incredible you

      Голова разрывается от болтовни преподавателя, вчерашней попойки и малого сна. Кофе уже в горло не лезет, а спать хочется до смерти. Сегодня только понедельник — начало недели, а Тэхён уже без сил, злой и нервный. Чимин рядом вообще дрыхнет, но тем же занимается половина группы, поэтому преподавателю глубоко наплевать кто учится, а кто нет, несмотря даже на то, что через две недели начинается лето, соответственно, экзамены прямо-таки за пять метров от студентов. Чимину, как всегда, посрать на это. Омега прекрасно знает, что ему учиться не надо, ведь жизнь предоставит только два варианта исхода: женится на каком-то богатеньком альфе, который будет во всем каблуком, потому что семья Чон влиятельней всех в любом плане, ну или парень сможет добиться внимания своего распрекрасного Юнги и также останется в шоколаде, ведь альфа зарабатывает также не мало.       Другое дело Тэхён… Он не знает, как развернётся его жизнь, потому что, кажется, отец уже начинает что-то скрывать по поводу бизнеса ресторанов. Как и подобает каждому старшему сыну в семье, его должны выдать за не менее влиятельного альфу, чтобы тот перенял бизнес Кимов и взял ответственность за Тэ. И почему-то, омега уверен, что совсем скоро его это встретит. Ну не Миндже же выдавать замуж, ему семнадцать, школу заканчивает только в этом году, и вся жизнь впереди.       Синеволосый громко вздыхает, постукивая ручкой по тетради, и переводит взгляд на спортивную площадку. Там у какой-то группы проходит физкультура и альфы бегают без футболок, а омеги разминаются, не отводя от них взглядов и выпячивая свои задницы, чтобы те обратили внимание. Физрук громко ругается на это, кидая в парней футболки, ускоряя пинками под жопу, а те хмурятся и раздражаются. Тэхён хмыкает и проводит рукой по волосам. Как же жарко. На самом деле солнце палит так, что не продохнуть. А вечерами холодает довольно сильно. Нужно быстрее сдать экзамены и вырваться куда-то на море с Чимином, Миндже и Джином. Последний совсем сгниёт на своей кухне, готовя «деликатесы», как называет это сам омега. Ребята очень давно не отдыхали вместе, это будет отличным поводом побыстрее съебаться из этого города куда подальше. — Ким Тэхён? — окликает его преподаватель и омега переводит ленивый взгляд на мужчину лет сорока, который вопросительно смотрит на него, — Вы недавно сделали весьма неплохой проект по этой теме, не хотите рассказать? — альфа кивает и указывает на середину аудитории, чтобы синеволосый прошёл туда, но Ким сидит и не движется.       Конечно, он сделал проект сам, даже помнит все что там было и рассказать не составит труда, но не в таком полумёртвом состоянии. У него уже тоналка смылась, от того насколько часто парень умывал лицо, чтобы привести себя в порядок и освежиться.       Пришлось смывать весь макияж и забрать из машины солнцезащитные очки, дабы скрыть все недоразумения на лице. Чимин и вовсе продолжает ходить в кепке по университету, хоть это и запрещено, но, серьёзно, кто будет перечить этим напыщенным, самовлюблённым и богатым дуракам, которые привыкли всегда совать свои деньги. Тэхёну бы сейчас не помешал плюсик к экзамену и он уже подумывает подойти, опозориться, но получить то, что нужно, как тишину, нависшую в аудитории перебивает звонок. — Что ж, продолжим в следующий раз, — мужчина отворачивается, позволяя студентам расходится и сам быстро уходит, чтобы не быть частью, неутолимо длинного ручья, который выльется сейчас во двор. — Чимин-а, — Тэхён поворачивается к другу и начинает тормошить, бессовестно уснувшее тело. Тот даже не думает двигаться, продолжая сопеть в две дырки, прислонившись головой к плечу второго, — Чими, просыпайся, солнце, иначе я оставлю тебя здесь, — заботливо, но возмущённо трепещет омега, слегка похлопывая заалевшие щёчки. — Лаадно, отцепись ты. Идём, я хочу воды, — омега открывает глаза, будто не он сейчас тут едва ли не храпел от глубокого сна и поднимается на ноги, поднимая с пола сумку, — Чего сидишь? — розововолосый вскидывает брови вверх и слегка тормошит рукой в воздухе, чтобы Ким наконец-то поднялся с места. — Не перестаю удивляться тебе, — Тэхён хихикает, параллельно поднимаясь со своего места. В аудитории уже никого не осталось, поэтому они спокойно могут выйти, без толкучки и криков идти быстрее, ибо очередь.       Пока Чимин стоит у автомата, пытаясь выбрать, хочет ли он батончик или взять просто латте, а может просто воду и уйти уже отсюда домой, Тэ никак не может дозвониться Джину. Этот человек просто невозможен, когда дело касается его телефона, ведь омега всегда его куда-то закинет, а потом «Я не слышал, чтобы ты звонил мне, когда это было?». Конечно, быть шеф-поваром сложно, никто и не спорит, но взять трубку от самого хозяина заведения, где работает Сокджин и по совместительству друга — надо, это просто обязательно, иначе Ким взорвётся от ожидания. Друг всегда подводит в этом и Тэ уже устал с ним ругаться или попрекать. Хорошо хоть работает в семейном бизнесе Тэхёна, а то бы вообще не находили его. — Чим? — зовёт синеволосый, пялясь на экран айфона в попытке выжечь в графе сообщений от Джина новое. Ну или хотя бы от Миндже. У того, что уроки добавились или братишка просто решил поигнорить старшего? — Да? Если ты хочешь сказать, чтобы я выбрал быстрее, то закрой рот сразу же, — самодовольно отвечает омега ещё и с улыбкой на пухлых губах, намазанных сотый раз за сегодня губным блеском. — Не будь таким дерзким со мной, — Тэхён вскидывает гневный взгляд, смотря прямо в глаза с вызовом и снова возвращается к телефону, — Тебе Миндже писал? Или Джин?       Чимин хмурится, положив руку на верх автомата и надувая пухлые губы. Затем резко нажимает на какую-то кнопку, предварительно всунув деньги, и разочарованно вздыхает, когда в специальный отсек вылетает простая вода с какой-то принцессой. — Джин писал, — отвечает омега и подкидывает в руках бутылку, ловко открывая.       Медленно присасывается к горлышку, начиная делать из этого целую драму, на которую успешно откликаются альфы, жадно ловя взглядом каждый глоток омеги. Тэхён, идущий рядом с другом, закатывает глаза, желая наконец-то выбраться из этого жаркого помещение и прокатиться по городу, — Сказал, чтобы сегодня не приходили — у него много работы и… — В смысле «сказал»? Он вообще помнит, что я его хозяин? Или мне нужно прийти и высказаться? — Ким резко пихает входную дверь, вымещая на ней свою злость на друга и проскакивает несколько ступенек сразу, со все ещё хмурым лицом, — У меня проблема. Миндже изменил его парень… блять, не могу вспомнить как зовут этого отморозка. Какой-то мудак изменил моему светлячку, ты понимаешь? МинМин запретил мне расправляться с ним по-взрослому, поэтому приходится терпеть и сжимать кулаки. Я не прощаю такого, так что нужно… — Остынь, парень. Нужно просто отвлечь и тебя, и Миндже от этого. Тебя в особенности. Пойдём в стрип-клуб? — Чимин взбудоражен новыми планами, поигрывает бровями, но Тэ только цокает: типичный Чон Чимин, который всегда находит только один выход из сложных ситуаций. — Ты же знаешь, что нет. — Ладно, окей, но по магазинам я не хочу, у меня отлетят ноги. Да и в четверг мы с тобой хорошенечко закупились, мне хватит, — отмахивается руками розововолосый, продолжая шагать к курилке. Практически ни одно окончание университетского дня не заканчивается без перекура, ну иногда без «похмелится», но сегодня слишком плохо. Они обойдутся одними сигаретами, тем более это как-никогда нужно сейчас. А ещё, очень хорошо снимает стресс, это именно то, что нужно сейчас Тэхёну. — Значит, будет значительно лучше, если мы пойдём ебаться с альфами в стрип-клуб, ведь это то, что нужно после марафона секса на четыре дня? Заканчивай, солнце, мне это уже не нравится. Я просто предлагаю пойти в бар, выпить немного, ну или посидеть в ресторане, забрать Джина из кухни и Миндже со школы. Главное, чтобы это чудо отписалось мне. Где же его носит? — Ким весь из себя изводится, потому что не привык к тому, что его кто-то игнорит. Обычно, у тех же Джина и брата всегда есть минутка, чтобы отписаться нетерпеливому Тэхёну, но, похоже не сегодня. Хотя сам омега сейчас куда больше переживает, чтобы Миндже не наделал глупостей. Кто знает, насколько сильно он был влюблён. — Успокойся, — тихо говорит Чимин, доходя, наконец-то до излюбленного места и доставая сигареты из куртки, — Мы заедем за малым и атакуем Джина. Я позволю тебе даже побить его, — розововолосый хихикает, за что получает оторвавшийся от телефона возмущённый взгляд друга и громкое цоканье. Чимин достал себе сигарету и протянул пачку собеседнику, а тот в свою очередь, выхватил целую пачку, поджигая себе первым. — Мне не нужно твоё разрешение, я бы и так его побил, — проговаривает Ким, выдыхая вместе со словами дым. От некого облегчения даже присесть захотелось, что он и делает. На скамейке мало места, хватает только на одного, но омеги то не большие, помещаются вдвоём, хотя иногда и спорят за место. — Чем займёмся на этой неделе? Как-то скучно мне, — Чимин вообще ловит кайф, прислонившись спиной к стене позади и прикрыв глаза. Почему курение расслабляет не хуже самого дорогого массажа?       Тэхён немного задумывается, выдерживая длительную паузу и сам прислоняется к стене позади. Здесь очень уютное местечко, иногда даже погрустить можно, ну или посидеть в тишине, что в принципе и делают парни, когда в бой идёт не одна скуренная сигарета. Об этом месте, скорее всего, никто не знает, потому что омеги ещё никого не видели здесь. От самого здания университета, к которому они сейчас прислонены, до большой ограды, которая полностью закрывает вид на ту сторону, где-то десять метров, может даже меньше. Много деревьев, кустов и крутой газон, на котором можно валяться. Прямо-таки охеренно. Чимин даже не помнит тот момент, когда нашёл это место, но ни разу не пожалел. — Я не хочу ничем заниматься. Мне нужно взяться за ум, ты ведь знаешь, что в последнее время бизнес отца не стабилен. Я бы хотел перенять его один, без альфы, по крайней мере сейчас, я больше чем уверен в своих силах, но ты ведь понимаешь, что нас обоих выдадут замуж за любого встречного. — Конечно понимаю, — Чимин громко вздыхает и прикусывает губу, невольно вспоминая Мин Юнги, по которому так долго сохнет, и с которым им ничего не светит, — Но что поделать? Думаю, тебя выдадут быстрее. Все же у нас, пока что ситуация стабильна, а если что, обычно все вопросы к моему старшему брату. — Кстати-ка, когда я увижу, наконец твоих братьев? — Тэхён вдруг оживился и отстранился от стены, прожигая взглядом друга напротив себя. Тот все ещё не сдвинулся с места, продолжая покуривать и эстетично выпускать дым изо рта. — Ну, понимаешь ли, Хосок уже ненавидит тебя, потому что думает, что это ты так влияешь на меня. Ну, а Чонгук… он обычно не обращает внимание с кем я и где. Ему главное, чтобы омега под ним громче стонал, — розововолосый слегка улыбается, говоря про братьев и вспоминает Чонгука, который, кстати, давно уже не звонил ему. — Да уж, разносторонние у тебя братья. Они оба альфы? — Ким ухмыляется и снова прислоняется спиной к стене, делая последнюю глубокую затяжку. Омега выбрасывает окурок в рядом стоящую урну и принимается искать в рюкзаке влажные салфетки, потому что ненавидит, когда руки остаются грязными. — Да, но ты правильно сказал, они совсем разные. Как-нибудь я уломаю их на знакомство с тобой. Думаю, Хосок поменяет своё первое впечатление о тебе, как только ты будешь вести себя прилично. Ну, а Чонгук точно начнёт с тобой заигрывать, попытается проверить твою стойкость на его альфью сущность, потом начнёт выводить из себя, ну и конечно же заставит подчиниться и затащит в постель. Я знаю его как облупленного, так что помяни мои слова. Он, конечно, не промах и ты по любому потеряешь контроль перед ним, но все же, я предупредил, — Чимин также выкидывает окурок и успевает схватить пачку тэхёновых салфеток, пока тот не успел запрятать её. Синеволосый вздыхает, потому что заебало уже это, но все же покорно ждёт, пока Чим разберётся с этим и вытащит наконец-то одну штучку, а не все три. — Да ладно, не было ещё ни одного такого альфы, чтобы я потерял контроль. Не пизди, Чимин-а, — самодовольно хмыкает омега и поднимается с места, первым выходя из-за угла. — ТэТэ, я говорю правду, ты просто ещё не видел моего брата, — парень играет бровями, когда Ким поворачивается к нему, так как шёл спереди. На это синеволосый фыркает и начинает идти уверенней, виляя своими формами.       Омеги поочерёдно выезжают с парковки, заставляя их главного врага Кан Ёсана нервно дёргаться и злиться, что есть мочи, потому что все взгляды альф, которые должны быть прикованы именно к нему, сейчас направлены на две скрывшиеся за углом феррари, что громко рычали. Тэхён прекрасно видел из окна машины, перекошенное от злости лицо Кана и самодовольно лыбился на это. Его забавляет то, как эта шлюха выделывается перед альфами, у которых общие темы только о том, насколько хороши Чимин и Тэ в постели.       Ёсан бесится, когда рядом с ним говорят об этом, но шлюхам же нужно все время скакать на чужом хуе, вот и не может выбрать себе партию.       Ким забивает на него болт и выставляет одну руку из открытого окна, дабы немного словить кайфа. Для полного погружения в себя не хватает только глаза закрыть, но, увы, хоть он и едет только на восемьдесят, аварии все равно не избежать и она будет не простой. Дороги заполнены конкретно, Чимин уже успел где-то потеряться между гражданскими вёдрами, которые медленней, чем Тэхён по утрам. Хорошо хоть ехать недолго к школе Миндже, да и ресторан, где работает Джин сразу за несколько метров, Мин всегда там обедает, потому что Сокджин самая добрая душа на свете. Да и в конце-то концов, это ресторан семьи Миндже, может себе это позволить.       Наконец-то виднеется поворот к школе младшего брата Тэхёна и омега резко заворачивает туда, с поражением понимая, что друг все же был быстрее и не успел попасть в ту маленькую пробку, куда удосужилось занести лаферрари вместе с водителем. Кажется, Тэ сегодня немного умственно отсталый, или, быть может, алкоголь все ещё туманит разум, не позволяя нормально и быстро соображать. Чимин выходит из машины, надевая излюбленные очки, а взгляды сопляков уже на нём. Конечно, Чону это льстит, но сегодня времени на них нет, хотя можно было бы и уплотнить график. Обычно эти «сопляки» оказываются очень ненасытными в постели, а неумелость в некоторых местах делает секс безумно милым, ну или наоборот, охуенно горячим. Тэхёну ещё не посчастливилось делить постель с кем-то вроде одногодок Миндже, да и как-то не тянет. Ему кажется это странным, но для Чимина нет ничего не возможного. Этот омега может заделаться педофилом, наверное, ему даже это понравится. — Опоздал, — самодовольно заявляет друг, опёршись на капот четыреста восемьдесят восьмой и медленно покусывая губы. Тэхён же вышел из автомобиля и закатил глаза, снова принимаясь названивать брату.       Чимин от скуки достаёт жевательную резинку, начиная усердно дуть пузыри, потому что это успокаивает, вместо трёх скуренных сигарет, лучше иногда заняться этой херней. Да и Миндже с Джином не переносят, когда от него с Тэ несёт сигаретами, впрочем, они не любят и запахи сразу двух альф на омегах, но это как-то не мешает им общаться.       Розововолосый проводит по шевелюре рукой, пытаясь уложить как-то волосы, потому что кепка валяется где-то в салоне феррари, потому что открытое окно прямо-таки снесло её с головы. А потом озирается, ведь Миндже до сих пор не берёт трубку, судя по становящемуся все злее, выражению лица друга, но натыкается лишь на кучку из трёх альф, что неотрывно оглядывают его, даже поворачивают головы вместе с ним. Омега ухмыляется, опустив голову и немного пошатывая ею. Какие же они дети… Чимин начинает усердней заигрывать, пытаясь проверить, у кого из них больше выдержка, обычно тот кто сдаётся последним и нагло смотрит в глаза все это время и есть самый ненасытный, и самый страстный в постели. Но от этой идиллии его отрывает резкий рык и какой-то глухой стук. Розовая макушка поворачивается к другу и её обладатель тут же теряет всю раннюю умиротворённость, срываясь к нему. — Тэхён, какого чёрта ты творишь, — Чимин скрипит зубами, оглядывается вокруг и берёт руки друга в свои. На костяшках вырисовывается краснота, а глаза Тэхёна почти чёрные от злобы. На капоте появилась небольшая вмятина, но о ней Чим беспокоится в последнюю очередь, — Что случилось, милый? — омега прислоняет Кима к боку машины и обнимает. Со стороны это кажется немного странно, но они не стыдятся ничего, какая кому разница? — Миндже сидит с Джином уже второй час и изливает ему душу. Я же просил его открываться мне. Разве мне так сложно довериться, Чим? Я настолько несерьёзен и не стабилен, что родной брат бежит к моему другу? — у Тэхёна в глазах вдруг проскальзывает вся вселенская грусть и непонимание, потому что он ведь реально не понимает в чем причина недоверия младшего к нему. Ким поджимает губы и прикрывает глаза, чтобы успокоиться. — Тэ, просто… Джин поспокойней нас с тобой, он ближе к МинМину морально, поэтому ему и нравится общаться с ним больше, чем с тобой или тем более со мной. Он знает, что может на тебя положиться, но ты совсем другой, вы оба разные, ты должен это понимать, тебе не пять лет. Малыш, не злись, я всегда с тобой, — Чимин вдруг понижает голос и начинает приближать своё лицо к тэхёновому параллельно прижимаясь коленом к паху Тэ. Тот громко цокает и начинает действовать. — Ааа, Чимин, — омега резко отстраняется, сильно пнув друга, который уже во всю ржёт. Этот придурочный уже который раз пытается поцеловать его на трезвую голову и у всех на глазах. Такое уже было пару раз, чуть до секса не дошло, но по пьяни это совсем другое. На здоровую башку они никогда этого не делали. Тэхён конечно понимает, что его друг тот ещё экспериментатор и ловелас, но все же под него ложиться не будет. Они друзья, мать твою.       Пока омеги спорят и смеются, а Тэ ещё и успокаивается, к ним подходит та кучка альф, состоящая из трёх подростков. Тэ обращает на них внимание первым, громко смеётся и кивает другу на них. Он не намерен принимать в знакомстве никакого участия, но и оставить друга не может, поэтому садится за своё водительское место, начиная листать сторис в инстаграме. Кто-то в универе сегодня говорил, что какой-то новичок устраивает завтра вечеринку, так что нужно удостовериться в правильности слов, а потом уже думать, рассказывать ли Чимину. Второй точно пойдёт, без единой мысли, но вот захочет ли сам Ким. — Что это за миловидный омежка пожаловал? Ты откуда? — хмыкает один из альф, прожигая взглядом Чимина. Розововолосый же стоит в откровенной позе, где слегка оголилась его спина и открылся прекрасный вид на его обтянутый джинсой орех. Чим делал вид, что достаёт что-то с капота и не может дотянуться. Но когда слышит позади себя громкий голос, улыбается, хотя подкат конечно не его уровня. — Мальчики, идите куда шли, эта фифа не вашего уровня, — кричит из своей машины Тэхён, начиная громко ржать. Да уж, второго перекашивает от злости. Хотя несколько минут сам ржал как не в себе с него. — Да ладно? Ну так мы уломаем, — нагло ухмыляется, походу, самый смелый и делает шаг. Один из позади стоящих, переводит взгляд на Тэхёна в машине, дверка которой все ещё была не закрыта, а будто парила в воздухе, а сам омега над чем-то смеялся, смотря в телефон. Альфа прикусил губу и отвернулся, похоже реально не их уровень. Одна тачка говорит об этом, что уж думать насчёт одежды, дорогих сверкающих часов на руке и не менее красивых браслетов с множествами камней.       Самый смелый подходит к до сих пор молчавшему Чимину, который покусывал губы, соблазняя всех троих одним своим видом и стреляя в них глазками. Он не оставляет между ними никакого расстояния, кладёт руку на бедро, слегка сжимая, но и стараясь не переусердствовать, а затем шепчет в губы довольно хриплым голосом: — Ты слишком сладкий, чтобы остаться без моего внимания, — мальчик проводит языком по своей губе и совсем невесомо касается ими губ Чимина. Тот достаёт немыслимый запал, хотя и до этого он был весьма возбуждён, но сейчас… Розововолосый томно вздыхает, от чего у младшего мурашки по коже проходят, Чимин сам это чувствует, опускает свою руку на его пах и направляет прямо на ягодицу, сильно сжимая и стараясь не выдать стон раньше времени, потому что вчерашний альфа оказался любителем бдсм, из-за чего у омеги все тело в лёгких побоях, а задница как в первую очередь. — Я надеюсь, что заслуживаю большего внимания, чем твоя подружка, которая сейчас убежала в слезах, — все ещё томным голосом шепчет ему на ухо Чон, слегка прикусывая, а затем зализывая. До альфы похоже долго доходит сказанное старшим, потому что он находится в эйфории от сладкого голоска омеги, его запаха и сущности в целом. Но слова доходят до его дружков, которые выдают только: — Мия, стой, Мия, — кричит тот, что заглядывался на Тэхёна и это приводит в сознание наглого мальчишку, рука которого все ещё крепко сжимала сочную ягодицу Чимина, хотя тот и не держал его вовсе.       В прочем, Мия уже убежала, а за ней кинулись все трое альф, исчезая из поля зрения омег. Тэхён, в который раз прыскает со смеху и захлопывает дверку машины, оставляя окно открытым полностью. — Я немного недопонял, они её втроём трахают? — задаёт вполне логичный вопрос в данной ситуации, а Чимин лишь пожимает плечами, улыбаясь хитренько, и садится в свою феррари, срываясь с места первым.       На дороге снова полно машин и все бы ничего, обычно Тэхён терпеливей к этому, но жара просто убивает. Солнце он любит намного больше, чем зиму, когда с постели вообще вылезать не хочется, уже не говоря о том, чтобы идти учиться или праздновать какие-то особые дни. А ещё совсем не важно, что в декабре у Кима день рождение, потому что ненавидит он этот день всей душой. Лучше провести его в баре за столом, где полным полно выпивки и с Чимином под боком, нежели устраивать целый пир, как это было полгода назад и улыбаться всем, кто приходит к тебе на день рождение, только чтобы устроить свой личный бизнес или подцепить какую-то богатую одинокую омегу, коих было много — подружки у его папы весьма странные.       Ресторан расположен в довольно популярном месте, поэтому здесь всегда много людей, но столик, за которым чаще всего сидят друзья, слегка отделён от остального зала, что позволяет им чувствовать себя уверенней и говорить громче, не обращая внимание на остальных посетителей. Ещё здесь большая парковка, опять же, потому что обычно негде ставить машину.       Тэхён первым выходит из машины и даже не удосуживается подождать копошившегося в салоне своей феррари друга, а направляется прямо в ресторан. Чимин вздыхает тяжело, но старается быстро нагнать его, чтобы потом не успокаивать из-за ошибки, которую совершил в порыве гнева Тэ на своего же брата. Чимин понимает, что Тэхёну сложно смотреть на то, как Миндже открывается Джину, а не ему, как обнимает Джина, а не его, и как доверяется Джину, а не Тэ. Возможно, Ким слишком эмоциональный, пылкий, даже можно сказать взрывоопасный, потому что в один момент он улыбается и веселится, но стоит кому-то не так посмотреть на него, или не дай Бог, на его близких, как в омеге просыпается киборг-убийца. Чимин в который раз удостоверяется в том, что этого пылкого омегу утихомирить сможет только не менее дикий альфа, но для начала нужно влюбиться окончательно и потерять голову из-за Тэхёна. Розововолосый улыбается на свои же мысли и быстро срывается с места.       Парень забегает в ресторан, направляясь в то место, где обычно проводят своё время остальные и выдыхает. Миндже уже сидит один, спокойно поедая лазанью и листая что-то в телефоне. Тэхён подходит к нему, на ходу переводя дыхание и успокаиваясь. Почему он заводится так сильно, что сам себя едва на цепи привязать может? Что вообще с ним происходит? — МинМин, ты почему здесь один? Джин ведь был с тобой, ты сам мне писал, — Ким подсаживается к брату, который откладывает от себя телефон и вилку, обнимая старшего. Чимин аккуратно присаживается напротив, наблюдая за идиллией Кимов перед собой и одной рукой подзывает официанта, — Ты чего? — Тэ, если честно, немного в шоке, но покорно обнимает младшего за плечи, прислоняя к себе ближе и слегка покачивая. — Я просто немного устал. Прости, не хотел заставлять тебя возиться со мной. Я встретил Чонсона, мне стало плохо и я ушёл оттуда. Ближе всего был ресторан, так что я позвонил Джину, попросил выйти ко мне. Он посидел только пятнадцать минут, также позлился, как и ты утром, но потом ушёл, потому что много заказов, но наказал мне хорошо поесть, — тихим и севшим голосом проговаривает омежка, ближе прижимаясь к брату и вдыхая его расслабляющий запах высокосортной вишни, смешанный с нотками ментола и едва ощутимой какой-то ели. Понятно, что пахнет от него альфой, но сейчас это совсем не отталкивает, наоборот, даже дополняет гармонию ароматов. — Малыш, не смей впадать в депрессию. Ты ведь понимаешь, что ни один альфа на свете не достоин твоих слёз, — Чимин поддерживающе улыбается, взглянувшему на него своими красивыми глазками парню и вытягивает ладонь, дабы сжать в своей. Миндже приподнимает уголки губ в полуулыбке и вытягивает свою руку, переплетая пальцы. — Давай ешь быстрее, пока не остыло, Джин прав, тебе нужно хорошо питаться, — Тэхён начинает ворчать и настроение Миндже, прямо как по щелчку меняется на хорошее. Вот в чём он похож на брата: предпочитает свою боль скрыть за улыбкой, если советы, которые ему дают не совсем понятны омеге. Хотя в этом Тэ немного отличается: он своими проблемами вообще не делится, потому что сваливать собственную ношу на кого-то не намерен — должен сам с этим справиться. Для Тэхёна нет безвыходных ситуаций, по крайней мере до сих пор не было и он знает наверняка, что всегда сможет найти выход без нытья и прочих соплей. Пока что парень настроен только на то, чтобы лелеять во всем своего младшего брата и защищать жизнь этого цветка больше чем свою.       Чимин видит, как напряжён сейчас его друг, как осматривает брата и пытается понять по его лицу, насколько тот расстроен, но Миндже упёрто скрывает свою боль от разрыва за весёлой улыбкой. Омега настолько аппетитно поедает свою лапшу, что старший решает заказать и им с Тэ еды, дабы хоть немного разрядить обстановку. К нему как раз подходит официант, которого розововолосый звал ещё намного раньше. — Здравствуйте, что будете заказывать? — омежка мило улыбается сидящим, держа в руках блокнотик с ручкой и готовый в любую секунду начать записывать прихоти всегда ошивающихся здесь богатых детишек. Он не сильно разбирается в них, но знает наверняка, что кто-то из них троих является почти полноценным владельцем ресторана, так что нужно угодить каждому. — Ещё две лапши, — отвечает Чим, смотря на меню в разделе алкоголь, хоть особой логики в этом нет, так как каждый здесь нарисованный алкогольный коктейль омега пробовал и не раз, — Иии… вот это, — тыкает изящным пальчиком на рисунок, где изображена жёлтая смесь в бокале с трубочкой. Официант кивает и записывает, а Тэ закатывает глаза, видя по почерку омеги то, что видит каждый раз: пина колада. — Чимин, ты за рулём. И вообще, кто-то сегодня не должен был пить больше, — Ким снова бурчит, а Миндже на это улыбается, переводя свой взор с одного на второго, а затем и вовсе на бедного официанта, который ничего не понимает, но не смеет сдвинуться с места. — Чимин, ты за рулём, — тихо передразнивает Чон, коверкая голос друга и улыбается Миндже, чтобы хоть немного его приободрить. — Кофе, пожалуйста, — спокойно обращается Тэхён к официанту, смотря прямо в глаза своего полоумного друга. Тому, в прочем все равно, ведь Чимин во всю раскладывается на диване, собираясь расслабиться по полной, — И позовите шеф-повара сюда.       Омега почтительно кивает, слегка наклоняясь и быстренько ретируется. За ним слышится только тихий хлопок двери на кухню. Не успевает Тэ что-то сказать, как из этой же двери появляется Джин. Парень, на вид слегка старше самого Кима, одет в белый китель и такие же чистые штаны, учитывая, что работает там, где испачкаться проще простого.       Омега своими элегантными движениями бёдер и рук, привлекает немало внимания посетителей, а улыбка так и заставляет повторить за ним. Этот парень даже бегает также привлекательно, что уж говорить: идеальный человек — идеален во всем. Это точно про Ким Сокджина, Тэхён понял ещё когда они только встретились.       Отец только-только закончил строительство этого заведения и набирал персонал лично сам, потому что больше некому было заняться такими делами. Тэхён, как будущий наследник попросился стать директором именно этого ресторана, так как здесь много студентов, Миндже недалеко, да и интерьер покруче других. Отец долго думал, но все же позволил и передал дело полностью старшему сыну. Ким думал, на самом деле, что будет сложнее, но справлялся парень на отлично, поэтому через две недели уже состоялось открытие. Родители гордились им, а главное, Миндже не скрывал яркой улыбки. Именно он первым приметил высокого, широкоплечего блондина и подговорил Чимина познакомиться с ним так как сам уже тогда был невероятным стешняшкой. — Привет, где вас носило? — парень подходит к столику, обнимает сначала Тэхёна, а затем садится рядом с Чимином и душит в своих объятиях. Рядом тут же начал распространяться приятный запах ромашки вперемешку с ароматами кухни. — Тебе по дням перечислить, или по минутам? — с усмешкой спрашивает развалившийся уже на Джине розововолосый. — А ты вспомнишь? — Ким снова улыбается и треплет розовые вихри друга, также вдыхая насыщенный персиковый запах, смешанный с разнообразными ароматами одеколонов и феромонов альф. По ярким засосам, выглядывающим из-под майки становится ясным, что аромат альф, здесь, скорее всего, не один. — Конечно нет, но он думает, что если выпьет свою бурду любимую, тут же просияет, — Тэхён хмыкает немного злостно и отворачивается на подходящего к ним омегу-официанта. Тот осторожно раскладывает тарелки, подаёт любимый напиток Чимина, к которому парень уже сам руки тянет, как маленький ребёнок, когда тому дают шоколадку. Тэ снова ухмыляется с этого вида, но лишь берёт в руки вилку, начиная есть. Кушать они хотели нереально, потому что желудок до этого момента был пустой. — И что было на этих выходных? Вам понравилось? — не особо показывая заинтересованность на своём лице, спрашивает Джин, только ради того, чтобы поддержать беседу. Ему в принципе все равно, что его друзья так себя ведут, это их жизни, которая рано или поздно надоест, но единственное, что по-настоящему волнует омегу — чтобы они не залетели и окончательно не потерялись в пучине больших денег, азартных игр и криминальностей. И если по Тэхёну видно, что ему начинает надоедать такая жизнь, то вот за Чимина стоит начать переживать, потому что он только входит в кураж. — Да не особо, скучно и только. Я думаю, что на следующие выходные будет круче, — хихикает Чон и также принимается кушать лапшу, после того, как выпил полстакана пина колады. — Ты пойдёшь сам? Потому что я в конкретном минусе, Чим-и.       Тэхён решил, что на эти выходные наконец-то останется дома, проведёт время с семьёй, за учёбой и, если станет уж слишком скучно и тошно, поедет кататься по ночному Сеулу. Все же лучше, чем то, что бы его натягивал на свой член кто-то смазливый на лице, но гнилой в душе.       Лицо Чимина, в это время вытягивается и парень едва не уронил вилку, когда услышал эти слова. Он, понятное дело, больше играет просто для друзей, ради того же Миндже, который снова сидит тихо и молчит, но прекрасно видит усталость на лице лучшего друга. Тэхён устал не от учёбы или из-за вчерашнего, а от своей жизни. Возможно, Чимин не до конца его понимает, ведь сам Ким не хочет раскрываться, но первый перестанет давить, как делал это раньше, а просто начнёт больше прислушиваться. — Ты после таких слов хочешь сказать, что мы все ещё друзья? — обиженный тон друга заставляет первым прыснуть Джина, за ним и Миндже. Омеги смеются, Тэхён, в прочем, тоже не молчит, но… у него на сердце совсем другое.       Ребят отвлекает тупая мелодия, которая звучит из телефона Чимина и безумно бесит всех, кроме Миндже и самого Чима, потому что это их любимая песенка. Тэхён раздражённо цокает, а Джин закатывает глаза, когда их розововолосый друг важно поднимает телефон экраном вверх и тут же принимает, не менее важно проговаривая: — Алло?       Омеги не могут услышать, что говорит Чону человек на той линии, но отчётливо слышат громкий визг и обещание сейчас же приплыть домой. Кажись, этот визг слышит весь ресторан, ведь посетители странно косятся на их столик и особенно на быстро засуетившегося паренька. — Ребятушки, я еду домой, простите, но все планы отменяются: приехал мой любимый братик, так что ничего не спрашивайте, — все ещё улыбаясь, Чимин целует каждого в щеку, говорит Джину долго не работать, Миндже не грустить и просит Тэхёна позвонить ему вечером, чтобы поговорить. Те кивают, улыбаясь, ведь не раз слышали, как важны их другу его старшие братья, так что ничего не имеют против.       А Чимин с улыбкой до ушей выбегает из ресторана, будто порхая, как бабочка и садится в свою четыреста восемьдесят восьмую, вжимая педаль почти в пол. …       Макларен и Лукан громко тормозят напротив какого-то бара, где обычно зависают заядлые алкаши, ну или мелкие, почти совершеннолетние пацаны. Здесь не должно быть никаких журналистов, фотографов и прочих левых людей, которые отлично справляются со своей работой, портить жизни богатых людей. Чоны не выносят их, но приходится мириться, деваться-то некуда.       Альфы заходят внутрь, медленно рассматривают обстановку и не сговариваясь, направляются прямо к барной стойке. Напиваться сильно они не могут, ведь ещё нужно доехать к родительскому дому на своих колёсах, а не в такси, но все же обсудить жизнь за бутылочкой виски не будет лишним. — Виски, пожалуйста, — лениво говорит Хосок, когда к ним подходит альфа-бармен и спрашивает что им, — Я так и не понял, почему Намджун не вернулся с тобой? — Он хочет закончить строительство, которое я кинул на него. У меня не было времени на это, Юнги предложил расширить сеть борделей в Токио. Понимаешь ли, мне приносит больше удовольствие именно это, потому что приносит больше выгоды. У меня появились хорошие знакомства в Сеуле, пока сам я был в Японии, из отельного бизнеса мне попался только надоедливый мистер Сон. Знаешь ведь, ему ничем не угодить, — Чонгук хмыкает и первым делает жадный глоток, облизывая губы от приятного вкуса. Ему предоставили огромный ящик различного элитного виски, но обычный виски, который он распивает с братом никогда не сравнится с чем-то другим. — То есть, ты хочешь полностью бросить отели на меня? Для меня это слишком, Гук, — Хосок хмурится и опрокидывает в себя весь стакан алкоголя, вытирая губы рукавом. Ему нужно было расслабиться, особенно после такой напряжённой встречи с абсолютно чужим омегой, что никак не может покинуть его разум. — Я ведь всегда помогу тебе, тем более ты всем управлять не будешь. Половина перейдёт Чимину, затем его альфе. Думаю, вы с отцом будете не против отдать японскую часть Намджуну, он отлично справляется сам, а ты уже начнёшь расширяться здесь или начать в Китае. В конце концов, он всегда готов отдать проценты или сделать кого-то совладельцем отелей. Он хорошо там устроился, здесь ничего для него в приоритете нет, — Чонгук кивает, чтобы заказ повторили им обоим, затем переводит взгляд на задумавшегося старшего. — Я-то как раз не против, да и отец будет за, Намджун для него как ещё один сын, но мы привыкли держать его при себе, Джун такой умный, что может расширить свои отели быстрее чем мы, — альфа хмыкает, вспоминая в голове не один случай, когда их друг выручал отца в самых сложных ситуациях, когда даже адвокат не мог справиться с этим. Этот человек на самом деле сможет далеко пойти и что-то подсказывает Чонам, что это только начало пути Намджуна. — Согласен. Тогда… ты не против, если я отойду от дел? — ещё раз уточняет Чонгук, громко чокаясь с братом, когда бармен наполнил их стаканы, и улыбаясь с вызовом в глазах. — Как скажешь, Гук, я всегда только за твои идеи, но что скажет твой будущий муж, когда узнает про твой бизнес? — Чон хмыкает и смотрит так, будто смог наконец-то опустить своего врага на самое дно. Хоть они вовсе и не враги, а родные братья, но жажда соперничества у них всегда была и будет. — Какой муж и какая разница? Думаю, что отец быстро найдёт какую-то омежку, чтобы закрепить союз между двумя семьями и я буду очень рад. Никто не посмеет сказать что-то против меня, иначе не сможет жить под моей крышей. Я уверен на сто процентов, что настоящая любовь не для меня и я больше, чем рад этому. Сейчас понимаю, что главное это успех и деньги, кому нужна эта паршивка-любовь? — Чонгук ухмыляется и они с Хосоком снова опрокидывают виски полностью, собираясь на этом остановиться. Пусть лучше выпьют дома с отцом, чем чтобы папа начал их ругать за такое состояние.       Альфе никогда не разбивали сердце и он никогда в жизни не влюблялся по-настоящему, вот только посмел решить, что настоящей любви не существует, а если и есть, то не для него точно. Его призвание это зарабатывать деньги, опекать младшего братишку и думать только о формах той или иной омеги сегодня, а через несколько дней — какой красивый блондин стонал под ним. Стабильность — это не про Чонгука. Драйв, алкоголь, омеги — вот его стихия. И если так уж и быть, отец решит женить его на какой-то омеге, тому придётся не сладко, ведь всё, что сможет дать ему Чон — это деньги и ноль внимания. — Наверное, ты прав, но я уже не верю даже себе. Этот омега так запудрил мне мозги, что… я просто в растерянности. Понимаю, для тебя это дико слышать и ты скорее всего не хочешь меня выслушивать, но к кому я пойду если не к тебе, брат, — Хосок поднимает свой взгляд на младшего и улыбается, в душе желая увидеть хотя бы ту же улыбку. — Хос, не хочу, чтобы поводом наших разговоров были омеги, но я всегда выслушаю тебя, это ведь мой долг, — Чонгук улыбается также, ставя руку на плечо и слегка сжимая, чтобы показать свою поддержку. Чонгук, как и Чимин, если говорить открыто, бездушные. Они пытаются высказать своё сожаление, поддержать или хотя бы улыбаться человеку, которому больно, чтобы утешить, но всегда ли это работает? Как говорят, человека меняет другой человек, хотя пока что они с этим «нужным» для каждого по-своему человеком не столкнулись. — Больше не хочу влюбляться, брат. Это так больно и неприятно осознавать, что человек, на которого уходило больше, чем просто свободное время просто обманывает тебя… Я надеюсь, ты никогда не ощутишь того же и Чимин тоже. Возможно, сейчас я становлюсь очень вредным старшим братом, но такая моя опека, потому что больше всего в жизни я дорожу вами, — блондин вздыхает расстроенно и подкладывает кулак под голову, опираясь локтем на барную стойку. Вторая рука нервно скользит по джинсам и слегка потеет. Он не знает, как Чонгук отреагирует на такие слова, но очень надеется хотя бы не получить в лицо. Впрочем, именно это могло бы помочь прийти в себя. — Брат, я люблю не меньше и мне больно смотреть на тебя такого. Я только приехал, хотел потусить, побухать, посидеть в клубах, а ты… Тот, кто всегда был моим наставником и лучшим другом сейчас угасает на глазах. Из-за кого? Твоего бывшего Чонхо?       Имя омеги больно бьёт по голове, будто Хосока по-настоящему сейчас огрели чем-то тяжёлым. Он не произносил этого проклятого имени с того самого времени, как они разошлись. Это считалось чем-то запрещённым, что и вспоминать нельзя. Он даже в мыслях его не произносил, не то чтобы в голос. Но вот только своими снами он не управлял, да и мыслями не особо, поэтому Чонхо был повсюду, все время и всегда. У Чона будто шизофрения развивалась на подсознательном уровне. Он думал, что такой больной любви не было ни у кого, только сам он попал в такие паутины, а выбраться никак не может.       Хосок считал, что никакой психолог не поможет в таких ситуациях. Да и вообще, кто это придумал, чтобы посторонний тебе человек слушал твои проблемы за приличные деньги и решил, что имеет право толковать тебе, что делать дальше и как жить. Это точно не так. Пусть лучше альфа сам в себе покопается недельку-вторую и все пройдёт. Обычно срабатывало, даже быстрее, но не в этот раз. Прошло несколько месяцев с того происшествия, Хосок даже не считал, но боль так и тянет руку к стакану с алкоголем лишний раз, а ничего не выражающие глаза то и делают, что высматривают в толпе людей такую родную макушку или хотя бы кого-то похожего. — Забудь, я больше не хочу об этом говорить, — блондин поворачивается к залу лицом, двумя локтями опираясь на столешницу позади спины. Здесь не слишком много людей, что радует несомненно. Сейчас только пять часов вечера, люди ещё не закончили с работой и учёбой, чтобы сидеть здесь, да и понедельник день совсем не для посиделок в баре с бокалом пива или чего покрепче, — Чего там думаешь делать? — Рванём к Юнги? Хочу сделать ему сюрприз, — Чонгук хмыкает и его глаза блестят в надежде вот-вот подловить своего друга за какой-то херней, ничегонеделанием ну или хотя бы над каким-то омежкой. — Ты ведь помнишь, что он не любит сюрпризы? — наперёд зная ответ, интересуется Хосок, ухмыляясь, когда брат подмигивает и первым покидает своё место, направляясь на выход. Чон закатывает глаза, улыбаясь и кричит вдогонку, совсем не заботясь о том, что его очень громко слышно, — Так уж и быть, я заплачу за тебя.       Альфа вытягивает из бумажника немного налички с приличными чаевыми и отказывается от сдачи, когда паренёк суетливо начинает искать деньги. Блондин улыбается, выходя из бара и видит на месте чонгукового лукана, только облако дыма и скрывающегося за поворотом тёмного монстра.       Так уж и быть, он не против погонять. Когда-то, они часто устраивали заезды для себя, чтобы развлечься, почувствовать драйв, но и неизменно удивить текущих по ним бедных омежек, которые при виде двух суперкаров, знакомых почти что на весь Сеул, уже были готовы трахаться на капоте того самого макларена или лукана. Хосок это перерос, но вот Чонгук, кажется, нет.       Да и по Юнги он уже заскучал, честно говоря. Этот противный дед умеет поддержать, когда ему хочется, правда, Хосок ныл ему только один раз и то по пьяни уже давно. Альфа практически одного возраста с ним, поэтому интересов много, но отличается Мин тем, что дохрена серьёзный и малоразговорчив. Никогда не ругается, потому что лень, ни с кем не спит, потому что незачем, живёт только для себя, потому что больше не для кого. Родители его умерли своей смертью — пили слишком много, возможно именно это и стало приводом такой закрытости в себе и незаинтересованности ни в одной омеге. Юнги знает, что родители любили друг друга, но когда они умерли, узнал и ещё одну правду, которую от него скрыли. Мама была сильно больна, а алкоголь притуплял адскую боль, денег для лечения не было, а соджу не такое уж и дорогое. Отец начал пить вместе с ней, чтобы той было легче, но в итоге оба погубили себя. Именно поэтому Юнги не хочет влюбляться, ведь знает, что будет предан до последнего, а повторять ошибки Хосока не хочется. И совсем не важно то, как он смотрит на Чимина во время очередного подката мелкого к нему и как потом долго справляется в ванной от последствий омежьего запаха, да и поразительной смелости вообще.       Бордель размещён как-никак очень выгодно. Он не в самом центре Сеула, чтобы когда посетители захотели открыть окно или выйти на балкон, здесь была тишина и только отголосок того, что ты ещё не в раю, а всего лишь на окраине суматохи. Когда Чонгук брался за проектирование своего бизнеса, да и вообще, за покупку участка в первую очередь, он хотел, чтобы территория была огромной, дабы построить здесь не только подобие «отель для снятия стресса», но и чтобы людям, которые собираются там жить и работать, было удобно и комфортно. Именно поэтому, здесь ты ощущаешь себя как в лесу, потому что очень много деревьев и два больших корпуса делают атмосферу какого-то санатория.       Кстати, стоит сказать, что для особенно важных посетителей, да и в принципе для тех, у кого побольше кошелёк, здесь есть и альфы, которые умеют довести до оргазма одним только взглядом. Дамочки здесь редкие посетительницы, хотя и есть парочку, но вот, кто бы мог подумать, есть бизнесмены, которые предпочитают изменять своим жёнам и мужьям с альфами, то есть, подобным себе. Хотя по тому, как эти бизнесмены постанывают под ними, сложно их назвать настоящими мужчинами. — Ты с самого начала был обречён на провал, — улыбается ярко Чонгук, как только брат въезжает в ворота борделя. Сам он стоит около машины, оперевшись на дверцу и припуская с глаз солнцезащитные очки. У Хосока окно открытое, поэтому на такие слова в свою сторону, мужчина лишь закатывает глаза и хмыкает, выбираясь из салона. Атмосфера и вправду крутая, Чонгук старался над этим проектом очень долго и в итоге получилось шикарно. Так и хочется сейчас вынуть из кармана, те дурацкие сигареты Чимина, которые альфа все ещё не поменял на что-то своё и прикурить. — Идём уже, — грозно говорит старший брат, а Чон лыбится и насмешливым тоном повторяет за ним. Они вместе направляются в сторону дверей, где их встречает дворецкий и кланяется, радуясь наконец-то увидеть истинного хозяина сего заведения.       Внутри вид не хуже чем снаружи. Это своего рода дом, будто остался здесь после богатой семьи из двадцатого века. Много колон, светлые тона, роскошная лестница, которая ведёт наверх, сразу напротив входной двери. Ведёт туда, где распутство, пошлость и одноразовость чувств, где паршивые слова вылетают из уст партнёров и наигранность в каждом стоне опытной шлюхи. Кого-то такое вдохновляет, но Хосока, если честно тошнит от долгого нахождения здесь. Он искренне не понимает себя прошлого, кто проводил в таких местах каждую неделю, а то и чаще. Это противно и низко, но люди сами решают как им жить, в какой-то момент и он забылся в себе и пал в руки демона, дабы испытать этот грешный мир на полную.       Справа есть большая арка, которая ведёт в большой зал, совсем неуместный в таком роскошном доме, где повсюду будто сама королева Англии проходила, настолько вычурно и элегантно здесь. Этот зал каждый вечер видит горящие глаза толстосумов, которые пихают свои грязные денежки в трусы омег, танцующих на пилоне или на самом посетителе. Пол и стены выложены чёрной плиткой, а освещает все это пространство множество софитов разных цветов, которые делают это место ещё более раскрепощённым и непонятным. Но напротив этого зала, слева от входа есть уборные и большой кабинет Мин Юнги, в котором тот, скорее всего даже ночует. Альфа вполне мог бы выбрать себе комнату наверху, где придаются плотским утехам, но именно потому что там все время стоны и шум, мужчина туда не ногой. Да и в корпус рабочих он тоже не суётся, потому что ему там не нравится, слишком долго туда идти (ну да, полторы минуты это очень долго для Юнги), да и там тоже не всегда спокойно, потому что мелкие проказники-омежки, которые ещё девственники и работают за один отсос, не умеют сидеть тихо и все время мешают спать омегам постарше.       В общем, здесь царит эдакая «своя» атмосфера, где каждый знает друг друга, никуда практически не выбирается отсюда, потому что обеспечены жильём, едой и одеждой, собственно идти им больше некуда, так-как не от лучшей жизни сами сюда пришли. У кого есть хоть какие-то друзья, иногда берут отпуск на несколько дней и проводят их с ними, ну или просто валяются у себя на кровати, предпочитая залечивать раны после особо сложных клиентов. Только те самые, мелкие омежки ещё учатся, хоть и заочно, но присутствовать иногда в колледже нужно. Хотя бы у них есть ещё шанс на лучшую жизнь. Альфы, что иногда принимают участие в ночных кошмарах, на самом деле парни хорошие, да и помогают омегам провести их течки спокойно, ведь когда течного омегу берёт какой-то папик, обычно на бедняжке живого места не остаётся. В общем, все здесь счастливы (насколько это возможно в борделе-то) под чутким и строгим присмотром Мин Юнги. — И что я вижу? — открывая дверь в кабинет друга, громко говорит Чонгук, — Правильно, ничего нового, — уже тише добавляет и тут же весь его запал пропадает с глаз. Хосок хихикает и проходя вглубь комнаты, удобно располагает своё тело на диване, перед тем отбивает кулак другу. — Я тебя расстроил? — Юнги откладывает бумаги, которые держал до этого в руках, хмыкает на слова брюнета и поднимается с места, чтобы поприветствовать своего хозяина и по совместительству друга, как следует. — Не то чтобы я удивлён, но хотя бы раз в жизни я хотел увидеть тебя не за работой, а… допустим с омегой? — альфа снова противно хихикает и тут же получает ощутимый кулак в живот. Он наигранно стонет, скрючивается в три погибели и резко выпрямляется, отдавая должную сдачу. Юнги практически быстро среагировал и получил меньше, чем должен был, поэтому громко хмыкает и наконец-то крепко обнимает этого паршивца. — Мог и предупредить. Я бы прислал для тебя побольше омежек, — ну вот и неизменный Мин, всегда думает только о том, чтобы с Чонгуком в постели все время находились омеги и желательно не один. Хосок на это громко фыркает и поднимается, чтобы взять из стола Юнги нормальные сигареты. Курить хочется так, что глотку разрывает, а руки так и дёргаются нервно. Пора бросать? Наверное, но не сейчас. — Да ладно, об этом позже. Ты как тут? Прости, что редко выходил на связь, я замотался сильно, — Чон начинает разговор с другом, пока старший брат уже практически в истерике ищет нужную так сейчас пачку. Юнги курит те же, что и сам Хосок, а у Чонгука сигареты ещё с Японии, чет не зашли ему. — Хос, в нижнем целая упаковка, подарю одну, — насмешливо выдаёт Юнги, прекрасно понимая, что искал друг. Альфа ничего не отвечает, лишь блаженно стонет, когда натыкается взглядом на целую запечатанную пачку его спасательного. Он подходит к окну, открывает на полную и садится на низкий подоконник. Пачка будто специально не поддаётся, чтобы её развернули, но Хосок напорист как никогда, поэтому после хорошенькой встряски, смешков двух альф и отборных матов, ему получается открыть несчастную пачку сигарет, вынуть одну штуку и прикурить себе, блаженно выдыхая дым в открытое перед ним окно.       Разговор друзей длится не так долго, как мог себе представить Чонгук после долгой разлуки с двумя родными ему людьми. Отец звонит после пятнадцати минут разговора с Юнги, за которые ребята успели обсудить только дела борделя, довольных клиентов и снова поржать над Хосоком, потому что альфа выронил уже вторую сигарету во двор, затем за ней и спрыгнул, благо хоть этаж первый, да и высота до метра не доходит. Чоны слегка напрягаются, когда слышат нервный голос отца, ведь обычно он всегда веселый и радостный. Чонгук допускает мысль, что ему просто прилетит от папы, который уже заждался своего сынка и никак не может увидеть его. Тем более разозлится, если узнает, что они с Хосоком успели посидеть в баре и заехать в бордель, а к нему Чонгук так и не попал.       В общем, приходится прощаться с Юнги и сказать, что приедут они ещё раз уже завтра, чтобы решить все вопросы, да и напиться нормально, а то им даже не дали коньяка открыть.       Дом встречает Чонгука с распростёртыми руками, в прямом и переносном смысле, потому что папа и ещё несколько прислуг стоят около ворот и улыбаются, остановившимся машинам. Как всегда, Чон Соён, та ещё непредсказуемая омега. И как только отец добивался его? Ответ прост: сложно, долго и мучительно. Чимин обожает слушать их историю и особенно засыпать под неё, а альф уже честное слово тошнит. Папа разве что ещё и первый секс не рассказал, и то не факт, потому что, похоже, Чимин уже обо всем знает. Впрочем, обе омеги очень сильно похожи и отец всегда говорит, что альфе, его драгоценного младшего сыночка, придется очень сложно, ведь с этим буйным характером мало кто справится. Знал бы он, как сложно Юнги справляться с сумасшедшим омегой, который бывает либо слишком игривым, отчего альфа потом в ванной полчаса проводит, либо слишком милым, отчего хочется повалить его на свой же стол. Братья прекрасно осведомлены насчёт своего братца, который только притворяется распутным, а на деле до беспамятства влюблён в их друга. Слава богам, что этого не знают родители, они возможно ничего и не сделают, не запретят общаться или что ещё, но слишком ответственно подойдут к этому вопросу. — Пааап, ну ты бы ещё оркестр заказал, чтобы меня встретить, — Чонгук закатывает глаза, когда выходит из машины, но затыкается сразу же, стоило только Соёну кинуться на шею своего сына. Папе уже почти пятьдесят, но он все ещё хрупкий, маленький, но безумно красивый. Братья всегда восхищаются его красотой и обещают, что их омеги будут менее красивы, дабы не затмить его. — Ну да, стоило приехать Чонгуку, как Хосок пошёл нахер, — старший брат, опять отставший от лукана, только появился и застал обнимающихся. Он выходит из машины, ставит на сигнализацию и подходит к ним. — Ты сам виноват, я дома каждый день, но, почему-то, ты находил для меня время только максимум три раза в неделю. Для меня это мало Хосок-и, но если бы я знал, что ты проводишь время со своим омегой, мне было бы легче, — совсем не напирая говорит Соён и готовый уже разозлиться альфа, только хмурится и попадает в родные объятия. Папа всегда поймёт и поможет, даже не зная всей истории. Родители знают, что Хосок разошёлся не лучшим образом с Чонхо, но об измене ничего не знают, только Чонгук, Чимин, Юнги и Намджун. Хотя зная младшего брата, он все мог рассказать папе. — Прости, я все время нахожу отговорки, чтобы не приезжать к тебе, но теперь я буду чаще у тебя, — Хосок отстраняется и смотрит с любовью на родителя, который поглаживает его по щеке, тем самым успокаивая. — Хорошо малыш, люблю тебя, — омега оставляет напоследок поцелуй в щеку и просит быстрее пройти в дом, потому что отец уже заждался. — Позвони Чиму, обрадуй мальца, — самодовольно заявляет Чонгук и первым протискивается в дом, заставляя старшего брат остаться на дворе и позвонить по его приказу Чимину. Чон прикрывает глаза и пытается посчитать до десяти, чтобы злость спала с его лица и оно осталось умиротворённым. Так и хочется вытащить из кармана ту пачку сигарет, что забрал у Юнги и снова дать себе волю расслабиться в нужном сейчас дыму, но альфа вертит головой, чтобы снять наваждение и принимается набирать Чимина.       Понятное дело, что долго ждать омегу не пришлось, он сорвался с места как только услышал о приезде своего старшего братца, хотя Хосок бы назвал его наставником, учителем и тот, с кого мелкий засранец берёт не только пример, но и характер. Феррари делает поворот почти на сто восемьдесят, когда тормозит, едва не сталкиваясь с маклареном Хосока, но останавливается и не успевает врезаться, потому что, что не говори, но Чон рад, что его брат умеет ловко водить машину. Не приходится волноваться по этому поводу. — Где он? — розововолосый с бешеной скоростью вылетает из машины, уже без кепки на голове и без очков. Как только приближается, Хосок отчётливо слышит запах чужого альфы, сигарет и неуместных духов, которые нихрена не перекрывают истинные ароматы парня. Так и хочется сейчас треснуть его за такой образ перед папой и отцом, ведь они любят, когда их сыновья опрятны, причёсаны и пахнут только своими ароматами, без сигарет. Отец убьёт Чимина, если узнает, что его рта касалась белая трубочка. — Ты невыносим, знаешь это? — Хосок поражённо вздыхает и закатывает глаза, когда омега игнорирует брата и бежит внутрь. Боже, как же хочется кого-то треснуть сейчас, альфа ведь за него волнуется, а Чимину это волнение в одно место.       Чон начинает думать, что является лишним в этой семье, каким-то отбросом, особенно когда на горизонте появляется Чонгук. Так было не всегда, только сейчас, потому что папа дал понять, Хосок ему надоел своим нытьём, отец видит в нём только директора компании, а не любимого старшего сына, а Чимин вообще не скрывает того, что его любимым братиком является Чонгук. Возможно, альфа себя накручивает, ведь до расставания с Чонхо у него даже мысли подобной не было, но может быть такое, что потеряв одного человека, Хосок начал видеть настоящую правду…       Когда он заходит внутрь, вся его семья уже расположилась на диванах в гостиной, Чимин вешается на шею Гуку, а родители улыбаются этому. В сердце начинает неприятно покалывать, с каждым разом все сильнее. В голову будто иголки впиваются, хочется осесть куда-то, снять наваждение, забить на это, но он лишь нацепляет улыбку и идёт к ним. Он знает, что их ожидает разговор и очень серьёзный, хоть сейчас он и не готов ничего принимать всерьёз. — Ребята, я не хочу долго тянуть и собрал вас всех здесь, чтобы прояснить этот вопрос здесь и сейчас, — вдруг начинает отец, обрывая все смешки и шум. Остальные тихнут и Хосок наконец-то стирает с лица ту наигранную улыбку, — Хосок, сын мой, моя надежда, я скажу то, что тебе не понравится, но моё решение не подлежит изменениям… у тебя помолвка с Ким Миндже через две недели…