Откуда взялась печаль?

5 марта 1996, Людендорф. - Майки, почему мне так грустно? - спрашивает Филипс, прожигая взглядом светлеющее небо в окне и падающий снег. - Не знаю, - отвечает Таунли, пытаясь уснуть. - Мне грустно уже несколько недель, как будто это заболевание какое-то. - Заболевание? Тогда пора лечиться, - Майкл зевает и отворачивается в другую сторону, - время семь утра, давай уже уснём? *** Осколки только что разбитого зеркала вновь впиваются в кожу, давая почувствовать нестерпимую боль, которая так бесила Тревора и делала его ещё злее. Он кричал, нервно оглядываясь по сторонам маленького помещения. Он выкрикивал лишь его имя. Брюнет тут же вбегает в комнату, хватает Филипса за больную руку и прижимает к себе, опускаясь с тем по стене на пол. - Я здесь, здесь, тише, - тихо произносит Майкл, свободной рукой наклонив голову Ти к себе, - тут больше никого нет, только мы. По красному от злости и смущения лицу Тревора начинают течь слёзы. Нелепость и стыд, которые чувствует мужчина были ещё мучительнее, чем куски стекла в его кулаке. Филипс лишь тянет своё лицо к другу и затягивает губы напротив в поцелуй, наполненный какой-то грустью или даже отчаянием. Майкл держится пять секунд и тут же отстраняется от друга, кинув недовольный взгляд и ладонью протерев свои губы. - Прости, - тихо произносит Ти, отведя взгляд в сторону. - Не извиняйся, - отвечает Таунли. Тревор переводит взгляд на раненую руку. Кровь капала на туалетную плитку, и футболка М была в пятнах. -Когда ты уже перестанешь разбивать чёртовы зеркала? Остановись блять, - Таунли встаёт с холодного пола и выходит в такую же маленькую комнату за аптечкой, - ты так без руки вообще останешься, дебила кусок. Тревор лишь вытирает слёзы и выходит за другом, оставив лужу крови на плитке. Комната, снятая в очередном мотеле, выглядит подобающе своему назначению: две кровати, тумба, старый телевизор и маленький балкон, на котором обычно курит Таунли. Ничего особенного. Но даже в такой маленькой комнате мужчины умудрились навести беспорядок. Филипс садится на кровать и протягивает руку мужчине напротив, готовиться корчиться от боли. Таунли берёт руку друга и осматривает, после чего голыми руками достаёт большие осколки, а уже обычным пинцетом вытаскивает самые маленькие. - Что на этот раз тебя разозлило? - незаинтересованно спрашивает Майкл, не поднимая глаза на длинноволосого. - Это опять паническая атака, не переживай, - вздыхает и отвечает Ти. - Я и не волнуюсь. - Да иди ты, - Филипс легонько пинает того ногой. - Да шучу, шучу, - смеётся М, продолжая своё дело, - у нас и так денег нет, а ты решил очередное зеркало мотелю подарить. - Да похуй как-то, - Ти переводит взгляд на окно. В Людендорфе до сих пор зима, как и всегда. Снег медленно падает на землю, создавая новые сугробы, а через затянутое небо еле-еле проходит солнечный свет. - Не больно? - спрашивает Таунли, когда заканчивает своё дело. Перебинтованная рука Тревора выглядела пугающе, но мужчины к этому давно привыкли. - Нет, всё нормально, спасибо, Майки, - Ти приподнимается и обнимает напарника, после чего ложится на кровать, кладя руки на грудь. М выходит на балкон и закуривает очередную сигарету. Он стоит совсем в лёгкой одежде, напевая что-то под нос. Таунли всегда поёт, когда выходит на перекур. А Тревор всегда пристально наблюдает за Майклом, это вошло в привычку. Длинноволосому нравилось смотреть ну мужчину, на его манеру движений, на его красивые руки, его губы, затягивающие дым, его голубые серьёзные глаза, в которых можно было утонуть. Весь Майкл был прекрасен в глазах Филипса. Таунли докуривает и заходит обратно в комнату, отодвигая ногой мешающие вещи на полу. М падает на соседнюю кровать и закрывает глаза. Вот он, совсем близко. Как обычно Тревору хочется поцеловать того, но нельзя - они ещё не слишком близки. Ти не понимает, кто ему этот человек. - Майки. - Чего случилось? - спрашивает Таунли. - Почему я не вызываю у тебя отвращение? - спрашивает тот, рассматривая потолок. М переворачивается на бок, лицом к другу, и кидает озадаченный взгляд. - В каком смысле? - Да в прямом. Я же, ну, типо, такой долбоёб. Таких поискать надо...- начал Тревор, - а ты единственный, кому со мной приятно. И то не факт, может ты просто тратишь своё время вместе со мной, - мужчина переводит на того свои глаза, - скажи, тебе же не нравится со мной? М долго молчит, обдумывая слова Филипса. - То, что ты долбоёб - это конечно факт, но я не думал, что всё настолько плохо, - Таунли присаживается на кровать, наклоняясь к напарнику, - если бы мне с тобой не нравилось, я бы давно свалил к чёртовой матери. Поэтому не задавай тупых вопросов. - Поцелуй меня, - практически простанывает Филипс, заглядывая в небесно-голубые глаза. - Чего? - лицо Таунли опять темнеет. - Поцелуй меня, - повторяет тот. - Зачем? - Таунли встаёт с кровати, - тебе того, в туалете, не хватило? - Нет...не хватило, - отвечает Филипс, продолжая смотреть на напарника, - один раз, мне больше ничего не нужно. Майкл застывает на месте. А Ти продолжает смотреть на того. Филипс знал, что вряд ли получится. - Нет, - кротко ответил Таунли и сел обратно на кровать, поспешно отворачиваясь. - Один раз...Майки, прошу, - Ти присаживается на край кровати и берёт за руку напарника, всем видом показывая, что ему это и правда нужно, а М лишь тяжело вздыхает. - Ладно, хорошо, - тихо отвечает тот и тянет на себя друга. Тут же ответная и резкая реакция от человека напротив. Тревор целует Таунли. В этом порыве длинноволосый встаёт с кровати и толкает вниз напарника, прижимая к мягкой поверхности. М ничего не остаётся, кроме как лечь и поддаваться провокациям Филипса. Тревор целует напористо, не давая сделать не единого вдоха. Уж слишком давно он ждал этого момента. После минуты таких обжиманий Майклу становится неуютно и даже противно, поэтому тот пихает Тревора от себя, пытаясь отдышаться. - Ты совсем крышей тронулся? - практически кричит Таунли. Лицо Тревора продолжает быть красным. - Не знаю...- отвечает тот, - я запутался, Майки, я правда не знаю, что со мной. - Это всё твои ебаные тараканы в голове и пидорковатость. Может ты зря признавался мне в любви? - Таунли хватает свою дублёнку и вылетает из номера, проветриться. Тишина. Тишина, которая съедает тебя изнутри, которую ты не желаешь слушать. Тревор остаётся один. Это единственное, что могло ещё сильнее усугубить ситуацию. Он хочет услышать что-то, хотя бы знакомый голос. Здесь тихо… "Я ему не нравлюсь…- вновь и вновь проносится у того в голове, - почему он ещё со мной?" Тогда уже Таунли знал, что нравится Тревору. Но он не догадывался, насколько сильно. Насколько сильно он хочет быть рядом, поддерживать его, хотя бы даже поговорить - этого достаточно. Он один, наедине со своими мыслями. И лучше бы он сейчас не загонялся. Сейчас состояние Филипса было похоже на что-то непонятное, противоречивое. Ему хотелось смеяться и плакать, строить и вновь рушить, любить и быть любимым... Но в голове крутилась лишь песня, которую постоянно напевал Майкл. - The world was on fire and no one could save me but you, - начал тихо петь Тревор, - it's strange what desire will make foolish people do... И вновь слёзы текут по его щекам, заставляя испытывать ещё больший стыд. Но тот продолжает петь: - I never dreamed that I'd meet somebody like you...and I never dreamed that I'd lose somebody like you... Тревор рыдает навзрыд. Ему вновь плохо. Филипс ненавидит, когда его друг куда-то уходит. Он боится, что Майкл никогда не вернётся, и Ти останется один. - Майкл, прошу, вернись, - тот продолжал плакать, - я чертовски тебя люблю...пожалуйста, не уходи. В этот момент тихо открывается входная дверь, и в комнату заходит Таунли с маленьким пакетом продуктов, весь в снегу. - Ти, что с тобой? - М ставит пакет на тумбу и садится на пол перед другом, - ты чего плачешь опять? Тревор берёт того за руку и утыкается лицом в заснеженную дублёнку, продолжая плакать. Подобные действия всегда заставляли брюнета волноваться и бояться. Пройдясь рукой по длинным волосам, Таунли обнимает друга. - Мне так одиноко, - тихо произносит Филипс. - Почему? А как же я? - спрашивает брюнет, так же продолжая гладить того по волосам. - Ты не понимаешь... - Тревор, я отходил в магазин на десять минут, вернулся, а ты тут рыдаешь сидишь. Мне же нужно понять, что происходит. - Я просто не могу без тебя, - Тревор поднимает на того голову. Майкл долго разглядывает заплаканное и немного побитое лицо. И брюнету становится грустно. Как будто он наконец-то понял, что чувствует его друг. - ...поцеловать? - спрашивает брюнет, - может так ты успокоешься. Не могу смотреть, как ты плачешь. На этих словах сердце Филипса было готово выпрыгнуть из груди. Уж настолько ему показались слова друга приятными. Ти вновь заглядывает в голубые глаза. Хочется вновь заплакать, но тут его мысли перебивает поцелуй. Такой нежный и тёплый, что Филипс вновь начинает плакать. Длинноволосый обнимает человека напротив и отвечает на поцелуй. Спустя несколько секунд Майкл отдаляется от друга и вновь смотрит на его лицо. Тревор улыбается. Это его успокоило. - Вот, видишь? Всё хорошо, я здесь, я никуда не исчез, - произносит брюнет, положив холодные руки на щёки Филипса, большими пальцами вытирая слёзы, - доволен? - Доволен, - отвечает его напарник, - теперь я точно убедился, что люблю тебя. - Ой вот не начинай опять, - Майкл встаёт с пола и снимает свою куртку, вешая её в прихожей, - ну давай я ещё плакать начну. Ты этого хочешь? - А тебе то что плакать? - спросил Тревор, начав смеяться, - да всё, всё, я больше не лезу, Майки. *** На улице ночь, и лишь свет от телевизора освещает комнату. Филипс развалился на своей кровати вместе с бутылкой дешёвого пива, продолжая смотреть какой-то дурацкий сериал по ящику. Он пьян и мало что соображает в данный момент. Длинноволосый допивает бутылку и отбрасывает её в другой конец комнаты, к остальным. На тв начинается дурацкая реклама, которая обычно идёт минут десять. И Филипсу опять скучно. Майкл как обычно свалил куда-то, это хобби - исчезать без причины. Поэтому развлечь его некому. Тревор переводит взгляд на тумбу и замечает пачку сигарет, оставленную брюнетом, и удивляется, что она тут забыла. Длинноволосый долго думает, надо ему это или нет, но ничего не остаётся. Он слезает с кровати и хватает пачку, выходя на балкон. Снег продолжает медленно падать вниз, а свет от ночных фонарей красиво блестит на сугробах. Холодный ветер развивает волосы мужчины. Тревор достаёт одну сигарету и закуривает. Последний раз он курил года три или четыре назад, когда только познакомился с Майклом. И то это курением нельзя было назвать, так, баловство. Мужчина делает затяжку и тут же кашляет, у новичков всегда так. Потом ещё одну и ещё. Так же кашляет. К половине сигареты уже привыкает и продолжает курить. Голова идёт кругом то ли от табака, то ли от выпитого пива. Перед глазами всё плывёт. Одной сигареты ему хватило. Тревор заходит обратно в комнату и падает на кровать. Реклама всё ещё идёт. Филипс матерится и начинает листать каналы, но так ничего интересного не находит. Что ж, приходится смотреть рекламу. В этот момент входная дверь хлопает, и в комнату вбегает Таунли. Не в его это манере резко забегать в квартиру, поэтому Ти пугается. - Майки? Это ты? - не дожидаясь ответа продолжает мужчина, - как дела? - спрашивает Филипс, продолжая смотреть рекламу. Брюнет скидывает куртку и прыгает на кровать к Тревору, попутно крепко обняв того. - Майки, ты чего творишь? - вскрикивает Тревор. - Я соскучился, - тихо отвечает Таунли, засунув руки тому под футболку. - Блять, убери руки, они холодные пиздец, - Ти начинает извиваться под тем, - и откуда такие нежности? Майкл прижимает Филипса к себе вплотную, кладя голову на грудь друга. - Ну Майкл... - тихо простанывает Ти, положив руку на голову Таунли. - Харэ ныть, тебе 28 или 15? - возмущается М. - Ты тоже себя ведёшь не как 31 летний мужик. - Ну ладно, ладно, иди поцелую, - М поднимает голову на друга. Тревор оставляет свою ладонь на его затылке. - А с каких это пор тебе нравится целовать меня? - перебивает Филипс. - Мне то нет, тебе же нравится. - Ну...это да, но мне кажется, что ты издеваешься надо мно...- тут мужчину вновь перебивает поцелуй со стороны его друга. Тревор сживает руку в кулак, вцепившись в волосы брюнета. Ти продолжает постанывать, так как холодные руки напарника бегают по его спине, делая ещё более приятно. Майкл спускается ниже, на шею мужчины, обдавая её горячим дыханием. А Филипс лишь ждёт большего. - Подожди, - длинноволосый отталкивает от себя друга, - можно вопрос? - Обязательно сейчас? - М опускается обратно, продолжая своё дело. - Да, обязательно, - выкрикивает Ти. - Ладно, - Таунли опирается на руки, повиснув над другом, - какой вопрос? - Кто я тебе?