локи ужаснулся и с силой сжал постель руками. Тор же, наоборот, радовался тому, как легко скользит деревянная игрушка, размазывая между ягодиц юноши значительный слой жира. Воин стал размеренно водить деревяшкой, иногда подергивая ее в стороны, тем самым срывая с мальчишки новые крики. Поскольку совсем без дела сидеть ему было скучно, он начал периодически звонко шлёпать свой трофей по попке или сжимать ягодицы. Закусив нижнюю губу, Локи с всхлипами и полу вскриками попытался выгнуться, чтобы стало хоть как то легче... Если Тору и казалось, что скользит легко, то мальчишка каждым своим сантиметром кишечника чувствовал, как что-то деревянное его больно растягивает, отчего по бедрам течет горячая липкая кровь, смешанная с жиром или еще какой-то гадостью. "Какое унижение..." - всхлипнул мальчик и прогнулся. Только Локи выровнял дыхание, как Тор его сбил шлепком по ягодице. Гладиатор, устав просто сидеть и трахать свой трофей деревянным членом и не будучи более способным терпеть ноющую тяжесть в своем собственном, вытащил игрушку и пристроился сам, подмяв несчастного под себя. Он смог сразу толкнуться почти до конца, сорвав крик у мальчонки, и сильно ухватился за его бедра. Теперь он мог спокойно, даже быстро двигаться в своей награде и лицезреть чуть островатые, а главное, такие светлые и бледные лопатки, постанывающего мальчика. Локи уже не мог сдерживаться, сил не хватало, было слишком больно и стыдно. Постанывая, трофей пытался выгнуться до предела, но член Тора чувствовался ещё сильнее... При сильном толчке пленник слишком сильно прикусил губу. По подбородку и груди побежала задорная струйка крови, капая на постель. После этого мальчишка стал молиться, чтобы этот ужас скорее закончился. - Пожалуйста... Хватит... - Не могу. Уже не смогу, - как-то грустно и искренне ответил Тор и стал быстрее двигаться в пареньке, решив заодно опробовать на вкус тонкие лопаточки мальчика. Воин стал несильно их покусывать и тут же зализывать кожу. Тора забавляло, как Локи передергивает плечами и выгибает шею. Легонько так. Игриво. Явно не осознавая, что он делает и почему. "Лишь бы шею не трогал... ". Локи вздрогнул и всхлипнул от действий гладиатора. Мальчик шире раздвинул ножки для облегчения входа и подернул плечом. - Не смей меня кусать... - тихо брыкнулся трофей. - Я тебе не шлюха, чтобы меня клеймить... - Я тебе не куски мяса выдираю, что не заживут. А это рассосется за пару дней, - раздраженно пробубнил Тор, которого нытье мальчика стало немало доставать. - А жаль, - добавил воин как-то грустно и еле слышно. Гладиатор стал совсем уже быстро двигаться, шлепая по многострадальной попке то рукой, оставляя розовеющие следы, то яичками, наслаждаясь пошлым звуком и пытаясь уйти в свои мысли. Слизывая кровь с губ, Локи жмурился и постанывал. Как же больно... Теперь он будет ещё долго чувствовать Тора в себе. Это было обидно... От горячего дыхания гладиатора за своей спиной трофей вздрогнул и дернул плечами. Судорожно выдохнул и опустил голову. Тор закрыл глаза и стал в долгожданной эйфории втрахивать трофей в постель. Теперь и он уже шумно постанывал и негромко рычал. Положив тяжелые руки на поясницу Локи, Тор с одной стороны помогал себе натягивать трофей, а с другой - заставлял прогибаться и сильнее вздергивать зад. Гладиатор не отказал себе в удовольствии порычать от дикого наслаждения. Со всхлипами мальчик повернул голову и краем глаза увидел, как гладиатор быстро имеет его сзади. Грубо. По-животному... Так, что Локи вздрогнул и почувствовал маленькую волну возбуждения внизу живота. - Этого ещё не хватало... - мотнув головой, Локи стал настраиваться на то, что дикарь скоро кончит и всё это прекратится. Тор абсолютно перестал замечать мальчика, слышать его. Он только чувствовал его тело, такое неравномерно разгоряченное и прохладное одновременно, извивающееся, дрожащее, беспомощно распластанное. - Ну же... Кончи ты уже... - шептал Локи и плакал, желая чтобы всё это поскорее закончилось. Вскоре гладиатор тоже стал дрожать и, с громогласным рыком, очень резко, до основания натянув тонкое кричащее тело, кончил в свой трофей. Почувствовав дрожь гладиатора, мальчик вскинул бровь и удивился. Неужели он умеет чувствовать? Тор немного повалился на спину пленника, выскользнул из него и попытался отдышаться. Когда насильник вышел из растраханой попки, мальчик без сил упал на кровать и его пробила крупная дрожь. Уткнувшись лицом в пропитанную кровью постель, Локи стал терять сознание. Порыкивая от удовольствия, воин завалился на бок и притянул к себе мальчонку, обнимая и постепенно восстанавливая дыхание. Потом мужчина потянулся и скатился с постели. Бесцеремонно, но не сказать, чтобы грубо, стащил с кровати свою игрушку. Локи беспомощно упал на грудь гладиатора и, балансируя на грани обморока, закрыл глаза. Тор понес паренька в неизвестном направлении. Пленник даже и подумать боялся о пункте назначения. Когда Тор остановился и стал двигаться медленней, трофей попытался открыть глаза. Воздух стал тяжелее и горячей, Локи даже не сразу понял, что они в купальне. "Что, не понравилось - решил утопить?" - усмехнулся про себя раб. Тор о чем-то распорядился проскочившему мимо слуге и усадил паренька на дно чуть поостывшей купели. Вода сразу приобрела красноватый оттенок. Вскоре были принесены чаны с горячей и холодной водой. Гладиатор и сам залез в купель, с наслаждением уходя под воду. Мальчик так и сидел, вцепившись в бортик. Усмехнувшись, Тор взял медный кувшин и подошел к бедному существу, которое старалось не соскользнуть и не упасть в розоватую воду. Подойдя сзади, Тор зажал мальчика между своим телом и холодной плиткой бассейна. Воин стал черпать воду из чанов и поливать Локи, смачивая спину и волосы . Бедный мальчик чуть не завизжал, когда Тор резко прильнул к нему. Он испугался, что гладиатор снова начнет его трахать или ещё как-то издеваться, но тот просто поливал его водой. Собственно, если бы Тор хотел, он бы уже давно утопил этого мелкого гордеца. Про себя Локи отметил, что вода действует на него лучше любого успокоительного. И ещё правильно подобранная температура. И, кажется, гладиатор стал массировать ему голову. Брюнет даже не сразу заметил саднящего чувства от мелких ран и ссадин, оставленных Тором, что вспыхнули огоньком боли в теплой воде. Оттраханый трофей просто наслаждался минутками спокойствия. Тор, наблюдая за мальчишкой, тихонько усмехнулся. Локи вздрогнул и шикнул, когда воин провел грубым куском ткани по синяку от укуса на плече. Когда строптивец повернул голову, гладиатор встретился с взглядом, выражающим ярость и смятение. - Не смотри так на меня, – строго сказал воин и вздернул мальчишку. Локи всхлипнул и отвернулся, сильнее прижимаясь к бортику. Тор положил руку на узкие бедра трофея, от чего тот чуть не взвыл, дернувшись. - Успокойся. Не собираюсь я тебе ничего делать. Просто помою. И правда, воин просто развел упругие ягодицы и стал осторожно смывать кровь и сперму с нежной кожи. Локи всхлипнул и зажмурился, подернув плечами. Вскрикнул он тогда, когда гладиатор несильно протолкнул в него палец и стал крутить им, вымывая грязь изнутри. - Хватит! – мальчик сорвался и чуть не ушел под воду, помогло лишь то, что мужчина зажал его. - Как знаешь, – безразлично пожал плечами Тор. – Я не каждого любовника отмываю в купальнях после сношения. Локи вздрогнул и поник, краснея, лишь тихонько засопел от возмущения. Вытащив дрожащее тело на холодный пол, Тор укутал свою игрушку в белую простынь и закинул на плечо. "Да что он за варвар?" - подумал мальчик, рассматривая изувеченную паутиной шрамов спину гладиатора. Войдя в покои, Тор кинул мальчика на уже чистую постель и, нависнув над ним, прижал за шею к подушке. - Тебе повезло, что я устал. Спи. Последнее, что Локи почувствовал перед сном, это прилив воздуха в легкие и саднящее ощущение на губах. ___________ Гладиатор вошел в конюшню и заметил стоящую возле коня служанку. - Твой конь, гладиатор, - девушка протянула вожжи. Голос ее выражал презрение. - Спасибо, - Тор был достаточно спокоен и расслаблен. Он одарил девушку улыбкой. В общем-то, улыбка сразу же и погасла. - Говори... Блондинка глубоко вдохнула и повернулась к нему, чуть прищурившись. - Тор, что ты творишь? - Не знаю, - гладиатор хотел небрежно ответить, но голос подвел, и получилось сдавленное оправдание. Киарина чуть склонила голову набок, по её сосредоточенному личику можно было понять, что она напряжена, возможно, даже злится, однако голос её был спокоен. - Зачем ты издеваешься над мальчиком? Тор поджал губы и вскочил на коня. - Я не хочу об этом говорить! - гладиатор чуть потянул за поводья и конь двинулся к выходу. Девушка уперто встала перед конем и жестом остановила его, затем подняла голову и зло посмотрела на мужчину. - Послушай меня, - рассудительно продолжила она. - Ты не в себе? Ты же клялся, что не повторишь тех ошибок. И что сейчас происходит? У тебя появился личный трофей, которого ты держишь на цепи. Кто ты после этого? - Киа, я что-нибудь придумаю. Ты права. Я попытаюсь все исправить. Бой был тяжелый... Ты же знаешь меня, - Тор обреченно прикрыл глаза. - Прости. Позаботься о нем, - гладиатор все-таки пришпорил коня, пытаясь уехать на прогулку. Девушка отошла в сторону и медленно вышла из конюшни, провожая воина. - Я-то позабочусь, - устало выдохнула она, - главное, чтобы ты не заигрался.