Эксперимент 121

Женечка вернулась домой уже затемно. Она буквально валилась с ног. Весь день её донимали телефонные звонки по поводу госпитализации Петрухина. Налив себе чаю, уселась на диван. Даже телевизор включать не хотелось. Нужно побыть просто в тишине. Опять зазвонил телефон. Уже даже на личный звонят! Ни стыда, ни совести! Откуда они только его узнали… — Алло, — резко ответила Женечка. — Здравствуйте, старший оперуполномоченный Соболев Андрей Николаевич. — Ой, здравствуйте! Простите, что так грубо. Думала, опять журналисты. Я вас слушаю. — Прошу прощения, что так поздно и на личный. На рабочий вам было не пробиться. — Да, ничего страшного. Вы же по делу, наверняка. — Да. Подскажите, вы завтра работаете в обычном режиме? Мне нужно подойти, задать несколько вопросов. — Да-да, я так же с 9 буду на работе. — Хорошо. Я в 9:30 подойду. До свидания. — До свидания. Просидев неподвижно ещё несколько минут, Женечка вспомнила про папку. Подскочила, вытащила её из сумки, и начала прикидывать, куда бы ею деть. Папка была толстая и тяжёлая. Поразмыслив, Женечка упаковала её в пакет и положила на дно ящика с нижним бельём. «Это надо быть мерзавцем, чтобы искать что-то в дамском белье» Утром следующего дня ровно в 9:00 Женечка крутилась возле кофе машины. Только она присела, чтобы насладиться утренним кофе, как зазвонил телефон. Опять журналисты. И снова, и снова. 09:30 стук в дверь кабинета. — Входите, — пролепетала Женечка, в спешке поправляя уже растрепавшиеся волосы. — Здравствуйте! Старший оперуполномоченный Соболев. — Андрей Николаевич, здравствуйте. Женечка смотрела на него как заворожённая. «Да ему не в полиции надо работать, а в кино сниматься с такими-то данными». Высокий, широкоплечий. Пытливые карие глаза, точёный нос, острые скулы. Непослушные вьющиеся волосы цвета кофе. Её взгляд упал на правую руку. Пусто. — Могу я задать Вам несколько вопросов? — Да, конечно. — Расскажите, пожалуйста, знаете ли вы лаборантку Сорокину Анну Васильевну. — Внешне не помню, в документах как-то её имя мне встречалось. — А Сергей Иванович ею когда-нибудь упоминал? — Не припомню. Он продолжал задавать вопросы, а она отвечать. — Вот моя визитка, если что-то вспомните. Всего хорошего. — До свидания. «Неужели такие и правда, существуют?» Женечка ещё несколько минут просидела в ступоре и непонимании, почему судьба не свела их раньше и при более радужных обстоятельствах. Очередной телефонный звонок вернул её к реальности. ••• — Серёжа, здравствуй! Как ты? — Василий! Я-то нормально, а вот… — Тише. Пойдём, прогуляемся. Академики вышли в сквер позади больницы. Со стороны они выглядели как два милых дедули, обсуждающих урожай смородины в этом году. — Василий, что нам делать? Девушка… Боже. Это наша вина. — Серёжа, возьми себя в руки! Ты и так уже на больничной койке. И вина совсем не наша. Не ты же её объедал. — Не я… но если бы не мы, ничего бы этого не произошло! — Ради бога! Тише! Никому только не вздумай ничего говорить! Прошу тебя. Где папка? — Женечка должна спрятать. — Ты ей так доверяешь? — Она исполнительная и послушная. И как я уже говорил, даже если начнёт что-то читать, то ничего не поймёт. — Надеюсь. Иначе… ••• Пришли результаты судмедэкспертизы. «Смерть наступила в результате кровопотери из-за разрыва сонной артерии… множественные повреждения целостности тканей и внутренних органов» Господи, что за монстр мог это сделать? «Повреждения были нанесены, предположительно, диким животным с челюстями примерно как у крупной собаки». Каким ещё животным? Тут максимум, потерявшаяся болонка может быть. И то она так далеко от пешеходных тропинок не забежит. «Насильственных действий сексуального характера совершено не было». И на том спасибо. Холодок неоднократно пробегал по спине Соболева, пока он читал отчёт. В голове не укладывалось то, что было написано на бумаге. Дело ведётся в строгом секретном режиме. СМИ никакой информации, кроме одобренной руководством, не даётся. Пока для всех девушка только пропала. Её ищут. Если общественность узнает, что случилось с несчастной, начнётся паника. Согласно отчёту, никаких отпечатков нигде не было. Зацепок нет. Скоро должны прийти материалы с камер наружного наблюдения по маршруту девушки. Возможно, тогда что-то прояснится. Зазвонил телефон. — Соболев. — Здравствуй, Андрей Николаевич. Это Смоляков из лаборатории. Зайди ко мне, когда возможность будет. Спустя десять минут, Смоляков уже предлагал Андрею «прекраснейший улун». — Спасибо. Но не в такой обстановке, уж извини. — Понимаю-понимаю. В общем, что я хотел тебе сказать. Я не всё внёс в отчёт. Андрей приподнял бровь. Если Смоляков так сделал, значит на то должны быть какие-то уж очень веские причины. — Понимаешь, бывают такие ситуации, которые очень сложно объяснить. На ранах остались следы слюны. — И? Говори уже! — Она не человеческая… — Да это и так понятно. Нет людей с такими челюстями и силой. Что это за животное? — Дослушай. Не перебивай, пожалуйста. Так вот, она не человеческая на 100%. А процентов на 50%. — Ты сейчас шутишь? Как такое возможно. — Я выгляжу как человек, который шутит? — Смоляков крепко сжимал чашку в руках, взгляд был серьёзным и напряжённым. — Но как? — Я не знаю. У меня волосы на голове зашевелились, когда я результаты получил. Андрей, я не знаю что это. Будь осторожен, прошу тебя. — А вторые 50%? Что это? — Какая-то собака. Или волк. Во рту у Соболева пересохло. Смоляков бы шутить так не стал. Да и по нему видно, что сам напуган до чёртиков. ••• Иван Иванович Петрухина и Василий Семёнович Семчук познакомили в середине 60-х, когда оба были аспирантами. Один в Институте Ядерной Физики, другой в Институте Цитологии и Генетики. Впервые судьба их свела на институтских выездах на овощные поля. Тогда они оба схватились за одну и ту же лопату. Посмеялись и разошлись. Во второй раз они буквально столкнулись на соревнованиях институтов по футболу, в погоне за одним мячом. И третий раз — когда они пригласили одну и ту же девушку на танцах. Оба долго за ней ухаживали, злились друг на друга. А она в итоге выбрала совсем другого парня. Что и стало началом их крепкой и долгой дружбы. — Василий, что делать-то? Нам уже не по 30 лет, сил таких нет. Как все исправлять? — Придётся идти на радикальные меры. Привлекать молодую кровь, так скажем. — И кому ты, считаешь, можно доверить ТАКОЙ секрет? Они не мы. Они все в свои соц сети выкладывать привыкли. — Найдём кого-нибудь. — Как бы не ушло на поиски слишком много времени, Вася.