Увидимся в следующей жизни

Гет
NC-17
В процессе
10
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Миди, написано 109 страниц, 9 частей
Метки:
Описание:
Будут ли все счастливы?
Примечания автора:
Приветствую конструктивную критику, даже желательно бы её услышать ;)
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
10 Нравится 28 Отзывы 1 В сборник Скачать

Глава 5.

Настройки текста
Маппа открыл глаза. И зачем он вспомнил тот день? Уже ведь полтора года минуло с тех пор. И не нужно думать о прошлом. Но отчего на душе такая пустота? Да и отчего ей быть? Он смог стать учеником Хамо Тадатомо, стал выдающимся среди них, и сам учитель покровительствует ему. Казалось бы, чего еще надо от жизни? А вот Дайтаро, старший ученик, был бы наверняка счастлив, если бы Тадамото признал в нем такой же талант, как у Маппы. Но старший ученик оставался в тени с тех пор, как Хамо нашел Доуджи на улицах столицы. И с тех пор мальчик решил оставить свое первоначальное имя, а вместе с ним и всю прошлую жизнь, разрывая окончательную связь с семьей Ямамото. Он до сих пор не знал, удалось ли Коджи вернуться на службу, но при дворе о нем не было слышно. Искал ли его старик после того, как он ушел? Волновалась ли об этом Юка? Что ж, она тогда ясно дала понять, что их пути расходятся. Девочка не могла принять Асаху таким, какой он есть. Ей чужды были его идеи. Да и в целом весь его мир, даже несмотря на то, что её отец был онмеджи, а она сама могла теперь видеть духов. Маппа усмехнулся. Но может после того, как её истинные способности проявятся на людях, она поймет его? На плечо ему легла рука. Дайтаро. Между юношами сложились весьма дружелюбные отношения. Старшего ученика привлекла идея Доуджи превзойти всех людей и стать свободным. В тот раз, когда они разговаривали у моста, он находил это забавным. И, несмотря на то, что учитель выделял Маппу, это не мешало их общению. - Ты так и не отказался от своего плана? – лениво поинтересовался Маппа. Дайтаро покачал головой. Доуджи вздохнул. Неизвестно, какими последствиями это обернется. Он уже пробовал узнать обо всем, но пока что гадание давалось не так просто и зачастую ответы были туманными и расплывчатыми. В любом случае, он не допустит того, чтобы все обернулось совсем скверно. Ведь старший ученик тот, кто вполне подходит, чтобы встать под его началом. - Церемония через два дня, будь готов ко всему, - предупредил Маппа, перед тем как уйти. Ему необходимо было побыть одному. Чужие мысли мешали сконцентрироваться на важном. Доуджи уже лучше научился контролировать рейши, но это лишь при условии, что в большом пространстве находится небольшое количество людей. В остальном так же, как и полтора года назад, чужие мысли затуманивали его разум, проникая в самое сердце, выгрызая его собственные чувства и мысли. Но Доуджи уже научился относиться к этому со спокойствием, пытаясь противостоять гнусным и мерзким мыслям окружающих вокруг каждый раз. И каждый раз он убеждался лишь в том, что люди делают все для себя. Неважно, о каких чувствах или помыслах шла речь. То, что нужно было считать плохим, хотя бы проявлялось в чистом виде и, как не странно, было искренним. А вот то, что люди считали за благодетель, покрывалось красивой ложью, называемой добром. И ведь и тут каждый делал все для себя. Так, богатый, раздавая деньги бедным, улучшает свою репутацию среди простого народа, укрепляя свое доверие. Девушка, что ухаживает за больным, в душе лелеет надежду прослыть доброй. Маппа потер переносицу. Стать свободным от всего этого, превзойти Тадамото и создать новый мир, где будут только лишь несколько шаманов с такими же способностями, как у него. Звучит, как нечто нереальное. Но в глубине души юноша знал, что это возможно. Ему удастся это сделать. А пока нужно сосредоточиться на тех небольших шагах, что он может сделать сегодня, чтобы стать ближе к своей цели. Юка с криком откинула одеяло. - Госпожа Ямамото, что случилось? – всполошились прислужницы, вбегая в просторную комнату. - Все в порядке. Дурной сон, - слабо улыбнулась им девушка. – Спасибо за ваше беспокойство, но прошу, возвращайтесь к вашим делам. Прислужницы ей почтительно поклонились и удалились. Странная у них госпожа. Постоянно смотрит куда-то в пустоту и словно беззвучно шевелит губами, с кем-то разговаривая. Подолгу сидит и смотрит на звездное небо, а потом тихонько плачет у себя в комнате, пытаясь у кого-то вымолвить прощение. А между этим она еще так свободно общается со своими братьями! Один стал солдатом, и они увлеченно обсуждают прошедшие военные кампании и сражения. И даже несколько раз их госпожа бралась за лук. Со вторым же девушка, в основном, обсуждала особенности возведения домов и плотин. Но разве может столько разнообразной информации уместиться в столь маленькой головке? Да и зачем юной госпоже все знать, если скоро она будет выдана замуж?! Обо всем остальном позаботятся муж и родители, ей же нужно думать о ведении хозяйства и воспитании детей, при этом не забывая о внешнем виде и этикете. Но что в итоге они видят? Хоть девочка и знала этикет, но его соблюдение было лишь формальностью, а во взаимодействии между членами семьи исчезало и вовсе. Подумать только, подойти и обнять брата - солдата! Свободно разъезжать верхом в хакама и косодэ, что обычно носили мужчины, было позорно! Но чета Ямамото относились снисходительно к проказам старшей дочери, на что прислужницам оставалось лишь удивленно хлопать глазами. Юка обхватила себя руками, стараясь унять дрожь. Дыхание судорожными вздохами вырывалось из груди. Почему? Почему ей снятся эти странные сны? В коридоре раздалась тяжелая поступь. Пон. Брат осторожно приподнял бамбуковую занавеску, заходя в комнату. - Опять сны? – нахмурив брови, спросил он. Юка кивнула. О странных сновидениях она рассказывала только Пону. С тех пор, как отец женился на дочери влиятельного торговца, единственный, с кем она могла поговорить по душам, был Пон. Пин же был отправлен к другу семьи, чтобы выучиться мастерству плотника у лучших. Изредка он приезжал повидаться с семьей, но после возвращался обратно. А отец сменил направление деятельности, собираясь унаследовать все от полуживого тестя. И, разъезжая по торговым домам, он совсем редко бывал дома. С мачехой же Юка не решалась поговорить о своих переживаниях. Пон присел рядом, мягко приобнимая её за плечи. Хоть за это время сестра и стала сильнее, но её до сих пор терзало чувство вины. За то, что тогда убежала. Не выслушала. Оставила одного. Юка вцепилась в его хаори, утыкаясь лбом в плечо. - Мне снился огромный демон… - девушка закусила губу. – Но в этот раз сон был гораздо четче, чем в прошлые разы. Тот демон... он поглотил какого-то юношу, а потом... - она судорожно сглотнула. – Он проткнул Асаху. Пон успокаивающе гладил сестру по волосам. Может ли быть такое, что её сны были не просто снами? До этого он был убежден, что это последствие того, что она стала видеть духов, и теперь они приходят даже к ней во сне. А теперь что получается? Её сны – вещие? Да не может быть такого! - Юка, ты много думаешь о духах и о том поступке. Но в произошедшем нет твоей вины. Асаха тогда сам захотел уйти, - мягко говорил Пон. – И из-за всего этого тебе снятся дурные сны. Девушка приложила руку ко лбу. Слова брата возымели свой эффект. Тревога отступила. Дыхание выравнялось. Мысли прояснились. - Ты прав, - она улыбнулась ему. – Когда-нибудь я забуду об этом, и сны перестанут терзать меня. А теперь пора заняться делами! Пон облегченно выдохнул. Как же он был рад, что сестра смогла собраться с духом и пойти навстречу новому дню. Юка беспокойно ерзала, сидя в повозке. Ей было запрещено поднимать занавески. Но девушке хотелось узнать, куда они едут. Отец приехал. На лице сияла довольная улыбка. Прошедшее время оставило свой отпечаток на его лице. Морщины испещрили лицо, глаза запали внутрь, но в них с каждым днем только ярче разгорался огонек жизни. Он сказал, что их ожидает дальняя поездка. - Перестань, - сухим голосом произнесла мачеха, строго смотря на дочь. Юку сковало волнение. Сердце бешено стучало. Даже в кончиках пальцев чувствовалось волнение. А тут ей говорят успокоиться! Она лишь гневным взором уставилась в глаза мачехе. Лишь та была недовольна её поведением, постоянно попрекая её за излишнюю раскованность, порой переходящую в распутство. Однако, сама девушка за собой ничего такого не замечала, считая, что ей нечего стыдиться своих искренних эмоций и желаний. Взор мачехи смягчился. Новоиспеченной госпоже Ямамото не хотелось портить отношения с единственной дочерью, к которой она питала искреннюю привязанность с первых минут, как девочка появилась в её усадьбе. Женский глаз сразу увидел проблемы в воспитании. Девочка долго не бывала в женском обществе, а семья, состоящая из двух братцев и мягкосердечного отца, лишь усугубила положение. Не ведая строгости и образца для поведения, Юка выросла такой необузданной. И её привычки и интересы вполне оправдывались её воспитанием. Сколько бы госпожа Футаба, нынче известная как госпожа Ямамото, не пыталась перевоспитать девочку, максимум, что ей удалось, привить правила поведения в мужском обществе при посторонних лицах. Атмосферу же семьи она не хотела разрушать введением строгих правил. Да и чего таить, ей самой нравилась теплая семейная атмосфера. В ней сама госпожа Футаба чувствовала себя увереннее и безопаснее. - Что тебя так сильно беспокоит? – не привыкшая говорить ласково, госпожа Ямамото старалась говорить как можно мягче, но выходило у неё весьма скверно. - Меня беспокоит, куда мы едем, - призналась Юка. - Открою тебе секрет. Мы едем в столицу Хэйан. Там будет проходить «церемония изгнания они», и господину Ямамото удалось попасть на это закрытое мероприятие, - госпожа Футаба улыбнулась, заметив в глазах дочки промелькнувший интерес. – Знаю только, что там будет самый главный онмеджи Хамо Тадатомо вместе со своими учениками. Поговаривают, что у него появился новый талантливый ученик. Сердце девушки снова забилось с удвоенной силой. В душе загорелась надежда. Неужели Асаха? Все ли с ним в порядке? Как он изменился за это время? Помнит ли их? Помнит ли её? Незаметным коконом её окутывал липкий страх. А что если её сон сбудется? Могут ли её сны быть вещими? Госпожа Ямамото напряглась. Отчего вдруг лицо дочери побелело? Неужели её догадка верная и муж с детьми как-то связаны с этим учеником? Перед глазами промелькнуло лицо Коджи, наполненное затаенной грустью и тоской. Что же у них произошло? Но госпожа Футаба не позволила ни малейшей доле сомнения или волнения отразиться на уверенно-холодном лице. - Соберись. Ты – старшая дочь семьи Ямамото. Не теряй лицо перед неизвестностью! – командным голосом проговорила госпожа Футаба. Юка выдохнула. Мачеха права. Она больше не маленькая девочка. Теперь у неё достаточно сил, чтобы взглянуть в лицо предстоящей пугающей неизвестности! Ночь мягкими объятиями окутала имперский дворец. Повсюду горели огни. Лилась приятная музыка. Атмосфера царила праздничная. Имперское окружение, расположившееся на удобных местах, изысканно, но просто украшенных сидениях, лениво созерцали танец главного онмеджи - Хамо Тадатомо. Элегантные движения завораживали придворных дам, заставляя их замирать от восхищения. Юка вместе с семьей заняли место, откуда они не будут привлекать внимание, но так, чтобы все происходящее было видно. Коджи объяснил это тем, что им нельзя показываться большому числу людей. Жена только сурово посмотрела на мужа. Обманным путем попасть на такое важное мероприятие! Это же позор! Она отвлеклась, когда Юка схватила её за руку. Госпожа Футаба увидела. Два молодых ученика онмеджи. Но кто из них так повлиял на судьбы её дорогих людей? Она мельком глянула на мужа и сына. Пон стоял, наступив брови и сжимал кулаки. А на радостном лице мужа потухла улыбка, взгляд с тоской смотрел в спину онмедзи. Госпожа Футаба сжала руку дочери. - Крепись! - прошептала она, прикрывая лицо веером. Она внимательно наблюдала за ним. Она могла видеть часть его лица. Взор потуплен в землю. Словно он о чем-то размышляет. Теперь посмотрел на другого ученика. В воздухе витала напряженная атмосфера. Дрогнул костер. Юка видела. Видела огромную руку, что схватилась за крышу. После показалась огромная голова демона. Демон из её сна. Девушка подорвалась с места. Тело плохо слушалось. В ногах появилась слабость. Но нужно успеть! Не дать сну воплотиться! - Куда ты собралась? – в голосе мачехи проскользнули нотки беспокойства, она инстинктивно сжала руку на запястье дочери, не собираясь отпускать её в неизвестность. - Быть такой же сильной, как ты, мама, - с улыбкой на лице прошептала Юка. Её рука выскользнула из руки матери. Ещё есть время! Пока никто не паникует, она должна успеть занять удобную позицию. Там, где будет хороший обзор. Юка, с бешено колотящимся сердцем, старалась лавировать между гостями праздника. Одежда мешалась. Ноги спотыкались о многочисленные кимоно. С рычанием она буквально разорвала не поддавшиеся узлы и скинула верхние слои своего одеяния. Как хорошо, что она обманула маму и не стала надевать положенных 12 слоев, а надела всего три. Лук! Ей нужно достать лук! Но откуда? Взгляд лихорадочно метался среди гостей. Пока не слышно криков. Значит, все в порядке. У неё еще есть… время. Руки девушки безнадежно опустились, когда она услышала оклик. Нет, не то, они еще не заметили демона. Послышался голос главного онмеджи. Как это много демонов?! Юка быстро развернулась. Один, два, три… её глаза расширились. Только что учитель пронзил своего ученика. На растерянном лице мальчика отобразилась недоверие. Одинокая слеза. Брызги крови. Девушка быстро отвернулась, чтобы не видеть лицо Асахи. Еще никто не понял, что произошло. В запасе считанные секунды. Девушка схватила брошенное верхнее кимоно. Юка подбежала к одному из стражников, что стоял и с напряжением следил за происходящим, ожидая приказа. Подкралась со спины. Накинула кимоно на голову. Толкнула. Выхватила упавший лук и несколько стрел и побежала. Где? Где это хорошее место? Что там говорил Пон? Откуда надо стрелять? Юка остановилась. Вздохнула. И чуть не крикнула. Что за змея держит Асаху?! Нужно собраться! Бросив рядом стрелы, натянула тетиву, прицеливаясь. Было трудно. Этот лук был тяжелее, чем учебный! Стиснув зубы, Юка целилась. Но не в змею, а в того, кто её создал. Асаха разрубил змею с помощью посоха. Она облегченно выдохнула и ослабила тетиву. Опасность миновала! А куда делся пронзенный мальчик? Нельзя, нельзя никого упускать из виду! Именно в таких случаях и появляется секретное оружие врага. Так её учил Пон! Крик боли. У Юки словно разбилось сердце. Призванные демоны прижали Асаху к земле. О чем они говорят? Неважно. Все неважно. Нужно только помочь. Хотя бы на мгновение отвлечь внимание! Но ей самой придется стрелять в живого человека. В ушах стоял звон. Юка опустила лук. Прикрыла глаза. Глубоко вздохнула. И резко натянула тетиву, спуская стрелу. Резкая боль в груди. Мутным взором она увидела, как стрела пролетела мимо. Перед ней стоял один из демонов. Девушка приложила руку к ране, из которой хлестала кровь. Не сейчас! Она еще не успела… Ноги подкосились. В отчаянии она наблюдала, как демон преобразовывается. Люди ахнули. Глаза Юки расширились. Как они все заметили его? Неужели тот ученик стал им? Девушка в последний момент увернулась от когтей демона, помешавшего ей выстрелить. Юка распласталась на земле. Прижимая руку к ране, она пыталась взглядом отыскать Асаху. Вокруг мелькали чьи-то руки, ноги, слышались выкрики. Кто-то резко дернул её за руку. - Дура! – закричал Пон и побелел, стоило увидеть рану на груди сестры. - Помоги ему, - в отчаянии прошептала Юка, хватаясь последними силами за ускользающее сознание. Она тут же оттолкнула брата. Этот демон никуда не делся. Целился в Пона. Но его он не видит. Из-за чего? Пон подскочил, чтобы помочь сестре, но та захрипела: - Не смей! Помоги Асахе! Я – справлюсь! - Никогда я не брошу тебя, - Пон закрыл сестру спиной, выхватывая катану. Против кого ему бороться? Краем уха он услышал, что главный онмеджи мертв. И кто теперь справится со всем бедламом? Им надо самим убираться. Иначе попросту затопчут. Такое часто происходило на полях сражений. - Асахе помогут те люди,- крикнул Пон. Юка не стала отвлекаться. Она всецело доверяло брату. - Уклон влево, по ногам подрезай! – крикнула девушка. Пон уклонился. Провел катаной по воздуху. Она что-то разрезала! Дальше уже отточенными движениями он разрубил врага на две части. - Это не поможет, - Юка схватила брата и потащила подальше от уже восстанавливающего демона. – Его могут убить только онмеджи. Юка привалилась к стене. Дыхание со свистом вырывалось из груди. Пон держа в одной руке катану, взвалил сестру на плечо. Знает, что ранение опасно. Знает, что нельзя так. Но лишь так можно было поскорее вытащить товарища из боя, и при этом защищать себя. - Нет! Нет! Нет! – в беспамятстве шептала Юка. – Мы должны помочь! Пон, стиснув зубы, бежал в укромное место. Тут он заметил, что из-за одной колонны ему машет госпожа Футаба. А где отец? - Быстрее, за мной, - её лицо оставалось таким же невозмутимым. – Ямамото остался там. Не смей оборачиваться! Последнее, что видела Юка, как отец склонился над лежащим Асахой. Маппа разлепил глаза. По телу прошлась судорога. Он откашлялся кровью. - Не двигайся. Ты потерял много крови, - пробасил знакомый голос. На лицо упали капли. - Как счастье, что ты нашелся,- заходясь в рыданиях, проговорил кто-то. Юноша повернул голову. Он увидел смутные очертания огромной фигуры. Неужели старик? Доуджи прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Хамо Тадатомо мертв. Он предал Дайтаро. Убил своего же ученика. Но его первый учитель не бросил его. Как же странно сложились обстоятельства судьбы. Доуджи вздохнул и закрыл глаза. Хотелось только одного – забыться. Не чувствовать ужасающей боли, что пронизывала все тело. Не давать чужому отчаянию и страху затопить его душу. Забыть. Забыть обо всем. О смерти учителя. О смерти единственного друга. - Слышишь, Асаха?! – сквозь пелену тумана доносился раскатом голос Коджи. – Мы не бросим тебя! Неужели он вот так просто умрет? Покинет этот мир только из-за того, что его проткнул демон?! Нелепость! Глупость! Юноша что-то хотел ответить. Дыхание с хрипом вырвалось из груди. Кровь на губах запузырилась. Он попробовал пошевелиться. Но не получалось. Маппа пришел в ужас. Как?! Не сказать ничего, не сделать ни единого движения?! Он полностью беспомощен! Умереть вот такой жалкой смертью, как обычный человек?! Ямамото убрал со лба прилипшие волосы. Неужели он потеряет своего ученика?! Нужно взять себя в руки! Он в отчаянии посмотрел на рану, зияющию в области живота. Из неё пульсирующими толчками выходила кровь. Виднелись ошметки мяса. Но тут Ямамото уловил какое-то движение. В самом центре рана слово пыталась затянуться, но у неё не получалось. Интуиция подсказывала Коджи, что это наверняка связано с особыми способностями Асахи. Но у ученика было недостаточно сил. Онмеджи решил помочь поддерживать уровень силы юноши, передавая ему свои, но так долго они не протянут. Постепенно Маппу окутывала тьма. Было ощущение, словно он пытается медленно засыпать. Но вот только в здесь нельзя было ни пошевелить рукой, ни перевернуться на бок. Вокруг лишь темнота. И холод. И почему ему холодно? Вот так все и умирают? - Отец! – задребезжал голос Пона. - Я здесь! Приведи Юку, скорее! Нужна её помощь, - крикнул Коджи. От него пахло дымом и кровью. В глазах старика промелькнула тревога. Чья кровь впиталась в его хаори? - Я здесь, - прохрипела Юка, поправляя сползшее кимоно с оголенного плеча. Живот скрутило, стоило только увидеть рану Асахи. Она прижала ладони ко рту, но это не помогло. Её вырвало. Во рту остался привкус горечи. Но Юка выпрямилась на дрожащих ногах и с решимостью подошла к отцу. Коджи чуть не закричал, стоило ему увидеть повязку на груди дочери, пропитанную кровью. Пон подбежал к ним, беглым взглядом оценивая состояние Асахи. Дело принимало скверный оборот. Удивительно, что он еще не умер! Тут он заметил в помутневших глазах искорку сознания. Значит, еще не все потеряно! - Юка, здесь не обойтись без твоей помощи. Я остановлю кровь, а тебе нужно будет зашить рану, ищи какой-нибудь нож, иголку и вино. Быстро! Найдешь лекаря, веди его! - приказал Пон. Мысли юноши лихорадочно метались. Он часто видел, как его товарищи умирали от сквозных ран. Никто не мог выжить. - Папа, принеси воду и чистую ткань! Быстро! – зычным голосом крикнул Пон. Ямамото вздрогнул. Приказ сына привел его в чувство. - Иди ты, я поддерживаю его силы, - кратко пояснил Ямамото. На лбу проступила испарина. Осталось продержаться еще немного. Пон подорвался и побежал искать воду и чистую ткань, кои смог найти на оставшихся от празднества столах. Прихватив с собой и вино, он быстро вернулся к раненому. Смочил тряпку вином и осторожно уверенными движениями стал протирать края раны, чтобы Юка помогла её зашить. Но вот что пугало, так это то, что Асаха не подавал признаков жизни. Будет хорошо, если он будет без сознания, тогда и боли чувствовать не будет. Ямамото с напряжением следил за манипуляциями сына. Руки дрожали. Ноги подкосились. Он осел на землю. Сердце гулко билось в груди. Где Юка?! Быстрее! Быстрее! Боги, смилуйтесь над ним! Вся побелевшая, девушка бежала к ним. Лицо исказилось от боли. На повязке проступили более яркие пятна. Но сейчас важнее другое. Она упала на колени рядом с Поном. - Папа, создай огонь с помощью талисмана. Юка, подержи над ним нож и иголку! Живо! – Пон не отрывался от своего занятия. Девушка подскочила и дрожащими руками держала нож и иглу над огнем. Металл раскалился. - Опусти его в воду. После будем зашивать рану! Быстро! – торопил её брат. Он услышал шипение воды и отодвинулся. - Дело за тобой! – Пон положил руки её на дрожащие плечи.- Ты обязана справиться. Это не сложнее, чем зашивать моё кимоно. Сначала удали лишнее. Возьми нож. Вот так. Давай, еще чуть-чуть, - брат гладил сестру по волосам, придерживая их, чтобы они не спадали. Юка скинула хаори, что прикрывало верхнюю часть тело. Теперь ничего не мешало работать. Прикусив щеку до крови, она осторожным движением срезала клочья мяса. - Вот так. Протри края тряпкой от крови. Молодец, - руководил операцией Пон. От его глаза не укрылось, что кровь больше не текла так обильно. Но и то, что Асаха не реагировал, напрягало его. - Теперь зашивай края. Раз-два, вот так. Аккуратно. Не торопись. Папа помогает. Ну конечно, это отец помог обездвижить его! Как он раньше этого не понял. Пон облегченно выдохнул. С силами отца, умениями Юки и его знаниями они вытащат Асаху с того света. Девушка умелыми движениями зашивала края раны, каждый раз вздрагивая от того, когда приходилось протыкать кожу. - Вот так. Осторожно оборви нитку. Теперь с другой стороны надо зашить, - Пон заглянул на рану с противоположной стороны, но её уже не было… Он удивленно охнул. - Что там?! – взвизгнула Юка. - Рана… зажила... – оторопело произнес близнец. Девушка решила сама убедиться в этом. Но как?! - Особенность его сил. Они имеют демоническую природу. А они умеют восстанавливаться после серьезных повреждений, - пояснил Ямамото. Пон моргнул. Значит, все? Все закончено? - Ты забыл про перевязку, - проговорила Юка, вытирая кровь с дрожащих рук об свое хаори. Она потянулась к чистой ткани. – Помоги мне. Пока Пон придерживал Асаху в нужном положении, сестра перевязывала рану юноши. - Сейчас его нужно доставить в спокойное место и взять лекарственные мази, - он метнул взгляд в сторону Юки. Изнеможенная сестра тяжело дышала. Пот градом катился с её лба. Как же им повезло, что её рана была лишь поверхностной! - Я поищу лекаря! – она попыталась встать, но ноги не слушались. Ямамото рывком поднял дочь. - Я с тобой! – обеспокоенно проговорил он, накидывая ей на плечи свое хаори. Она шумно сглотнула и помотала головой. - Помоги Пону. Я пойду к маме. Она должна уже была отыскать лекаря, - Юка оттолкнулась от отца и поковыляла к госпоже Футабе. Куда идти толком, Юка не знала. Она ущипнула себя за руку, чтобы хоть как-то привести себя в чувство. Боль ядовитым цветком от груди расползалась по всему телу. Но девочка упрямо шла вперед. Лекарь поможет и Асахе, и ей. Никого не было видно. Не было слышно ни шороха подолов многочисленных кимоно, ни судорожных всхлипов, ни бряцания оружия. Все будто вымерло. Но девушка не обратила на это внимания. И уже в следующий момент в её горлу приставили копье. Юка инстинктивно отшатнулась, но в спину ей упиралось другое лезвие. Как она быть так беспечна! Она затравленным взглядом обвела кольцо стражи вокруг. У кого-то дрожали руки, у кого-то колени. Другие с ненавистью смотрели на нее. Девушка посильнее запахнулась в хаори. Ноги словно приросли к месту. В голове было пусто. А сердце отчаянно колотилось. Что делать?! Она загнана в угол! - Схватить демона живым! Она ответит за все! – крикнул кто-то. Тут же ее схватили под руки и заломили их за спину. Девушка обмякла. Сил на сопротивление не было. - Отпустите мою дочь! Немедленно! – сердце Юки наполнилось надеждой. Она нашла в себе силы и ровно встала. Развернуться ей никто не дал. - Повторяю. Отпустите мою дочь. Каково будет ваше наказание, когда император узнает, что стража по ошибке посмела схватить старшую дочь дома Ямамото?! Я вас спрашиваю! – потеряв свою сдержанность, рявкнула госпожа Ямамото. - Я готов подтвердить её слова, - Юку пробила дрожь. Что он тут делает?! Тут же тиски исчезли. Девушка качнулась, но устояла. Ей хотелось броситься в объятия матери и разрыдаться, но не тут. Она не должна потерять лицо. Закусив губу, она вскинула голову и прошла к матери. Вот только ноги заплетались. Что и стало причиной тихих смешков за спиной. Госпожа Футаба вежливо кивнула Ямагучи и, подхватив дочь под руку, направилась вместе с ней обратно. - Лекарь уже там. Тебя тоже надо осмотреть, - проговорила госпожа Футаба, стараясь успокоить дочь. – Он будет жить. И уже даже пришел в себя. Девушка остановилась и всхлипнула. Она закрыла лицо руками и громко зарыдала. - Какое счастье! - с заиканием выдавила Юка. Госпожа Футаба вздохнула. Она поглаживала дочь по руке. Сколько им пришлось вытерпеть за этот вечер! Только годами отточенная выдержка не дала ей упасть духом и не расплакаться от волнения за дочь, когда та растворилась в толпе. Зачем, зачем она отпустила её руку?! Почему не последовала за ней?! Не остановила?! Тогда бы не было этой ужасной раны! Благо Пон умел их перевязывать. Какое счастье, что у неё такой брат! Что смог защитить её! - Мама, ты плачешь? – шмыгнув носом, Юка заглянула ей в глаза. Они всегда были наполнены такой лаской? Госпожа Футаба удивленно моргнула и стерла слезу. - Я ведь тоже волнуюсь за вас, - она позволила себе эту роскошь - признать слабость. – А теперь быстро за мной. Выглядишь неподобающе! Юка молча последовала за матерью. Рядом с ней она ощутила ту безмятежность и спокойствие, что чувствовала много лет назад, живя с родной мамой. Дальше все промелькнуло смазанными пятнами. Вот она падает в объятия Пона, и он почти тащит её на себе в какое-то здание. Множество коридоров. Все суетятся. То тут, то там бегали лекари с небольшими деревянными шкатулками. В нос Юке ударил резкий запах целебных трав. Из комнат доносились женские причитания, детские всхлипы, переругивания мужчин. Всем старались оказать помощь, но рабочих рук не хватало. Вот какая-то комната. Обеспокоенное лицо матери. Удивленный вздох доктора. Боль в груди. Спасительная тьма. Госпожа Футаба облегченно выдохнула, когда лекарь ушел, оставив их одних. Пон ушел разыскивать отца и Асаху. Она склонилась над лицом дочери. - Как же хорошо, что ты в порядке, - она сжала её ладонь. Она была теплой. Лекарь сказал, что им повезло, что рана была неглубокой. Да и наложенная вовремя повязка остановила кровотечение. Иначе исход мог быть весьма плачевным. - Ты замечательно постаралась, - прошептала госпожа Футаба, осторожно убирая прилипшие пряди со лба. Юка нахмурилась и застонала, сжимая рукой одеяло. Матери было тяжело видеть страдания дочери. Душа разбивалась вдребезги. Хотелось кричать от собственного бессилия. Ну почему? Почему тогда она не смогла понять дочь?! Ведь тогда она бы не металась сейчас в лихорадке. Лихорадка?! Госпожа Футаба замерла. Спина взмокла. Дышать стало тяжелее. Лекарь сказал, что лихорадки не должно быть! Женщина потрогала лоб дочери. Холодный. Сердце гулко забилось в груди. Взгляд тревожно бродил по комнате, словно пытаясь найти что-то. Юка судорожно вздохнула и прекратила метаться. Что это было? Чувство тревоги не покидало госпожу Футабу, даже когда пришли супруг с сыном. Наоборот, оно усилилось. Юка мирно спала, словно ничего не произошло. Пон присел рядом с сестрой и взял её за руку. Ямамото облегченно выдохнул. На душе стало спокойнее. Вся семья в сборе. Все обошлось. А самое главное, что все живы. В том числе и Асаха. Коджи испытывал смешанные чувства вины и тревоги. Ему хотелось побыть рядом с дочерью, но он знал, что кому-то надо было остаться с Асахой. Сейчас юноша мирно спал в другом конце здания, где временно разместили всех больных. - Пошли, выйдем, - он вздрогнул, когда супруга уткнулась лбом в его плечо. Коджи кивнул и, сжав переплетая её руку со своей, вышел из комнаты. - Что тебя беспокоит? – госпожа Футаба уловила в его глазах недоумение. – Ты сильно притихший. Как будто разрываешься между чем-то, не зная, что выбрать. Ямамото вздохнул. Жена знала его сильно хорошо. Они вышли в сад, что находился недалеко от здания. Небо светлело. - Я знаю, что мне надо быть с Юкой, но я не могу оставить Асаху одного. В прошлом я был его учителем. А теперь его нынешний учитель погиб. И в такие моменты… я… я… просто не могу оставить его одного… - прошептал Коджи. - Дорогой, я побуду с Юкой. С нами будет Пон. Мы справимся. Если что, то я отправлю его к тебе. Иди к нему. Наверняка ему нужна твоя поддержка, - жена обняла супруга, вдыхая запах въевшегося в одежду дыма. Коджи порывисто сжал возлюбленную в объятиях. Как же ему повезло второй раз встретить ту, с которой можно было разделить жизнь! Госпожа Ямамото зарделась. Как же редко она позволяла себе такие мгновения, допуская нежные моменты между ними. И сейчас женщина была околдована этим моментом. Ямамото отстранился. В глазах отразился восходящий вместе с новыми надеждами рассвет. Маппа открыл глаза. Над ним, нависнув, сидела ссутулившаяся огромная фигура и громко храпела. Юноша внимательно вглядывался в его лицо. Под глазами залегли глубокие тени. Лицо покрылось редкими морщинами. Кое-где были видны седые волосы. Но аура старика продолжала источать жизненные силы. Доуджи аккуратно присел, стараясь не разбудить его. На душе было пусто. Он потерял все, что имел. Учителя, которого он так страстно хотел превзойти. Дайтаро, а вместе с ним и единственного друга в этом прогнившем месте. Он ведь знал обо всем. Мог предотвратить. Но не стал и понадеялся на свои силы. А Тадамото предал и... И почему? Не выдержал тягот мира. Стремился показать людям то, что они сами и породили, но в итоге все обернулось так глупо. Смертью Дайтаро. Стоило ли все этого? Могло ли быть по-другому? Даже если бы он принял чью-нибудь сторону… Так, стоп. Разве не по этой причине он не принимает ничью сторону? Ведь неважно, на чьей стороне ты окажешься, все равно ничего не изменится. Его сердце гулко забилось. Не по этому ли он хочет превзойти всех и стать свободным? Маппа считал, если он превзойдет Хамо, то тогда превзойдет всех. Ведь он был самым сильнейшим. Но учитель в итоге разочаровался в этом мире и погряз в своем отчаянии. Он был всего лишь обычным человеком. Не значит ли, что и он сам пошел по такому же пути? Доуджи немигающим взглядом смотрел в стену. Нет, он не пойдет по такому же пути как Хамо. Иначе, обречен на провал. Но как ему стать свободным? Как изменить мир? И что ему для этого нужно? На плечо ему опустилась тяжелая рука. - С пробуждение и с рождением, - тепло улыбаясь, проговорил Коджи. Ну конечно, Асахе нужны те, кто будет как он! Следовать за ним, несмотря на любую ситуацию. Быть готовыми пройти через все препятствия и трудности. Те, кто будет сильны так же, как и он сам. Лицо исказила безумная улыбка. Но Ямамото не обратил на это внимание. - Как хорошо, что ты уже очнулся. Где болит? Что-нибудь беспокоит? – обеспокоенно поинтересовался тот. Маппа покачал головой. На удивление ему самому, он чувствовал, что тело наполняется силой. И по сравнению с тем, какой она была, теперь её словно стало больше. Но возможно ему, просто кажется. - Что вы хотите делать потом? – безразлично спросил Маппа. – Может, все-таки оставите тот домишко и будете служить придворным онмеджи? Прикрыв глаза. Он наблюдал за реакцией Ямамото. Если старик согласится, то будет замечательно! Но как его потом убедить принять его сторону? Да и нужно ли убеждать в чем-либо, если достаточно будет, чтобы за ним кто-то следовал? Ямамото громко рассмеялся. - Я уже давно там не живу. Сейчас мы живем в новом доме. Я ведь женился, - с гордостью произнес Коджи. Что ж, от старика такого и следовало ожидать. Значит, женился по расчету, а после влюбился в жену. Неужели, жизнь ничему не учит? Такие неисправимые глупцы ему не нужны. Но все-таки было кое-что, что цепляло Доуджи в Ямамото. Старик шел к своей цели, не пренебрегая расчетливыми методами, а порой и не скупился пойти на обман. - Скажу по секрету, я по уши влюблен в неё, - хихикнул Коджи. – И я безмерно рад, что она любит наших детей. Жаль, что я не могу тебя представить ей, сейчас она находится с Юкой. Невольно сердце Маппы забилось быстрее. Как он мог забыть про неё? Юноша задумчиво потер подбородок. А может ли Юка стать его соратницей? - Я так и не знаю до конца, что же произошло с ней и Поном вчера. Когда они прибежали вдвоем, то мое сердце чуть не разорвалось… моя девочка… - Коджи судорожно вздохнул. Доуджи нахмурился. Почему Юка не пришла вместе с Ямамото? Не хочет видеть его? На душе появилась тревога. Коджи потер переносицу. Это замечательно, что Асаха очнулся, но видимо, сейчас ему необходимо побыть одному. - Что с ней? - бесстрастным голосом спросил Маппа. Коджи замер возле выхода. Кто-то впечатался в него. - Простите, - виновато пробормотал он. - Пап, с тобой хочет поговорить мама, - раздался хриплый голос Пона. Доуджи поморщился. И о чем же Пон хочет поговорить с ним наедине, раз соврал даже отцу? Когда Маппа повернулся, то на входе остался только Пон. - Быстро же ты очнулся, - нарочито жизнерадостным тоном проговорил он. Юноша прищурился. Что еще за нотки угроз проскользнули в его голосе? Что ж, изменился он, видимо, только внешне. Вытянулся, окрепчал. Появилось несколько шрамиков. А в душе такой же обидчивый мальчишка. - Что ж, я разрешаю тебе говорить, - усмехнулся Маппа. - А «спасибо» видимо говорить не научили? – прищелкнул языком Пон, опираясь плечом на стену. – Ведь именно по вашей милости нам приходится тут задерживаться. Если бы не ты, то у Юки бы не было этих способностей. Теперь Доуджи был заинтересован. Неужели у неё проявились еще какие-то способности? И как их можно будет использовать потом? - Знаешь, я все думал, пусть она видит этих ваших духов. В этом ведь нет ничего такого. Но после твоего побега её давило чувство вины, - Пон сжал кулаки. - А вместе с этим появились и сны. Сны, где она видела их. Не будь этих снов, Юка бы ничего не знала, и не получила рану! Пон в ярости стукнул кулаком по стене. Доски заскрипели, но выдержали. - Ты хоть понимаешь, на что обрек её жизнь?! – юноша в два скачка преодолел расстояние в комнате и рывком поднял Доуджи за плечи. – Из-за тебя она теперь может видеть духов и сны! Если бы только тогда ты не появился в нашей жизни! Сколько в его глазах плескалось ненависти. Она обжигала, желала выплеснуться, и, словно горная река, текла стремительно, готовясь разрушить все на своем пути. Маппа оттолкнул Пона. - В этот раз не буду забирать твою жизнь. Считай, что теперь мы в расчете. А теперь уходи. Юный воин затрясся от злости. Глаза налились кровью. Крылья носа трепетали. - Какой же ты глупец! – рассмеялся Пон. – Она ведь попыталась помочь тебе, а ты даже слушать не желаешь?! Не понимаю, почему она так старалась ради такого?! – он сплюнул на пол. – Теперь я даже близко её не подпущу к тебе. Чтобы её жизнь не разрушилась окончательно. Доуджи даже бровью не повел на бравую тираду Пона. Юку никто не просил ничем рисковать. Это был её выбор. Пон же был просто человеком, что желал найти источник, куда можно выплеснуть злость от собственного бессилия. И таким источником каждый раз становился он. Но Маппа читал его душу, окутанную страхом и беспокойством за сестру. Неужели его сестра будет теперь видеть вещие сны или это было только раз? Вот это Маппа счел для себя полезным. Возможно, что у Юки проявилась способность предсказания. Некоторые мужчины-онмеджи владели такими способностями, но их было весьма мало. А вот женщин – большинство, или же как их прозвали при дворе – итако. И как это сыграет на пользу ему? Было еще кое-что, что беспокоило Маппу. Как именно ему спасли жизнь? Справился бы он сам? Он вздрогнул, стоило вспомнить то ощущение беспомощности, когда смерть уже распахнула могильные объятия. А ведь это свойственно людям… В душе вспыхнул огонек желания преодолеть и это препятствие, что ставит его наравне с людьми. Стать свободным от всего и… сердце пропустило удар, стоило только услышать знакомое щебетание и тихий смех Коджи. Ямамото зашел в комнату. Значит, Пону повезло, что по счастливому стечению обстоятельств его вранье оказалось правдой. И что же его обещание не подпускать сестру к нему не сбывается? - Юка, что же ты? Заходи, - приподнял бамбуковую занавеску Ямамото. Девушка, одетая в простые хакама и косодэ, держала руку на ране. Заметив пристальный взгляд юноши, она тут же убрала руку и натянуто улыбнулась. - Ну здравствуй, Асаха. - Мы подождем тебя, - отец поцеловал дочь в макушку и ободряюще похлопал по плечу, перед тем как удалиться. Ведь Юка сама настойчиво упрашивала позволить ей поговорить с Асахой перед отъездом. - Эм… - Юка уставилась в пол. – Я рада, что с тобой все хорошо. - Подойди, - привычным приказным тоном сказал Маппа. Девушка возвела глаза к небу. Как же жаль, что под рукой нет мокрой тряпки. - Обойдешься, - она показала ему язык и осталась стоять на пороге, уперев руки в бока. В глазах промелькнул насмешливый огонек. - Я хочу поговорить о твоих способностях. Тебе ведь снова снился сон? О чем он был? – вкрадчиво поинтересовался Маппа. Ему нужно было понять, как же сильны её способности. И тогда… А что тогда? Кому-то надо будет обучать её, а это значит, что Юке придется отправиться на гору, где живут итако. Но отчего-то подобный выход его не устраивал. Разве не получится обучаться у итако, что живут при дворе? - Ты стал как фасолина, - Юка зевнула. – иссушенная фасолина. Ни привета, ни ответа, лишь о том, что касается духов или же способностей. Где потерялся тот прежний Асаха? Она заглянула ему в глаза. В них не отражалось того пламени, что было видно раньше. Но и живыми их нельзя было назвать. Не было того доверия, что пролегло тогда. Девушка вздрогнула. Какая же между ними пролегала бездна! Может, стоит уйти? Чтобы потом снова корить себя за то, что позорно убежала и до конца не выслушала. Нет, она пришла сюда не для того, чтобы постоять, а потом уйти. Ей хотелось понять, почему же он тогда ушел. - Я ведь не спрашиваю, почему ты тогда ушла, - холодно напомнил Маппа. Юка возмущенно засопела. - Ты можешь узнать об этом, читая мои мысли, а я вот не могу. Извините, что не похожа на вас, госпожа Асаха, - залилась смехом Юка. Она наконец-то подошла к юноше. Всю неловкость как ветром сдуло. Она будто вернулась во время их первой встречи. Та же холодность и отчужденность. Маппа отшатнулся от неё. Почему на душе стало так спокойно? От Юки это не укрылось. Глазки восторженно заблестели. - А-са-ха, - она приближалась к нему. – Поехали с нами? Восстановишься, а после вернешься обратно. Доуджи удивленно моргнул. Только ради этого приглашения она и пришла поговорить с ним? - Ну так что? – она взяла его за руку. – Не хочешь немного побыть в привычной обстановке? Маппа покачал головой. По злобным взглядам и пыхтению Пона он явно не скучал. - Я – теперь имперский онмеджи. - Хорошо, я поняла тебя, - грустно выдохнула Юка, отпуская его ладонь. – Ты ответил на мой вопрос, так что и я отвечу на твой. Доуджи вопросительно приподнял бровь. О чем она? - Мне и правда снился снова сон. Там было поле сражения. Среди воинов был Пон, - девушка поджала губы. – Его войско попало в засаду. Я не знаю, какое место было полем битвы. И участь брата тоже осталась неизвестна. Но можно ли доверять тем снам? - Сядь. Расскажи о своих снах больше. Это важно, - в голове юноши уже простроился план. Он знает, как предложить ей стать итако. Юка села напротив него. - Мм… Как бы сказать, после того, как вы с папой отправились к Ямагучи, то мне однажды приснился сон, где я видела демона. Но он был не таким, как тот мстительный дух, - Маппа нахмурился от этих воспоминаний, а девушка продолжала рассказ. – После того, как ты ушел, мне стали чаще сниться сны. С каждым разом я видела все больше. Поначалу это была площадь, огни, потом и другие демоны. А перед поездкой мне приснился сон, где тот демон, - она сжала руки. – ранил тебя. Маппа слушал внимательно. Значит, её способности к предвидению пробудились раньше, нежели она стала видеть духов. Обычно, происходит наоборот. Интересно, как дальше все может обернуться? И насколько далеко она может видеть в будущее? Имеются ли у неё и другие способности? - Что собираешься делать, если твой второй сон окажется правдой? - Расскажу брату, - задумчиво протянула Юка, уже стараясь отыскать выход из самой плачевной ситуации – если Пону будет угрожать смерть. Вмешаться самой? Толку от неё будет мало. Опыта в сражениях у неё нет. А попытка, когда она пыталась выстрелить в главного онмеджи, с треском провалилась. - Зачем ты стреляла в Хамо Тадамото? Ты ведь была готова ранить, а возможно и убить его. И знаешь, что было бы с тобой за такое преступление? – Маппа подпер щеку рукой, с ухмылкой наблюдая за собеседницей. Он ощущал, как её душа полна сомнений. Правильно ли она тогда поступила? Смогла ли она ранить человека? А если бы пришлось стрелять на поражение? Вот оно! Тот ключевой момент, когда её старые убеждения рушатся, выгорают дотла, а на их месте остается пустота. Как же она поступит? - В тот момент я думала лишь о том, что тебе угрожает опасность, - Юка пристыжено опустила глаза в пол. – Да, я сомневалась. Да, было трудно принять это решение. Но…но ещё труднее видеть, как дорогой тебе человек находится в опасности. Руки девушки дрожали. - Я знаю, что меня никто об этом не просил. Знаю, что решение было глупым, и за свою глупость я поплатилась. Но мне не стыдно, что я хоть что-то попыталась сделать, - её голос был притихшим. – И, если бы не тот сон, то я бы ничего не знала. И теперь, когда я видела во сне Пона, то я тоже собираюсь ему помочь. - Если ты ему расскажешь, то навряд ли поможешь, - со смешком произнес Маппа. – Однако, есть и другой вариант. Почему бы тебе не стать ученицей итако? Тогда ты сможешь участвовать в военных собраниях и предсказывать исход событий. Ты сможешь повлиять на них. Глаза Юки расширились. Ведь тогда она сможет действительно уберечь брата. Но что ждет её впереди, если она станет ученицей итако? Как отнесутся к этому родители? А братья? Справится ли она? И правда ли у неё есть эти способности? Да и как её могут взять в ученицы, ничего не зная толком о ней? - За то, что ты помогла мне, тебя могут удостоить имперской награды. А если узнают, что ты смогла предвидеть это, но не успела вовремя предупредить меня, то без сомнения поверят твоим способностям, - с довольной усмешкой пояснил Доуджи. Все складывалось благополучно. - Мне надо подумать. Спасибо тебе, ты самый лучший, - она уткнулась лбом ему в плечо. Усмешка сползла. Маппа испытывал раздражение. Что теперь-то не так? - Я делаю это не ради тебя. И уж тем более не ради твоего нахального братца, - процедил он. Девушка заглянула ему в глаза. И где-то в их глубине разглядела давно знакомый огонек. - Ты ведь делаешь это ради себя. Асаха, неужели ты хочешь, чтобы я осталась тут? – она склонила голову на бок. Он кивнул головой. - Твои способности могут пригодиться в дальнейшем, - прямо ответил он. Смысла утаивать не было. К тому же, Юка с ним говорит открыто, так почему бы и её не посвятить в дальнейшие планы? - Ты так много стараешься меня убедить в том, что я могу стать итако, даже с такими незаурядными способностями. К тому же, я тогда убежала. Странно… А может тебе просто одиноко, м? - предположила девушка, пытаясь отыскать ответ где-то на потолке. Маппа фыркнул. Что за глупости? Юка тихо рассмеялась. - Ты похож на кота, - пояснила она, заметив недовольный взгляд Доуджи. – Я правда подумаю над этим предложением. А теперь нам пора прощаться. - У тебя в запасе три дня. А узнал я, сумев предсказать будущее. Ты тоже сможешь потом делать такие вещи. Если согласишься, конечно. - Предсказывать будущее, значит… А к тебе не выстраиваются очереди придворных дам погадать о суженом? – Юка подавила смешок. – Или ты не можешь делать такие вещи? - Для этого у них есть свои ритуалы или же с такими неформальными вопросами обращаются к итако. Увы, я не смогу тебе помочь, но могу посоветовать хорошую итако, - парировал Маппа. - Хорошо, признаю поражение, - девушка рассмеялась. Она замерла, стараясь найти в себе силы попрощаться. Они ведь только увиделись! И теперь пора расставаться. Юке еще так много хотелось рассказать, выслушать, что у него произошло за полтора года, да и просто поговорить по душам. А ведь Доуджи все слышал… Девушка залилась румянцем и опустила глаза. Ничего от него нельзя утаить! - В общем… скорой… три дня… встреча, - промямлила она и, не дождавшись ответа, выбежала из комнаты. Маппа рассмеялся. Мысли собеседницы позабавили его, но вместе с этим где-то в глубине души засело ожидание их дальнейшей встречи. Юка со стуком захлопнула дверцу повозки. Госпожа Футаба, прикрыв лицо веером, наблюдала за дочерью. Блестящие глаза и раскрасневшиеся щеки выдавали её состояние, но женщина не стала напрямую говорить с Юкой об этом. - Долго же вы прощались, - словно невзначай проговорила она. - Ах это…. – взгляд девушки лихорадочно метался, руки поглаживали прядь волос. - Ну… Понимаешь… Мы ведь так долго не виделись… - тут в голове что-то щелкнуло. Самая лучшая защита – нападение. – Вы ведь с папой тоже долго прощаетесь. - Потому что мы любим друг друга. Мы мало времени проводим вместе, и нам хочется быть рядом с друг другом как можно дольше. И когда мы прощаемся, то стараемся оттянуть разлуку хоть на мгновение подольше. Но что ты хотела этим сказать? - в глазах матери промелькнули хитрые огоньки. Юка распахнула глаза. Сама себе устроила ловушку! Она замотала головой и уставилась в окно. Повозка тронулась. Впереди ехали Пон и отец. Несмотря на свои годы, он уверенно держался в седле, а предложение ехать в повозке воспринимал как личное оскорбление. Госпожа Футаба внимательно наблюдала, как меняется лицо дочери. Поначалу сосредоточенное, оно постепенно расслаблялось. Плечи опустились. На губах появилась мечтательная улыбка. Она стала накручивать прядь волос на палец. Интересно, как долго она собирается не признавать своих чувств? Три дня для Юки прошли как на иголках. Она часто пропускала мимо ушей то, что говорил Пон, на что он только хмурился. Тогда он не стал идти против отца, когда Юка упрашивала его попрощаться с Асахой. Юноша скрипнул зубами от досады. Сестра явно что-то недоговаривает. - Пон, как думаешь, что меня ждет в будущем? – накануне вечера третьего дня спросила Юка, присаживаясь рядом с братом. - Я думаю, что мою сестренку ждет счастливое будущее, - вздохнул юноша, приобнимая её за плечи. Вот так всегда. Стоило Юке о чем-то начать переживать или волноваться, она подходила к нему и тихо присаживалась рядом, стараясь как можно сильнее скрыть тревогу. Однако, именно в такие случаи она всегда теребила в руках ту синюю ленту, что он некогда подарил ей. Для Пона этот жест значил нечто большее, нежели просто волнение. Он видел, что сестра инстинктивно ищет у него поддержки. И в душе Пона что-то переворачивалось. Ему хотелось защитить сестру, подарить ей ту заботу и тепло, что она искала. Девушка вздохнула. - Пон… а что ты думаешь по поводу Асахи, м? – Юка смотрела немигающим взором куда-то за горизонт. Хоть она была тут, но душа её словно находилась в другом месте. Юноша потер переносицу. Значит, сестра переживает из-за него. В памяти всплыли образы его ссоры с Доуджи. - Думаю, что он хорошо обустроит свою жизнь сам, - сестра взглянула на нахмуренные брови. - Пон, что между вами произошло? Вы опять поругались? – мягко спросила она. Юноша уже тысячу раз успел пожалеть о том, что они вообще туда поехали. Тогда не было бы этой ссоры, не было бы этого встревоженного взгляда. И то, что сестра пытается сгладить его злость, а не попрекает его, действовало лишь хуже. Где-то в глубине души засел противный червячок сомнения. Противной волной всколыхнулось чувство вины. Честно, лучше бы тут был Пин! - Да, - неохотно отозвался юноша. – Я сказал, что это он виноват в том, что у тебя появились эти способности. - И это все? - уточнила Юка. - И что я больше тебя не подпущу к нему, - договорил он, становясь мрачнее тучи. Девочка щелкнула его по носу. - И почему ты всегда делаешь, а потом думаешь? – вздохнула она. Пон удивленно моргнул. - Почему ты не злишься? - Ммм… А на что мне злится? Ссора была между вами. Вы, мальчишки, всегда ругаетесь, деретесь, но в критических ситуациях отбрасываете эти чувства и помогаете друг другу. Если б так все и было, ты бы не стал помогать ему. Вот почему я думаю, что все образуется, - Юка подперла щеку рукой. – Но кое-где, возможно, я соглашусь с тобой. Мне не дает покоя мысль, что именно после того, как Асаха стал жить у нас, у меня появились способности. Может это все так сильно поразило меня, что они открылись? В любом случае, я не считаю то каким-то проклятием. А возможно это ключ, к тому, чтобы защитить вас. Юка внимательно посмотрела на Пона. - После мне снились еще сны. В них ты отправишься в погоню за врагами, что готовили покушение на имперский дворец. Но попадешь в ловушку. А дальше – туман. И я думаю, что раз туман, то значит есть какое-то обстоятельство, которое и может изменить твою участь, - рассуждала девушка. – Поэтому, я собираюсь согласиться на предложение Асахи стать ученицей итако. Пон дернулся. Ничего себе, предложеньице! Знакомая злость на противного мальчишку вновь всколыхнулась на душе. Зачем к своим странным штучкам приплетать его сестру? Однако, в глубине души он признавал, что тогда Юка сможет на полную раскрыть свой потенциал и получить возможность стать кем то большим, нежели просто домохозяйкой. - Хорошо, - процедил он. – Но что будет потом? Что именно ты будешь делать? Тебе об этом он сказал? Юка кивнула. - Асаха сказал, что я смогу влиять на военные кампании, предсказывая их исход, - пояснила она. – Но ведь это значит, что я одобрю то или иное решение… И в конечном итоге из-за этого могут пострадать люди…. - Ты не готова брать ответственность за это? За чужие жизни? Юка кивнула. Брат попал в точку. - Я никогда такого не делала, - покачала головой сестра. – И не знаю, хватит ли силы духа для этого… - Нет, - перебил её Пон. – Ты уже делала это. Ты знала, что тот демон появится. И кого именно ранит. И ты взяла на себя смелость предотвратить это, собираясь ранить человека. Это первый раз. А второй раз то, когда ты помогла спасти жизнь Асахе. А, между прочим, на поле сражения самое сложно, определить, что ты будешь делать, если под угрозой окажется жизнь другого человека. Ты уже давно ведь сделала свой выбор, не так ли? Девушка, широко распахнув глаза, внимательно слушала брата. Его слова словно открыли правду. Все верно. Уже тогда она знала, что она выбирает между двумя жизнями. Знала, что выберет Асаху. Теперь же ей опять предстояло выбрать. Вот только в этот раз не чужую жизнь, а свою собственную. - Пон, спасибо тебе, - на лице расцвела улыбка. Она хотела обнять брата, но поморщилась. Рана лишь затянулась. Юноша ободряюще похлопал её по спине. - Пон, а тебе самому не страшно? Когда ты идешь воевать, каково это? – Юка прижалась к его руке. Пон поскреб щеку. - Всегда страшно. Любому на поле сражения страшно. Страшно умереть и не увидеть семью. Кому-то страшно умереть и не успеть сделать чего-либо: признаться девушке, навестить мать, совершить поездку… когда ты идешь воевать, то думаешь о разном. Это во многом зависит от твоего положения. Если ты генерал, то тебе некогда думать о семье, как обычному рядовому. Самая главная задача – справиться с той возложенной на тебя миссией и, по лучшему стечению обстоятельств, сберечь большую часть армии. Я думаю лишь о том, что хочу защитить спокойствие своей семьи, - вздохнул юноша. – И думаю о том, вернулись ли я живым из этого сражения. Но знаешь, я ведь не только воин, но и обычный житель. Конечно, вместе со сражениям идут и непомерные расходы на армию не только финансовые, но и количественные… Я даже не знаю как это назвать… люди, что уходят армию, скот, что забирают для армейского продовольствия, уничтоженные и опустошенные посевы… Так много проблем возникает. И как же будет хорошо иметь того, кто не допустит таких разорений, - Пон внимательно посмотрел на Юку. – Позаботься лучше об этом. А ход ведения войн оставь мне. Ведь все-таки из нас двоих я хочу стать генералом. - Бойся, у тебя теперь появится соперник за место генерала, - Юка тихо рассмеялась. – Я буду такой же решительной, как и ты. Пон улыбнулся. Давно они так по душам не разговаривали. - Коджи, Коджи, смотри! – госпожа Футаба буквально вбежала в комнату, держа в дрожащих руках свиток с имперской печатью. Ямамото поперхнулся чаем. Взмахнув рукой, он опрокинул чернильницу, и та растеклась по официальным бумагам. - Что такое, милая? – обиженно пробубнил Коджи. Теперь из-за внезапного появления жены ему придется заново заполнять их. - Из дворца прислали. Гонец ждет немедленного ответа, - собралась госпожа Футаба, поправляя выбившиеся из прически пряди. – Он ожидает тебя в главном зале. Коджи потер подбородок. - Конечно, я, как глава семьи, должен сообщить о своем решении. Но прежде бы хотел его обсудить с тобой, - он распахнул руки. Госпожа Футаба залилась краской. Умеет же супруг удивить. А ведь взрослый человек! Она не стала усаживаться ему на колени, как обычно это делала, а присела рядом. Ямамото обиженно засопел, но ничего не проговорил. Вскрыв свиток, он пробежался глазами и тихо охнул. - Дети… Их хотят взять на государственную службу! – прошептал Коджи. - Пона как стражника при дворе, а Юку - в ученицы Итако. Госпожа Футаба сверкнула глазами. Уж не тот ли молодой человек поспособствовал этому? Но зачем? - И что нам делать? – растерялся глава семейства. Госпожа Футаба вздохнула. Придется все взять в свои хрупкие женские руки. - Немедленно послать за детьми! – повысила она голос, зная, что прислужницы услышат приказ госпожи Ямамото. Когда дети зашли, то госпожа Футаба сидела, гордо выпрямив спину. Беспристрастное лицо. Сосредоточенный взгляд. Юка невольно залюбовалась образом матери. Когда-нибудь она будет так же сидеть на военном собрании и…. - Готовы ли принести пользу своей стране и послужить Его Имперскому Величеству? – взгляд впился в детей. Юка и Пон удивленно переглянулись. Они вдвоем? - Пон, ты будешь служить стражником при дворе, оберегая покой Его Имперского Величества. А ты Юка, будешь принята в ученицы итако, - пояснила госпожа Футаба. Дети закивали. - Вы принесете честь и славу семье Ямамото. Берегите себя, оба, - прошептала она. – А ты чего расселся? Тебя ждет гонец. Иди и сообщи ему о решении! Госпожа Футаба пихнула мужа в бок. Тот вздрогнул и, торопливо поднявшись, направился в главный зал. Юка не выдержала и рассмеялась. - Трепещите враги, перед вами глава семейства Ямамото, госпожа Футаба! – девушка усмехнулась в сторону воображаемой вражеской армии. Госпожа Ямамото улыбнулась. - Значит, вы знали? – строго спросила она, переводя взгляд с одного ребенка на другого. - Ну мам… видишь ли, я знала об этом, - Юка стала поглаживать волосы. - Было неожиданно, что и меня возьмут на должность при дворе. Стражник… - Пон покачал головой. – Придется оставить своих боевых товарищей. - Теперь я – твой боевой товарищ! И прикрою твою спину! – воодушевилась Юка. - Пожалуй, я больше доверю прикрывать свою спину врагам. Не хочу, чтобы шальная стрела полетела не по назначению, - хохотнул Пон. - Настолько не доверяешь тому, чему сам научил? – прищурилась девушка. - Юка, Пон, - чуть слышно позвала их госпожа Футаба. Дети тут же смирно сели и уставились в пол. - Теперь мы можем продолжить беседу, - женщина удовлетворенно кивнула. – Я отпускаю вас двоих, но обещайте, что будете часто писать. Юка с Поном закивали. - Мамочка, да я хоть каждый день готова тебе писать, - расплылась в улыбке дочка. Она подошла к матери и обняла её. Госпожа Футаба лишь вздохнула. Вот всегда так. Стоит дочери только подойти и обнять, как вся строгость пропадает. Женщина погладила её по волосам. - Пона не обижай, - она крепче прижала к себе дочь, словно обнимала в последний раз. – А ты, Пон, будь к ней построже. - Мааам! - возмутилась Юка. Госпожа Футаба ущипнула её за нос. - А то вы, девушка, сильно рассеянная и мечтательная в последнее время, - мать знала, как стоит утихомирить дочь. Пон перевел взгляд на сестру. Та лишь зарделась и уткнулась матери в плечо, стараясь спрятаться от пристального взгляда. - Берегите друг друга, - прошептала госпожа Футаба. Вернулся взволнованный Ямамото. - Сейчас. Они должны поехать немедленно, - слезы душили старика. Неожиданное расставание с детьми ударило по нему. Теперь по утрам он не будет видеть счастливую улыбку дочери, не сможет обнимать её перед сном и целовать в макушку… Не сможет увидеть довольного Пона, что объезжает новую лошадь, не сможет как обычно растрепать его волосы. Юка подошла и прилипла в объятиях к отцу. То же самое сделал и Пон. Даже вдвоем они не смогли охватить отца. Коджи сгреб своих чад в крепкие медвежьи объятия. Госпожа Футаба лишь с нежной грустью улыбалась, глядя на них. Душу сковало волнение за детей. Где-то мутным осадком осел страх за них. Но она знала, что вдвоем брат и сестра справятся со всеми преградами. На небе зажглись первые звезды, а вместе с ними и новые стремления двух юных душ.
Примечания:
Ух... Чет главы сильно быстро пишутся, даже для меня самой хд перед тем как выставить было столько волнения, ух.
А что испытываете вы, когда видите новую главу любого произведения? и что вас больше привлекает?
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты