Непростые отношения со скорпионами

      Утро для Сакуры было одним из самых счастливых, просыпаться совсем не хотелось. Сасори ласково игрался с её тонкими пальцами и бережно заправлял за ухо падающие на лицо розовые прядки волос, наблюдая за тем, как полусонная Сакура хмурит нос. Она покрывалась мурашками и ближе прижималась к Сасори, хотелось буквально вжаться в него и раствориться в нём. — Просыпайся, принцесса, — он притянул её руку к своим губам и оставил на тыльной стороне ладони невесомый поцелуй, — нас ждут великие дела. — А они не могут подождать? — в полудрёме бормочет девушка. — Нет.       Сакура обиженно цокает языком и приподнимается на локтях, наблюдая за Сасори, который в прыжке выпрямился в полный рост и подошел к шкафу, где висела его кофта. Взгляд девушки упал на широкие плечи и скользнул вдоль лопаток, спустившись к пояснице. Сасори был чем-то настолько идеальным, что эта тонкая грань между мечтой и реальностью размывалась так, что сложно было с уверенностью сказать действительно ли он был настоящим, — подумала Сакура. Девушка несколько раз похлопала глазами и слегка похлопала себя по щеке, чтобы прийти в чувства и убедиться, что красно-волосый парень не привиделся ей. — Что с тобой? Почему так смотришь на меня? — повернув голову на девяносто градусов, Сасори поймал её затуманенный взгляд на своей спине. — Пытаюсь понять насколько ты настоящий, — она внимательно следила как он бесшумно подходит ближе и протягивает руку, чтобы помочь подняться с кровати. — Нельзя полюбоваться?       Сасори крепче сжимает руку и тянет Сакуру к себе, помогая встать на ноги, и свободной рукой обхватывает талию, развернув по направлению к большому зеркалу в пол. Он слегка подталкивает девушку вперед, не отпуская её руки, словно это часть танца. Сасори подводит девушку к зеркалу и останавливается позади неё, не спеша отпускать. — Но это тебе нужно любоваться, — как-то грустно вырывается из его уст усмешка, когда он наконец отпускает Сакуру и убирает все её волосы назад, чтобы открыть лицо и шею.       Сакура покрывается мурашками и незаметно переступает с ноги на ногу — по полу прошелся холодок, а она стоит босиком на холодном покрытии. Лямка белой ночнушки предательски падает с хрупкого плеча, и девушка поспешно поправляет её, ощущая жар на щеках. Сасори держит её волосы сзади и целует в левое плечо, а потом еще раз — уже в шею, прямо за мочкой уха. Он будто бы знает все её эрогенные зоны, словно астроном наизусть помнит карту звездного неба. — Закрой глаза. — Зачем? — недоверчиво интересуется Сакура, но послушно закрывает глаза. — Просто доверься и помолчи. Попозже откроешь.       Сакура одергивает плечами и выпрямляет спину, мысленно готовя себя к чему-то неизвестному. Кожу в районе ключичной впадины коснулось что-то холодное, Сакура хотела было протянуть руку, чтобы дотронуться до источника неприятных ощущений, но Сасори её одернул. — Подожди! Постой спокойно еще минуточку. — Что ты опять удумал? — Ничего особенного, — ответил он, делая небольшой шаг назад, — просто хочу, чтобы ты обо мне помнила. Теперь можешь открывать глаза.       Шею Сакуры обрамлял тот самый кулон, что ей так приглянулся вчера по время прогулки вдоль торговых рядов. Сакура застыла в изумлении, дотронувшись подушечками пальцев до алого камня. Девушка была готова расплакаться от навалившихся чувств, хватая ртом воздух, стараясь набрать его в легкие как можно больше. — Не стоило, зачем ты... — Стоило, — прервал её Сасори, положив руки ей и плечи, и развернул девушку к себе лицом, — это меньшее, что могу для тебя сделать. Вчера, пока ты ходила на источник, я немножко побаловался с этой безделушкой, теперь, возможно, она будет тебе полезна. — Что ты сделал? — Сакура была в недоумении. — Ничего сверхъестественного, — он пожал плечами, — если говорить простыми словами, теперь это небольшой маячок. Не думай, что я планировал следить за тобой или что-то еще... Кулон подаст сигнал, если с тобой что-то случится. — Ты использовал свою чакру? — От части да, — кивнул Сасори, сгребая в охапку ладони девушки и приложил их к губам, — к тому же, думаю, тебе было бы приятно получать от меня импульсы в знак того, что именно в эту секунду я думаю о тебе. — То есть? — Камень светится, — пояснил Сасори, дотронувшись до кулона на шее девушки. Камешек тут же сверкнул алым цветом и тут же погас, — вне зависимости от того, насколько я далеко. — Сумасшедший, — засмеялась Сакура, высвободив руки, и обняла кукловода за шею, подарив продолжительный поцелуй. — Спасибо.       Сасори натянул слабую улыбку. — Собирайся, нам пора уходить.

***

      Кукловод позволил себе проводить девушку до Конохи, попрощавшись с ней в пятиста метрах от ворот, чтобы не попасть под поле зрения сенсоров, патрулирующих границу. Он нехотя надел плащ с черно-красными облаками, застегивать не стал — время было около полудня, солнце хорошо прогревало. Ладонь Сакуры он долго не хотел отпускать, держась за хрупкие пальцы. Эта девушка подарила ему чувство защищенности и дала почувствовать каково это – быть нужным и любимым. Сакура доверила ему свои страхи, не требуя ничего взамен. — Так не хочу прощаться, — голос Сасори перешел на шепот, когда он опустил глаза вниз, не в силах больше смотреть ей в глаза. — Мы и не прощаемся, это же не наша последняя встреча, чего ты? — Сакура мягко улыбнулась. — Кто знает? Все может быть. — Не говори так, через пару недель обязательно встретимся, — она перевела взгляд на их скрещенные пальцы и чуть сильнее сжала ладонь, — испеку тебе торт с клубникой, хочешь?       Сасори засмеялся и утвердительно кивнул. — Хорошо, будь аккуратна, — он отпустил её руку и сделал пару шагов назад, не разрывая зрительный контакт. Хируко спрятался в кустах, чтобы не привлекать особого внимания к парочке. — Ты тоже, не так я хочу запомнить нашу последнюю встречу, — Сакура последовала его примеру, сделав пару шагов в противоположную сторону, уходя все дальше. — А как? — голос Сасори с каждым шагом переходил на крик параллельно тому, как сильно они отдалялись друг от друга. — Расскажу в следующий раз! — Ловлю на слове, вишенка.       Развернувшись на носках, Сакура со спокойной душой и с улыбкой на лицо пошагала в сторону деревни, поправив на плече увесистую сумку.       В Конохе за время недолгого отсутствия девушки, казалось, ничего особо и не изменилось. В деревне было тихо и спокойно, когда Сакура шла по главной улице. Вдалеке слышался смех детей и шум ярмарки, но Харуно была настолько погружена в свои мысли, что не замечала ничего, что происходит вокруг, опустив голову вниз и смотря себе под ноги.       Сакура анализировала все, что произошло за последние пару дней, периодически теребя кулон на своей шее. В голове то и дело всплывало миллион мыслей, но ни одной конкретной среди них не было. Всё крутилось вокруг красноголового парня, Сакура не могла перестать думать о нём. Его волосы, шея, губы, пальцы, голос — она выучила все в таких мельчайших деталях, что можно было при желании воссоздать его точную копию. Казалось, что Сакура запомнила даже точное расположение родинок на его теле. Она улыбнулась, представив, как отдаст ему кусок клубничного торта, ласково упакованный в коробочку для бенто. Она поймала себя на мысли, что вряд ли кто-то когда-либо делал для него что-то подобное. Сасори явно не заслужил такой участи.       Сакура впервые подумала о том, насколько близкие ей люди одиноки, хоть и хотят казаться сильными. На самом деле внутри каждого из них живет маленький ребенок с травмой, у которого отняли детство.       Сакура будто видела перед глазами образ маленького Наруто, одиноко сидящего на качелях. Он пинал песок под ногами, опустив голову. Сакура ощутила весь спектр эмоций, которые он тогда испытывал: непонимание, страх, боль, обиду.       Одиночество.       Мысли Сакуры постепенно сменялись, и вот она уже идет рядом с Саске, который не спеша идет по безлюдному району, который когда-то принадлежал его клану. У девушки сжимается сердце от мысли, что Саске каждый день возвращался в дом, где убили его родителей. Он оставался наедине с собой и своими мыслями, который в итоге поглотили его. Харуно передернула плечами, чтобы вернуть себя к реальности, но к горлу подступила тошнота. Саске был очень одинок.       В голове возник образ сенсея, стоящего перед могилами своих друзей, отца и учителя. Какаши-сенсей молча кладет ландыши рядом с могильными плитами, чувствуя, что должен быть рядом с ними. Сакура видит лишь его спину, ей остается только догадываться о выражении лица сенсея в этот момент. Возможно, он сожалеет о многих вещах, но никогда об этом не признается. У Харуно до боли скрутило живот.       Сасори только мельком упоминал о своих родителях и своей семье, и Сакура знала насколько тяжело даются ему разговоры о прошлом. Образ маленького Сасори был воспроизведен Сакурой в голове исходя из рассказов кукловода. У девушки сердце разорвалось от мысли, каково было ребенку узнать о том, что его родители мертвы. Хотелось обнять его и уберечь от этой печали.       Тут Сакура краем уха уловила так хорошо знакомую интонацию в голосе, которая мигом развеяла все мысли девушки. Она остановилась и подняла взгляд. — Ты..?