Правильное решение

Когда стрелки часов дошли до отметки 7 вечера, сидеть в факультетской гостиной уже не было сил. Приведя себя в порядок, гриффиндорка, уже окрепшим шагом, пошла в подземелья. Постучав и услышав разрешение войти, она очутилась в просторной комнате: по левую руку стоял камин с кофейным столиком и парой кресел напротив, дальше, перпендикулярно — несколько шкафов с книгами и разными склянками, полки с пустыми пробирками и какой-то посудой, у стены, с правой стороны, строгий, черного цвета диван. Дальше 2 двери. Ну, а напротив входа, метрах в 10, стол Северуса Снейпа. Хозяин кабинета стоял у окна, рядом с книжным шкафом. Оглянувшись на девушку, мужчина отошел к комоду около камина и достал две кружки. Махнув рукой в сторону кресла, он пригласил девушку сесть. Разлив чай, зельевар решил начать разговор. — Что именно вы бы хотели узнать? — Вашу версию случившегося. Я не уверена, что вспомнила всё. На этот раз мужчина рассказал, почему на самом деле Гермиона попала в лазарет. Не умолчал и о бреднях, пусть и без подробностей, но рассказал. После этого последовала долгая пауза. — Еще и поэтому я не стал вам рассказывать все, — подметив реакцию студентки, сообщил Снейп. Заметив вновь заалевшие щеки собеседницы, профессор поспешил добавить. — Все в порядке, вам не о чем беспокоиться. А по поводу ваших поступков… — Снейп запнулся, стараясь подобрать подходящие слова, но его перебили. — Я осмелюсь предположить, — с сарказмом начала девушка. — Что вы все поняли правильно, а потому прошу вас говорить честно и без обиняков. — Видите ли, мисс Грейнджер, картина происходящего вырисовывалась постепенно… наши беседы во время ваших галлюцинаций и бреда расставили все по местам. — Вам стоило влепить мне пощечину, — нервно выпалила девушка. — Отказаться нянчиться со мной, в конце концов. — Я не бью женщин. — Отправили бы меня в Мунго… — совсем отчаявшись, предложила девушка. — Пощекотали же вы мне нервы, мисс Грейнджер, — усмехнулся Северус. — В какой-то степени, похлеще безносого. — Что ещё я вытворяла, а самое главное — как вы на это реагировали? — Порой вы походили на маленького ребенка… Я пару раз гладил вас по голове. — Мерлин правый… — выдохнула Гермиона и, зарывшись пальцами в волосы, опустила раскрасневшееся лицо на колени. — Противно, да? — с издёвкой предположил зельевар. — Нет, что вы! Я вовсе не это имела ввиду, — подняв голову принялась убеждать его студентка. — Тогда, разрешите мне признаться, что также, пару раз я позволил себе… обнять вас. — Вы… меня… обнимали? — широко распахнув глаза и делая паузу после каждого слова проговорила Гермиона. — Совсем дело плохо… Да, вы вели себя похлеще Слизнорта, когда тот перепил медовухи, — со смешком вспоминал Снейп. — Зачем? — Понимаете, мисс Грейнджер, я не смог отказать девушке, которая тянулась ко мне обеими руками. — Какая же я вам «мисс Грейнджер»? Мне кажется, что все границы между нами уже стёрты, а потому пора перейти на «ты» и обращаться друг к другу по именам, — смирившись, предложила девушка. — Ещё не все, мисс Грейнджер. Разлив по кружкам ещё порцию чая мужчина продолжил. — Ну, у вас есть ещё вопросы? — Даже не знаю, что теперь говорить, что делать… — Я тоже не знаю, — снова став серьёзным отозвался Снейп. — Похоже, что пришла моя очередь задавать вопросы. Так как вы все-таки объясните свои необдуманные поступки? Чтоб вы знали, я был готов к встречи с сатаной. — Вовсе не были. Рано вам умирать, в самом расцвете сил… — Так вот как вы считаете? — рассмеявшись спросил мужчина. — Видите, до чего вы меня довели. — А вы мне кое-кого напоминаете, — склонив голову набок и озорно улыбнувшись сказала Грейнджер. — Интересно, кого? — Когда мы прятались в лесу, свободное время я посвящала чтению, — тут Снейп хмыкнул, мол «ничего удивительного». — И читала я магловский роман «Джейн Эйр». Главный мужской персонаж описывается там, как мужчина среднего роста с суровыми чертами лица. Его глаза, так же как и у вас, часто горели гневным упрямством. Резко очерченный нос, жесткие очертания губ… — рисуя образ из романа, гриффиндорка изучала сходство наружностей Снейпа и персонажа. Голос её звучал задумчиво и мягко. — Похож, — шепотом произнес Северус. — А самое главное, что он, так же как и вы, представлялся сам себе вулканом. Простите, если в этом я ошиблась, тогда поспешу добавить, что он тоже считал себя недостойным счастья… — последняя фраза прозвучала осторожно, будто ею гриффиндорка ощупывала почву. — Раз так… Если уж вы решили покуситься на счастье, которым я располагаю… — Простите, сэр, я просто заметила ваше сходство. — Я полагаю, вы находите образ этого джентльмена привлекательным? Вы не называли его имени. — Эдвард Рочестер. Да, нахожу. Почему-то признаваться вам в этом уже не так страшно. — Действительно, настоящее признание… Страшно, а не стыдно? — Я не стыжусь своих чувств, но боюсь реакции на них. Профессор зельеварения был к этому готов. Кажется, был… В горле пересохло. Раньше это казалось каким-то далеким, а сейчас: она сидит перед ним, практически признается в чувствах (по-свойски, но ведь признается!), говорит, что боялась реакции. — И что же, он был так же стар? — Ни он, ни вы не старики. Рочестер был старше своей возлюбленной на 20 лет, ей было 18. — Ему, стало быть, 38. Хвала Мерлину, что вам не 18. — 18. На 3 курсе маховик времени накрутил мне несколько месяцев, а это значит… — И это ничего не значит! — резко поднявшись, воскликнул Северус. — Вы бы стали обнимать безразличного вам человека? — вторив движению и манере Снейпа, вскочила Гермиона, но пошатнулась. Реакция зельевара позволила ему вовремя схватить девушку за предплечья, не позволив той тем самым упасть. Он промолчал. Признать — поражение самому себе в этой схватке, солгать — тоже поражение, плюс жалобное подвывание совести о том, что этой девушке он точно врать не стал бы никогда и ни за что! — Я провожу вас, мисс Грейнджер, — уже спокойным тоном сказал зельевар. — Вы же придёте завтра к мадам Помфри, узнать обо мне… вернее о моем здоровье? — осторожно поинтересовалась Гермиона. — Приду. Они шли молча до самого портрета полной дамы. Когда Гермиона назвала пароль, и проход был открыт, она повернулась к мужчине. — Спокойной ночи, профессор Снейп. — Спокойной ночи, мисс Грейнджер. Оба обменялись вполне дружелюбными взглядами, за которыми скрывалась недосказанность. Ночь была тёмная. Изредка луна выплывала из-за облаков и освещала территорию школы. Хогвартс почти восстановили. До сих пор, конечно, можно было наткнуться на трещины в стенах, груды камней где-нибудь на задворках или обвалившиеся части замка, но за прошедшие месяцы число таких находок свелось к минимуму. Предзасыпательные мысли Гермиона Грейнджер посвятила своему преподавателю: почему он промолчал? Не ответил потому, что она была права? Не хотел обидеть? Сам же зельевар не смог сомкнуть глаз. Выйдя за территорию замка, он направился к тому месту, где утром он сидел с Гермионой. Что с ним происходит? Наговорил лишнего, успел посмеяться… Эта девчонка круто повернула его жизнь. Тихая ночь помогала сосредоточиться на мыслях, но вот ответа на вопрос «Как дальше быть?» найти не помогла.