Железное сердце

      Тобирама Сенджу, Мито Удзумаки, Саюми Мифуне и ее пес-ниндзя Широ стояли напротив своих злобно скалившихся врагов, которые, видимо, решили сломить их боевой настрой своими размышлениями вслух, что они, братья Кингин, в самое ближайшее время с ними всеми сделают.       — Тобирама Сенджу… Ты же не думал, что, вмешавшись так бесцеремонно в наши личностные взаимоотношения со Вторым Райкаге — просто так легко отделаешься одним единственным ранением?! — риторически вопрошал Кинкаку, показательно повертев Мечом Семи Звезд, которым ему пришлось перерубить Большой Навесной Мост только что. Он был прекрасно осведомлен в том, что Второй Хокаге чудом остался жив после той их стычки, и, соответственно, сейчас никто бы не смог помочь ему от них отбиться. В противовес всей мощи их божественных артефактов, Кинкаку был уверен в полном разгроме этого Сенджу, пусть и начало их плана оказалось испорчено… Девушек, что стояли возле него, он всерьез не воспринимал, и считал обузой в данной ситуации для Второго Хокаге, нежели подмогой, поэтому кроме уверенности в скорой победе решительно ничего не ощущал. — Надеюсь, ты еще не забыл силу этого меча, Тобирама Сенджу? Ха-ха…       — Раз уж ты вынул Меч, брат, думаю, самое время достать остальные «Рикудо Сеннин, но Хогу», — заявил о своих намерениях Гинкаку, и рука его потянулась к распахнувшейся пасти своего брата, откуда один за другим удалось распечатать и все остальное оружие.       Тобирама и Мито напряженно молчали, стараясь придумать хоть какую-то стратегию против этих шиноби, а так же оружия, предназначения которого они толком не знали. Тобирама видел лишь Меч Семи Звезд и Банановый Веер в арсенале этих двоих в своей предыдущей стычке с ними, и понимал, что даже эти два артефакта не показали свою истинную силу тогда, ибо против братьев Кингин ополчилось сразу столько сильнейших шиноби! И Тобирама был первым из их числа… А сейчас он видел вдогонку к Мечу и Вееру еще два оружия, которые выглядели столь необычно, что было трудно сказать сходу об их предназначении… Однако, не успели Тобирама и Мито в полной мере озадачиться этим вопросом, как Саюми вдруг принялась указывать на каждое своей рукой и рассказывать о них!       — Тобирама-сан! Мито-сан! Слушайте внимательно. Веревка Ясности, что на руке «золотого брата» — связывает цель и вынимает душу! Ее нельзя касаться, ибо этого достаточно, чтобы Меч Семи Звезд (что в его же руке) отсек душу! — быстро говорила Саюми, узнав каждый из предметов, ибо это было легко. А так как она уже наизусть выучила предназначение каждого — оставалось лишь очень быстро поделиться обо всем известном ей с Мито и супругом! — При этом на Мече появляются слова, которые чаще всего в жизни используют владельцы души, и их ни в коем случае нельзя произносить, иначе Кровавая Тыква — большая бутыль в руке «серебряного брата» — скопирует душу и запечатает цель! Если человек слишком долго будет молчать, его также засосет… — Она продолжала тараторить, пока братья рассеянно взирали на нее, не понимая, откуда она в курсе всего этого?! И прямо сейчас она выкладывает их секреты для Тобирамы Сенджу! Немыслимо!       Тобирама и Мито тоже в удивлении внимали ей, стараясь приберечь пока свои вопросы относительно этого, ибо полученная информация, судя по шокированным и непонимающим лицам их противников, была действительно достоверной и роковой в ходе битвы! Они явно не должны были этого узнать. И так оно и было, ибо, для того, чтобы девчонка в траурном одеянии заткнулась, Гинкаку решил наподдать ей Банановым Веером, уже устремив в ее сторону целый залп смертоносного огня!       — Суитон: Суиджинхеки! — защитил жену своей водяной стеной Хокаге, и Саюми, уловив, что эта опасность миновала, силилась досказать им и про оставшийся артефакт.       — Банановый Веер -… ах!.. — отскочила Саюми в сторону, ибо с другой стороны ее снова попытался заткнуть Гинкаку, взмахнув тем самым, что назвала девушка, вызвав настоящее землетрясение. — Банановый Веер — позволяет управлять любой из пяти стихий!..       Тобирама прищурился. Теперь владея этой полной информацией об «Рикудо Сеннин, но Хогу», он уже мог придумать хоть что-то! Судя по всему, запечатывание души в Кровавую Тыкву — это слаженная командная работа обоих братьев. Поэтому…       — Нужно разделить их! — обратилась к Сенджу Мито, тоже думая о том же, о чем размышлял Сенджу. — По одиночке они не сумеют пользоваться артефактами для запечатывания!       «Золотой» и «серебряный» братья чуть было не почернели от злости, когда услышали ее.       — Ах, ты, чертова самурайка! — обрушил свой гнев на Саюми Кинкаку. — Раз не умеешь держать язык за зубами — я убью тебя первой!       Он кинулся на юную Мифуне, занеся над головой свой смертоносный Меч, а девушка едва ли успела стать в боевую стойку, прекрасно понимая, что отразить такой удар ей будет совершенно не по силам!..       — Мито, оставляю на вас Гинкаку! Не дай пострадать Саюми, — приказал Сенджу, молниеносно возникнув прямо за спиной «золотого» брата, и касаясь его ладонью для перемещения.       Саюми поняла, что ее муж решил разделить Кингин таким вот образом. И, едва успев воскликнуть в его сторону, дабы тот был осторожен, как Тобирама вместе с Кинкаку уже исчез! Было ясно, что он перенес старшего брата куда-то подальше от этого места, дабы пресечь любую попытку братьев общаться между собой… А тогда, даже если он коснется Веревки Ясности, которая была намотана на руке старшего брата, то Кровавая Тыква все равно не сможет запечатать его без присутствия младшего! Поэтому, задача их существенно упрощалась!       Но это не значило, что хоть кому-нибудь из них стоило теперь расслабиться.       — Саюми, сосредоточься! — приказала Удзумаки, и Саюми вынуждена была как и всегда следовать ее приказу. На этот раз абсолютно не сопротивляясь, ибо понимала, что любое неверное движение или неподходящая мысль тотчас может стать роковой для них! Ни Тобираме нельзя было оплошать, ни им с Мито… Это противостояние было словно с трудом уравненные чаши весов, и ни одна чаша не должна была перевесить ни в чью сторону. Юная Мифуне прекрасно это понимала.       — Что будем делать? — спрашивала девушка, понимая, что без плана нападать будет просто верхом глупости.       — Сейчас… Я думаю, — ответила куноичи, а Гинкаку тем временем отбросил Тыкву, понимая, что сейчас в ней надобности не будет абсолютно никакой, но решил не сильно переживать о случившемся. То обстоятельство, что им удалось разлучить их с братом, никак им не может! Лишь ненадолго отсрочит их смерть. — Надо постараться запечатать его самим.       — Ха-ха-ха! Запечатать меня?! — разразился смехом их оппонент. — Слушай сюда, девица с красными волосами. Ни одного способа запечатать таких шиноби как я, или мой брат — попросту нет! — он был уверен, что лишь тем артефактам, которые они с Кинкаку имели в своем инвентаре, это под силу.       — Мое имя — Удзумаки Мито, и я была супругой Первого Хокаге… Уверена, я найду способ, — спокойно представилась куноичи, решая потянуть время, пока она не придумает как разделаться с ним. Да, он выглядит огромным и свирепым… Настоящим безумцем. И та сила, которую излучала его сильная фигура — не могла не заставить напрячься. Но даже у него есть слабое место, женщина не сомневалась.       — Удзумаки?.. — повторил Гинкагу, ибо этот клан был ему известен. — Из Страны Водоворотов? Что ж, коль скоро мы оба — потомки Ооцуцуки*, это будет даже интересно… Но для того, чтобы хотя бы одна твоя печать сработала — тебе нужно каким-то образом заставить меня сидеть неподвижно хотя бы пять секунд… Как думаешь, получится? — усмехнулся мужчина.       «Одного Фууиндзюцу будет маловато, Мито…» — подсказал кьюби, снова заявляя о себе. Он уже отпустил парочку комментариев об этом недоноске, но Мито так и не поняла, откуда он его знает.       — Мито-сан, — обратила на себя внимание Саюми, доставая и вторую катану из ножен. — Я буду сражаться, и когда смогу нанести удар — вы наложите печать. — Кинкагу разразился смехом, но Саюми не обращала на это внимание. — Я могу помочь только в ближнем бою, и Широ будет вторить мне. А вы постараетесь сконцентрироваться для своей техники, и будете действовать издалека.       —…Саюми… — Мито нахмурилась, понимая, что по-другому действовать не получится. — Тобирама запретил мне, нет… Я сама не могу подвергать тебя такой опасности.       — Другого варианта пока нет.       Девушка выглядела спокойной, пусть Мито и знала, что она очень боится. Не за себя, а за них с Тобирамой, ибо если она подведет — их жизни тоже будут висеть на волоске. Хотя, так даже лучше, подумала Саюми. Это не даст ей права на ошибку.       Тотчас она метнулась на Гинкаку, который, сказать по правде, даже не ожидал от этой крошки такой скорости, и едва успел поменять свою расслабленную насмешливую позу на боевую стойку.       — Стиль клинка: Иайдо! — успела провозгласить девушка, и принялась демонстрировать свое высококлассное Кендзюцу, от которого массивному Гинкаку не так то просто было увернуться, и пару ударов действительно его достигли!       — Неплохо для такой юной особы! — снизошел он до похвалы в сторону этой принцессы, но уже приготовил Банановый Веер в отместку. — Теперь моя очередь…       Мито уже приступила к формированию сверхсильной сдерживающей печати, но все равно не могла полностью сконцентрироваться, переживая, что девушка вот-вот попадет под атаку этого нелюдя и погибнет прямо на ее глазах. Но, к счастью, Саюми хорошо держалась. Широ помогал ей, время от времени отвлекая на себя внимание «серебряного брата», или помогая своей хозяйке увернуться от очередного огненного или водяного залпа.       Однако, прошло уже достаточное количество времени с момента начала этого поединка, и слегка утомившуюся девушку Гинкаку смог поймать в тиски земляной техники, больно сдавив ей левую руку. Саюми вскрикнула, привлекая на себя внимание Мито, которая снова была вынуждена выйти из транса. К счастью — она уже смогла создать сверхсильную печать. К несчастью — она не успела бы метнуться к Саюми на помощь, даже если бы захотела закрыть ее своим телом. А Гинкаку, достав из-за спины кунай, уже почти достиг ее…       — Саюми!.. — Мито взмолилась ками, чтобы он не дал этой девушке погибнуть! Любое чудо, что спасло бы ее сейчас — было бы очень кстати… И этим «чудом» оказался пес Саюми.       — Гр-р-р-р!!! — вцепился в правую руку нукенина Широ, своими мощными челюстями не собираясь отпускать ни при каких обстоятельствах!       Гинкаку застопорился, стараясь откинуть собаку в сторону, или хотя бы свернуть псине шею! И пока борьба их продолжалась — Мито успела добраться до Саюми и помочь ей освободиться от техники Стихии Земли.       — Саюми, как ты?! — обеспокоенно спросила она, прекрасно видя, что девушка сильно ранена. Но она, как и всегда, сказала, что все в порядке, и теперь надо помочь Широ!       Но они не успели спасти этого верного, самоотверженного пса…       — А-а-а!!! — заорал от боли Гинкаку, ибо изо всех сил стараясь «отодрать» от себя животное — он и впрямь его откинул в сторону в итоге. Но со своей правой рукой в его пасти! Широ выгрыз его руку… — Ах, ты!.. Чертова шавка!!! — разразился уничижительными эпитетами нукенин, взмахнув веером в сторону ударившегося головой о скалистый выступ Широ, и тотчас придавил его возникшим от новой техники огромным черным валуном! Саюми и Мито смогли услышать лишь сдавленный последний писк их милого Широ!.. Который до последнего старался спасти свою хозяйку…       — Широ!!! Мой Широ, нет!!! — закричала Саюми, впадая в самую настоящую истерику, ибо она поняла, что ее собака только что погибла…       — Саюми! Саюми, приди в себя! — встряхнула ее куноичи, пока обезумивший от боли Гинкаку старался совладать с неконтролируемым кровотечением из его правой культи. — Сейчас самое время сделать свой шаг! Не дай смерти Широ стать напрасной!       Девушка, подавила свои всхлипывания, внимая Мито, прекрасно понимая, что плакать сейчас нет времени, несмотря на то, что ей было невероятно жаль своего питомца!       — Вот печать, — тотчас Мито накрутила на рукоятку и лезвие Короткого Меча Саюми длинную исписанную символами бумажную ленту, которая сама-собой приклеилась к оружию. — Я понимаю, что ты более не сможешь сражаться двумя Катанами, поэтому… постарайся пронзить его хотя бы Короткой, прямо в сердце! Иначе запечатать не получится…       Саюми закивала, надеясь, что с одной рукой ей это будет по силам. У Гинкаку теперь тоже была одна рука, и разве это не уравнивало их шансы?.. Но посмотрев в его сторону, девушка поняла, что с их оппонентом начало происходить что-то странное…       — Что это?.. — спросила Саюми, стирая локтем свои слезы, не думая, что Мито и впрямь ответит. Прямо сейчас Гинкаку начала обволакивать какая-то странная, призрачная, но все же очень ощутимая субстанция грязного оранжевого цвета… Она даже объяла его истерзанную некогда целую руку, будто бы придавая ей утраченную форму! Это было похоже на сверх сильное высвобождение чакры, но Саюми все равно не могла понять наверняка. — Девять хвостов?..       — Это же… Чакра кьюби… — в отличие от Саюми, Мито безошибочно поняла, что перед ней только что открылось ее взору. И эта чакра, что сочилась из тела нукенина, была, без всякого сомнения, чакрой девятихвостого! Мито ощущала ее высвобождение и до этого, но думала, что это демон внутри нее испытывает ее терпение, собираясь покинуть тело «под шумок». — Как это понимать… — искренне не ведала куноичи, как вдруг девятихвостый решил милостиво пояснить для нее.       «Что тут не понятного? Эти два урода смеют так небрежно пользоваться моими силами!.. Еще и украденными!.. Что б вас всех…» — высказался зверь, и Мито не могла и в этот раз проигнорировать его признание.       «Как твоя чакра оказалась внутри них?!.. Отвечай сейчас же!» — призвала его к ответу Мито, и кьюби был вынужден пояснить, что однажды эти двое выродков были им проглочены и посмели жрать его изнутри какое-то время. И, по всей видимости, это позволило им обзавестись еще одной уникальной особенностью, быть подобием джинчуурики девятихвостого и пользоваться этой отнятой у него некогда чакрой по своему усмотрению. — «И ты только сейчас говоришь мне об этом?!.. Мне нужно воспользоваться твоей силой в ответ!»       «Ага, еще чего! Так я тебе и позволил использовать мою… кх!..» — не сумел высказаться кьюби, ибо Мито довольно больно вмазала ему по морде ментальной выжигающей печатью, что оставила лису ожог на память.       «Я не собираюсь торговаться с тобой! А если ты и сам не хочешь наподдать тому, кто посмел украсть твои силы таким отвратительным способом — то больше можешь никогда не заявлять мне о своей несчастной гордости!!!» — бесновалась Мито, и кьюби, видя в какое неистовство впала его хозяйка, решил с ней более не спорить. И ему и самому хотелось отмщения! Поэтому он позволил куноичи воспользоваться его силой. В этот исключительный случай…       — Мито-сан, я начинаю… — вывела ее из транса Саюми, и куноичи тотчас принялась и за свою трансформацию, которую не смогла не заметить Мифуне. -… Мито-сан! Вы…       — …Все в порядке, — отозвалась Мито, уже войдя в Режим Чакры Девятихвостого. Внешность ее изменилась, но в отличие от того, как выглядел Гинкаку под действием чакры, будто объятое кроваво-красным месивом животное, рычащее, совершенно потерявшее все человеческое в своем облике, Мито выглядела как самая настоящая богиня, пронизанная солнцем! Это зрелище завораживало и даже успокаивало… Саюми не могла не подумать о том, как же сильно отличается одна и та же чакра в использовании разными людьми! Теперь у нее было куда больше уверенности в их победе. И они были просто обязаны отомстить за смерть Широ!.. — Чертов кьюби дал мне возможность наподдать этому мерзавцу от его имени за воровство его силы… Поэтому теперь — мы поменяемся ролями. Моя задача — ближний бой. А ты будешь запечатывать, — уверенно вступила вперед Мито, выставляя вперед свои руки. — Не забудь, в самое сердце…       И она дернулась вперед, буквально врукопашную принявшись сражаться с Гинкаку! Было плохо видно из-за всполохов смешивающихся между собой потоков чакры, но Саюми поняла, что Мито прямо сейчас воздействует на оппонента своим тайдзюцу! Она впервые видела, как Мито это делает, ведь куноичи даже никогда не тренировалась, по крайней мере при ней. И все же эта женщина была в прекрасной форме…       Но стоять и размышлять об этом было некогда, потому Саюми сражу же начала свою часть их операции, стараясь подобраться к Гинкаку и так и эдак, но то, во что превратился «серебряный брат» — было не описать словами. Он просто обезумел! Но ни Мито, ни Саюми это не испугало. Они чувствовали, что осталось чуть-чуть…       — Саюми!.. — воскликнула Мито, давая понять, что как раз сейчас хорошая возможность сделать выпад! Ибо только что она смогла связать его своими хвостами, а руками наложить дезориентирующую печать.       Юная Мифуне поняла, что есть лишь один шанс пронзить его — воткнуть свой клинок нукенину в спину. Она понимала, что она опозорит Самурайский Кодекс, если нанесет удар таким образом. Но…       Разумеется, она все равно его нанесла!       И со всей силы погрузила Короткую Канату прямо под лопатку Гинкаку, что спустя всего несколько секунд упал на землю…       «Иногда приходится поступать нечестно, чтобы спасти других… Цель оправдывает средства!.. Тобирама-сан, теперь я понимаю, что это значит…» — пронеслось в голове принцессы, отзываясь тупой болью во всем теле. То ли от понимания, как она была не права в прошлом, возводя свою идеологию в абсолют, то ли от полученных ранений.       Саюми, вся в крови, в своей и чужой, смотрела на его дергающееся тело, что старалось сопротивляться изо всех сил. Но Фууиндзюцу Мито и впрямь не имело себе равных! Вскоре все его тело, словно проказой, затянуло целым ворохом печатей, которые материализовались прямо из воздуха, и, облепив Гинкаку в плотный кокон — заставили замереть на веки вечные…       — Мы… кха… это сделали… Мито-сан, — прижав правой ладонью саднящую рану на левом плече, тихо произнесла Саюми, продолжая сверлить глазами «серебряного брата». — Это тебе за малыша Широ… Мф… — всхлипнула девушка, разворачиваясь в сторону Удзумаки. — Мито-сан!..       Она подбежала к куноичи, что ничком лежала на земле, уже в обычном своем облике, но совершенно не двигалась. Саюми приподняла ее над землей, усаживая и разворачивая к себе лицом, и увидела, что руки, шея и лицо этой женщины были все сплошь в кровоподтеках!       — Я… жива… м… Просто устала… — подала голос Мито, взяв обессиленной рукой ладонь Саюми. — Ты молодец.       Саюми вжалась в тело куноичи, стараясь подавить свою боль и тревогу… И даже не в силах была сказать хоть что-то… За нее это сделала Мито.       — Не волнуйся… Если даже нам удалось это сделать — Тобирама-сан уж точно справится… Скоро он вернется…       Саюми закивала, коротко глянув в сторону черного валуна, за которым теперь нашел свой вечный покой ее любимый пес.       «Тобирама-сан, ты подарил мне Широ, чтобы он смог спасти меня в итоге… Но кто же поможет тебе?! Ты совсем один!.. »