Гладиатор

Послеполуденное солнце мягко скользнуло по небосводу, приветливо заглядывая в каждый уголок спятившего Рима, принося с собой духоту и сухость, заставляя маленьких людишек прятаться в тени. Еще немного, и лучи света приобретут кроваво-красный оттенок. Таким цветом залита вся арена великого Колизея после смрадных боев гладиаторов, в глазах которых нет ничего, кроме боли. От этих боёв ревет почуявшая запах крови толпа, которой вечно мало грязных убийств и кровавых танцев. Чем больше крови - тем лучше. Спятивший Рим. Не каждый может подстроиться под сумасшедшие нравы этого города, под людей, которые по праздникам ходят смотреть, как люди убивают друг друга на трупах предшественников. Здесь слишком простой закон: "Сила приносит свободу". Но только у рабов здесь нет свободы. Даже сильных. Рабы – простая физическая сила. Или способ оплаты. Не более. Печальный круговорот природы. Вот и новоиспеченный раб, который недавно выполнил своё новое предназначение, пришел в себя и медленно приоткрыл глаза. Тихонько застонав, Локи стал анализировать, кто он, где он и как он. Резко и широко распахнув глаза, мальчик вскрикнул и сел на кровати, прикрываясь простынёй. Застонав от тупой боли внизу живота и в области промежности, трофей упал на бок и с силой сжал челюсти. Все тело болело, мышцы ныли и просились наружу, между ног саднило и пекло. Пытаясь вспомнить хотя бы собственное имя, мальчик осмотрелся. Он лежал в просторной белой спальне, заставленной разными громоздкими и не очень сундуками, парой небольших золоченых топчанов в дальнем конце комнаты и большим ковром посередине. Мальчик встрепенулся и быстро огляделся. В комнате никого не было. Приподняв простынь, Локи увидел своё обнаженное тело, покрытое синяками в области бедер и лодыжек. С десяток мелких укусов на животе и груди, на запястьях содрана кожа, темнеют тонкие полосы от оков, а шею и предплечье ощутимо тянет: видимо, тоже синяки и укусы. Так ещё и щека болит. Оглядевшись ещё раз, мальчик понял, что в комнате он один, за ним никто не следит, а значит… Можно сбежать! Откинув простынь и резко соскочив с кровати, Локи рванул в сторону двери, но, не добежав всего каких-то полметра, мальчишку что-то резко остановило, и он со всей силы грохнулся на пол. Застонав и потирая ушибленные лоб и колени, мальчик приподнялся на локтях. и, наконец, понял, что доставляло ему дискомфорт. Округлив глаза и медленно повернувшись на спину, трофей скользнул взглядом по своему телу и увидел мощную цепь, тянущуюся от оковы на тонкой щиколотке до кровати. Зарычав от безысходности, мальчик дернул ногой и сильно пожалел об этом: грубый металл впился в кожу, оставляя кровавые отметины. Локи медленно приподнялся - послышался треск цепи, - и невольно втянул голову в плечи, вздрагивая от этого звука. Уж слишком он давил, ставил в рамки, каждый раз напоминая о заключении. О рабстве. Шипящий звук буквально въедался в кожу, больно вспарывая её как физически, так и морально. Только трофей решил поискать свою одежду в комнате, как отчётливо услышал шаги в коридоре за дверью. Вздрогнув, Локи метнулся на кровать, стараясь как можно меньше шуметь цепью, и юркнул под простынь, натягивая её по самые глаза. Сердце бешено заколотилось и пленник невольно сжался, представляя за дверью гладиатора, который вернулся, чтобы поиздеваться над своей игрушкой. В дверь тихонько постучали, а затем медленно её приоткрыли. В дверном проёме показалась светлая голова, и Локи бросило сначала в холод, а потом в жар. Но голова выглянула ещё больше, и стало видно, что это не мужчина, а маленькая хрупкая девушка с длинными светлыми волосами, которая с любопытством и осторожностью заглядывала внутрь комнаты. Локи вскинул бровь и чуть выглянул из "убежища". Девушка толчком бедра распахнула дверь, потому что её руки были заняты подносом с едой, и тихонько зашла. Только сейчас, кинув взгляд на постель более пристально, девушка поняла, что тут кто-то есть. - Оу, доброе утро, – кивнула она и поставила поднос на прикроватный столик. Голос чистый, как роса, мягкий, женственный. Тонкая фигурка, невысокий рост и очень длинные волосы до пояса, собранные в конский хвост. Вскинув бровь, мальчик стянул простынь до плеч и сел на кровати. - Доброе, – голос Локи дрогнул, и получилось нечто хрипящее. – Кто ты? - Меня зовут Киарина. Я служанка в доме гладиатора Тора, - улыбнулась девушка и с интересом стала рассматривать нового гостя. – Ты Локи, да? Пленник немного удивился и чуть подался вперед. - Откуда ты знаешь, как меня зовут? - Хах, да из-за тебя столько шумихи вышло, – девушка ещё шире улыбнулась. – Ты же теперь с нами жить будешь. - С вами… - отрешенно повторил пленник. – А-а-а, а где?.. - Тор? О, он придет вечером или поздно ночью, потому что сегодня должен быть пир в честь его победы. Если повезёт, то он вернётся завтра днем, а если ты любимчик Богов, то вообще через три дня, – служанка хихикнула и тряхнула волосами, поворачиваясь к подносу. - Так, я принесла тебе поесть. И твою одежду. Я её постирала, извини, - блондинка обернулась, – я люблю чистоту. Вот, поешь и поднос оставь, я потом уберу. Так, что-то я ещё забыла… Локи потихоньку встал на колени, всё так же тщательно прикрываясь простынёй, и взглянул на поднос. - А! – воскликнула девушка так, что мальчик встрепенулся. – Мазь от ран! Смотри, - девушка извлекла из кармана на платье и открыла небольшую серую баночку с прозрачным гелем. – Это мазь гладиаторов. Они заживляют ею свои раны, просто помазав. На следующий день, как рукой снимает! Трофей невольно заглянул в баночку и свел брови. - Помогает? – недоверчиво поинтересовался он. - Ещё как! – кивнула блондинка. – Пользуйся сколько надо. И… - Киарина кивнула куда-то в район бедер Локи. – Там… Тоже, - последнее слово шепотом. Локи смутился и покраснел. - Зачем?! - Ну… - девушка замялась. Не любила она на такие темы разговаривать, – этот идиот вел себя, как скотина… Тьфу! Что бы зажило всё! Девушка поставила мазь на столик и спиной направилась к выходу, параллельно объясняя гостю. - Мне пора бежать, дел очень много! Если что-нибудь случится - зови! - Постой… - Локи хотел выговорить имя девушки, но по правде забыл такое экзотическое с первого раза. - Киа, – хихикнула блондинка, – зови меня просто Киа. Всё, прости, Локи, мне пора бежать, рада была познакомиться! Девушки и след простыл. Трофей остался наедине с собой и плохими мыслями. Мальчик явно не желал новой встречи с гладиатором. И пленник боялся, что… Что это? От дурацких мыслей и страхов отвлек манящий запах с подноса. Трофей тихонько встал и подошел к небольшому дару. На подносе была большая тарелка свежего горячего супа харчо, несколько сваренных картофелин и небольшая булочка. Локи подавился слюной и стал быстро не то, что уплетать, - проглатывать еду. Он не ел около суток, а принесённая еда служанки будила голод. О, это прекрасное чувство сытости, после нескольких голодных дней! Поразительно, как несколько минут трапезы могут отвлечь от суицидальных и тяжелых мыслей. Трофей вылизывал ложку, сидя на кровати, когда икнул от насыщения. Прикрыв рот ладонью, мальчик хихикнул и отставил поднос на столик. Одеться можно и потом, а сейчас лучше подумать о ссадинах. Взяв в руки баночку с мазью, Локи недоверчиво её понюхал и осмотрел. На вид обычная детская мазь. Пожав плечами, трофей зачерпнул маленькую порцию на палец и стал растирать её на левом запястье. Кожу жгло и пекло, Локи шикнул и стал дуть на ранку. Через некоторое время он заметил, что боль и дискомфорт отступили, а на коже осталась лишь приятная прохлада. Одобрительно хмыкнув, пленник стал растирать мазь по пострадавшим участкам тела, по крайней мере, по тем, до которых мог достать. Мази не требовалось много на ранку, она хорошо размазывалась и быстро впитывалась, почти не оставляя запаха на коже. Спустя примерно час на тонком теле трофея не осталось необработанной ранки. Оставалось только одно место, к которому мальчик не хотел притрагиваться. Но боль в заднем проходе была настолько острой, что Локи, чуть не расхныкавшись, всё же переборол себя и встал на четвереньки. Обильно смазав палец мазью, пленник осторожно развел ягодицы и сначала помазал между ними. Так, уже лучше. Куда приятней. Дальше – больше. Просунув палец на одну фалангу, Локи всхлипнул и замер. Как же неприятно… Как-будто в открытой ране колупаешься. И жутко противно морально… Что Локи потерял невинность, да ещё и с этим варваром, да и таким грязным способом. Тор был очень груб… И от этого мальчику стало ещё хуже, он еле сдерживал слезы, пока смазывал себя изнутри, вспоминая, как гладиатор лез в него пальцами. Но оно того стоило, как заметил Локи через некоторое время после процедуры. Уже не так сильно пекло, и на смену боли приходило успокаивающее чувство. Когда же боль по всему телу постепенно затихла, мальчик осторожно лег на постель и стал копаться в своих мыслях. Как дальше жить? Что делать? Как быть? Как жить с таким позором? Да ладно позором, как теперь жить с таким тираном в одном доме? Пленник всхлипнул, представляя, какая жизнь его теперь ждет с гладиатором… Хотя, Тор был красив, статен, высок, с крепким телосложением. Если не брать его сущность и внутренний характер, он был очень даже неплох, по мнению Локи. Мощная фигура, усыпанная шрамами на загорелой коже, говорила о закалённости в боях и тренировках. Голубые глаза и светлые волосы вводили в заблуждение и свидетельствовали о простоте характера, но, как успел узнать мальчик, Тор не был таким уж простодушным. Что-то в нем было такое, чего брюнет пока уловить не смог. А, может, оно и к лучшему. Всё глубже и глубже погружаясь в свои мысли, трофей не заметил, как быстро пролетело время, сменив дневное кровавое солнце на вечернюю луну, которая слабо показывалась из-за облаков. Локи лежал спиной к выходу, натянув простыню по самые уши, и беззаботно смотрел в окно. А что,: его накормили, залечили раны, вид из окна радовал красками вечернего неба, Тора нет, в конце концов... Чуть задремав, Локи уже начал видеть какой-то сон, как услышал бас за своей спиной и чуть ли не с криком подорвался и вскочил на колени, прикрываясь простыней. Цепь зашумела и скользнула как змея, однако мальчик даже не заметил саднящего чувства на щиколотке. - Ты что, весь день продрых тут? Тор вернулся с пира и, немного пошатываясь, ввалился в свои покои. Локи так испугался, что округлил глаза и дышал через раз. Как он мог не заметить пьяного топота этого дикаря? Блондин стал смеяться от вида реакции мальчика. Это было прекрасно. Тонкое бледное тело, кое-как прикрытое простыней, мощная цепь, тянущаяся по кровати. Кажется, это скоро станет любимым занятием - будить свой трофей неординарным способом и наслаждаться реакцией. Локи нервно сглотнул и быстро скользнул взглядом по гладиатору от ног до головы. И, судя по кувшину, что тот крепко сжимал в руке и по чуть мутному взору, Тор был пьян. Его внешний вид тоже это подтверждал – белая льняная рубаха была помята и вылезала из-за пояса на штанах, а волосы растрепанными патлами неуклюже лежали на плечах. "Это ещё хуже..." - всхлипнул пленник и сжался, неотрывно глядя на свой кошмар. Воин поставил кувшин на небольшой столик и сел на край кровати. Тор медленно пополз ближе к своему трофею. - Ну, расскажи, как тебе сегодняшнее утро? Как твой первый раз? Запомнился? - Тор резко потянул за цепь, да так, что мальчик грохнулся на кровать, после чего гладиатор навис над ним, чуть вжав в мягкую постель. Локи скривился и поджал губы, чтобы не заорать, какой Тор подлец и скотина, что использовал ни в чем неповинного мальчика, но вскрикнул от резкой боли в ноге и задрожал от такого близкого контакта с гладиатором. От мужчины пахло терпким вином, и трофей невольно отвернул голову, потому что она начинала кружиться. - Ты не ответил, - Тор стал добродушно смеяться, придумывая в голове очередной план. Хотя, он редко следует своим планам. Резко повернув голову, Локи передал во взгляде весь свой гнев и всю ненависть по отношению к воину. - Замечательно! – прошипел пленник. Тор резко поменялся в лице и схватил свой трофей за горло, чуть оторвав от постели до плеч. - Не смей мне дерзить! И не буди зверя. Пока что я пытаюсь тебе помочь, - Тор, заметно остывая и возвращаясь назад в подпито-веселое состояние души, сгреб руки Локи в свою ладонь и завел за голову, сильно сжав запястья. Локи всхлипнул и зло на него посмотрел. Ему было бы легче, если бы этот дикарь его прибил, чем издевался и насмехался над ним. Мальчик дернулся, пытаясь освободить руки. Стал извиваться. - Отпусти! Нет! Отпусти! - задергался пленник, начиная кричать и вертеть головой, сильно зажмурившись. - До чего ж ты нервный! – фыркнул Тор, отпустив руки мальчика. Нет, стальные нервы гладиатора не давали даже самым глупым выходкам Локи испортить его намерения. Тор потянулся за кувшином и спросил свой дергающийся трофей: - Вино будешь? Без яда. Сам проверял, - не удержался от ухмылки гладиатор. Мальчик нервно сглотнул и стал меньше дергаться на кровати. Презрительно посмотрев на своего мучителя, он скривился от предложения и фыркнул. - Нет. - Эх, - мужчина вздохнул и набрал воздуха в легкие, - правило первое, если я что-то предлагаю, есть один вариант – согласиться, - Тор глотнул немного вина, просмаковал и полез с поцелуем. Не грубым, но требовательным. Локи скривился и хотел ответить гладиатору, что он не собирается ему подчиняться, но дикарь что-то уж больно близко наклонился. - Что? - мальчик нахмурился и попытался избежать поцелуя, упираясь руками в грудь гладиатора. Тор несильно ухватился за скулы мальчика, прижался губами к тонким дрожащим губкам трофея и стал по ним водить языком и легонько всасывать. Локи зажмурился и, почувствовав терпкие губы гладиатора, возмущенно застонал, укусив его за нижнюю губу. Воин шикнул и медленно отстранился, зализывая укус на губе. Внимательно посмотрел на мальчишку. В голове Тора стала проявляться идея. - Ты не любишь вино? Стоп... Ты никогда не пил вина? - с восторженным триумфом сделал предположение гладиатор. С немым вопросом на лице, Локи вскинул бровь и скривился. Фыркнул и отвернулся. - Значит, я угадал? - Нет, - с безучастным лицом ответил пленник. Тор довольно потер руки и набрал в рот вина. Сильнее сжав скулы Локи, Тор прильнул ко рту мальчика и стал лить в него вино, прямо рот в рот, не давая отстраниться. - Что ты... Ммм! - Локи застонал от боли в скулах и стал молотить воина по бокам и спине, пытался оттолкнуть, но ничего не получалось, лишь цепь громко звенела и сильней натирала кожу. Локи подавился, стал кашлять и судорожно сжиматься, пытаясь отвернуть голову. - Глотай! - приказал Тор и дал отдышаться трофею, но не позволил отвернуться, держа его одной рукой за шею, а другой прижимая к кровати за плечо. Задыхаясь и давясь, Локи всё же проглотил это злосчастное вино и стал сильно кашлять, пытаясь отползти от Тора. - Куда пополз, гусенечка? - усмехнулся Тор и подтянул его назад за бедра. - Ну, как вино? - Да провались ты! - закричал мальчик и свернулся калачиком, откашливаясь. - Зря, - простодушно сказал гладиатор и пожал плечами. Он снова набрал в рот вина и уже с силой вжал паршивца в кровать. Локи тихонько заскулил, а Тор крепко сжал его скулы и быстро прильнул, делясь вином. Мальчишка не то замычал, не то застонал, но деваться было некуда и пришлось глотать, чтобы не подавиться окончательно. Резкий вкус вина, казалось, лишил возможности чувствовать свой язык, да и вообще всю голову, а терпкость сразу начала своё коварное дело. Буквально от нескольких глотков вина, мальчик начал хмелеть. От понимания происходящего, на него напали тоска и паника. Ведь Локи вырос в семье винодела, ему известен вкус любого вина, он может отличить любой компонент даже из самого пышного букета. Всю свою жизнь, до этого момента, он считал, что является искусным виноделом, потому что не хмелел даже от кувшина неразведенного вина! А тут, этот чертов дикарь, который наверняка и названия этого напитка не знает, напоил его с нескольких глотков! Но, отдышавшись, даже через стальную хватку Тора, он стал успокаивать себя тем, что хмель наступил так быстро из-за усталости. Но не из-за голода же. - Не надо… Прошу… - прошипел мальчик, пытаясь свернуться калачиком. - А я ведь предлагал тебе выпить на равных. Впрочем, предложение все еще в силе. Ты выпьешь со мной? – с насмешкой спросил Тор. - Зачем? - с непониманием и презрением переспросил Локи, откашливаясь. - Если ты не пьёшь вино, а глушишь, даже не чувствуя его вкуса... Пить с тобой - самое последнее, что я бы стал делать... - на последнем дыхании ответил он. - Чем тебе вино не угодило, ценитель? – с презрением спросил воин, покачивая кувшин. - Да не вино не угодило! - фыркнул строптивец. - Ну, а что? - с наивной тупостью поинтересовался блондин, пригубив еще немного. Локи, уже хорошенько охмелев, набрался храбрости и закричал в лицо гладиатора: - Ты!!! - Значит, я? - добродушно засмеялся Тор и крепче вжал свой мычащий трофей в постель, буквально пальцами раскрыл его рот и стал вливать вино прямо из посуды. Строптивец содрогнулся и стал махать руками, чтобы убрать кувшин от своего лица. Но мучитель переливал жидкость, и Локи просто не успевал глотать или отплевываться. Тонкие алые струйки стекали по щекам и текли за шею, попадали на волосы и постель. "Может, захлебнуться? Ну, а что? Сам же виноват... Хотя, такой не даст подохнуть. Он же с одного удара выбьет и воздух из груди, и вино, и ребра. Хорошо, если и жизнь, но это едва ли" - пронеслось в голове у задыхающегося трофея. Почти истратив весь воздух, мальчик уже хотел завизжать, как струйка резко закончилась. Как и всё вино в кувшине. Захрипев, он стал судорожно вдыхать воздух и икнул, чувствуя, что сознание улетает на скорости света. Тор забавно пытался эти самые струйки слизывать, особенно тщательно в области уха, заодно больно кусая его, наслаждаясь звонкими вскриками мальчонки. Когда же вино кончилось, охмелевший воин понадеялся, что строптивец уже достаточно пьян, а потому откинул плетеный кувшин и стал приподнимать Локи, усаживая к спинке кровати. Пленник застонал и пытался взять себя в руки, когда понял, что его отрывают от постели. - Н-нет... Не надо... - уперто шептал он и беспомощно, почти бесполезно, упирался руками в горячую грудь гладиатора. - Ну, давай ты уже, пьяней. Я ж о тебе забочусь, кролик! Тебе же проще будет так смириться со своим бытием в моем доме... А тебе придется, ибо никуда ты отсюда не денешься! – наверно, слишком грозно сказал Тор. Он вообще последнее время себя мало контролировал. Гладиатор запустил руку в волосы парнишки и сжал их на затылке, прижал его к себе и стал целовать в терпкие, пропитанные виноградным ароматом, губы. Целовал он долго, наслаждаясь слегка вялыми протестами Локи. - Нет! Нет, нет, нет... - отнекивался мальчик, чувствуя горячие волны по всему телу. Не то от вина, не то от страха перед Тором, не то от его поцелуев. Он уже почти не мог сопротивляться, по крайней мере, уже не мог вертеть головой. Руки беспомощно разъезжались на мощной груди воина, а ноги под его настырным желанием их развести. Всхлипнув, пленник быстро нащупал почти сползшую простынь и попытался натянуть её на себя, тем самым надеясь обезопасить себя от мучителя. Гладиатора забавляло, как первоначальные толчки руками в грудь превратились скорее в поглаживания. Значит, вино, наконец, ударило в голову. Более сильного опьянения можно было добиться, только ударив самим кувшином по голове. Тор мягко собрал эти ручки и прижал к своей груди вместе с уголком простыни. "Смешно... Думаешь, тебе поможет покрывало?" - мысленно насмехался мужчина, но не спешил ее срывать. Пока есть силы и самоконтроль, он предпочитает дать все-таки этому хрупкому чуду привыкнуть. "Ну вот, поцелуи уже не отвергает. Маленький шаг в больное будущее... Большую яму. Не будет никакого будущего. Это просто невозможно. Зря я это затеял... Но не могу я его отпустить... Даже не потому, что он мой трофей. А потому, что он мой... Хотел, чтобы он был моим. Не хотел, чтобы он стал императорским трофеем. Тор! Остановись! Вспомни, что ты обещал". Абсурднейшим образом опьяненный разум умудрялся прорываться сквозь уже привычное безумие после боя. А пока Тор размышлял, он массировал пальцами голову Локи, наматывая эти прохладные, будто мокрые волосы себе на пальцы и вдыхал их аромат. Наконец, гладиатор очнулся от размышлений и заметил, что Локи уже практически не реагирует на происходящее. Тенью сознания Тор подумал о том что, возможно, зря напоил мальчика настолько сильно. У охмелевших просыпаются недюжинные силы и смелость. Мальчик шумно дышал и вздрагивал от ласк в своих волосах. Это и так приятно, а на пьяную голову вообще роскошь. Засопев, Локи попытался перевернуться на бок, чтобы укрыться простыней и уснуть. Тор стал настырно стаскивать простынь с трофея, хотя мальчик в нее вцепился, как в спасательный прутик. Наконец, гладиатор рывком выдернул простынь и закинул ее вглубь комнаты. Мальчик застонал, когда лишился своего стража. От вечерней прохлады он съёжился и поджал ноги. Гладиатор сполз с охмелевшей игрушки и подошел к столику, чтобы взять флакончик с маслом. А Локи почти уснул, пока не было Тора. Когда воин его растормошил, пьяный мальчик увидел желтый свет в комнате – хозяин дома зажег свечи. Чтобы видеть свой трофей во всей красе? Тор сел к своей ночной игрушке и раздвинул её ножки, так и оставив сидеть прислоненной к спинке кровати. - М? - мальчик встрепенулся и стал слабо сопротивляться, брыкая ножками и пытаясь убрать руки мучителя. - Не-а. Нет... Не надо... - пытался собраться с мыслями Локи. - Тише. Больно не будет. Обещаю, - Тор удобнее устроился между ножек трофея и обмакнул пальцы в масло. Растер их, согревая. Просунул один немножко и стал медленно, с поворотами, проталкивать его в дырочку. Застонав, мальчик дернулся, не желая повторять утреннюю процедуру. Вся строптивая натура Локи. - Я... Не верю! Тор, достаточно разработав одним пальцем, вынул его и взял руки трофея в ладонь. Одновременно с этим он наклонился с несвойственным ему трепетом к шее и стал горячо целовать и совсем легонько покусывать. Локи всхлипнул и чуть ли не с восторгом запрокинул голову, подставляя шею под поцелуи. От каждого движения губ на чувствительной коже мальчик вздрагивал от теплых волн и сопел. Было слишком горячо и приятно, чувство страха и совести отступили назад, и пришло дикое похабное возбуждение. Тем временем Тор хорошенько обмазал палец мальчика в масло и приставил один вместе со своим. Стал чуть надавливать. Локи открыл глаза и мутным взором проводил свои скользкие пальчики. Наверное, он даже не сразу сообразил, что растягивает сам себя. - Что... Что ты делаешь? - еле выговорил он. - Что ТЫ делаешь? Ты сам себя подготавливаешь. Ну, почти сам, - Тор медленно вводил пальчики, заставляя трофея почувствовать себя изнутри. - Мягкий, не правда ли? – ухмыляясь, поинтересовался Тор. - Нет! Прекрати! - это ужасное чувство, когда тебе противно себя трогать, но от этих движений ты получаешь удовольствие. - Не надо! - стонал мальчик, откинувшись на подушку и пытаясь убрать руки. - Это.. Не... Правильно… Строптивец всхлипнул и выгнулся, чувствуя приятную тяжесть внизу живота. Тор слегка замедлился, но не дал Локи вынуть пальчик. - А это правильно? - другой рукой гладиатор грубо прошелся по поднявшемуся естеству юноши. Он однозначно не мог сдержать улыбки радости. Теперь этот паршивец не отвертится, что ему самому нравится! Как подло, однако. От ласк по собственному члену, Локи широко распахнул глаза и, смутившись, покрылся румянцем. - Это... Это не я... Тор взял еще один палец мальчика и стал и его просовывать к предыдущим двум. - Ну, а если ты в чем-то сомневаешься... - Тор согнул свой палец, заставляя согнуть и пальчики трофея, нажав куда-то больно, но приятно. Язык слушался всё хуже, а ощущения становились все отчетливей. От собственных пальцев тело начало подрагивать, и Локи вскрикнул, когда они согнулись. - Прошу! Н-нет... Тор фыркнул и прищурившись, томно прошептал: - Не ты, значит? Прекратить, значит? - теребя пальчиками бугорок внутри. - И если я прекращу, ты сам не попросишься продолжить? -уже немного подтрунивая над мальчонкой, сказал Тор. - Ну пожалуйста! - закричал Локи от укола острого удовольствия и дернулся, сползая немного вниз. - Что "пожалуйста"? - не унимался Тор, остановив все свои действия. Пленник, лишившись удовольствия, всхлипнул и стал хныкать, ёрзая по постели и не желая отвечать на вопросы своего мучителя. - Ладно. Все равно не ответишь. Я и так вижу, что нравится, - Тор уже куда менее нежно заключил в объятия мальчика и продолжил свои ласки, заставляя его вздрагивать от каждого движения. Крышу сносило и самому гладиатору, особенно от того, что собственный член уже изнывал. Нужно было торопиться. Тор стал оттопыривать пальцы, растягивая, наконец, стенки до нужной степени. Мальчик всхлипывал и начал потихоньку постанывать от скользких горячих пальцев. Трепетно подрагивая от каждой ласки, Локи немного выгнулся. Вынув, наконец, пальцы, воин потянул игрушку на себя, укладывая на кровать. Быстро расстегнул пояс на штанах и снял рубаху, и, откинув её за кровать, стал быстро снимать штаны. Их ждала та же участь. Тор провел плотно сжатой ладонью по своему члену, разминая его. Смазал маслом, заодно размазал смазку по стволу и приставил к дырочке. Тор стал неспешно, но упорно проталкиваться, сжимая согнутые ножки мальчонки. Локи застонал, схватился крепче за сильные руки воина, пытаясь свести ножки. Всхлипывая, стал ерзать, закрыв глаза и что-то бормоча под нос. Тор, достаточно войдя, просунул руки под свой трофей и плотно прижался к нему, начиная подергивать бедрами и проникать все глубже. Замычав от ноющего чувства между бедер, мальчик уперся руками в грудь гладиатора и попытался отодвинуться, беспомощно ёрзая ножками по постели. - Тише... Расслабься. Я хочу сдержать обещание, что больно не будет, - Тор стал немного перебирать пальцами по спине трофея, стараясь успокоить его. - Уже не сахар, - промямлил мальчик и всхлипнул. Всхлип перешел в стоны, а стоны в похныкивания. - Не надо... Отпусти... - Нет. Не могу, - гладиатор стал вновь впиваться зубами в хрупкую шею и оставлять новые отметины, обдавая паренька горячим дыханием. Локи замер на секунду от прикосновения к шее и стал тихонько постанывать, все так же упираясь рукой в грудь Тора, но откидывая голову на подушку. Воин стал глубже входить в мальчика, скользя по его телу своим. - Вот и умничка, - гладиатор поднялся к губам и заключил их в грубый настойчивый поцелуй. Немного выгнувшись, Локи крепко зажмурился от ощущений. Было больно, но эту боль смывал алкоголь, ударивший в голову, поэтому мальчишка еле сдерживался, чтобы не развести ножки шире и не выгнуться с криками на весь дом. Почувствовав грубый поцелуй, Локи недовольно замычал и, пересилив себя, стал вертеть головой. Тор стал размеренно двигаться, покрывая тело мальчика жадными поцелуями и отметинами. Он осторожно целовал кожу и мял ее зубами, всасывал вишенки сосков и мягко покусывал. А трофей трепетно отзывался на каждую ласку всхлипами и вздрагиванием. Когда же Тор почти лег на него, Локи сначала возмущенно сопел и брыкался, а спустя некоторое время, когда ритм движений установился, этот паршивец стал чуть не в голос стонать - слишком уж сильным было трение между разгорячёнными телами. А член Локи как раз был зажат между его животом и торовым. Гладиатор стал значительно ускоряться, подгоняемый внутренним жаром и наслаждением. Так еще и пошлые всхлипы мальчонки поддавали огня. Перед глазами поплыл красный туман, а воздух показался влажным и тягучим. Распластавшись на кровати, мальчик уже постанывал в голос от каждого толчка и мягко скользил по постели. Стали немного уставать ноги, они постоянно разъезжались, и Локи никак не мог их зацепить куда-нибудь. Лишившись уже последних капель стеснения и приличия, он крепко обнял Тора за шею и постанывал ему прямо в ухо. Одну ножку все же согнул, и теперь она терлась о бок воина. Гладиатор от такой долгожданной реакции мальчика немного разомлел и просто прижался лицом к мягким смольным волосам. Все его сознание впервые за долгое время наполняло отсутствие одиночества, вдыхаемое вместе с этим забавным ароматом волос и хрупкого тела. Разум так и хотел остаться вот так, лежать подле этого мальчика, крепко прижимая к себе. Тело же желало другого, быстро втрахивая трофей в постель. Уже постанывая, как шлюшка, и иногда тихо выкрикивая "ещё!", Локи выгибался и сильнее прижимался к Тору, желая увеличить трение. Всё внутри пылало, в животе появилось странное чувство, и, просунув руку между телами и принимаясь ласкать себя, мальчишка совсем обескураженно вцепился зубами в шею гладиатора. Тор, заметив безобразие трофея, одернул его руки и завел за голову, прижав их к постели. Немного выгнулся, так чтобы живот не скользил по тазу мальчика и хитро прищурился. - Скажи что-нибудь приятное мне... Например, попроси, – издевательским тоном прошептал гладиатор. Локи возмущенно застонал и надул губки, резко выгнулся, качнул бедрами и сам насадился. - Хочу... Хочу ещё! - капризно застонал мальчик и резко закинул ножки на бедра Тора, тем самым подгоняя его. - Хм... А мне нравится, как ты это попросил. Может, продолжишь? - усмехнулся воин и взял член трофея в руку. «Хмм… У мальчишки хорошенький инструмент. Примерно как у меня в его возрасте» Тор хохотнул от собственных мыслей и стал массировать точеную головку. - Что? - промямлил мальчик и стал выгибаться, стараясь потереться о мучителя. - Насадись так еще пару раз, - не унимался Тор, томительно сжимая драгоценные части тела. - Ну хватит! - капризно заверещал мальчик и стал дергаться, что бы высвободить руки, чтобы самому довести себя до долгожданной разрядки. Но закаленный в боях воин не давал не малейшего шанса высвободить тонкие ручки. - Ну, давай же... Ты же хочешь приятное? - гладиатор немножко сжал головку. - Да-а-а! - сладко всхлипнул трофей. - Ну пожалуйста! - закричал он и стал извиваться. - Насадись! - еле сдерживаясь, шепотом произнес Тор. Закусив тонкие алые губки, Локи, ещё больше краснея, волнообразно выгнулся и прижал воина ногами к себе, случайно сжав колечко мышц. Гладиатор шумно ахнул и всхлипнул. Теперь его очередь просить. - Еще! Тор стал пока еще неспешно, но размеренно водить рукой по члену трофея. - Не-ет! - снова закапризничал мальчишка. Член уже налился кровью и пульсировал, просил разрядки, а этот гад мучил его. - Прошу! Решив, что и так многого добился сегодня от этого гордого паренька, мужчина повел бедрами, возобновляя толчки. В душе опять закипала тоска, и Тор, с несвойственной ему или давно забытой нежностью, прильнул в поцелуе к Локи и стал двигать ему рукой в том же ритме, что и сам в нем. Блаженно застонав прямо в рот мучителя, хотя, сегодня не совсем мучителя - Локи крепко его обнял и принялся судорожно подмахивать бедрами, чувствуя горячие колики внизу живота. Тор блаженно наблюдал за маленькой радостью того, кому он, наверное, ломает всю жизнь. Он. не останавливая свои толчки и понимая, что скоро и сам дойдет до пика, стал немного быстрее и небрежнее двигать рукой, чувствуя уже пульсацию крови. От ускорения Локи выгнулся, сильнее сжал ногами крепкую талию Тора и закричал на все покои от эйфории экстаза. Мальчика затрясло, когда он извергался на точеный пресс гладиатора. После фееричного оргазма, трофей почувствовал жуткую усталость и сонливость, и много удовольствия. Уже расслабил ножки, и они снова сползли на постель. - Рад за тебя… - непонятно к чему сказал Тор и стал уже куда беспощаднее вдалбливаться в обмякшее тельце мальчика, сильно сжимая пальцы на бедрах. Мальчик вскрикнул от нажима и невольно сжался, потому что после оргазма ощущения были не те... Сжав простынь, Локи всхлипывал и надеялся, что всё скоро закончится. Другой рукой Тор все так же плотно прижимал мальчонку к себе, так что сперма размазывалась противно по животу. Воин слегка порыкивал и судорожно хватал воздух, закрыв глаза. Узкое, податливое тело так приятно обхватывало его член, что вскоре и до него стали докатываться волны наслаждения. Дотянув до последнего, Тор резко натянул мальчика и стал заливать его глубоко внутри, даря новые приятные ощущения. Когда резко все закончилось, Локи замер и вздрогнул от горячей жидкости внутри себя. Перед глазами всё плыло, лицо Тора было нечетким и размазанным. Мальчик застонал и попытался перевернуться на бок. Гладиатор потянулся к укатившемуся мальчику и прижал к себе. По пути действия он вляпался рукой в жидкость на своем теле и скривился. Отер ее рукой и вытер о попку игрушки. Оттраханный мальчик нервно повел плечом и дернулся, отползая от горячего тела, тяжело дыша и проваливаясь в глубокий сон. - Ну, ничего. Ночи прохладны, еще приползешь! Никуда ты не денешься! - равнодушно зевнул гладиатор, ухмыляясь такой наивной демонстративности протеста мальчика. Он тоже потянулся и прикрыл глаза. "Хоть бы самому не замерзнуть" Спустя какое-то время, Локи стал тихонько дрожать от ночной прохлады. Пошарив рукой по постели, он не нашел ничего, чем можно прикрыться, однако его ладонь легла на крепкое, а главное, теплое бедро гладиатора. Без капли стеснения, мальчишка приподнялся на локте не размыкая глаз, приподнял руку Тора и залез к нему под бок, прижимаясь прохладной спиной к горячему рельефному торсу. И вдобавок положил на себя его руку. Тор же абсолютно не заметил никаких изменений, ибо спал настолько крепко, что реши трофей задушить его цепью и отрезать голову, он бы и этого не заметил. Спал он почти не шевелясь, спокойно вздымая мощную грудь, издавая звуки, схожие с дыханием дракона.