a little mistake

— Тэ, мне тааак стыдно, как никогда в жизни, — сокрушался Чонгук, катаясь по кровати, — это апогей моего стыда. — Ну...я бы так не сказал, — ответил друг, закинув в рот очередную чипсину, — помнишь тот случай в летнем лагере? — Ладно-ладно, но вчерашнее занимает второе место. И я теперь должен идти к нему, мыть его машину и смотреть в его глаза после вчерашнего.        Чонгук, продолжая упиваться жалостью к себе, несколько раз ударился головой об подушку, надеясь, что это убьет его и ему не придется видеться с Чимином через час. — Но ты можешь мыть его машину, не глядя ему в глаза. Просто смотри на член. Нарисованный член, я имею в виду, — уточнил Тэхен, откидывая пустую пачку из-под чипсов в корзину под столом и, конечно же, промахиваясь (на что он вообще надеялся? Это никогда не срабатывало) — А вообще, что он делал в 3 часа ночи на улице?       Чонгук закончил свои самобичевания и перевернулся на спину, раскинув руки в стороны. — Он шел от своей девушки, — последнее слово он сказал с презрением (Чонгук собой за это не гордился, но ничего поделать не мог). — Оу... Кто-то ревнует, да, Чонгукки? — засмеялся Тэхен и плюхнулся на подушку рядом, чуть не раздавив его очки. — Что? Нет, конечно. Просто... просто он это так сказал, типа "смотри, у меня есть девушка, которую я трахал до трех часов ночи, а для тебя единственной эротикой в три ночи является нарисованный тобою же член". И я просто... Просто чувствую себя дерьмом.        Тэхен перевернулся на бок и уставился на профиль своего друга: — Я уверен, что он не имел это в виду. Просто ты ревнуешь и все не так воспринимаешь. Ты должен попробовать с ним подружиться, раз уж у тебя выпал такой шанс. Он кажется хорошим парнем. Да, до усрачки крутым и находящимся на каком-то заоблачном уровне сексуальности, но все же неплохим. Ты, можно сказать, легко отделался. Тебе нужно всего лишь стереть рисунок и сдать тех, кто тебя разыграл.        Чонгук тоже перевернулся на бок и принялся играть с шнурками на толстовке Тэхена: — Да... но я не уверен насчёт того, чтобы называть их имена. Я же все-таки затеял это все, чтобы попасть в их крутую компанию, может это была часть проверки. Я не хочу оказаться крысой в итоге. — Нуу... не то чтобы у тебя был выбор, во-первых. А во-вторых, они тебя подставили. Чимин мог хорошенько навалять тебе. Вспомни того парня, — они оба передернули плечами. — И плюс ты можешь сблизиться с Паком и попасть в его компанию. — Рисовать гениталии на машине человека не означает сблизиться с ним, — угрюмо заметил Чонгук, продолжая тянуть за шнурки на чужой толстовке. — Ну ты все равно ближе к успеху, чем был раньше. И если ты будешь использовать слово "гениталии" в разговоре, то Чимин точно не захочет сближаться. — Кстати об этом, — Чонгук стыдливо отвел глаза и принялся разглядывать постеры на противоположной стене, — как мне себя с ним вести? — Я тебя умоляю, как бы ты ни пытался себя вести, ты все равно будешь смущенной гейской булочкой с голубой влюбленной начинкой, — на этих словах Тэхен похлопал его по плечу и встал с кровати. — А теперь я ухожу, а ты потрать оставшееся время с пользой. — На молитвы? — пробурчал Чонгук зарытый лицом в изгиб локтя. — На марафет, дурашка. Ты должен сиять как никогда прежде до этого. Все, удачи. Не провожай, — Тэхен отсалютовал Чонгуку двумя пальцами и скрылся за дверью.

***

      Чонгук яростно пытался побороть сильное желание вернуться домой и переодеться. Но в третий раз это делать было странно, его мама могла что-то заподозрить и, не приведи господь, подумать, что он завел себе девушку. Чонгук еле пережил последний такой раз и не желал повторения подобных "знающих" взглядов и подмигиваний от мамы, поэтому он просто поправил свою белую оверсайз футболку (без принтов на этот раз) и еще разочек убедился, глядя в камеру телефона, что его волосы лежат хорошо.       Чимин жил в сорока минутах ходьбы от Чонгука на уютной улице с красивыми домами и газонами. Чонгуку нравился этот район, и он бы сам был не против здесь жить, но его родители не потянули бы это финансово, поэтому сейчас Чонгук просто наслаждался красотой улицы, медленно подходя к нужному дому. Машины возле дома не оказалось, должно быть Чимин поставил ее в гараж, чтобы соседи не могли лицезреть урок анатомии на его дверце.        Парень двинулся в сторону дома, но, услышав, как поднимается дверь гаража, повернул голову в его сторону. Чимин стоял внутри, сложив руки на груди во всем своем чиминовском великолепии, и ждал, пока Чонгук прекратит просто пялиться и подойдет наконец к гаражу. — Ты очень пунктуальный, — заметил он, — не думал, что молодёжь в наше время может такой быть. — Ты говоришь, как моя бабуля, — ответил Чонгук, проходя внутрь гаража и стараясь не смотреть на парня. Это было нехорошо для его слабого сердечка. Он никогда не видел Чимина, одетого в домашнее, и сейчас старательно игнорировал его голые ноги в серых шортах до колена и черную облегающую его стройную фигуру футболку. — Я подготовил тебе необходимые принадлежности, — сказал Чимин, протягивая ему тряпку и бутылку с какой-то жидкостью. — Это White Spirit, растворитель Стоддарда, его используют для того, чтобы отмыть маркер с машины, при этом не стерев краску.        Вообще-то Чонгук собирался как-нибудь отмывать это все водой, может быть спиртом или ацетоном. Он и не думал, что существуют специальные средства. — Сколько это займет времени? — спросил Чимин, облокотившись на стенку гаража. В этой позе мышцы на его ногах напряглись, в то время как извилины в мозгу Чонгука наоборот распрямились, и поэтому он просто стоял, бесстыдно разглядывая эти мощные бедра. —Хотя бы приблизительно? Ко мне должен заехать друг где-то через час.        Вопрос Чимина медленно достиг забитого пошлыми картинками мозга Чонгука, и он с сильнейшим усилием позволил своим глазам встретиться с глазами Чимина. Те смотрели на него выжидающе. Чонгук прокашлялся: — Я не знаю. Впервые буду это делать, — признался он. — Но я постараюсь справиться максимально быстро.       Чимин, не меняя позы, махнул головой в сторону своего мерседеса, отчего его серебристые волосы упали ему на глаза: — Приступай.       Чонгук, неловко помявшись, стянул со спины рюкзак и принялся в нем копаться: — Я принес кое-что, — бубнил он, перебирая вещи внутри. — Вот, это скетчбук с моими рисунками.        Он смущенно протянул Чимину альбом, гордясь тем фактом, что его рука почти не дрожит.        Чимин взял его в руки, но прежде чем открыть иронично вскинул бровь: — Целая энциклопедия членов, хах?       Чонгук почувствовал, как жар расползается у него по лицу, шее и кажется даже по спине. — Нет, вообще-то я и принес тебе это, чтобы ты понял, что гениталии — это не предел моих способностей. — Да? И что же ты любишь рисовать? — заинтересованно спросил Чимин, вертя в руках скетчбук, но не открывая его. — То, что могу. Людей, пейзажи, люблю рисовать своего пса. Его зовут Гурым и он самый лучший и сладкий песик в этом мире, — Чонгук и не заметил, как начал нежно улыбаться, вспомнив своего любимого приятеля. — Ты бы влюбился в него, если бы познакомился. Все влюбляются. — Здесь есть рисунки с ним? — спросил Чимин, помахав скетчбуком. — Да, на самом деле, их там большинство, — смущенно признался Чонгук. — Как я уже сказал, я рисую то, что доступно мне. Но есть множество вещей, которые я хотел бы нарисовать, но это невозможно. — Почему? — удивленно спросил Чимин. — Что это за вещи?       Чонгук задумался. Делиться таким личным с человеком, которого ты почти не знаешь, было странно. Но в то же время, здесь, в этом пыльном гараже, с Чимином, который так искренне интересуется его мыслями, он чувствовал себя уютно и в безопасности. — Сладкие ароматы созревающих цветов, что витают в воздухе. Свежий запах дождя после грозы. Вкус поцелуев. Любовь.       Чонгук чувствовал, что все его лицо горело. Говорить с Чимином про любовь и поцелуи было смущающе, пусть и в таком ключе. — Ого, — выдохнул Чимин. — Это очень красиво. У тебя красивые мысли.        Чонгук ощутил, что покраснел еще сильнее, если это вообще возможно при том оттенке красного, который уже покрывал его лицо.        Чимин с любопытством его разглядывал: — У тебя есть картина, над которой ты прямо сейчас работаешь? Или это была она? — он указал на дверцу своей машины.       Чонгук возмущенно запыхтел и бросил в него сухой тряпкой: — Это не смешно, Чимин. Мне ужасно стыдно из-за того, что я поступил так с твоей машиной.       Чимин отмахнулся: — Ну так что там с картиной? — Эмм... есть одна. Я пытался нарисовать, как солнечный свет освещал мою комнату сквозь струящиеся шторы, но пока я недоволен результатом. У меня в этом плане жесткий перфекционизм, я люблю рисовать все досконально,— поделился Чонгук, уставившись взглядом в свои кеды. Делиться с кем-то столь личным было для него в новинку. Даже Тэхен не знал всего этого про Чонгука. — Да, я заметил, — усмехнулся Чимин, вновь указывая на дверцу машины. — Очень досконально. — Да ну тебя, — возмущенно засопел Чонгук, пытаясь сдержать улыбку.       Он поднял брошенную ранее тряпку и подошел к машине, присев перед рисунком: — Ну я начну, пожалуй. Я и так уже отнял твое время своими рассказами. — Твои рассказы очень интересные, Чонгук. Мне понравилось слушать тебя. Обычно мы с парнями не обсуждаем... ну, знаешь, такие вещи, как солнечный свет и струящиеся шторы. Говорим о более примитивном и повседневном, — усмехнулся Чимин, наблюдая за тем, как Чонгук мочит тряпку средством. — Как говорил Оскар Уайльд: " Мы все в канаве, но некоторые смотрят на звезды". Ты из тех, кто замечает красоту в обычных вещах.        "Больше всего красоты я замечаю в тебе, Чимин" — пронеслось в голове у Чонгука, но он ничего не ответил, только усерднее принялся стирать маркер.        Сзади раздался шелест бумаги, а затем восхищенный вздох Чимина. — Твой пес действительно самый очаровательный в мире, — сказал он с улыбкой, разглядывая черно-белый рисунок улыбающейся мордочки. — Да, он такой. Гурым никогда не грустит, и рядом с ним все тоже перестают грустить. Это волшебный песик. Именно поэтому я так много его рисую, это поднимает мне настроение, — признался Чонгук, радуясь, что сидит спиной к Чимину и тот не может увидеть его глупую улыбку. — Хотел бы я с ним познакомиться, — тихо сказал Чимин, разглядывая пятый рисунок Гурыма. На этот раз песик лежал на траве, а на носу у него сидела разноцветная бабочка, от чего Гурым счастливо улыбался. — Это можно устроить, — слишком воодушевленно выкрикнул Чонгук, но потом продолжил спокойнее: — мы иногда гуляем неподалеку (это было неправдой, но он ведь может начать гулять неподалеку с сегодняшнего дня, так что это полуправда).        Чимин улыбнулся на бурную реакцию Чонгука, этот парень сейчас сам напоминал радостного песика. — У тебя отлично получается рисовать, Чонгук. Я не видел ту картину с солнечным светом и шторами, но я уверен, что она тоже великолепна, — серьезно сказал Чимин. — Тебе не стоит так строго себя оценивать. Сколько ты уже рисуешь?        Чонгук почесал затылок, вспоминая: — Где-то года два. Может два с половиной. — Это совсем немного. Не нужно ожидать от себя сразу заоблачных результатов. Будь довольным совсем немногим. Допускай недочеты. Допускай человеческую природу, особенно свою собственную. — Спасибо, Чимин, я обещаю подумать над твоими словами, а потом еще раз взгляну на свою картину свежим взглядом, — сказал Чонгук, пытаясь стереть мошонку с дверцы.        На самом деле, он работал не на всю силу, понимая, что как только он закончит, ему придется уйти. Уходить ему не хотелось. Хотелось сидеть здесь, в этом гараже с Чимином до утра, разговаривая обо всем на свете. Его грела мысль, что Чимину интересно с ним, поэтому Чонгук улыбался, не переставая, как влюбленный дурачок. — Ты рисуешь много девушек, — заметил Чимин, перелистывая очередной рисунок. — Да, это подруги моей старшей сестры Йери, они, как это сказать, типа что-то моего фан-клуба, — смущенно признался Чонгук. — Я не могу их осуждать, — мягко улыбнулся Чимин. — Но я заметил кое-что в твоих рисунках. Ты всегда рисуешь очень детализированно, не скрывая недостатки кожи. Здесь и растяжки, и прыщи, и целлюлит, и волосы на теле. Они не против, что ты это изображаешь?       Чонгук повернулся к Чимину, отложив грязную тряпку на пол. Он почесал затылок, обдумывая как лучше объяснить. — Ну, во-первых, эти девушки ярые феминистки и боди-позитивщицы. Но я рисую так не только из-за этого, — поспешил добавить Чонгук. — Еще из-за того, что все эти вещи есть на оригинале. Я рисую живого человека, а не его идеальную копию.        Чимин молча слушал, внимательно глядя на Чонгука. Этот парень был для него сплошной загадкой. Чимин слушал его мысли и это было так, будто он смотрит сквозь высокий забор на красивый цветущий сад. Он видел лишь крохотные фрагменты цветов и слышал их аромат, но полностью весь сад увидеть не мог. Чимину казалось, что он знает много людей, но он и представить не мог, что где-то существует вот такой вот Чонгук. С такими интересными мыслями, непохожей ни на кого личностью и такими большими сияющими глазами.        Чонгук нервно перебирал свои пальцы. Чимин молчал уже около минуты, и Чонгук переживал, что сказал, что-то не то. Наконец Чимин откашлялся и привычно уже усмехнулся: — Ну должно быть очень круто дружить с такими девушками. Моя сестра бы убила тебя, если бы ты посмел нарисовать ее целлюлит. Она яростно отрицает его существование.        Чонгук рассмеялся. — Да, не все девушки такие, как Йери и ее подруги. Не знал, что у тебя есть сестра. — Ее зовут Сонми, ей семнадцать, она ведет блог в инстаграме, — на этих словах Чимин фыркнул. — На нее подписано около 200 тысяч человек, что меня удивляет, потому что вряд ли у нее есть много чем поделиться в семнадцать лет. — Ты зря так думаешь, — улыбнулся Чонгук. — В семнадцать лет человек может быть мудрым и интересным. Например, Лиен, одна из подруг Йери, очень умна, хотя ей тоже всего семнадцать. Она занимается волонтерством и может поддержать любую тему. У Лиен есть страничка в инстаграме, где она размышляет на темы гендерного неравенства, глобального потепления и гомофобии. — Ну а моя сестра выкладывает фотки своей еды и делает обзоры на косметику, — развел руками Чимин. Они оба начали смеяться одновременно.        Следующие двадцать минут Чонгук работал в уютной тишине, пока Чимин детально рассматривал его рисунки или просто наброски, иногда коротко комментируя.        Одновременно с тем, как он закончил, с улицы послышался звук хлопнувшей автомобильной дверцы. — О, это мой друг, — Чимин аккуратно положил скетчбук на рюкзак Чонгука и вышел из гаража.       Через несколько минут он вернулся вместе с очень знакомым парнем. Чонгук внимательно оглядел его лицо, но никак не мог вспомнить откуда он его знает. — Юнги, знакомься, это Чонгук. Чонгук, это Мин Юнги, мой очень хороший друг, — представил их Чимин. Точно, Мин Юнги. Как он сразу его не узнал. Чонгук мысленно ударил себя по голове.        Он быстро вытер руку об джинсы и протянул ее Юнги. Блондин взглянул на протянутую ладонь, затем на Чонгука, затем опять на ладонь, и все же протянул свою. — Это друг Сонми или что? — спросил он Чимина низким хриплым голосом. — Нет, он пришел ко мне, — ответил Чимин, видимо не собираясь больше ничего объяснять. — Чтобы...? — поднял бровь Юнги. — Чтобы потусоваться вместе. Юнги, давай обсудим то, что ты хотел, — закончил расспросы Чимин. — Сам ведь говорил, что времени в обрез.       Юнги бросил прищуренный взгляд на притихшего Чонгука, но все же послушно вышел из помещения, остановившись в метрах шести от гаража. — Я сейчас быстренько переговорю и угощу тебя лимонадом, окей? Ты хорошо поработал, — улыбнулся Чимин и вышел из гаража, оставив Чонгука наедине со своей тахикардией.       О боги, Чимин угостит его лимонадом. Он и Чимин будут вместе пить лимонад. Внутренне Чонгук пищал, как тринадцатилетняя фанючка (Семпай заметил ее!), но снаружи спокойно сложил тряпку и средство возле стены и засунул свой скетчбук в рюкзак. Затем он достал из бокового кармана телефон и открыл диалог с Тэхеном. Чонгук: Тэ-Тэ, ты не поверишь, кто сейчас пришел к Чимину...

Тэхен: понимание того, что ты в него втюрился, как малолетка и жаждешь его члена?

Чонгук: прежде, чем прекратить нашу сомнительную дружбу, я скажу тебе, что это Мин Юнги

Тэхен: ты сказал ЧТО ?

Чонгук: да, именно, тот горячий бармен из клуба, из-за которого ты меняешь трусы каждые полчаса

Тэхен: ты уверен, что это он? может ты его с кем-то спутал?

Чонгук: благодаря тебе, я достаточно насмотрелся на его фотографии и размытые 3х секундные видео чтобы его узнать

Тэхен: точно! сфоткай его и пришли мне

Чонгук: ты нормальный? как я должен это сделать? попросить его попозировать?

Тэхен: нет, втихаря, как я

Чонгук: не хочу тебя огорчать, но вряд ли ты делал это втихаря

Тэхен: ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста или скинь мне адрес, я приду и проверю сам

Чонгук: НЕТ давай я лучше сфоткаю не надо приходить

Тэхен: да он меня даже не заметит я буду как часть пейзажа просто проплыву мимо своей летящей походкой

Чонгук: сиди на попе ровно я уже пошел фоткать

Тэхен: жду :)

      Чонгук тяжело вздохнул и осторожно посмотрел в сторону парней. Они курили и оживленно беседовали, повернувшись боком к Чонгуку. В принципе, если постараться, то можно незаметно сделать парочку фотографий.        Чонгук аккуратно навел камеру на Юнги и приблизил достаточно, чтобы его лицо было хорошо видно. Затем он подождал, пока парень опустит сигарету и выдохнет дым. Щелчок. Вспышка. Взгляд Юнги прямо в камеру. Гробовая тишина, а затем хриплое: — Ты что, блять, только что меня сфотографировал?