Неприятности меня любят.

      Очередной поход в Косой переулок закончился тем, что вывалилась я из своего камина в таком виде, будто меня не на сувениры пытались распотрошить, а хорошенечко поимели в какой нечистой подворотне! Это уже просто несмешно. Мне хочется истерически плакать! Они… они… эти фанаты реально не дают мне жить! Я даже до магазина в итоге толком не дошла!       Вот когда аристократия кажется хорошим примером поведения для приличных людей в обществе. Уж эти-то точно ко мне с поцелуями не полезли бы! И к ним, какими бы героями они не были — тоже…       И в чем я провинилась? В чем вина-то моя такая, что я вынуждена терпеть это безумие?! Ах, да… я же попала в Гарри Поттера и теперь самый популярный парень на магическом свете! И самая желанная партия «в свете». И, увы, не только в качестве чьего-нибудь жениха или мужа.       Угу, любовник — тоже очень неплохая перспектива для некоторых… слабых умом. Начинаю понимать шипение Снейпа. У меня тоже уже на тупорылых даунов скоро аллергия начнется! Как-то их слишком много в моем окружении!       И нет бы мне дураку радоваться таким «искренним» желаниям отношений и наклевывающемуся опыту со своим прошлым полом… Нет, я не дурак и даже в общем-то мог и задуматься над перспективами и выгодами подобного… опыта. Если бы это были серьезные предложения от адекватных девиц, а не прилюдные выкрики всяких неуравновешенных пери*.       Вот, как нормальная девушка вообще может говорить о таком бесстыдстве в консервативной Англии да еще и прилюдно, да еще и во всю, мать ее, глотку?! Впрочем, это не единственный позорный инцидент, поразивший меня недавно, словно болезнь, в самое сердце.       Умопомрачительные выкрики на светлых и ныне мирных улицах Косого переулка — это еще цветочки. Начинает с тоской вспоминаться пророчество про: «И не будет покоя одному, пока жив другой». Быть может Волан-де-Морт еще не умер?.. не до конца додох во всяком случае? Так покажите мне эту падлу, я помогу ему выйти на свет истинный!.. По ту сторону жизни, естественно.       Потому что с недавних пор народ реально сошел с ума! Завалить дом героя пометом птиц — это еще хуйня! Меня топили в макулатуре, большая часть которой теперь прочно поселилась в бездонном мешке у камина!       Мне еще лет десять не придется тратиться на дрова и угли, а письма все летят… по уже известному адресу. И пополняют мои запасы «костра». Беспокоит лишь, что мешок не резиновый, но, в общем-то, это фигня. Второй мешок на крючок рядом с первым повешу (не поленюсь). Нет, ну, не читать же мне всю эту белиберду?! Первого десятка хватило за глазища… этак, с блюдце.       И это даже не цветочки! Неприличные сообщения мной проглядывались как веселые шутки. Все-таки я девочка двадцать первого века (несмотря на все обстоятельства) и подобная «страстность», как и странная (старинная) манера письма на пергаменте воспринималась мной — хочешь не хочешь, скорее как шутка, розыгрыш и подъебка в одном письме, но не… правда.       Правда заключалась в том, что проблема вышла из-под контроля уже достаточно… давненько. Просто я в упор не хотела этого замечать и отнеслась к тому, что не могу сдержать порывов толпы достаточно пофигистично. Не «А вдруг не получится?», а с мыслью: «Херня, я просто и не начинала пробовать!» и «А мне оно вообще надо? Какая мне разница до этого стада баранов? Даже пытаться укрощать их не буду!»       А зря… Суть всех проблем заключалась как раз в том, что меня (мои просьбы и требования) тупо не слышали. В упор! Прям единодушно глохли на моментах, когда я разговаривала на какие-то темы. И это бесило. Сейчас же я ощущала не бессилие даже, а отчаяние. Вот что мне, блять, делать?       Нет, я не против фанатов. Не буду врать хотя бы себе, я даже скорее «за». Но проблема была в том, что фанаты… «отдаленной» и «молчаливой» или хотя бы мое самое любимое — «неприкосновенной» любовью не ограничивались!       Повиснуть у меня на руке и разрыдаться от счастья — никому было не стыдно! Первые месяцы я терпела это, так как война окончилась, я герой и символ победы — ее знамя!.. радостное, так сказать. Но сейчас — это же просто наглая игра и ложь! Причем, отвратительная!       Закадри или «зацепи» героя — эта «игра в ложь» называется. Самое обидное, что раз не выходило «зацепить», то девчонки пытались хотя бы отцепить от меня что-нибудь «на память»! Как доказательство подружкам, мол: «пыталась!». Меня в буквальном смысле стали грабить на глазах общественности, а именно — вещи!       А еще, вскоре оказалось, что меня (словно тайного любовника) можно прилюдно полезть целовать, вцепившись заранее в волосы, чтобы не отвертелся. Оторвать кусок рукава, чтобы орать, что реально меня коснулся. И повалить на себя посреди улицы в пикантную позу, чтобы я тут же воспылал желанием взять кого попало в свой «узкий круг»! За глаза имели ввиду — гарем, мать их!.!.!       Слухи о моей личной жизни, которой у меня не было, не покидали журнала «Пророка» при том, что я каждый раз даже «откровенные» интервью давала: «У меня даже ни разу девушки не было, не то что секса!». Стыд и позор… но это печатали после моих «просьб».       Читатели смеялись и подтрунивали надо мной… и не верили, чтоб их! Для них это была просто веселая шутка да стеснительность героя. Мои случайные взгляды на неизвестных девиц интерпретировали так, что в штанах становилось тесно! Что уж говорить о несчастных девушках, чью репутацию я невольно портила. Впрочем, некоторые, наоборот, радовались и лезли целоваться как давние подружки, вроде Гермионы.       Я в подругу с недавних времен вцепилась как в единственную адекватную девчонку своего окружения. Последний оплот веры и опору! Еще и Рон со своим: «А если бы ты женился на Джинни, даже если ты ее не любишь — они бы заткнулись. О-о, поверь мне, друг, она бы справилась, и они заткнулись».       Тревожно на душе слегка было от того, что в этой «шутке», как Рон ни старался, была лишь доля шутки, и я это понимал. Джинни, несмотря на мои требовательно-исключительно сестринские и «братские» чувства, была «тайно» в меня влюблена. Но, вроде, как до недавнего времени, казалось — почти смирилась. А тут на этой «волне», попробуй не думай о первой влюбленности, когда вокруг него такая чехарда, а ты единственная из всех претенденток можешь так близко подобраться ко всеобщему кумиру.       Отчасти, как в прошлом девчонка, я ее понимала. Сама бы себя закадрить попыталась, да-да! И от этого было еще жутче. Когда же это закончится? С чего началось? Как предотвратить подобное в будущем? Успокоить всех этих ненор-рмальных?!