Четыре секрета

      Последние дни был сильный снегопад, деревья прогибались под весом снежных шапок, сугробы-сорняки появлялись то тут, то там, прохожие вокруг быстро сменили осенние куртки на зимние пуховики. День стал заметно короче, темнота, опускаясь каждый раз в четыре часа дня, ввергала в раздумья и апатию. Снег подбадривал, отражаясь яркими звездами в свете фонарей, не давал полностью уйти в себя, стоило только поднять голову. Я думаю о тебе, Кира. Сегодня холодно, надень шарф. Очередная смс, оставшаяся без ответа. — Давно ждешь?       Мягкий голос и нежные руки отвлекли от перечитывания Его сообщений в тысячный раз. — Нет. Только пришел. — соврал с улыбкой.       Руки давно превратились в ледышки, а нос по ощущениям был готов отвалиться. Все на зло.       Он обнял ее так, словно боялся, что она исчезнет. Он делал это каждую их встречу. Рина казалась ему такой далекой, такой нереальной, такой призрачной. Как такой, как она, мог понравиться такой, как он? Он постоянно думал об этом, думал, как ему повезло, думал о том случае на дороге, думал, а что, если бы все закончилось по-другому, думал о ней, везде. Она была яркой, веселой, очень нежной и внимательной. Она была такой именно с ним. — Рада тебя видеть. Очень.       Он взял ее руку и привычно положил к себе в карман куда-то глубоко-глубоко, чтобы никто не смог достать ее оттуда. Она улыбнулась ему ослепительно влюбленной улыбкой, он немного отвернул голову, чтобы она не увидела его смущения. — Пойдем. Сегодня наш день, помнишь? — улыбаясь, она опустила глаза. — Да.       После той смс Акира встретился с ней в кафе. Она была сильно смущена, но держалась уверенно. Оказалось, что у них много общего, Рина понимала его с полуслова. Для нее — это была та самая вспышка о которой пишут классики, для него — просто приятная компания.       Затем они встретились еще несколько раз в кино, в парке, в кофейнях, в ее квартире. Для нее он стал самым близким, самым настоящим, самым родным за какие-то пару недель. Для него же она стала лекарством от постоянных страхов, лжи и волнений. — Нам два латте без сахара. Малиновый тарт?       Акира тыкал на манящий ее десерт на витрине, который так и отдавал свежестью: банановый мусс и свежая малина сверху.       Ее лицо просияло, она уже представила, как откусывает маленький кусочек от этого малинового безумия, и как он тает во рту, доставляя ей волны сахарного удовольствия. — Не откажусь.       Они сидели друг напротив друга безумно счастливые, Акира осторожно касался ее руки, аккуратно лежащей на столе, смотрел ей в глаза, думал о чем-то своем и улыбался. Ему было хорошо, спокойно. Она была счастлива. — Получается мы уже месяц вместе? — она украдкой вытащила что-то из кармана своей сумки и, убедившись, что Акира ничего не заметил, снова заговорила: — Мне так спокойно с тобой. — Ты не представляешь, как… — он отпил немного кофе и повернулся на витрину посмотреть на них со стороны. Все так, как и должно быть. Он с ней, они вместе. Такие счастливые сидят в кафе, никто и ничто в мире не сможет помешать им сейчас. Кроме одного человека, о котором Акира тщательно старался забыть. Тот, о ком он вспоминал ночами, мучился от бессонницы, тот, кого он избегал всеми правдами и неправдами, тот, кого он стер из своей жизни, хотя обещал быть рядом. — Это тебе.       Она протянула ему маленький черный коробок, стремительно выдернув его из мрачных мыслей, которые лишь на секунду снова протянули к нему свои когти. Она всегда так делала, с первой встречи.       Акира открыл его. — Спасибо, мне очень нравится. — Я просто хотела продлить время, что есть у нас с тобой… Надень их.       Это было чертовски мило. Акира еле сдержался от порыва встать и обнять ее вот прямо при всех. Здесь и сейчас. — У меня тоже есть кое-что для тебя.       Он опустил руку в карман своей зеленой парки и достал оттуда маленький вручную упакованный подарок. Покупая его, он никак не мог отделаться от мысли, что Рюу бы тоже понравилось. — Держи.       Она взяла его и стала осторожно открывать. — Просто порви упаковку, не будь такой… — немного замялся, подбирая слова — …аккуратной.       Она лишь посмотрела на него с укором, продолжая медленно разворачивать подарок. — Р — Рина, да? — Мне показалось, что тебе понравится… ты часто носишь всякие штуки на шее. Решил, что на тебе будет красиво смотреться.       Она встала, обняла его со спины, смущенно поцеловала в щеку и вернулась на место. — Я буду носить ее! Поможешь надеть?       Акира впервые был счастлив только от того, что сделал кого-то настолько счастливым. Он смотрел в ее глаза и четко видел свое отражение, она смотрела только на него. Смущаясь, Акира отвел глаза в сторону улицы, где в отражении позади Рины увидел знакомую фигуру, которая стремительно приближалась с другой стороны витрины. Чем ближе она подходила, тем яснее становилось, кто это был. Он бежал с другой части улицы словно ураган, грозивший снести все на своем пути. Акира понимал, что это бедствие несется именно к ним. — Рина, мне нужно выйти ненадолго.       На ходу придумывая более-менее убедительный предлог: — Там мой друг, извини, подожди немного. — неловкая улыбка сорвалась, и вместе с ней он вылетел из кафе словно ошпаренный кипятком. Нельзя позволить Ему встретиться с ней.       Он не мог допустить это.       Акира видел его приближающееся лицо. Рюу стал выглядеть немного лучше, может так казалось из-за массивного пуховика с шарфом, который едва закрывал шею, может из-за игры света, может Акира слишком долго не видел его, и все это было лишь разыгравшимся воображением. Он просто хотел, чтобы у Рюу все было хорошо, по крайней мере надеялся на это.       Он остановился в паре сантиметров от его лица, сведя брови и вопросительно заглядывая Акире в глаза. Он заметил, что Рюу был на пределе, но старался себя сдерживать.       Вселенная снова уменьшилась до глаз напротив. Акира понимал, что так быть не должно, в очередной раз он позволил загнать себя в угол. Они стояли так всего несколько мгновений, когда Рюу прервал это напряженное молчание. — Кира, я просто хочу поговорить. — Я миллиард раз говорил не называть меня так. Нам есть, о чем говорить? Почему же сейчас? Все те месяцы, что я ждал тебя, не нуждались в объяснениях. Так почему сейчас? Наверное, ты уже понял, что Я не хочу разговаривать!       Акира почувствовал первую волну гнева, которая моментально согрела его уши, нос и шею. Мысленно он пытался успокоиться, внешне старался делать вид, что ему все равно, но встретившись с глазами напротив, сразу же провалился. — Кира, я писал тебе каждый день… ни разу не получил ответ. Я звонил…думал, что ты сможешь меня понять. Я пытался встретиться с тобой… — он злился, обида сквозила в каждой фразе, сказанной им. — Я знаю, что виноват. Я не мог остановиться, пойми я привык так жить… Моя жизнь такая, какая есть. Она мерзкая, подлая, низкая. Такой вот я и ты знал это…       Рюу схватил его за руки, медленно поднес их к своей шее, чтобы согреть. Акира был пойман врасплох. Он был в ловушке, в плену этих безумных глаз, которые снились ему каждую чертову ночь. Он ненавидел их, терпеть не мог. — Я старался, я правда старался, но мне просто нужно больше времени. Ты мне нужен, даже зная, что я могу сорваться снова…       Акира слышал, но боялся сделать шаг навстречу, боялся снова остаться наедине с этой нарастающей болью, с вечными обещаниями и ложью.       Он убрал свои руки в карманы, посмотрел на него снизу-вверх. — Не хочу больше лезть в твои дела. Как ты и говорил, не хочу, чтобы моя жизнь закончилась, не успев начаться.       Глаза Рюу опасно заблестели, он кипел изнутри, казалось еще секунда и из ушей пойдет пар, но он это заслужил. Он стерпит. Он заслужил эти слова, что комом встали в горле и мешали дышать, но благодаря которым он наконец понял насколько облажался. Он обязан вытерпеть. Если бы можно было оценить его поступки по десятибалльной шкале, то Рюу определенно попал в десятку. — Но ты же говорил, что будешь рядом… со мной.       Рюу то сжимал, то разжимал кулаки. Он опустил голову, волосы упали ему на лицо, скрывая глаза. Две прозрачные дорожки побежали по его щекам, но голос оставался твердым. Акира снова ничего не заметил. — Ты продолжаешь принимать? — зачем-то спросил. — Больше нет. — Рад за тебя. — с укором, скрывая долгожданное облегчение.       Развернувшись спиной к Рюу, Акира увидел Рин. Она стояла абсолютно потерянная, вопрос «что происходит?» застыл в ее глазах. Акира не заметил момента, когда она выбежала за ним на улицу совершенно раздетая, оставив их вещи в кафе, и не знал, как много она услышала. Рюу краем шарфа украдкой протер лицо, поднял взгляд и тоже заметил, что они больше не одни. Выглядывая из-под плеча Акиры, Рюу задал закономерный вопрос — Кто это? — Тебя не касается. — даже не взглянув на него, а затем к ней: — Пошли внутрь, ты замерзнешь. — Кира, кто это? — голос стал еще жестче. — Приятно познакомиться? Она слабо улыбнулась ему, сразу подумав, что наделала глупостей. Во-первых, что вышла, во-вторых, что заговорила с блондином. Сейчас Акира выглядел совершенно другим, эту часть его жизни она не знала. — Рина, пошли внутрь. Брюнет схватил ее за руку и потащил в кафе, уже у самого входа услышав: — Рина, да? Девушку завел? — и такой самодовольный смешок, который второй волной гнева чуть не сбил Акиру с ног. — Тебе есть дело? Мы больше не друзья. — посмотрев на Рюу через плечо, он выплюнул эту полную яда фразу. — Я никогда не считал тебя другом, Кира.       Рюу сказал это так спокойно, так нормально, так шокирующе для Акиры, что он еле нашел в себе силы спросить: — Что? — Ты никогда им не был. Можешь продолжать врать себе сколько угодно, но я не стану. Мы не были друзьями и никогда не будем.       За долю секунды Рюу почувствовал жгучую отрезвляющую боль в районе челюсти. Рука стала двигаться сама по себе, замахнувшись в воздухе, она резко ударила пылающего яростью брюнета. Он ответил. Рюу сплюнул кровь в сугроб, кажется ему снова разбили губу, ничего нового, но это была другая боль. Возможно он хотел получить ее от Киры еще тогда, в лектории, потому что заслужил. Акира ударил еще несколько раз, не глядя, затем повалил его на заснеженный асфальт, сел сверху и ударил еще пару раз. Разбитая губа и фиолетовая скула Рюу немного отрезвили его, в ушах все еще гремела ярость, взгляд был безумным и метался из стороны в сторону. — Акира, хватит…       Слабый голос где-то позади привел его в чувства. Он встал, резко развернулся в сторону кафе, шепотом сказав: — Знать тебя не хочу.       Акира рывком взял их вещи, вышел обратно на улицу, аккуратно накинул ей пуховик на плечи и медленно повел к машине. Она молчала.       Рюу все также валялся на асфальте без всякого желания подняться. Только что он сказал то, что должен был озвучить давным-давно. Он был счастлив и ненавидел себя. — Парень, нужна помощь?       Незнакомый прохожий заглядывал ему в лицо. — Сигарета есть? — Да. Одну, две?       Парень протянул ему пачку и старое зиппо. Рюу медленно поднимался на разбитой ладони, протягивая вторую руку в сторону этих проклятых маяков, но остановился на самой середине. — Я передумал. — Дело твое.       Незнакомец пожал плечами, встал с корточек и медленно пошел по заснеженному асфальту в обратную сторону. — Блять, какой же я жалкий.       Он с трудом вздохнул зимний воздух, тело приятно болело. Рюу знал, что назад дороги нет и отступать он не собирался. Неважно как, но он донесет то, что хочет до этого болвана Акиры.       Он встал, достал телефон, напечатал смс. Теперь я узнал, что ад реален. Спасибо :)