Правильное решение

Утром Гермиона и Северус встретились в лечебном крыле. — Таак, уже лучше, — улыбаясь отмечала мадам Помфри проверяя рефлексы девушки, — совсем как новенькая! — И все-таки сходство с фестралом до сих пор присутствует, — едко подметил Снейп, стоящий за спинами женщин. — Ах, Северус, погляди на мисс Грейнджер! Я думаю, это твоё новое зелье помогло достичь таких результатов, — Гермиона обернулась и смущённо улыбнувшись, поднялась с кушетки. — Я, наверное, дам вам ещё парочку зелий, — задумчиво продолжила целительница. — Да, да, для поддержания эффекта… — Поппи, разрешите забрать мисс Грейнджер? — напомнил о себе зельевар. — Конечно, Северус. Милочка, вы свободны, но помните — вечером я жду вас на повторный осмотр. Как только дверь за ними захлопнулась, гриффиндорка спросила. — Зачем вы решили меня забрать? — У меня остались к вам вопросы. Ведомая, Грейнджер следовала за мужчиной не проронив ни слова. Зайдя в гостиную, эффектным движением Снейп заставил пламя в камине бушевать. — Садитесь, — профессор прошёл вглубь комнаты и начал искать что-то в ящиках позади рабочего стола. В кабинете было холодно. Странно, но на этот раз Гермиона не посчитала комнату мрачной, не смотря на тёмные тона, преобладающие в интерьере, кресла перламутрово-зелёного цвета на коричнево — красном ковре, заставили обратить внимание и на остальные контрасты — везде царили порядок и чистота. «Вряд ли Снейп допустил бы домовиков к своим склянкам и на метр, значит, сам за всем следит». Мысль о том, что первое впечатление обманчиво и нужно приглядываться к деталям была не только о кабинете, но и о его хозяине. — О чём так задумались? — мужчина, расположившись в кресле, наблюдал за девушкой и, видимо, уже не первую минуту. — О контрастах. — Ваш чай остынет, — указав на кружку, предупредил профессор. — Это можете выпить прямо сейчас, — опустив руку на столик, Снейп поставил какую-то склянку. — Что это? — Яд. Он медленнодействующий, поэтому советую выпить прямо сейчас. Откупорив бутылек, студентка не выявила признаков яда ни внешне, ни по запаху, поэтому, приняв вызов, залпом проглотила этот самый «яд». Мужчину эта выходка повеселила. — Даже не знаю, что это- глупость или доверие… Вы так уверены в том, что я не подсуну вам какую-нибудь дрянь? — Второе. Очевидно, да. В противном случае, я бы не стала пить предложенный вами чай, — демонстративно отхлебнув из кружки, парировала гриффиндорка. — Тогда рискните и попробуйте, — ехидно улыбнувшись Северус протянул девушке собственный напиток. Гермиона не заметила, чтобы Снейп хоть раз сделал глоток, но протянула руку в ответ. — Возможно, вы захотите в очередной раз удивите меня и выпьете залпом… до дна? — С чего бы вдруг мне захотелось удивить вас? — Я неправильно выразился. У вас вошло в привычку удивлять меня, талант прямо-таки. И Гермиона зажмурилась и залпом выпила содержимое, пожалев об этом… Она тут же судорожно глотнула воздуха и закрыла рот ладонью. — Безоговорочное доверие к кому-либо, мисс Грейнджер, сводит в могилу. Это огневиски. Такую крепость такой выдержки я бы назвал «sweet spot» — золотая середина. Для вас это, видимо, слишком, — забирая пустой бокал, объяснял мужчина. — Я в жизни не пила такого крепкого алкоголя. Да я вообще никогда не пила! — отдышавшись заявила студентка. — Действительно никогда? — усомнился профессор. В ответ на него только злобно зыркнули. — Так как же все-таки в вашу светлую головушку пришла мысль противостоять темному лорду? Вы точно знали, что Нагайна — его крестраж, но не побоялись покуситься на неё. Я спрошу еще раз: это глупость или самоотверженность? Чем вы руководствовались? Если бы я не нашёл способ вернуть вас к жизни, что тогда? — Мне кажется, вчера я вам все объяснила. — Тогда зачем согласились пойти со мной? Посчитали, что поинтересуюсь чем-то другим? — Посчитала. — И ошиблись. Ваши россказни об этом Рочестере и привлекательном образе, черт знает кого, не причина! — Вам так трудно поверить в то, что вы нужны кому-нибудь? — Почему же? С лёгкостью поверю. Альбусу и Волан-де-Морту, к примеру, — он театрально развёл руками. — Они нуждались в мальчике на побегушках, который все вынюхивает и помогает, когда того потребуют. Дамблдор даже не скрывал этого, одно его «Северус, мальчик мой» развеивает все сомнения. А чем же я так необходим вам? — Своим существованием, — устало проговорила Гермиона. — Тогда я даже не задумывалась… Уж кто-кто, а вы бы точно нашли выход — вернули бы к жизни. Вы опытнейший зельевар и искусный темный маг, в вас я не сомневалась ни секунды. Спросите, почему решила вам так доверять? Потому, что вам верил Дамблдор. Потому, что вы этого достойны — на 4 курсе вы при посторонних обнажили метку! Стали бы вы так делать, если бы были трусом, если бы… если бы были не на нашей стороне? И снова молчание. Лгать нельзя, говорить правду тоже. А почему собственно нельзя говорить правду? Разве этим он признает свои чувства к этой девице? А есть ли эти чувства вообще? Май, июнь, июль и август… Он слишком далеко зашёл. — Мисс Грейнджер, вам давно пора быть у мадам Помфри, — тоном, не допускающим возражений, сообщил Снейп. — Ну уж нет, на этот раз я не уйду без ответов! — взбунтовалась девушка. — Вам не слабо ударило в голову. Поверьте мне, вы пожалеете о таком поведении завтра. — Опять промах! Я абсолютно трезва, меня возмущает то, как вы увиливаете от моих вопросов! — Так и быть, мисс, — прошипел зельевар. — Я отвечу на все вопросы, но с одним условием — после этого, вы на пушечный выстрел не приблизитесь ко мне. — Согласна. — Приступайте. — Вы считаете, что никому не можете понравиться? — Своей чарующей наружностью или богатым внутренним миром? — язвил Северус. — Как мужчина. — А вы не смущаетесь от таких вопросов? — Мы договорились! — закипала Гермиона. — Считаю. — И разубедить в этом вас невозможно? — А вы бы хотели попробовать? Что ж, дерзайте! — На расстоянии пушечного выстрела это может вызвать некие затруднения. — Какая досада! — деланно проговорил мужчина. — Зачем вы меня обнимали? — Потому, что захотел, — он сдался. — Это ли не признание? — девушка радостно улыбнулась. Проигнорировав вопрос, Снейп поднялся и в очередной раз скрылся в глубине комнаты. Вновь появившись перед Гермионой, его руки были заняты двумя бокалами, которые, девушка могла сказать со 100% точностью, были наполнены огневиски. — Разбавленный, — пояснил зельевар, протягивая гриффиндорке напиток. — Возвращаясь к вашему вопросу, могу сказать, что озвучил я его столь же специфично, как и вы. Того времени, что Северус шёл, наливал и возвращался, было достаточно для принятия решения. Оказалось оно правильным или нет — выяснится потом, сейчас, правдивый голосок в голове твердил — «от правды не убежишь». — Я ведь вспомнила то, как вы вели себя со мной во время истерик. — Тогда к чему был этот допрос? — Вы мастерски скрывали то, что были двойным агентом. Какие-либо чувства утаили бы с такой же легкостью… Мне важно было услышать это от вас. Устало прикрыв глаза и потерев переносицу, профессор рассуждал. — Где же вы так приложились головой, что решили признать меня в каком-то смысле приятным? — Нигде я головой не прикладывалась, — звонко рассмеялась Грейнджер. — Просто в определённый момент я поняла, какую роль вы играете, стала замечать поступки… — А еще раскрыли глаза и отбросили предрассудки? — Видимо, я много всего вам наговорила, — она продолжала улыбаться. — Вы раскрыли все карты. — И это меня не свело в могилу. — Вы доверились тому, кто ляжет туда за вас. — И за это вам огромное спасибо, — потянувшись к своему профессору, Гермиона накрыла его ладонь своей и сжала её. Карие глаза блестели от слёз, в них искрилось счастье. За окном солнце клонилось к закату. — А вот теперь, я действительно должна быть у мадам Помфри. — Я буду с вами. «Я буду с вами» — мысленно пообещал себе Северус Снейп.