I love you

      Персики по утрам — самое то, — считал Акира-оу и с наслаждением проглатывал вкусный плод.       Раннее утро было прохладным. Но демон с огнём на голове не страшился такого. Его взгляд падал на девушку, что была укутана в одеяло. Казалось, она уже не проснётся. Никогда не откроет глаза. Синяки на хрупком теле были доказательством.       На мгновение Оу усмехается, когда представляет, что в дополнении с белой кожей она была бы еще сереброволосой. С сиреневыми глазами. Тогда бы она была копией его брата.       — Тебе бы пошло быть ёкаем, — размышляет демон и тяжело вздыхает.       Он не завидовал людям. Они слабы и беззащитны. Хотя иногда, когда он видит их счастье, ему кажется, что быть слабым существом не так уж и плохо.       Но эту девчушку он бы сделал сильной. Подстать ему самому. И тогда бы она смогла заменить ему Томоэ, его брата.       Рука тянется за очередным персиком. А мысли витают вокруг имени. Многие воспринимают «Оу» как часть имени, хотя это не совсем так. «Оу» означает «Король». Так ёкая начали называть, когда он разгромил тысячи деревень.       А эта девчушка величает его по-простому — Акира. Без всяких дополнений, что слегка бесит, но все-таки расслабляет. Ведь даже родной брат называл его с этим мерзким «Оу».       — А! — болезненно, вовсе не привлекательно, кричит человек на постели. — Всё тело болит.       Демон усмехается её простоте. Он подходит к ней, усмехается, наклоняется. Могучее тело демона укрыло её. Но та не смутилась, только закрыла ладонью его лицо и спокойно, полностью голая, пошла в душ.       — Эти женщины. Такие странные существа.       Опасный ёкай, как шкодливый ребенок, врывается к ней в душ. Девушка сразу же его выгоняет — криками и руганью. Кажется, демон убедился, что женщины в редких ситуациях — опасные существа. Он смеётся несколько секунд, а затем шалеет, когда получает палкой по голове. Человек что-то может, но смущённая девушка — истинное зло.       — Чертова баба! — ругается Акира, когда его выгоняют и запирают дверь — перед самым носом. Но в глубине души он усмехается. — А теперь почему она смутилась? Я же уже видел её голой. Вот чудная!       Послышался стук в дверь. Длинные уши дрогнули, тонкие ноги побежали открывать дверь. Белые пальцы распахнули дверь.       На пороге показался скучный человек. Весь трясся и что-то бормотал себе под нос.       — М-может, — пытается он хоть что-нибудь сказать, — В-вам принести что-нибудь?       Ёкай заинтересованно изгибает брови и велит ему принести персики. В соке. Мужчина дрожит от страха и, кажется, ничего не понимает, но внимательно кивает. Демон требует кастрюлю и кусок мяса.       Когда Ай мокрая выходит из ванной, почуяв вкусный запах, то видит перед собой аппетитного зверя. Она не спрашивает, как Акира достал крупный кусок мяса.       Она вспоминает, что ничего подобного долго не ела. Она облизывается и робко, будто Оу и вовсе не обязан был с ней делиться, присела рядом.       — Смотри, что мне принесли! — радуется демон и показывает кастрюлю с персиками в соку. — Вкуснятина! Но у той девки было лучше, конечно.       Ай была слегка оскорблена. Она жевала вкусное мясо и злобно клацала зубами. Хотелось доказать ему, что она способна на большее.       — В следующий раз я приготовлю тебе такие персики. В сто раз лучше.       Акира радуется, как ребёнок, и тащит девчонку в очередную деревню.       Через лес, где куча опасностей и злых людей и не менее злых демонов.       Ай видит перед собой спину Ёкая и восхищается ею. Она желает, чтобы в следующей жизни ей повезло примерно так же. Она хочет иметь такую же крепкую спину и широкие плечи, чтобы никто не смог её одолеть.       Демон радует Ай словами:       — Человеческие женщины и вправду интересные, знаешь…       Но их снова прерывают. Бог Войны пугает человека своим присутствием. Девушка трясётся, когда слышит дыхание на своей макушке.       Толчок в спину — и она уже лежит на земле, притоптанная Богом.       — Король! — кричит и оглушает всех Бог. Он направляет меч на демона. — В этот раз я убью тебя!       Ай ничего не может расслышать. Она кое-как поднимается и видит перед собой Акиру. У него широкая ухмылочка — сразу ясно, что победа за ним.       Но тут взгляд ёкая меняется. Улыбка исчезает, появляется озадаченная скука. Будто ему сломали игрушку, которая не была любимой, а являлась просто единственной — скрашивала скуку.       Ах, да. Ай только что разрезали напополам — Бог Войны не заметил её, случайно уничтожил.       — Чёрт, что здесь делает человек? Не думал, что кто-то увяжется за демоном.       Акира-Оу тяжело вздохнул. Он покачал головой и яростно заулыбался.       — Досада. А ты ведь стала мне интересна. Совсем, как брат. А теперь, — Демона уши подрагивают. — Пора повеселиться!