The Tale Untold

      Ненавижу баскетбол, но ради него готова идти на сумасшествия.       Ненавижу чирлидинг, но променяла свои танцы на эти сомнительные юбчонки и стрёмные поддержки. Вот уже три месяца трусь в компашке слащавых и улыбчивых до омерзения девчонок. А всё ради этого пофигистичного баскетболиста, который смеётся, как чайка, разваливши свою худую задницу на двух стульях сразу, крутя на пальце бордовый баскетбольный мяч.       Ненавижу Юнги…       Ненавижу себя за то, что напилась до свиного визга на одной из субботних тусовок и затеяла спор.       Всем уже давно было плевать на условия и то, кто в итоге выйдет победителем, но я увлеклась так сильно, что не могла остановиться. Понукаемая внутренними конфликтами, некой злостью и раздражённостью от того, что этот вёрткий парниша, нескладного телосложения будто не замечал меня вовсе. Я пыталась и по-хорошему, здоровалась, подсаживалась в столовой, начинала разговор… Юнги не был плохишом, он отвечал вполне вежливо и мягко, но потом просто и технично сливался, оставляя меня ни с чем. Вот он есть и вот его нет. Я в шоке…       Наше выступление окончилось и, как бы ни старалась не сводить взгляда с Юнги во время и сразу после выступления, ни разу не заметила заинтересованного взгляда на себе. Ахах, должно быть, мне надо смириться с поражением, тем более, что я и так планировала устроить вечеринку ко дню влюблённых в своём доме. Да, придётся знатно потратиться… Но как-то же нужно реабилитироваться и восстановить свою ущемлённую гордость.       — Сью, пойдёшь с нами вечером в «Dreamer», парни тоже будут, — доброжелательно улыбаясь, спросила капитан команды, Лесли, кивнув в сторону парней.       Переговариваясь между собой, они входили на площадку. Третья четверть соревнований вот-вот начнётся.       — К чёрту, — наконец, определившись, проворчала я и швырнула к ногам розово-белые помпоны.       — Что, прости?..       — Говорю, к чёрту идите со своим чирлидингом.       На фоне капитана вдруг замаячила до раздражения знакомая фигура Юнги. Отбив мячом о пол несколько раз, он продолжал смотреть на меня, психанувшую и сдавшуюся, зато облегчённо опустившую плечи. Широкая спортивная повязка на голове мешала волосам попасть ему в глаза. Позади кто-то позвал его, призывая к началу игры. Я развернулась и ушла первой, ощущая приятнейшее наслаждение от того, что, наконец, бросила эту бредовую затею. Теперь всё вернётся на свои места. В спину по-прежнему кричала Лесли, напоминая, что у нас ещё одно выступление на сегодня. Это теперь твои проблемы, детка… Я сваливаю.       Однако скорая гулянка, которую я таки устроила по случаю своего проигрыша, преподнесла мне ещё больше «геморроя», в виде шумной баскетбольной команды парней, заявившихся под шумок, хотя я их и не приглашала. Выпереть эту ораву высоких и плечистых парней не было ни сил, ни возможностей. Чёрт! Надо было написать на двери: «Баскетболистам и чирлидершам вход строго воспрещён!» Но уже поздно. Да и подружки, услышав о моём желании избавить свой дом от них, принялись возмущаться. Баскетболисты всем нравились. Спортивные, хорошо сложенные, без вредных привычек… Вот только Юнги немного не попадал под описание, сидя на подлокотнике кресла, рядом с одним из парней из команды, посёрбывал явно не вишнёвый пунш, а самое настоящее пиво. Он слегка горбатился, поставив одну ногу, обутую в кроссовок, на сидушку кресла и периодически громко гоготал с какой-то шутки своих дружков.       Я сложила руки под грудью и вздёрнула одной бровью, ловя его взгляд. Парень приподнял бутылочку, будто собирался выпить за меня и сделал очередной глоток, подмигнув.       Как же он раздражал… невыносимо.       — Эй, Сью! — окликнул меня Чонгук откуда-то сзади и я обернулась, ища взглядом парня. — Слушок дошёл, что ты таки продула наш спор. Так быстро сдалась, что ли?       Я склонила голову на бок, приоткрывая рот.       — Издеваешься, да? — Я пнула усмехающегося парня в ногу. Рядом тут же выросли Кейт с Эндрю, которые уже давно ожидали развязки нашего спора. Я надеялась, что о нём все забыли, ага, как бы не так… Вот они, гиены, собрались отпраздновать моё грёбаное поражение. А я ведь ненавидела проигрывать. — Я за ним три месяца таскалась!        Чонгук сдавленно засмеялся, пытаясь прикрыть ладонью свои заячьи зубёхи.       — Умей проигрывать, Сью… — отозвалась Кейт, повиснув на шее своего парня.       Я лишь фыркнула, но и сама понимала, что хватит принижать себя ещё больше, чем уже сделала. Хватит, больше никаких споров на пьяную голову. Ни-ка-ких!       — Ок, я продула. Так чего ты хочешь? — Я пожала плечами, ожидая вердикта.       Чон всё равно знал, на лютый трэш я не соглашусь, поэтому просьба будет в некоторых рамках. А парень, казалось, даже не думал о том, что выиграет спор, поэтому только сейчас принялся размышлять о награде.       — Э-эм… ну, — Чонгук растянулся в улыбке, его глаза аж засверкали. Парень, должно быть, был без ума от своего остроумия. Только я стояла в ожидании приподняв брови. Подтянулись ещё две девчонки из нашей компании, немного запыхавшиеся и смеющиеся после танцев.       — Что тут у вас? — спросила одна.       — Хочу, чтобы ты взяла у Юнги автограф…       Все лица устремились ко мне.       — Он не игрок «Сhicago Bulls», чтоб я у него автограф просила! Да и вообще, это нечестно приплетать сюда ещё кого-то! — запротестовала я.       — Ты спросила, чего я хочу? Вот, я ответил, при чём автограф пусть оставит прямо на тебе. Место сама выберешь…       — Да ты прикалываешься надо мной…       — Брось, Сью, это же раз плюнуть, — заявил Эндрю, подставив мне свой кулак, от которого я лишь отмахнулась.       Мне определённо стоило выпить, главное только не встрять в этот раз снова в какой-то спор. Протиснувшись сквозь толпу с возмущённым бурчанием о том, что это всё же мой дом, я наконец, попала на кухню, где было светлее, чем в остальных комнатах. Через распахнутое окно проникал свежий воздух, а звуки музыки, хохота и вскриков — вырывался наружу.       Мне стоило расслабиться и успокоиться… В самом деле, в просьбе Чонгука не было ничего смертельно позорного. Учитывая, что вечеринка моя, я вовсе могла потребовать автограф за плату. Утвердившись в этом мнении, я подхватила стаканчик с выпивкой и прямо с ним ворвалась в движение. Разлив половину на пол, половину таки выпив, забыв обо всём, вытанцовывала вместе со всеми и отрывалась на полную катушку. Таким образом сменив ещё три или четыре стакана, я значительно окосела, мини-юбка подпрыгнула вверх, оголяя ноги с цветастыми чулками. Я могла и умела пялить на себя всякую хрень, не заботясь о том, сочеталось ли это или нет. Меня любили за излишнюю самоуверенность, не могли не любить! Я была душой компании и той, кто всегда на виду.       Пританцовывая, я случайно смяла в руке стаканчик, бродя по дому в поиске подруги. Но её нигде не было видно. Наверное, снова заперлась со своим в спальне моих предков. Взгляд скользнул неосознанно в сторону, где группа баскетболистов залпом заржала с чего-то, после раздались возгласы, и они дружно пригубили из своих стаканчиков.       Кажется, самое время мне раздобыть автограф, хотя я уже не особо осознавала на какой чёрт оно мне надо. В голове просто вертелась цель, не пойми откуда подцепленная, поэтому плавной походкой я вырулила к Юнги, который уже разместился полностью в кресле, расслабленно откинувшись на спинку.       Наглость — моё второе имя. Я без задней мысли и опасений приземлилась прямо на злополучного Мина, будто именно там проводила большинство своего времени, и закинула руку на его шею. Парень развёл руки в стороны, не ожидав ничего подобного. А может он просто боялся, что его пиво разольётся.       — Ребята, вы такие дружные! Небось и дрочите все вместе, а?! — воскликнула я и пьяно засмеялась, слегка откидываясь назад.       Рука Юнги попридержала меня за спину, предупреждая возможность свалиться. Некоторыми шутка принялась отлично, другие же перегляделись между собой.       — Я так понимаю, пригласишь одного из вас и вы припрётесь все вместе, да? — это я уже адресовала Юнги, слишком близко наклонившись над его лицом.       — Сью, кажется, тебе пора отоспаться… — посоветовал он.       — Хочешь, чтоб я свалила с колен?       — Не то, чтобы… — Парень пытался войти в моё пьянющее положение и не принимать всерьёз всё, что вылетало из моего рта.       — Окей, тогда мне кое-что от тебя нужно, — произнесла я, приближаясь к своей цели. — Хочу твой автограф, Юн. Восторгаюсь тобой, как лучшим баскетболистом, которого когда-либо видела. Вот подрастёшь и станешь профессионалом, тогда-то твой автограф дофига баксов стоить будет.       Юнги неопределённо повёл головой, смешно жмурясь и прикрывая ладонью глаза. Парень захохотал с моей болтовни, его дружки из команды тоже усмехнулись.       — Ну что? — возмутилась я. — Дашь или нет?       Я не собиралась его уговаривать. Нет, так нет. Уйду и больше на шаг не приближусь!       — Ну, и где же твой мяч? — спросил он.       — Какой ещё мяч?       — На котором автограф ставить. Баскетболисты обычно так и делают.       — Прямо на руке распишись. — Я протянула ему своё запястье.       Юнги усмехнулся и облизал губы, снова растягиваясь в улыбке.       — Прости, расписываюсь только на шарообразных поверхностях. Вот тут, к примеру.       Он сжал мою ягодицу одной рукой, забавляясь с реакции.       — Ну, или… — Его огромная лапища приблизилась к моей груди, но я вовремя её отпихнула, теряя улыбку с лица, понимая, что тот просто смеялся надо мной.       — Да пошёл ты!..       Братва дружно заржала, а я мигом спрыгнула на пол и ринулась к выходу, злясь и раздувая ноздри. Всё, нафиг… Больше не заговорю с ним даже, не посмотрю в его сторону. Кажется, слишком много сегодня надо мной смеялись. Я вылетела во двор и обошла дом, останавливаясь на заднем дворе, куда, собственно, и выходило то самое кухонное окно. Хотелось его захлопнуть, закрыть и не слышать биты музыки и веселье.       Я организовала эту вечеринку, чтобы развеяться после своей беготни за Мин Юнги. А вышло всё наперекосяк. Стало ещё хуже. Но ничего, я из тех, кто не унывал, кто вставал и снова шёл, как ни в чём не бывало, а этот университетский инцидент, через месяц покажется мне пустяком. Но только не сейчас.       Я уселась на скамью в беседке, предварительно прогнав от туда сосущуюся парочку. Жаль только бутылку не прихватила. Могла бы и выпить, и поплакать, и поспать… Вместо этого, я лишь уставше откинулась на спинку и запрокинула голову назад, выдыхая. Голова закружилась — довольно приятные ощущения, если без сопровождения тошноты.       Я принялась мурлыкать под нос популярную песню, зазвучавшую в доме, немного подёргивая в такт ногой. Но вдруг, вторя мне, послышалось и мужское:       — Хм-м, м-м-м…       Я резко села прямо, отчего глаза не сразу сфокусировались на том, кто оказался рядом.       — Какого чёрта ты припёрся?       — Автограф же… я подумал, может, ты стеснялась при остальных?       Опять эта улыбочка…       — Я даже ручку прихватил, гляди, — сказал Юнги и повертел находкой. — Взял её в выдвижном шкафчике у зеркала.       — Не учили по чужим шкафам не лазить?       — Я всё верну.       — Мне твой автограф на хер не сдался, оставь при себе, — проворчала я, злясь на себя за то, что моё плохое настроение куда-то утекало.       — Да ладно… Потом продашь — богатой станешь, — заявил Юнги и засмеялся.       Я не удержалась и улыбнулась во все зубы, толкая его локтем в бок.       — Где ты там хотела, на руке? Давай… — как-то так мягко сказал он и, не дожидаясь ответа, взял мою руку.       Приблизив к себе он принялся выписывать там узоры. Я откинулась назад, ожидая, когда он закончит.       — Всё, можешь заценить.       Я, слегка улыбаясь, приблизила запястье к лицу. «На людей спорить плохо» — было там написано корявым подчерком.       — Да бли-ин! — Я цокнула и с иронией взглянула на парня, тихо хихикающего с меня. — Ты знал…       — Да об этом, кажется, все знали. Кто-то из твоих подружек болтнул Робу из команды, ну, и-и...       Я закатила глаза и опустила голову, смущённо улыбаясь и потирая переносицу.       — Да не расстраивайся… Ты была великолепна в своей настойчивости.       Я засмеялась. Юнги сдержанно улыбнулся.       — Не стоило вступать в спор, особенно на человека, который тебе не нравится. Твоя неприязнь сквозила ото всюду…       — Это не… Не так, в общем, — попыталась объясниться. Улыбка спала с моего лица, когда я поняла, что обидела его. Однако Юнги сидел рядом, не требуя извинений, не высказывая оскорблённых чувств. Казалось, он понимал мою легкомысленность, выражая некую снисходительность. Что с меня взять? Глупая девчонка, знающая только как веселиться да отшивать парней.       — Ты мне нравишься, — как-то внезапно сделала я открытие для нас обоих, и Юнги со скепсисом ответил:       — Это не обязательно, забыли, ок?       А я как-то более внимательно присмотрелась к нему. Всё же, он интересный и… казался теперь вполне симпатичным.       — Я серьёзно, — подтвердила и вытянула ноги вперёд.       Юнги повертел головой, усмехаясь, и сказал:       — С кое-каких пор, словам не доверяю, Сьюзан.       Одна его бровь приподнялась, и он закусил нижнюю губу. Намёк был жирным. Я прекрасно понимала, что не обязана ничего доказывать, тем более поцелуями. Но мне так захотелось вдруг. Я тоже закусила губу, глядя с азартом, с огоньком в глазах. Придвинувшись, я наклонилась к нему, смазывая остатки полупрозрачного блеска об уголок его губ. Кожа была на удивление приятной на ощупь. Юнги повернулся и ответил на поцелуй достаточно активно. Парень умел целоваться, сминая мои губы своими, невероятно мягкими. Было приятно от ощущения тёплого осторожного дыхания у моего носа и такого же касания большой ладони к щеке.       Нехотя отстранившись, я снова опустилась взгляд к своим коленям, говоря:       — Надеюсь, ты только что не выиграл спор…