Простое солнце

Через несколько дней Наруто уже полностью оправился после недельной хандры. Он во всю веселился с друзьями, вызывая гнев окружающих, на которых ему было наплевать. Забыл про свою вредную привычку, хотя иногда очень хотелось, и даже не провоцировал людей на драки. Казалось, что парнишка вернулся в норму... Но какое-то тянущее и вместе с тем неприятное чувство осталось на задворках души. Прочно засело, не желая выводиться никакими средствами. Блондин честно старался не обращать внимания на это. И у него даже получалось. Первое время. Узумаки старательно избегал и игнорировал классного руководителя, с которым был связан осадок внутри, постоянно придумывал отговорки и причины, не имеющие изъянов для придирок. На уроках математика спокойно отсиживался, а потом убегал по "важным" делам. Друзья закатывали глаза каждый раз, но не лезли. Сам разберётся. А Какаши, чувствуя себя последним дураком, не понимал. Совершенно ничего. Ему было даже обидно, что ученик избегал его. Что он такого сделал? Какой поступок заставил мальчишку искать глупые предлоги для избежания разговора? Хатаке же видел, как он смотрел на него во время уроков. Чувствовал все эти взгляды и старался держать себя в руках. А потом мальчишка каждый раз увиливал от попыток мужчины завести разговор и убегал куда-то. Что самое страшное, это бесило и поднимало ту самую звериную сущность, готовую рвать и метать, с колен откуда-то из глубины души. Поэтому мужчина решился на довольно таки отчаянный шаг. Он просто обязан поговорить с подростком.

***

К концу учебного дня Наруто находился в приподнятом настроении. Уроки прошли довольно сносно, даже двоек не получил. Никаких драк и сигарет. И много эмоций, в основном связанных с классным руководителем. Избегать зрительного контакта становилось все сложнее и сложнее, а желание поговорить, прикоснуться, почувствовать прикосновения холодных пальцев на коже сдавливало грудную клетку, перекрывая доступ к кислороду. И все же, блондин нарочно пытался заглушить в себе все чувства к мужчине, убеждая, что сможет перегореть, переболеть этим. Он не хотел доставлять проблем Какаши своей привязанностью. И, может совсем немного, но считал эти отношения неправильными. Сердцу не прикажешь. Это правда. Но голос разума зачастую оказывается громче и настойчивее. И он не затихнет, пока не добьется своего. Узумаки с грустной улыбкой на губах вздохнул и направился к выходу. Хотелось уже наконец-то оказаться в кровати и поспать. Усталость давила на плечи. Однако чья-то крепкая хватка, заставившая подростка остановиться и развернуться, разрушила все планы. В голове промелькнула мысль о тех хулиганах, собирающихся отомстить за отвоёванное у них место. Блондин уже открыл рот, чтобы возмутиться, но, встретив холодный взгляд почти черных глаз преподавателя, заставил себя замолчать. Он немного испуганно дернулся, но чужая рука только сильнее сдавила плечо. - Ты едешь со мной, - спокойно проговорил Хатаке и, отпустив ученика, пошел к своей машине, припаркованной перед школой. Пареньку ничего не оставалось, как повиноваться и отправиться за учителем, стараясь унять такт вдруг участившегося сердцебиения. Ему хотелось остановиться и уйти, но в то же время желал поговорить с Какаши. О чем? О всякой ерунде, неважно. Подойдёт все, что угодно! Лишь бы слышать манящий голос мужчины. Но сам Наруто не открыл бы рта. Слишком страшно. Он предпочел бы медленно умирать изнутри, но никак не обременять мужчину. Нет. Тем временем Хатаке сел на водительское сиденье. Блондин забрался на соседнее и тут же отвернулся к окну. Он не смог найти силы посмотреть в лицо учителя, скрытое маской, которая начинала раздражать. Что под ней такого, чтобы скрывать от окружающих? У него комплекс неполноценности? Или просто для развлечения? Эти вопросы вертелись на языке, но задавать Наруто их не собирался. Через несколько минут автомобиль плавно двинулся, выезжая с места парковки. Какаши вывернул руль и развернул транспорт в сторону дома подростка. Но перед этим он хотел заехать в магазин и купить чего-нибудь съестного, а то в холодильнике паренька наверняка ничего нет. При мысли о нем мужчина невольно улыбнулся и на мгновение скосил взгляд на пассажира. Тот нервно дергал ногой и упорно всматривался в мелькавшие за окном здания. Такое поведение мальчишки позабавило математика, и он усмехнулся. Внутри разлилось какое-то незнакомое до этого момента тепло. - Слушай, - вдруг начал Хатаке, не отрывая взгляда от дороги. Блондин нервно дернулся. - Сейчас мы едем в магазин, я покупаю тебе продовольствие на неделю, а ты не возражаешь. И никакие "но" не принимаются. Я устал слушать все твои бессмысленные отговорки. Не нужно меня избегать. Тебе же самому трудно, не так ли? Узумаки резко отшатнулся от последнего вопроса, больно ударился головой о стекло машины и тихо зашипел. Да, эта ситуация была не из приятных. Нужно как-то выкручиваться. - С чего вы взяли? - спросил парень и нахмурился. Лучше прикинуться дурачком, чем признаться. Страшно и стыдно. - Не прикидывайся. Ты понимаешь, о чем я, - недовольство так и сквозило в голосе. Какаши вновь взглянул на подростка, отмечая его нервозность. - Если я не прав, то почему ты так напряжен? К чему все эти спектакли в школе? - А Вам какая разница? Серьезно собрались быть моей нянькой? Я говорил, что она мне не нужна. И кто Вы вообще такой, чтобы заботиться о моем поведении в стенах учебного заведения? - с каждым словом Узумаки все больше начинал злиться. Но сам смысл сказанного дошел немногим позже. Парнишка замолк и уставился прямо перед собой. - Извините, я не... - Можешь не извиняться. Я тебя понял. Действительно, мне не стоило зацикливаться на этом, - мрачно произнес Хатаке и полностью сосредоточился на дороге. Больно. Машина выехала на знакомую улицу и притормозила около ближайшего магазина. Водитель без лишних слов вышел из транспорта и быстро зашел в здание. Его взгляд ничего не выражал, кроме усталости. Он быстро прошелся между стеллажами, набирая нужные продукты, а после расплачиваясь за них. В автомобиль мужчина вернулся все таким же молчаливым и закинул покупку на заднее сидение. Какаши хотел завести машину, но Узумаки опередил его, хватая пакет и выходя из транспорта. - Спасибо, дальше я сам, - сказал блондин на прощание и, захлопнув дверь, направился к своему дому. Хатаке проводил удаляющуюся фигуру мальчишки взглядом, а после завел двигатель и поехал в противоположную сторону. В голове была неприятная пустота. Однако в груди что-то с громким треском ломалось. Больно. Он снова привязался.