Лотос

Феликс сидит на кожаном барном стуле, на котором наверняка расслаблялось немалое количество людей, искавших в этом месте каждый что-то для себя. Но итог для всех всегда одинаков – секс и наркотики. Ведь люди, бесконечно твердящие о своей человечности, по сути, и есть самые грязные животные, погрязшие в мирских благах. Несчастные существа, готовые продать душу дьяволу ради утоления своих пороков. Все грешны. И Феликс не исключение. Опустошая по счёту второй шот чëрного русского, он украдкой наблюдает за происходящим вокруг – самая привычная атмосфера, царящая в так называемом хост клубе, куда он время от времени наведывается. И если другие преследуют какую-либо цель, то Ли совершенно не знает, чего ищет. Проституты сегодня особенно настойчивы: когда неожиданно начинает играть расслабляющая музыка, трое парней, одетых в латексные костюмы, так же неожиданно окружают Феликса. Алкоголь не успел затуманить разум – да и Ли не из числа быстро пьянеющих – поэтому каждым волоском тела чувствует чужие прикосновения. Вот, чьи-то ладони скользят по его шее, вторая пара рук плавно ползëт к спине, в то время, как третья бесцеремонно принимается ласкать его пах. С каждой секундой движения рук становятся всё более жадными и интенсивными, а у Феликса, не настроенного на групповой секс (да и на секс в целом), терпение потихоньку подходит к концу, заставляя парней почувствовать себя так, будто они наткнулись на логово волка в глухом лесу. – Убрали руки. Живо. – нужно быть глухим, чтобы не расслышать стальной тон, от которого бросает в дрожь. И быть слепым, чтобы не заметить взгляд – свирепый, говорящий о том, что его обладатель не любитель шуток и в любой момент может перегрызть глотку за одно неправильное движение. Три пары глаз изумлённо смотрят на Ли из-под эротических кожаных масок. Проституты уж точно понимают – ещё одна секунда, проведённая рядом с этим мужчиной будет стоить им жизней, поэтому спешно удаляются, виновато поклонившись. Феликс снова остаëтся один. Какой смысл несëт его жизнь? Есть ли в ней хоть что-то, за что стоит бороться? Ответы на подобные вопросы Ли не может найти вот уже на протяжении последних нескольких лет. Даже алкоголь, в котором обычно топят печаль, не спасает от тягостных раздумий. Всё не так. Определённо не так, как хотелось бы Феликсу... Неожиданно в теле появляется непрошенная усталость, а в глазах щиплет. Трое отвергнутых проститутов с опаской поглядывают на Феликса исподтишка, и все окружающие факторы говорят о том, что пора уходить. Почесав подбородок, Феликс поднимается с насиженного места, уступая его ещё одной потерянной душе. Он двигается в сторону выхода, как взгляд цепляется за такую вот картину: двое здоровенных лысых мужчин волокут за собой высокого блондина. И ладно, если бы просто волокли. Парень упирается, всячески извиваясь, а каждое его сопротивление сопровождается ударами в солнечное сплетение, бока, икры ног... За этим неприятным зрелищем Феликс наблюдает до тех пор, пока вся подозрительная компания не скрывается за дверью, которую не разглядеть с первого раза. Видимо, за ней потайная комната. Феликс, застывший на какое-то мгновение, приходит в себя. Осматривается – все ведут себя как обычно. Похоже, никто ничего не заметил, а даже если и заметил, то всем плевать. Всем, но только не Феликсу, который до ужаса ненавидит насилие и издевательства. Всё же, неравнодушие является одним из качеств, отличающих его от живых мертвецов. И именно по этой причине он, тяжело вздохнув, решительным шагом движется в сторону той двери, за которой творится невесть что. Чем ближе, тем отчётливее доносится чья-то ругань: – ...и чем ты решил мне ответить, а? Сукин сын, ты хоть понимаешь, что ты натворил? Неблагодарный выродок!.. А ещё двое верзил забыли запереть за собой дверь, и теперь Феликс может наблюдать за происходящим через небольшую щель: мужчина явно небольшого роста восседает на кожаном диванчике. Весь его вид, от кончиков высветленных волос до носков его дорогущих туфель от Gucci, выдаëт в нём значимую фигуру. Меховая накидка поверх дорогого костюма, незажжённая сигара в зубах, увесистые украшения на пальцах и шее – все эти атрибуты буквально кричат о пафосе и любви к такого рода побрякушкам их обладателя. Задумчиво прищурившись, маленький мужчина продолжает перечислять, загиная свои изящные пальцы: – Я дал тебе хорошую работу, я обеспечивал тебя и снабжал тебя богатыми клиентами. Твоя причёска, твой макияж, твоё тело... Всё, во что ты одет, все драгоценности, что на тебе сейчас – это всё дал тебе я! Я и только я! Ты понимаешь, шлюшка, что натворил? Я дал тебе абсолютно всё, а ты отплатил чем? Блядь, да ты задницей ко мне повернулся, а по идее должен был молиться на меня. Сука, ненавижу! И только после раздавшегося звука пощёчины, внимание Феликса обращается на того, кому она досталась – тот самый парень, которого волокли громилы. Сцена, развернувшаяся перед глазами Ли, вызывает в нём некий резонанс чувств: то ли смех, то ли сострадание, то ли злость, потому как высокий парень стоит на коленях перед маленьким мужчиной, опустив голову, и, судя по всему, даже не думает оказывать сопротивление. – Нет, мать твою, так дело не пойдëт, – между тем продолжает сутенёр, приказывая своим людям: – Разденьте его! Хоть Феликс и видит парня со спины, всё равно улавливает эту тень страха во всём его теле. В ту же секунду двое громил оказываются рядом с ним, принимаясь небрежно сдирать одежду. Будто обращаются с каким-нибудь сорняком. Да, они всего лишь выполняют свою работу и их явно не волнует чужая жизнь. Ли продолжает наблюдать за происходящим до тех пор, пока парень не оказывается в одних лишь трусах. – И их снимайте! Они, между прочим, тоже недешëвые! – мужчина мерзко усмехается. – Видишь, какова твоя цена? Ты не стоишь даже этих чëртовых трусов! – снова слышится гнусавый голос, а следом и лязг металла – сутенёр достаëт ствол. Неожиданно даже для самого себя Феликс распахивает ногой дверь и, не до конца понимая, что именно им движет на этот момент, шагает в комнату, тем самым заставляя всех присутствующих застыть в немом изумлении. – Так, а это что такое? – сутенёр вальяжно поднимается, даже не думая прятать пушку от посторонних глаз. – Охрана спит, нахуй? Кто пустил его сюда? Прежде чем громилы засуетились, Феликс говорит: – Я не знаю, что такого сделал этот парень, но вы должны отпустить его. Конечно, Ли прекрасно понимает, что вмешивается в чужое дело и ему давно пора свалить отсюда, но этот парень, в чьих глазах теплится надежда, вселяет уверенность в сердце. Мужчина будто читает в его взгляде немую мольбу о спасении, что игнорировать попросту невозможно. Сутенёра явно забавляет подобного рода заявление. Неторопливо зачесав свои светлые волосы, он бесцеремонно плюхается обратно на диван, обращая всё своё внимание на незваного гостя: – О нет, дорогой, за этим неблагодарным ублюдком должок. Так просто уйти он не может. – Сколько? Маленький мужчина, сперва опешивший от такого прямого вопроса, видит непреклонность Ли, затем снова начинает перечислять все свои вложения в блондина, что окончательно выдаëт его алчную натуру: – Так-с... Стилист, маникюрщик, педикюрщик, визажист, фитнес, кров над головой, секс-игрушки... – Довольно! – Феликс резко перебивает его, не дав докончить явно и пол списка, затем, достав бумажник из внутреннего кармана пиджака, отсчитывает купюры и кидает их на стол перед сутенëром. – Надеюсь, этого хватит сполна, чтобы покрыть все его долги. У маленького мужчины аж глаза загораются при виде такого количества денег, и он тут же принимается пересчитывать их. По нему видно, что на дальнейшую судьбу парня ему уже плевать. – Одевайся. Мы уходим. – Феликс отдаëт приказ ошарашенному парню, который не сразу, но всё же додумывается собрать свои вещи, вернее, то, что от них осталось, и побежать следом. Уже оказавшись вне стен кабинета своего уже бывшего хозяина, он слышит крик: – Больше не смей попадаться мне на глаза! В следующий раз так легко не отделаешься! – ... спасибо за то, что помогли мне. – до слуха Ли не сразу касаются слова парня, которого он решил отвезти домой. Первое время они ехали в абсолютной тишине и было немного неловко, если бы кто-то не заговорил. Ночь туманная. Приходится вглядываться во тьму, чтобы нормально разглядеть дорогу. Такая погода вполне себе привычна для Сеула в конце октября. – Не стоит благодарить. – секундно отвлëкшись от вождения, Феликс смотрит на блондина. С того момента, как они покинули хост клуб, рассмотреть его толком мужчине не довелось, но красота этого парня очевидна: даже весь разбитый и потерянный он выглядит ничуть не хуже моделей с обложек журналов. – Конечно стоит! – тараторит парень, обнимая себя руками. – Вам не жаль ваши деньги? Выкинуть их на ветер так просто... – Если они помогли кому-то, то мне не жаль. Феликс и правда не жалеет о своём поступке. Имея целое состояние, он не зациклен на деньгах. Это всего лишь бумажки, которые решают многие вопросы. Но главного в жизни ведь не купить – простого человеческого счастья. – Но Вы ведь не знаете обо мне ровным счётом ничего, – отрешëнно проговаривает парень. Грустный взгляд карих глаз устремлëн куда-то вдаль. – Чанбин-хëн был прав – я не стою ничего... Последнее парень говорит почти шёпотом. Ли всё равно слышит, но расспрашивание считает лишним и вместо этого: – Я Ли Феликс. Как тебя звать? Парень молчит мгновение, видимо, пропуская через себя этот вопрос, затем отвечает чуть громче: – Хван Хëнджин. – Вот мы и познакомились. Остальная часть пути длится в молчании, пока машина не останавливается по адресу, который ранее назвал Хван. Район оказывается настолько гиблым, что видно даже сквозь густой туман. В таком месте нормальный человек не оставит свою собаку, что уж говорить про человека. – Ещё раз, огромное Вам спасибо, – даже после этих слов Хëнджин не спешит покидать салон автомобиля. – Я всë ещё думаю над тем, как Вас отблагодарить. Феликс молчит. Он прекрасно понимает, чем Хван занимался в том хост клубе и кем был для него тот маленький мужчина. Прекрасно осознаëт собственный поступок и то, чем именно может отплатить ему этот парень. И следующие слова Хвана лишь подтверждают все его догадки: – Я могу сделать Вам минет. А ещё, я хорошо целуюсь и делаю отличный массаж. Позвольте отплатить. Феликс пристально смотрит на Хëнджина. Столь откровенное предложение и его поведение явно не вяжутся друг с другом – парень прожигает взглядом дыру в собственных пальцах, нервно теребящих нитки на джинсах. Феликс и правда не знает о нём абсолютно ничего. О том, что заставило пойти Хëнджина по неверному пути, мужчина тоже не имеет понятия, но что-то внутри подсказывает, что этот парень явно не соответствует своему поведению и статусу. Устало помассировав виски и нарочно проигнорировав слова Хвана, Ли выдаёт: – Ты уверен, что тебе есть куда идти? Хëнджин обводит Феликса грустным взглядом и слабо улыбается: – Если честно – нет. Тем более теперь, когда я больше не принадлежу хëну. Но я что-нибудь придумаю! Разумеется, Хвану некуда идти, но парень из всех сил старается сохранить остатки своего достоинства. Феликс чувствует это всем своим существом, как и смущение с нежеланием навязываться. Но бросать Хвана на произвол судьбы Ли не намерен. Тем более теперь, когда знает, что у него не осталось даже крыши над головой. Внутренний голос так и кричит не отпускать его, поэтому, заводя машину, Феликс говорит уверенным тоном: – Едем ко мне.