Мои чувства, твои мысли, его боль

Едва слышный лязг серебристых звеньев вызывает мурашки по коже, но Магнус так же расслаблен и спокоен, а маленькое неказистое существо перед ним продолжает увеличиваться в размерах. — Если тебя заметят с улицы, то мне придётся уменьшить твои размеры. Скажем, я мог бы лишить тебя ног, заодно и волноваться не нужно, что ты убежишь. — Как догадался? — Птичка на хвосте принесла, — усмехается Магнус и подходит ближе. — Итак, кто? — Так я тебе и сказал. — А ведь я мог бы тебя вызвать, начертить пентаграмму, что-то предложить взамен, торговаться. — Даже тебе не хватит сил, чтобы убить меня. — Поэтому у меня за спиной глава Нью-Йоркского Института. Он так-то неплохо управляется с мечом. Живым ты отсюда уйдёшь, только если расскажешь то, что мне нужно. Иначе он покромсает тебя на кусочки, а потом я развоплощу тебя, и ты закончишь своё существование в этой грязной подворотне. Не думаю, что Рэй сильно обидится, если я ненароком укокошу его папашу. Что скажешь, Белиал? — Убрал Асмодея и Лилит, и решил, что тебе всё позволено? — Да. Именно так. Но мы отклонились от темы, и мне становится скучно. Магнус лениво встряхивает цепь, и по ней пробегают тёмно-фиолетовые искры, опоясывающие тело молодого юноши, в которого превратился Белиал, призывно глядящий на Магнуса. — И это всё, что ты можешь? Теперь уже мне скучно. Но Магнус не произносит ни слова в ответ. Тонкие, почти чёрные путы становятся неровными. Небольшие бугорки начинают увеличиваться, и короткий крик демона сопровождает первое цветение. Кроваво-красный цветок, целиком состоящий из острых шипов, вонзается в светлую кожу, и даже Джейса пугает это зрелище. Магнус стоит к нему спиной, и видно только, как ярко-алая кровь окропляет тонкие иглы, и те, словно живые, тянутся за новой порцией живительной влаги. Красные цвета повсюду: раны, горящие глаза напротив, маленький прямоугольник в ладони Магнуса, который он крепко сжимает. — Совет, — хрипящий шёпот достигает ушей, и Магнус поднимает вверх два пальца. — Дальше. — Это не я. Я слышал кое-что, поговаривают, что Совету очень не нравится их нынешний Инквизитор. Ходят слухи, что кто-то из Высших затеял опасную игру с ангельскими отродьями. — Цель? — Понятия не имею. Что там сейчас модно? Захват мира? Месть? Меня людские дела не касаются. — Поэтому ты внезапно решил посетить Нью-Йорк, — замечает Магнус, и Джейс видит, как один из шипов начинает тянуться к шее острым кончиком. — Я здесь по своим делам. Я сказал тебе правду. Сними цепи. Я уйду. — Хорошо. Цепи медленно растворяются в воздухе, и Магнус, пожав плечами, отворачивается от Белиала. Он успевает сделать всего пару шагов, когда сзади раздаётся оглушительный рёв, и огромный демон кидается вперёд, грозя переломить хрупкую фигурку мага. Ангельский клинок отсекает клочок шерсти и спотыкается о костяные наросты. Когтистая лапа задевает кожаную куртку, рассекая её на полосы, и Джейс откатывается в сторону, прикрывая Магнуса своим телом. Сильные руки буквально отшвыривают его в противоположную стену, и в следующую секунду Магнус поднимается на ноги, а в его руках материализуется огненное лассо. Но у Белиала за плечами столетия опыта, и Джейс с ужасом смотрит, как огромная туша в два прыжка оказывается возле него, но опрокидывается на спину, когда делает последний, смертельный для охотника прыжок. Хрипы, вырывающиеся из глотки, смешиваются с запахом палёной шерсти и пламенем, которое перекинулось на Белиала. Джейс замечает неестественно вывернутое плечо у Магнуса и кровь, стекающую по щеке. Огонь вспыхивает ярче, пожирая корчащееся в мучениях тело, но Магнус продолжает удерживать демона, не позволяя ему добраться до своей жертвы. И только когда от Белиала остаётся лишь кучка пепла, лассо гаснет, а сам Магнус оседает на землю. — Какой же ты идиот, — успевает заявить он Джейсу до того, как потерять сознание. — Где я? — строго спрашивает Магнус, когда открывает глаза. — Там же. Прошло всего минут пять. — А почему я мокрый? — Я пытался привести тебя в чувство, поэтому и побрызгал водой. — Скептический взгляд Магнуса срывает последние заслоны, и Джейс выплёскивает все свои чувства. — Я не знаю, как лечить магов! Ясно? Несколько минут назад тебя пытался убить Высший демон, а я спас тебе жизнь, так что мог бы спасибо сказать. — Ну спасибо тебе, Эрондейл, за то, что испортил лучшую часть моего допроса. Вот прям от души спасибо, тупой ты нефилим. — Что? — Я, по-твоему, идиот? Думаешь, я бы допустил такую оплошность и повернулся к Белиалу спиной, не будучи готов ко всем его действиям. Я же сказал тебе не мешать. А теперь он мёртв. Как мне его допрашивать, я с пеплом разговаривать не умею. Почему ты с таким количеством мозга вообще жив до сих пор? И что я Рэю скажу? Разговор пошёл не по плану, поэтому я нечаянно развоплотил твоего папочку, вот держи открытку с соболезнованиями. От тебя одни проблемы, Джейс. — Да откуда я мог знать? — Оттуда, что я Магнус Бейн — Верховный Маг Аликанте, сын Асмодея, правителя Эдома. Мне, блять, не десять лет, чтобы я так глупо подставлялся! — У меня инстинкты сработали! — А должны были мозги! Магнус поднимается и тут же охает, когда пробует пошевелить плечом. — Я тебе плечо, видимо, выбил, когда спасал, — осторожно замечает Джейс, и Магнус скрипит зубами, а потом тяжело вздыхает. — Ну вправляй теперь, спаситель, — хмыкает Магнус, разворачиваясь к Джейсу боком и прижимаясь здоровой стороной к стене. — Я сейчас практически на нуле, на обезболивание хватит, на всё остальное — нет, — поясняет он и закрывает глаза, щёлкая пальцами. Светло-голубые искры пробегают по руке и останавливаются возле повреждённого плеча, замирают на секунду, а потом проникают под кожу. Джейс дожидается кивка, и осторожно берётся за локоть и запястье, сгибая руку под прямым углом. — Давай, — командует Магнус, и Джейс медленно отводит предплечье в сторону. Магнус отрицательно качает головой, и Джейс продолжает, упираясь в локоть и бережно двигая его в противоположном от себя направлении. — Встал, — отстранённо информирует Магнус Джейса, и тот облегчённо выдыхает. — Благодарности не жди. — Не буду. Но и ты на извинения тоже особо не надейся. Я не Алек, я тебя так хорошо не знаю. Хочешь работать со мной в команде, обсуждай всё заранее. — Я учту. Выпить хочешь? — Хочу, только не в этой вонючей забегаловке. Хотя в нашем виде нас только туда и пустят. У тебя кровь на лбу, я, наверное, тоже выгляжу не очень. — Ну подцепить тебе точно никого не удастся, — усмехается Магнус и, прихрамывая, направляется к свету. — Я тебе ещё и ногу успел повредить? — Ага, — улыбается Магнус. — Но нога потерпит. Мне нужен крепкий виски и что-то пожевать. Здесь недалёко есть неплохое кафе для примитивных. Меня там знают, а хозяин обычно не задаёт вопросов. И я согласен заплатить за нас обоих, если ты обещаешь молчать. Мне нужно подумать. — Без проблем, — отвечает Джейс и замолкает, выполняя условия сделки, но в большей степени, стараясь лишний раз не тревожить рёбра. Магнус идёт чуть впереди, не обращая внимания на любопытные взгляды прохожих, а Джейс плетётся сзади, обдумывая произошедшее. Магнус тихо смеётся, когда высокий худощавый старик протягивает ему руку для рукопожатия, и что-то говорит на незнакомом Джейсу языке. Мягкие согласные и певучие гласные складываются в слова старинной баллады, и Джейс не сразу понимает, что Магнус манит его к себе. — Извини. — Что будешь? — На твой вкус. Магнус качает головой, но ничего не говорит, вместо этого он занимает столик в самом тёмном углу и задумчиво смотрит на Джейса. — У меня рога выросли? — Нет. Я хотел бы заранее извиниться перед тобой, Джейс. Судя по тому, что происходит, это внезапное усиление парабатайской связи не вызвано твоими эмоциональными переживаниями. Я не знаю, что это, но думаю, что оно связано с Алеком и со мной. А ты попал под раздачу, как его парабатай. — Почему Совет так настроен против Алека? — Потому что он реформатор. Более тесное взаимодействие с нижнемирцами не только сулит много выгоды, но и грозит разоблачениями, причём и с той, и с другой стороны. Видишь ли, сумеречные охотники и до Валентина особой разборчивостью в выборе средств не отличались, милосердием и состраданием по отношению к нежити, тоже. — Но это же дела давно забытых дней. — Не для тех, кто во всём этом принимал участие. Для них мой брак выглядит как предательство. Для них все предпринимаемые нами усилия выглядят всего лишь очередной уловкой, чтобы снова попытаться поставить сумеречных охотников над всеми. Что касается Аликанте, то многие славные представители древних родов не испытывают симпатии ко мне лично, и к магам в общем. Это раз. Алек слишком молод для поста Инквизитора и слишком категоричен. Это два. Мы считаем, что их основная цель — дискредитировать его или меня. И произошедшее с тобой очень хорошо укладывается и в сроки, и в мотивы. — В сроки? — Ну сначала, — тянет Магнус, — они попытались подставить меня пару раз. Но всё обошлось. Мы были очень внимательными, как только переехали в Аликанте, так что им не удалось, а потом всё резко прекратилось. Всё это время мы ждали удара. Когда ты рассказал, что Клэри увидела тебя, — Магнус делает паузу, но Джейс не останавливает его. — Когда Клэри увидела тебя, мы первым делом подумали, что это часть изощрённого плана, поэтому так осторожничали. Извини, если показались тебе бездушными, но на кону стоят не только наши с Алеком должности. Если бы дело касалось только их, то никакой проблемы и вовсе не было бы, но, к сожалению, сейчас решается вопрос о том, куда будет двигаться весь сумеречный мир. — Большая политика, — замечает Джейс, и Магнус слишком резко проводит ножом по тарелке, отчего та издаёт жалобный звук. — Да. Поэтому запомни, что все эти видения — это не твоя вина. — Почему Алек мне сам об этом не рассказал? Почему рассказываешь ты? — Потому что Александру стыдно перед тобой, очень. — А это ещё почему? — В каком-то смысле он считает, что если бы не его амбиции, то ничего бы этого не случилось. — Это же бред. Магнус приподнимает брови, и Джейс осекается, вспоминая, как часто он сам винил себя во всех происшествиях, и закусывает губу. — Да, вы точно должны были стать парабатаями, — резюмирует Магнус и отпивает из широкого бокала, довольно морщась. — У меня есть ещё несколько вопросов, — снова принимается за допрос Джейс, и Магнус разводит руки, приглашая Джейса не стесняться. — Ты знал, что это будет Белиал с самого начала, так? — Видишь ли, установленные нами заклинания не то, чтобы препятствуют проникновению демонов в Нью-Йорк. Это скорее похоже на паутину, в которой мелкие демоны запутаются, более сильные порвут, а самые могущественные даже не заметят. Но отголоски рваных нитей всё равно сообщат нам о том, что кто-то проник в город. Так вот Люк сообщил мне, что пара его оборотней вроде бы видела мелких демонов, но те быстро исчезли. Это однозначно не могли быть слабые демоны, значит, кто-то достаточно сильный и умелый для того, чтобы изменить свой облик. И в то же время никаких возмущений не было. Мы с Катариной пришли к выводу, что это мог быть Белиал. Нити заклинания остались целыми. Магия сына в этом заклинании ничто не могла противопоставить отцу. Остальные в Нью-Йорке не имеют таких родственников, вот и весь секрет. — Давай проясним, ты знал, что он нападёт на тебя? — Естественно. Я унизил его, поставил на колени, а затем дал шанс отомстить. Мне бы не хотелось ссориться с таким, как Белиал. Это чревато. Всегда. Он попытался проникнуть в мой город, я схватил его, и расплатой стали сведения. Но чтобы получить порцию побольше, мне нужны были и грехи пострашнее. Скажем, нападение со спины, было бы вполне подходящим. Магнус откидывается на спинку стула и начинает разминать мышцы шеи, наклоняя голову из стороны в сторону. — Почему ты убил его, а не оставил в живых? — Джейс задаёт вопрос и внимательно следит за реакцией собеседника. Магнус берёт пару мгновений на раздумья, а потом честно признаётся. — Ситуация начала развиваться не по плану, я испугался за тебя. Возможно, можно было использовать другое заклинание, но существовал риск, что я не удержу его, и тогда он бы добрался до тебя. Самый простой метод всегда самый действенный. — Спасибо, что спас мне жизнь. — Пожалуйста, — пожимает плечами Магнус и достаёт бумажник, чтобы расплатиться. — Чувствую себя малым ребёнком. — Учитывая, во сколько раз я старше тебя, так и есть. — Что теперь будет? — Лично я иду в душ, потом спать. Тебе советую сделать то же самое. Думаю, портал нам двоим я организовать всё же смогу. А завтра я оккупирую вашу библиотеку. — А почему не в Аликанте? — Ну да! — Хлопает себя Магнус по лбу. — И плакат ещё надо нарисовать: «Изучаю связь парабатаев», чтобы все точно поняли, чем я заинтересовался. Как тебе вообще пришло в голову назначить Алека главой Института? Это такое дальновидное решение, что я сомневаюсь, что ты сам до этого додумался. — Ну хватит уже! Тебе это никогда не надоест, да? — Может лет через двести. Магнус открывает портал в Институт и, ступив на твёрдый пол, блаженно потягивается. А Джейс старается держать спину прямо, чтобы не выдать своего состояния. Дверь за Магнусом закрывается, и Джейс с облегчением выдыхает, а затем ковыляет к себе в комнату, где с наслаждением идёт в душ, чтобы смыть грязь и кровь. Пара сломанных рёбер — малая плата за его глупость. Иратце уже выцвела, но нанести руну ещё раз придётся уже в спальне. Джейс выходит из душа, сосредоточившись на цели. Тумбочка и стило. Абсолютно гладкая деревянная поверхность вводит его в ступор, а потом их тёмного угла раздаётся насмешливое: — Не это ли ты потерял, сумеречный охотник? Джейс взвизгивает от неожиданности и старается прикрыться, пока Магнус выходит из тени, поигрывая со стило. — Что ты здесь делаешь? Отвернись. — С чего это? Ты меня голым видел. Теперь моя очередь. — Как ты можешь к этому так просто относиться? — Поверь мне, излишняя серьёзность только навредит. Мы потом ещё все втроём посмеёмся над этой историей. А теперь вопрос. Почему ты не сказал, что ранен? — А как ты узнал? — Александр очень внимательно следит за твоим состоянием. — Это дело для иратце. — Какого по счёту, Джейс? — Магнус подходит ближе, и Джейсу прямо на голову с потолка падают боксеры. — Одевайся, и я тебя вылечу. Больше не скрывай ничего. Это глупо. Даже если это мелкая царапина. Ясно? Джейс что-то бурчит, натягивая трусы, пока Магнус с преувеличенным вниманием изучает одинокую подушку. — Я сломал пару рёбер, но перелом очень плохой. Не уверен, что залечил всё верно. — Ложись, — кивает Магнус на кровать, и Джейс вытягивается на грубом покрывале, задерживая дыхание, когда Магнус опускается рядом. Бледно-голубой поток, срывающийся с подрагивающих ладоней, оседает на горячей после душа коже и растворяет боль. Прохладные кончики пальцев осторожно касаются правого бока, и Джейса прошивает разрядом тока. — Не двигайся, — шипит на него Магнус, продолжая пальпацию, изредка надавливая на отдельные участки, но Джейсу не до этого. Магнус без привычной косметики выглядит совсем по-другому, в тёмно-карих глазах притаились усталость и тревога, а ещё немножко заботы, смуглая кожа кажется темнее в неярком свете. Чистые волосы длинными прядями спадают на высокий лоб и лезут в глаза, сплетаясь своими кончиками с густыми короткими ресницами. Влажная густая масса магии проходится по костям, склеивая их, и Джейс переводит взгляд на губы. Грудную клетку сдавливает тисками, дыхание становится поверхностным, заставляя Магнуса отвлечься от лечения и поднять глаза: — Джейс, что случилось? Магнус попросил говорить правду, поэтому Джейс ныряет в глубокие тёмные воды и хриплым шёпотом озвучивает своё желание: — Я так хочу тебя поцеловать.