Касатка, или История о том, как я стал встречаться с байкером

      Свежий сваренный кофе всегда лучше, чем быстрорастворимый, но это для мажоров. Касатка не мажор. Касатка даже близко не такой. Сутками есть одну картошку? Да. Через день баловать себя макаронами? Тоже да. Пить дешевый быстрорастворимый кофей? Однозначно да. Ну, ладно. Иногда он может позволить себе грамм триста колбасы, небольшую шоколадку по акции и маленькую бутылочку энергетика. Но в остальном Касатка работает на свою квартиру и оплату какой-нибудь супер-пупер-сверх-безумно важной фигни. Его гардероб уже тысячу лет не видел даже какой-нибудь новой футболки. Но, стоит признать, Касатка вполне аккуратен и чистоплотен, поэтому ежемесячные походы в магазины одежды ему не нужны.       В этот раз, стоя в одних джинсах и выутюживая до кристальной прямоты рубашку, он отвлекся и, — пресвятые отцы! — оставил на ней отвратительную прожженность. На лице Касатки мелькнул ужас, следом сменившийся на непонимание, а уже после на злость. В итоге смирившись с потерей любимой черной рубашки, парень со вздохом достал футболку и натянул ее на тощее тело. Уже через двадцать с небольшим минут парень стоял возле торгового центра и смотрел на все неизменным хмурым недовольным взглядом. Зайдя в первый попавшийся магазин одежды, парень призадумался, пытаясь найти взглядом что-то более-менее привлекательное, или хотя бы не розовое. Весь мужской отдел состоял из ярких цветов, режущих глаза. Пройдясь по стендам в попытке найти хоть что-то темное, Касатка нашел странную бордовую футболку, затем порывшись еще глубже, наконец, нашел строгую черную рубашку и решил, что и это пойдет. Потащив свой скудный выбор в примерочную, парень залип на своих мыслях так, что впечатался в чью-то спину. Потирая нос, он примирительно поднял руку, но, не успев что-то сказать, как перед его острым носом появилась слишком довольная и хорошо знакомая рожа. — Какие люди! — Вот только тебя мне не хватало… — выстонал брюнет полушепотом.       В попытке обойти клубного незнакомца, Касатка был нагло пойман за бедра здоровыми горячими ручищами. От такой наглости внутри закипела ярость и появилось желание запульнуть в самодовольную морду что-то, что было под рукой. Под рукой была лишь одежда… И она, конечно же, полетела в известном направлении. — Вау! Нас так выгонят, а ты видимо пришел по нужному делу. Кстати! Давай я подберу тебе что-то нормальное? Брось то, что ты держишь в руках, я отведу тебя туда, где тебе точно понравится все.       Соблазн был слишком велик и Касатка, секунду поразмышляв на всякий случай, согласно кивнул, добавив угрожающим тоном: — Только руки от меня убери, иначе я в тебя еще что-нибудь швырну. — При условии, что ты скажешь свое имя, — рыжий широко улыбнулся, Касатка скривил губы в недовольстве и закатил глаза. — Касатка. — Это ругательство какое-то? Вроде было такое животное из семейства китообразных. — Рот закрой, животное кОсатка. А я КАсатка, — брюнет сделал ударение на нужных буквах. — Называй меня Касатка, и никак иначе.       Рыжий отпустил парня и закинул руки в карманы, кивая. Бармен вздохнул и положил вещи, которые так усердно выбирал, на место. И уже спустя некоторое время Касатка с незнакомцем стояли перед смутной лавчонкой на цокольном этаже. Тонкая черная бровь поползла на лоб, так и говоря «че, неужели здесь?». Рыжий ухмыльнулся, схватил парня за руку и поволок по лестнице, уходящей в преисподнюю. Парень только успел произнести «господи прости», а затем оказался в затемненном помещении. Магазин рок экипировки. Там действительно почти все было черным. У парня аж глаза загорелись. — Ну? Я говорил, тебе тут понравится.       На самодовольную лыбу бармен лишь фыркнул, а затем принялся осматриваться. Найдя для себя парочку интересных вещичек, он успешно собрал их в охапку и любовно прижал к груди. Рыжий только усмехнулся, наблюдая за счастливой моськой Касатки. Правда, все тут стоило немного дороговато (вообще-то, очень дорого!), но какая беда?! Даже если придется еще несколько недель питаться только коркой хлеба и водой, то это того стоит. Незнакомец встал в позу. Приложил к подбородку углубление между большим и указательным пальцами, подушечкой большого пальца сминая щеку чуть вверх, нахмурился и протянул «хммм». Щелкнув пальцами и подняв указательный палец вверх с видом «Эврика!», умчался в другую сторону, а вернулся уже с драными на коленях штанами и цепью, прицепленной за хлястики для ремня. — Нет. Я это не надену. — Наденешь. Шуруй в примерочную.       Касатка долго плясал у зеркала, осматривая себя с разных сторон. Взвешивал ЗА и ПРОТИВ. Но в итоге вышел он все-таки со штанами и черной рубашкой, прямолинейно отправляясь к кассиру с заплетенной в косу бородой и банданой, удерживающей его непослушные кудрявые волосы. Отслюнявив тому нужную сумму, парень вздохнул. — Ну, вот и все. Тебе к этому образу не хватает красных круглых очков и красного галстука. — Обойдусь уж без этого как-нибудь, — посмотрев на время, Касатка ужаснулся. — Черт! — М? Я слушаю. — Я опаздываю на работу! — Да не беда, у меня тут за углом байк, хочешь, подвезу?       Касатка прищурился, поджал губы, окинул взглядом рыжего. Тот все улыбался, видно довольный и стра-ашно гордый собой. Думать особо не приходилось, рабочий день начинался через 15 минут, а значит надо хватать быка за рога и прыгать на стального коня этого навязчивого типа. — Окей, но по пути ни единого слова, если жизнь дорога. Усек? — Тебе она тоже дорога. Умру я — умрешь и ты, — хищный оскал озарил лицо и рыжий двинулся к парковке. — Я убью тебя уже после того, как мы остановимся в положенном месте. — Что ж, резонно.       Самодовольная рыжая морда всю дорогу к своей ласточке намурлыкивала какую-то максимально раздражающую песенку в стиле «надо радоваться, не надо напрягаться», что порядком разозлило Касатку, и он специально с силой наступил ходячей катастрофе на пятку, чуть ли не стягивая массивный кроссовок с ноги. Хитрый лис вроде бы даже не заметил, но петь перестал. Молчание длилось недолго, а прервалось оно ошеломленным присвистом бармена. Похоже, этот геюга был довольно обеспеченным, потому что его мотоцикл выглядел слишком дорого-богато. Харлей это прошлый век, а этот парень шарит в моде. Его кавасаки был оформлен в кислотно-зеленых и неоново-желтых цветах, и навскидку стоит он больше трех лямов. — Ты дочь миллионера, что ли? — Вроде как сын, — хмыкнул байкер, усаживаясь на своего коня и нахлобучивая на голову шлем. Пассажирский он протянул Касатке, — Че стоишь? Садись уже, ты опаздываешь.       Голубоглазый вздохнул и уселся за спиной водителя, пакет с вещами положив между своим животом и его спиной, чтобы не сильно тереться о мужицкую спину. Носить шлем было не сильно удобно, но это увеличивало шансы на выживание в случае непредвиденной ситуации. Рыжий сквозь шлем гаркнул что-то нечленоразборчивое и завел свою дорогущую колесницу смерти. Когда мотоцикл начал резкое движение, Касатку чуть не опрокинуло на спину, но он резко потянулся вперед и с силой схватился за байкера, вжимаясь в его спину и обхватывая поперек живота. Этот лихач-шашечник, кажется, совсем не заботился ни о своей жизни, ни о жизни пассажира, который еще немного и выпустит последний дух из тощего тела. Он гнал с ужасной скоростью, иногда проскакивая на красный прямо перед носом какой-нибудь машины, иногда просто мотыляясь из стороны в сторону. Сердце в груди Касатки швыряло то вверх, то вниз. То оно подпирало горло, то глухо ухало в желудке, то вообще переставало биться на несколько секунд. От страха брюнет так сильно сцепил пальцы, что они поледенели и окоченели, и когда пришло время слезать, он не мог разжать их. Рыжему эта ситуация очень даже нравилась, но не смотря на это он все же заговорил. — Касатка, ау-у. Ты на работу опаздываешь, если не забыл, — рыжий снял шлем и слегка выпрямился, чтобы хоть как-то привести в чувство своего окоченевшего от ужаса пассажира. — С.С-су… — голос дрожал и прерывался, но Касатка усердно разжимал пальцы, подавляя злость, — Т-ты… — Ссышь? Зачем ты ссышь? Не ссы, прорвемся!       Этот неотесанный смешливый Бармалей заржал в голос, но Касатка уже пришел в себя, сполз с байка, снял шлем и огрел им рыжего по спине, захлебываясь в яростных эмоциях и, наверное, впервые в жизни настолько краснея лицом, что стал похож на попу гамадрила. Осыпав парня отборным матом, он резко развернулся и, больше не говоря ни слова, убежал в бар, скрываясь за тонированными стеклянными дверями. Рыжеволосый почесал затылок, делая удивленное лицо, мол, «а че я сделал-то?» и опустил взгляд за спину. ПАКЕТ! Парень забыл свои новые вещи!       Уже находясь в спокойном месте, Касатка устало выдыхает и проходит в раздевалку, садясь на скамейку. — Что же на этот раз? Снова соседка? — за спиной бармена зашелестела одежда и Касатка обернулся. — Здарова, выглядишь не особо. Помятый какой-то и лицо какое-то странное. То ли бледное, то ли красное. Хер проссышь. — Привет, Ярик. За вещами е…здил… Вот черт! — Касатка шлепнул себя ладонью по лицу, — Я забыл пакет. Как же меня раздражает эта рыжая дочь миллионера. У тебя есть сменная рубашка? — Дочь миллионера? Эт ты о ком, не уж-то девчонку себе нашел? — пытаясь подколоть друга, сменщик полез в свой шкафчик и достал оттуда рубашку на пару размеров больше размера Касатки. — Ха-ха, очень смешно…       И именно в этот момент распахивается дверь в раздевалку и, растрепанный, в рваной куртке, рукав которой болтается у самой кисти, влетает рыжик с криком «вещи, блять, забыл!», а за ним, с суровым выражением лица в солнцезащитных очках и с резиновой дубинкой наперевес, вышибала, который тут же без слов трахнул байкера дубинкой по бочине. Рыжий падает на пол, приземляясь к ногам парня, при этом, не выпуская пакет из руки, словно в этом пакете что-то невероятно хрупкое. Все это в глазах Касатки происходило как в замедленной съемке, а двадцать пятым кадром Касатка заметил облегченную улыбку бородатой рыжей морды. — Вспомнишь солнышко, вот и лучик, да? Во. Эт дочь миллионера, знакомьтесь. — Так что, его надо выгонять? — вышибала недоуменно поднял взгляд на барменов, затем дубинкой указал на распластанное по полу тело и небрежно пихнул носком ботинка в бедро. — Не, Серый, оставь эту тушу здесь, пусть поваляется и подумает о своем поведении, — Касатка вырвал из руки рыжего пакет и цокнул языком. — Я бы не отказался сейчас покурить, но мой рабочий день начнется через 3 минуты.       Байкер приподнял голову и подмигнул, глядя на Ярослава. Сам же Ярослав присел на корточки, сморщив недовольное хлебало, ткнул лежащего на животе парня в лоб и тут же широко заулыбался, а затем, поднявшись, протянул руку. Рыжий не стал пренебрегать предложенной помощью и, схватившись за ладонь, поднялся на ноги. Отряхнувшись, он повернулся к Касатке и шлепнул его по плечу. — Во-первых, я не дочь миллионера, а сын, во-вторых, у меня есть имя, ну и, в-третьих, я так-то старался, бежал к тебе, чтобы вещи вернуть, даже попал под жесткое избиение резиновой дубинкой от вашего череполома. А ты даже не поблагодарил меня. — Да-да, дочурка миллионера. Мне насрать на твое имя и на то, что тебя колошматили. Но вот за вещички спасибо, мне как раз нечего было надеть на смену, — говоря настолько обыденно и безразлично Касатка даже не обернулся к говорящему, просто нацепил рубашку, нацепил галстук и направился к выходу из раздевалки. — Если ты уже в полном порядке, то проваливай отсюда, дочурка миллионера. — Меня вообще-то Олег зовут… — запоздало проговорил парень в сторону скрывшейся за дверью спине.